Львы и Тигры

Словарь племени, слова из которого присутствуют в тексте: Ра-Лун — Время сбора урожая; Вероа и Тэруа отсчитывают свои года с началом сбора урожая: он происходит раз в 365 дней. Сколько сборов урожая прожил человек, столько ему и лет. Поэтому в племенах принято говорить «прожил полную Ра-Лун» (т.е. от начала одного сбора урожая и до начала следующего) или «прожил не полную Ра-Лун» (т.е. до начала следующего сбора урожая человек не дожил). Дни рождения Львы не празднуют. День появления на свет считается очень личным, «интимным» днем, когда человека с богами связывает наиболее сильная связь. (нар. Вероа) Ха’Мэг — Верховный бог в пантеоне Тэруа. Представлен в виде чернокожего мужчины с тигриной головой. Рро’Хэ Инмаргд — В бой, в атаку! (нар. Тэруа) М’рохэлэнэ’э — «Перестань» (нар. Вероа) Сет’т’тики — Пласты шкуры, которыми оборачивали ступни. Аналог современной обуви (нар. Вероа) ⏤ Тебе нужно придумать что-то другое, — Нова отставил чашу с отваром из эпифита, вытер губы кулаком, — скоро Олэ заметит, что ты почти не спишь. Аламеда вздрогнула. Девочка подошла к соломенному настилу, где вот уже несколько недель к ряду лежал сын вождя. Забрав посудину, она вернулась к своему привычному месту, рядом с ложе шамана. Начался Волчий Гон, это время было священным для сбора атаран-травы, так что Олэ проводил дни напролет вдали от своей пещеры, возвращаясь лишь под утро. Но от внимания старого шамана не ускользнуло уставшее, осунувшееся лицо его десятилетней ученицы. Аламеда, дабы скрыть истинные причины, соврала, что Нова плохо спит и ночи даются ему тяжело, поэтому ей приходится быть рядом с ним. Однако, воин уже почти стоял на ногах и совсем скоро он сможет вернуться обратно в деревню. ⏤ Я не скажу ему, — добавил юноша, тряхнув пшеничными кудрями. Аламеда впервые пристально посмотрела ему в глаза. Нова прожил на свете пятнадцать полных Ра-Лун и, благодаря вербэнхэ и шаману, встретит и шестнадцатую. Он был воплощением силы, отваги и мужества племени Огненного Льва. Акату по праву гордился своим сыном, который должен был занять его место в не слишком далеком будущем. Аламеда почти не разговаривала с юношей, но в те редкие моменты, когда он просил её что-то принести или убрать, а она тихо произносила названия отваров и мазей, девочка не боялась его. От вождя пахло злостью и силой, он внушал страх и тревогу, с Новой же было спокойно. От юного Льва исходило спокойствие, а причина, по которой маленькая шаманка убегала в джунгли по ночам, вызывала в ней все эмоции этого мира. Беловласый мальчуган с кожей цвета эбенового дерева заставлял Аламеду рычать от злости, плакать навзрыд и смеяться до хрипоты. С той самой ночи, когда Тигр чуть было не вонзил свое копье в белоснежную шею девочки, она не расставалась с мыслями о своем тайном друге. Токела жил в семье О’хра, так звали вождя Тэруа. Мальчика забрали почти сразу после появления на свет — мать его умерла при родах, а отца убили воины Вероа. Токелу вождь воспитывал как родного сына, но мальчик всегда чувствовал зависть и злость со стороны его названных братьев — собственных детей О’хра. ⏤ Я думаю, что Великий Ха’Мэг специально привел меня к тебе, — сказал как-то Токела. Они с Аламедой сидели на мокрой от свежего дождя траве на берегу ручья, а их маленькие детские ступни взбалтывали речную воду. — Ты отличаешься от своего племени, а я — от своего. ⏤ Но ты выглядишь