midnight flower

Трудно было сконцентрироваться на медитации, когда перед глазами развернулось столь увлекательное действо. Две фигуры так быстро маневрировали, обмениваясь ударами, что было видно лишь размытые тени. Это походило на красивый причудливый танец, исполненный под аккомпанемент звона клинков. Баньюэ, вооружившись близ лежащей палкой, сначала хотела повторить пару выпадов. Но быстро сдалась, с тем как темп боя нарастал. Тренировочные бои между генералом Хуа и Сяо Хуа обычно не были такими напряженными. И заканчивались всегда примерно одинаково. Либо товарищеской ничьей, либо победой генерала. Но в этот раз азарт заметно возрос, и оставалось лишь глядеть на происходящее с открытым ртом. Баньюэ подумала о том, за кого она лично болеет. Но не успела со всех сторон рассмотреть эту мысль. Ее отвлек меч, что прямо перед ней, на расстоянии трех чжанов резко вонзился в землю. Девочка окинула взглядом старших: Се Лянь так вспотел, что стал белее снега, и усиленно пытался отдышаться. Сяо Хуа откинул в сторону свою саблю и сел прямо на песок, переводя дыхание: - Гэгэ, я победил, — произнес он. - Это...это было достойно. Ты вырос в фехтовании с наших первых тренировок. Баньюэ подбежала к ним, неся в руках флягу с водой. - Спасибо. Се Лянь сделал несколько больших глотков и предложил воду Сяо Хуа. Выпив немного, солдат вернул флягу Се Ляню. Тот опустошил её полностью. - Пойду наберу еще. - С этими словами генерал удалился, подобрав по дороге меч. Баньюэ проводила его взглядом и повернулась к Сяо Хуа: - А ты сильный. В первый раз вижу, чтобы генерал кому-то проигрывал. Юноша ничего не ответил, лишь хмыкнул. Тогда Баньюэ спросила: - Научишь паре приемов? - А тебе зачем? - Защищать простой народ. Этот ответ почему-то показался солдату забавным. Он поднял с земли саблю, вернув ее в ножны, и со смешком сказал: - Лучше выполняй практики, которые тебе дал гэгэ. - А ты тоже самосовершенствуешься? - Нет, мне незачем. - А зачем тебе сражаться? - А так тебе все и расскажи. - Это секрет? - Может, и так, — загадочно ответил солдат. - Я никому не расскажу, обещаю. Сяо Хуа взглянул на нее и, подумав немного, опустился на одно колено так, чтобы быть на одном уровне с Баньюэ. Затем улыбнулся так по-лисьи лукаво и спросил: - Значит, обещаешь? - Мячом своим клянусь, — не задумываясь, ответила Баньюэ. - Мало, — покачал он головой. - Тогда жизнью! Сяо Хуа вздохнул и махнул рукой: - Хорошо, если все настолько серьезно, то расскажу. Есть один человек, которого люблю и хочу защитить. Ну разве это назовешь тайной? Вот если бы это был кто-то, кого Баньюэ знает, то другое дело: - Что это за человек такой? Он хотел было рассказать, но не успел, так как тут очень кстати вернулся Се Лянь: - Секретничаете? Сяо Хуа поднялся, сменив лукавство на самое невинное выражение лица: - Ну что ты, только не от тебя, гэгэ. - Жаль вас отвлекать, но нам нужно идти. Построение. - Се Лянь повернулся к Баньюэ. - Мне очень жаль милая. - Все хорошо, — кивнула Баньюэ. - У меня и свои планы были. - Ну, хорошо, — Се Лянь ласково потрепал девочку по макушке. - Тогда, береги себя. Уходя, солдат взглядом указал на Се Ляня и подмигнул Баньюэ. Она не совсем поняла, что он имеет в виду, но подмигнула в ответ. На том и разошлись. Пока солнце стремилось за горизонт, оставляя за собой лишь тонкую алую полоску, Пэй Су старался успеть разжечь костер перед тем, как окончательно похолодает: - Сейчас уснешь,- сказал он, взглянув на мирно сидящую рядом Баньюэ. Закрыв глаза, она мерно дышала, будто и правда в полудреме. Но услышав слова Пэй Су сразу очнулась: - Я не сплю. Это медитация. - Хочешь в монахи податься? - А? - Баньюэ задумалась. - Нет. Просто генерал Хуа говорил что Дао помогает человеку стать сильнее телом и душой. - Как это помогает телу? - Пэй Су, наконец зажег огонь и теперь уселся рядом с костром. Баньюэ поежилась от вечерней прохлады и поспешила подсесть к нему: - Не уверена, что понимаю...