точь-в-точь как вождь О’хра, — возразила Аламеда. ⏤ Даже если ты была похожа на Акату или Олэ, — ответил мальчик, — ты бы все равно отличалась, понимаешь? Аламеда понимала. Белая тонкая кожа, испещренная шрамами, длинные черные волосы и глаза с осколками зелени не были главным её отличием. Дети из деревни боялись играть с ней, потому что она была с чужой душой. Взрослые показывали на нее пальцами и говорили, что у нее внутри «спрятаны духи», что она — проводник для заблудших. Её боялись, перед ней падали на колени, а маленькой вербэнхэ, прожившей десять полных Ра-Лун, хотелось почувствовать себя ребенком, а не посланницей Гва’Энг. И она чувствовала себя таковой только в этих густых черных сумерках, когда сбегала по каменистым тропам к Токеле. Они лазали по толстым стволам секвойи, прятались в соцветиях папоротника, сражались самодельными морло тонэ, наблюдали за светом своих богов в иссиня-черном небе. Исчезнут эти ночи — и Аламеда потеряет своего единственного друга. Такого она допустить не могла, так что Нова был прав — ей нужно придумать что-то другое. Только вот… ⏤ Что же я могу сделать? — она будто бы обращалась ко всей пещере в целом, а не только к Нове. ⏤ Я могу помочь тебе, — по-доброму усмехнулся парень, — правда, для начала, мне нужно знать, куда ты убегаешь по ночам. Заметив испуганный взгляд девочки, юноша добавил: ⏤ я действительно не всегда хорошо сплю, но не так часто, как думает Олэ, — он хитро прищурился, а затем повторил, — так куда ты убегаешь? Аламеда знала о кровной вражде между Тиграми и Львами и не могла признаться Нове в том, что водит дружбу с воином Тэруа. Она посмотрела сначала на сына вождя, затем её взгляд выхватил образ огромного бубна, в который бил Олэ во время ритуалов. ⏤ Я… я повторяю то, чему меня учит Олэ, — медленно, со странной вопросительной интонацией, произнесла девочка. Нова слегка наклонил голову, приглашая вербэнхэ продолжить. ⏤ Олэ думает, что я мало чего умею, кроме как говорить с богами, — последнюю фразу Аламеда выплюнула, словно подгоревшую кашу из батата, — но я хочу доказать, что это не так! Я хожу к реке каждую ночь и пытаюсь найти травы для мазей, а еще я разбираю следы животных… Её взгляд, блуждавший по лицу Новы, вдруг отстранился, будто подернувшись незаметной дымкой. Её сознание упорхнуло в одно из воспоминаний, в котором Токела обнаружил следы волчьих лап. ⏤ Это очень старый… как вы его зовете, л’лэмрэ? — мальчик сидел на корточках и пальцем водил по отметинам в земле. — Он болен… ходит очень медленно. ⏤ Как ты видишь это в следах? — изумилась Аламеда. Токела поманил её рукой, предлагая присесть рядом с ним. Затем он взял девочку за руку, нащупал её тонкий указательный пальчик и приставил его к одной из линий на влажном грунте. ⏤ След от передних лап более глубокий, чем от задних — значит, волк опирается сильнее на первые две лапы. Обычно так делают больные или старые л’лэмрэ. Аламеда пыталась следить за указательным пальцем, но её внимание было сосредоточено на сухой и теплой ладони, обнимавшей её кисть. Она запомнила, как что-то странное, будто потустороннее, мельком пробежало через её сердце и исчезло. ⏤ Я думаю, тебе стоит рассказать об этом Олэ! — воскликнул Нова, возвращая маленькую ученицу шамана в реальность. — Он будет рад узнать о твоих стараниях! ⏤ Но… — попыталась возразить девочка. — Я еще не готова, мне нужно больше времени. Я хочу, чтобы