это же только начало. Думаю, еще много всего будет. И бегать я научусь, и фехтовать. - Тогда и меня научишь заодно, - улыбнулся Пэй Су. - В армии пригодится. - Ты хочешь вступить в армию? - удивилась Баньюэ. - Хочешь или нет, никто спрашивать не станет. Сейчас всех подряд берут. Ты не знала? Баньюэ не знала, но ее отчего-то расстроила эта новость: - Ну а ты сам...хочешь? - Да, хочу помочь Юнъаню. И конечно, до полководца дослужиться...ну в идеале. Девочке не хотелось думать о повзрослевшем солдате Пэй Су, который сходится клинками с жителями Баньюэ. Может, даже один из этих клинков принадлежит... - Вот увидишь, — Пэй Су повернулся к Баньюэ и положил руку ей на плечо.- Когда я дослужусь до генерала, тебя и пальцем никто не тронет. - А что будет? - Я им эти пальцы отрублю, — заверил друг. - Это жестоко, — рассудила Баньюэ. - А справедливость такая штука, что вообще никого не щадит. Баньюэ слишком устала сегодня для таких разговоров. Она облокотилась на плечо Пэй Су и прикрыла глаза. Пэй Су пойдет воевать за людей Юнъаня. Это ведь то же самое, о чем говорил Генерал Хуа, разве нет? А за кем пойти ей, связанной с обеими государствами. Она подумает об этом позже. Пока здесь нет никакой армии, только тепло. Сейчас и правда уснет. На следующее утро Баньюэ спешила покинуть город, чтобы посетить оазис с кустами красивых розовых цветов. Погода сегодня стояла не такая жаркая, и людей на улицах было больше. Поэтому она аккуратно продвигалась по закоулкам, стремясь лишний раз не наткнуться на патрульных или дворовых ребят. Но у судьбы на нее были другие планы. Стоило зайти за поворот, ведущий к границе ворот, как она услышала недалеко голос: - Эй, Баньюэ! Не хочешь с нами? Обернувшись, она увидела группу из четырех мальчишек. Негласный лидер группы, держа в руках мяч, вышел вперед и еще раз позвал: - Сыграешь? Она знала их. Не имена, но то, что после этих «игр» некоторые синяки так и не зажили. Баньюэ, усиленно пытаясь скрыть страх, покачала головой: - Нет, я...мне надо... - Куда? - Туда, — она показала в сторону городских ворот. Мнимого дружелюбия как не бывало: - Что, побежала жаловаться генералу? - Нет! - воскликнула Баньюэ.- Прошу, я просто хочу уйти... Мяч, что был у мальчишки, прилетел ей прямо в живот. Резкая боль едва не подкосила ноги. Согнувшись, Баньюэ старалась устоять, потому что если сейчас упадет, то уже вряд ли встанет. - Больно? - спросил главный. - Может, маму позовешь? - Я...не... - А, точно! У тебя же ее нет. Поэтому ты только и можешь, что шататься, как крыса по помойкам, да прятаться за спинами старших. - Я не прячусь... - Бесишь! Злоумышленники стали медленно приближаться к ней, как паника, подкрадывающаяся к горлу. Она может закричать. Но, придет ли кто-нибудь на ее крик? Она может попытаться убежать. Но, скорее всего, ее быстро сцапают за ногу и побьют. Она может смириться со своей участью и перетерпеть это. Но четверо крупных парней на одну маленькую девчонку. Звучит страшно. Действуя быстро, глаз Баньюэ заприметил метлу возле одного из домов. Нет, она не позволит вот так прибить себя в переулке. Она быстрее кинулась в сторону инструмента и успела схватить, прежде чем один из мальчишек вцепился ей в плечи. Баньюэ нанесла ему удар метлой по шее, когда двое других потянули метлу на себя, пытаясь забрать ее. Баньюэ пнула одного в живот, но, потеряв равновесие, упала. Как можно быстрее она попыталась подняться, но остальные принялись ногами втаптывать её в землю. Тогда, извернувшись, она со всей силы вцепилась зубами в ногу противника: - Тварь! - крикнул тот и со всей злобы пнул Баньюэ по лицу. Удар едва не сломал ей челюсть. Сознание помутилось от боли, и Баньюэ почувствовала, что больше не может продолжать драться. А пинки все не прекращались. Она пыталась оттащить придурков за ноги, кричала изо всей силы. Но, похоже, это конец... Ее и правда сейчас либо прибьют, либо побьют до потери способности передвигаться. Она отчаянно пыталась подняться, снова пыталась за ноги оттащить придурков. Как мерзко, как жалко. Она наивная дура, думала, что хочет помогать окружающим. А эти окружающие раз за разом оставляют ее вот так драной кошкой валяться на улице. Звуки пинков постепенно стали затихать. Перед тем, как потерять сознание, Баньюэ услышала крик, но кому он принадлежал, разобрать не смогла. Очнувшись, она обнаружила себя в ветхом деревянном доме, лежащей на старой циновке и укрытой красным плащом. Все тело изнывало от невыносимой боли, и даже движения головы давались ей с большим трудом. Прислушавшись, Баньюэ догадалась, кто её принес сюда: - Дети бывают очень жестокими, гэгэ. - сказал, судя по всему, Сяо Хуа. - Ты знаешь? - спросил Се Лянь. - Бывали случаи в детстве. - Оу... Девочка позвала: - Генерал? Перед лицом сразу предстал обеспокоенный генерал Хуа: - Как ты? - Нормально, — соврала она. - А что я здесь делаю? - Сань Лан нашел тебя без сознания и принес в этот заброшенный храм. Затем сразу привел меня. Баньюэ аккуратно приподнялась на локтях и перевела взгляд на стоящего в углу Сяо Хуа. Он выглядел мрачным. - Как долго я была без сознания? - повернулась Баньюэ к Се Ляню. - Уже вечер. - Простите... - За что? - удивился Се Лянь. - Баньюэ, это ты прости. Давно надо было с что-то с этим сделать. - А что вы можете сделать? Се Лянь ничего не ответил. Его, кажется, расстроил этот вопрос. - Помнишь, ты хотела научиться драться? - вступил в разговор Сяо Хуа. - Помню,- кивнула Баньюэ. Юноша подошел и сел рядом: - Значит, будешь учиться. - Правда? - обрадовалась Баньюэ. - Ты научишь? - Ну, меч семилетке, конечно, в руки никто не даст. - Мне не... - Без разницы, но! Запугивать дворовую шпану могу научить. Баньюэ скептично приподняла бровь: - А ты сам не очень похож на человека, которому приходилось спасаться от шпаны. - Не похож? Приятно слышать. Кто знает, может, вырастешь, и тебе так скажут. - И когда мы начнем? - Сначала вылечись, — усмехнулся юноша. - Успеешь еще. - Он прав, - кивнул Се Лянь поглаживая плечо девочки. - Лучше пока отдыхай и набирайся сил. Есть не хочешь? - Хочу... - Пойдем на площадь, купим что-нибудь. - обратился Се Лянь к Сяо Хуа. Они наказали Баньюэ лежать и ждать их в храме. Но уже у выхода она окликнула Сяо Хуа: - Гэгэ! - М? - Знаешь... хотела стать сильнее, чтобы как генерал Хуа, защищать слабых, но сама оказалась жалкой. А люди меня ненавидят. Тогда для чего все это? Сяо Хуа кивнул Се Ляню. И, вернувшись к циновке и присев рядом и спросил: - Прям все ненавидят? - Нет...- смутилась Баньюэ.- Вы с генералом и Сяо Пэй...нет. - Вот видишь, сильные не обозлятся на мир за то, что он к ним несправедлив. Важно помнить о тех, кто показал тебе, что он не такой уж и мерзкий. Вот ради них и стать лучше. - Я стану! - уверенно заявила Баньюэ. - Я верю, — улыбнулся Сяо Хуа.