Олэ гордился мной! Как твой отец гордится тобой! Нова улыбнулся, подумав о вожде. Отец действительно любил и заботился о нем, иногда, казалось даже больше, чем о Тэване, его родной сестре. Акату воспитывал сына как истинного вождя племени, обучая его не только бою и защите, но также и тому, как вести за собой людей, как разговаривать с врагами и союзниками, как понимать, кому нужна помощь, а кто пришел со злым сердцем. ⏤ Хорошо, от меня Олэ ничего не узнает. Аламеда облегченно выдохнула, но её радость была взрезана резким «но»: ⏤ Но ты должна будешь отвести меня в твое тайное место и показать мне что-то из того, что ты уже умеешь. Девочка в удивлении вскинула брови. ⏤ Нова, тебе же пока даже на ноги вставать нельзя! Я не смогу… ⏤ Сделаешь это, когда я окрепну. Пообещай мне. Аламеда задумчиво прикусила пухлую нижнюю губку. ⏤ Я пообещаю, если ты пообещаешь не выдавать меня Олэ! Нова тихо рассмеялся, перейдя на легкий кашель. Ему все еще было тяжело и больно от нанесенных ран. ⏤ Обещаю, вербэнхэ. Разговор с ученицей шамана затребовал слишком много энергии у юного воина и после данного им обещания, Нова зевнул и уронил голову на шкуры, набитые соломой, что служили юноше постелью. Аламеда дождалась пока парень крепко заснет. За пределами пещеры уже густела ночь, она слишком много времени провела с Новой. Что делает Токела сейчас? Размахивает копьем по папоротникам или плещется в ледяных водах С’акры? А, может, он подумал, что Аламеда предала его и больше никогда не придет с ним играть? Девочка, в спешке побросав чаши и кувшины от мазей с шаманскими отварами, накинула на себя волчью шкуру и выбежала из дома. Быстрые девичьи ноги бежали по извилистым тропам, вверх, к устью реки; перепрыгивая через маленькие ямки и овраги. Завидев бело-серые переливы на водной глади, Аламеда закричала: ⏤ Токела!!! Токела!!! Но никто не отозвался на её крик. Маленькая девочка стояла по колено в высокой атаран-траве, и окружали её только голоса белокрылой Гва’Энг: тихое перекатывание камней в реке, шум ветра в кронах деревьев, стрекотание саранчи в мокрых стеблях. ⏤ Токела… — грустно протянула вербэнхэ, чувствуя неприятное щекотание в горле. Неожиданно, что-то невероятно тяжелое и грузное упало на нее с высоты и повалило на землю. ⏤ Ррррррро’Хэ Инмаргд! — взревело «нечто», пригибая спину и голову девочки сильнее к черной почве. ⏤ Токела!!! — зарычала Аламеда, сплевывая атаран-траву, набившуюся ей в рот. — Токела!!! Это я сейчас пойду на тебя в бой!!! Беловолосый мальчишка заливисто рассмеялся, слезая с божественной посланницы и помогая ей подняться. В ответ на его протянутую руку, Аламеда с силой притянула его к себе и, Тигр, потеряв равновесие, упал рядом с девочкой. ⏤ Рро’Хэ Инмаргд! Рр’Хэ Инмаргд! — передразнивала Аламеда маленького Тигра, щекоча его ребра. Токела слабо отбивался, продолжая заразительно хохотать. Наконец, он сумел отразить атаку и сам ринулся в бой, захватив «в плен» ступню девочки, предварительно стянув с нее пласты оленьей кожи. Плотно зажав белоснежную ножку, Токела принялся легонько перестукивать подушечками пальцев по её пятке, заставляя девочку смеяться до слез. ⏤ Ой, м’рохэлэнэ’э…э! — Аламеда судорожно хватала ртом воздух, пытаясь перевести дыхание. — Токела, я сейчас умру от смеха! Отпусти!!! Так они и продолжали щекотать друг друга, пока поднятая от земли пыль не оказалась под градом первых капель ночного дождя. Первой опомнилась Аламеда. ⏤ Нам нужно найти укрытие! Токела быстро кивнул и, схватив девочку за руку, побежал куда-то вглубь леса, будто бы по проторенной заранее тропе. ⏤ Недалеко есть заброшенная пещера, мы спрячемся там. ⏤ Токела! — Аламеда вдруг остановилась и потянула мальчика обратно. — Мои сет’т’тики! Я оставила их у реки! Тут только дети заметили, что левая нога у Аламеды — босая, и белоснежная кожа уже успела облепиться комьями черной грязи. ⏤ Мы вернемся за ними после, когда дождь закончится! — крикнул Токела, не отпуская спутницу. Дорога до укрытия много времени не заняла, однако тропический ливень не пощадил юных беглецов: они вымокли насквозь. ⏤ Откуда ты знаешь про эту пещеру? — спросила Аламеда, тяжело дыша после стремительного бега. ⏤ Когда-то мы с вождем…отцом приходили сюда, охотились поблизости, но не успели вернуться в племя до темноты и остались до утра здесь, — объяснил Тигр. Мальчик ощупывал землю в пещере, надеясь отыскать сухие ветки и камни, чтобы высечь огонь. ⏤ Надеюсь, я успею вернуться до прихода Олэ, — Аламеда перекручивала длинные черные пряди, чтобы выжать из них излишки воды. Из-за потока холодного воздуха и окутавшей все сырости, девочку начала бить крупная дрожь. ⏤ Мне холодно, Токела, — призналась вербэнхэ, инстинктивно обнимая себя за плечи. ⏤ Я придумаю что-нибудь, стой на месте, — сурово произнес юноша, продолжая исследовать скалистое убежище. Он полз по камням, пока его уши не уловили едва слышимое рычание, а глаза не встретились с желтыми отблесками хищных глаз. Резко отпрянув, Токела, царапаясь об острые выступы, пытался вернуться к Аламеде как можно быстрее и тише. ⏤ Ты что-нибудь… — начало было девочка, заметив силуэт, вылетевший из черной пещерной мглы. Палец у губ мгновенно заставил её замолчать. ⏤ Нам нужно уходить, это волчье логово. Зеленые глаза Аламеды широко распахнулись от животного страха, вселившегося в неё после последних слов Токелы. Девочка слегка качнула головой, давая понять Тигру, что она готова выполнять любой из его приказов. ⏤ Иди к выходу, ступай очень тихо, старайся, чтобы тебя не было слышно. Я дождусь, когда ты выйдешь и пойду за тобой, — шептал Токела. Аламеда чувствовала, как ему было страшно, но свой страх она ощущала сильнее и ярче. Он ядом разливался по её венам, заставляя вспоминать… … Маленькая, совсем крохотная ножка зацепляется за извилистые корни деревьев… Желтые, острые, как Тигриное копье, клыки пытаются дотянуться до тонкой шеи… ⏤ Аламеда, ты слышишь меня? Ты поняла, что нужно делать? Пара сильных толчков по плечам вернули девочку в чувство. ⏤ Да, я поняла, Токела. ⏤ Пожалуйста, сделай так, как я сказал. — в пронзительных голубых глазах Тигра отражалась мольба. И… тревога? Аламеда тяжело дышала. Она пыталась успокоиться, но мысль о страшном хищнике заставляла задыхаться. Тело её бросало то в жар, то в холод, челюсть дрожала, ноги и руки не слушались. Она с усилием переступала по камням, надеясь быстро добраться до выхода из пещеры. Однако, мягкая поступь и скрытность, чему так долго и упорно пытался научить её старый шаман, были юной вербэнхэ совсем неподвластны. Каждый следующий шаг был громче предыдущего, дыхание перерастало в хрип; уже почти оказавшись под открытым небом, из которого лились потоки воды, Аламеда услышала истошный крик: ⏤ АЛАМЕДА, БЕГИ!!! А затем послышался волчий вой и страшное громкое рычание.