Как довести лорда Кунсайта

      Лорд Кунсайт лишь месяц назад узнал, что стал женихом. Представьте себе, жил двадцать семь лет, ездил по гарнизонам, тренировал солдат, отбивал Землю от захватчиков и вдруг вышел в тираж. Не иначе как король решил от него избавиться! А как понимать столь нелогичное, столь странное решение? Кунсайт думал, что он, можно сказать, на пике своего расцвета: он еще молод, но уже опытен, он первый лорд, главный советчик и наставник юного принца Эндимиона, самый знатный, после королевской семьи, вельможа. У него слава железного, несокрушимого воина, и слава эта отнюдь не беспочвенна. И что же теперь? Ему вручают желторотую семнадцатилетнюю девчонку: на, женись! Пора быть полезным не только на поле брани! А Кунсайт понятия не имеет, как это — просто жить. И зачем? Он никогда об этом не думал. У него не было ни склонности, ни интереса к оседлой семейной жизни. И, конечно, он мог бы формально вступить в брак, однако ему даже времени на подобную чушь не хотелось тратить. Вместо того, чтобы проводить традиционные весенние учения, он вынужден строить из себя гостеприимного хозяина (впрочем, этим Кунсайт утруждался слабо), а впоследствии будет вынужден строить из себя мужа, то есть притворяться вечно.       Хотя, наверное, судя по тому, что из себя представляет его невеста, принцесса Венеры, вечность будет недолгой, пусть кто из них овдовеет, вопрос очень спорный.       «Нет уж, — яростно думал Кунсайт, беспощадно кромсая стейк, сочащийся кровью, — принцесса сбежит, и королю придется передумать втравливать меня в политические браки. Я — плохой способ налаживать дипломатию. Мое дело — это война. Даже если это самое дело касается какой-то девчонки», — и лорд воткнул в мясо вилку, как-то не очень по-здоровому наслаждаясь тем, как она раскачивается.       Но зловещий вид Кунсайту удалось сохранить недолго, ведь именно в этот момент на парадной лестнице, ведущей в столовую, показалась его невеста. Лорд не сразу понял, что смотрит на нее — в прямом смысле — с открытым ртом.       К неприветливому земному двору ледяного лорда Кунсайта принцесса Миналин явилась во вполне симпатичном (даже на взгляд генерала) платье. Сейчас же, кажется, над нарядом юной невесты поработала какая-то безумная птичница: поверх довольно скромного голубого наряда то тут то там торчали немыслимые алые перья, словно Миналин подралась с попугаем ара или распотрошила перьевую подушку, и даже в ее золотистых волосах торчали нелепые красные пучки. Но хуже всего было выражение лица девушки: злорадно-веселое, с сатанинским блеском в голубых глазах и неестественным оскалом светской хищницы. Кунсайт столько всего поведал на своем насыщенном веку, но еще никому не удавалось ввести его в такой ужасающий ступор.       — А вы невежа, дорогой Кунсайт, даже не соизволили дождаться своей гостьи, — фамильярно прочирикала Миналин, таращась на вилку, торчащую из стейка. — Или, быть может, обжора? Но не стоит смущаться, я люблю мужчин с хорошим аппетитом. Однажды ко мне такой сватался… — она глупо захихикала и угнездилась напротив лорда, шумно подтащив стул.       Лакей уже готов был подскочить к ней, чтобы хотя бы успеть предложить кушанье, раз уж уселась она самостоятельно, однако принцесса, бесцеремонно оглядев стол, тут же шмякнула себе такой же, как у Куна, стейк с кровью и едва ли не вцепилась в него зубами. Так, наверное, пираньи треплют жертв, прежде чем проглотить ошметки своей добычи.       «Какой кошмар», — потеряв всякое самообладание, ужаснулся Кунсайт. И это про землян шепчутся, что они дикари с чопорными замашками! Кто бы глянул на принцессу Венеры! Наверное, король над ним просто издевается, раз предложил ему на ней жениться. Раньше Кунсайт думал, что его величество просто решил отодвинуть его от дел, теперь же лорд опасался, что тот и вовсе задумал от него избавиться.       — А где ваши служанки? — решил спросить лорд, боясь услышать чавканье.       — У меня их нет, — беспечно махнула ладошкой Миналин, отрываясь от мяса. — Эти глупые девчонки сбегают одна за одной. Совершенно не понимают юмора. А ведь Виолетте было куда лучше с короткими волосами. Вы бы слышали, как она визжала, когда встала с постели, а ее вульгарные рыжие кудряшки остались лежать на подушке! А Велена? Подумаешь, платья ее сожгла! Они были уродливы до неприличия, было бы над чем плакать.       Миналин смотрела ему прямо в глаза, словно ожидая, что он скажет. Кунсайт в жизни не слышал такого отвратительного вздора. Мало того, что принцесса тупа, так еще и жестока.       — Я решила, что обойдусь и без них. И, как видите, прекрасно справляюсь. Только гляньте на мой наряд. Могли ли эти глупышки создать что-то столь утонченное?       — Принцесса, я бы хотел поговорить с вами начистоту…       — Позже, мой дорогой Кунсайт, позже. Неделя — ничтожный срок для воплощения всех моих планов. Мои вещи уже принесли, и мне не терпится уютно обосновать в своих покоях. Слышала, погода в этих краях переменчива, а мне хотелось бы быть во всеоружии. Вы не против, если я вас покину? — принцесса оттолкнула тарелку и тут же вскочила. — Полагаю, увидимся вечером? — она едва промокнула губы салфеткой и тут же влетела вверх по лестнице, трепыхая всеми своими красными перьями.       К завтраку, словом, принцесса почти не притронулась.       Кунсайт окликать ее не стал. Откровенно говоря, он представлял себе эту встречу совершенно по-другому. План был определенный, и он, олух такой, успешно его провалил. Лорд, конечно, не должен был грубить принцессе, и это совершенно на него не похоже. В обычной жизни и на службе Кунсайт слыл очень хладнокровным человеком. А тут — знакомство с принцессой! Он должен был держаться протокола хотя бы из понимания, что перед ним — особа королевских кровей. Но Кунсайт был слишком взбешен, слишком выведен из строя этим навязанным сватовством и тем, что буквально за час до прибытия потенциальной невесты король отклонил его просьбу вернуть своего главного генерала солдатам. Кунсайт знал, что ему было бы куда полезнее и вернее сейчас находиться со своими подопечными-мальчишками, готовящимися к первому бою, воодушевлять их и поддерживать, а не терять время с изнеженной девицей. И все же он не сдержался и жалел об этом. Хотя сожаление, конечно, не было связано со стыдом перед дамой. Принцесса Миналин была невообразимо глупа и нахальна и совершенно не понимала, насколько некрасиво с ней поступили. Лорду стоило соблюсти принятые нормы и сразу же вывести принцессу на откровенный разговор ради себя и ради своих солдат. А теперь? Он растерялся, огрызнулся, а эта девчонка совершенно непробиваема! Мог ли Кунсайт предположить, что когда-нибудь попадет в такую глупую ситуацию, да еще и по собственному скудоумию? Скажи он Миналин, что не собирается жениться на ней и хочет, чтобы она уехала, она даже бровью не поведет. Вряд ли в ее кукольной голове промелькнет хотя бы крупица мысли, что ей где-то могут быть не рады.       Нет, выгнать он ее не может. Кунсайт не видел иного выхода, кроме как вытерпеть эту положенную по протоколу неделю, а потом тут же снова обратиться к королю с просьбой вернуть его на службу. Не сложилось, не получилось, не загорелось. Конечно, принцесса Венеры — мечта любого мужчины, и для лорда было огромной честью принимать ее в своих владениях, и вообще, он теперь месяц будет плакать в подушку из-за ее отказа, но на нет и суда нет. Не для него ее розочка цвела.       И как же ее отпугнуть, но не напугать?       Если Кунсайт заставит Миналин уехать раньше срока, король и венерианские монархи могут быть очень недовольны. А лишний гнев в свою сторону лорд вызывать не желал, хватит и того, что, похоже, он и так в немилости. Значит, с одной стороны, Кунсайт должен удержать принцессу в своей резиденции, сделать так, чтобы она пребывала здесь по своей воле оговоренный срок (это, слава небу, такой невыполнимой задачей не казалось, пусть и не приносило удовольствия), но вместе с тем, не имела на него никаких притязаний. Что способно смутить подобную девицу, которая, даже не получив положенного вежливого знакомства и уважения, уже называет его «своим дорогим Кунсайтом»?       Лорда передернуло. Ясно одно: он должен ей опротиветь. Вести себя так, чтобы у нее отпала мысль связать его браком. Если после возвращения домой принцесса не выразит по поводу их возможной женитьбы протест, считай, они уже женаты, Кунсайта же и слушать не станут. Сунут прямо в объятия этой гарпии, и все, до свидания, первый лорд земного королевства!       Лорд мученически вздохнул. Еще никогда ему не приходилось заниматься чем-то столь глупым. И чем-то столь судьбоносным.       ***       К вечерней встрече, коль принцесса обещала спуститься к ужину, Кунсайт решил подготовиться серьезно: во-первых, ему пришлось подняться в закрытые комнаты, которые пустовали не одно десятилетие, со времен прошлых хозяев, владевших дворцом. Кажется, принцесса яростно следит за модой? Что ж, она получит модника, какого еще не видывала. Кунсайт перетряс все старые сундуки, покрытые вековой пылью, и достал оттуда самые безобразные лохмотья, кафтаны и жабо. Конечно, принцесса уже видела его в военной форме, но кто сказал, что он так выглядит всегда? Кунсайт собрался поразить воображение принцессы своими домашними нарядами. Пусть любуется. Надеяться, что Миналин способна слушать и анализировать, ему не приходилось.       Во-вторых, Кунсайту пришлось залезть в местную библиотеку, которая хоть и была весьма скудна, но все-таки содержала пару-тройку медицинских справочников. Читая названия диковинных болезней, недугов и уродств, лорд переписывал их на бумагу, стараясь уложить в голову как можно больше названий и мерзких подробностей.       В-третьих, лорд обошел слуг и отдал несколько ценных распоряжений касательно предстоящего ужина и комфорта принцессы. Кунсайт помнил: она должна остаться и не обвинить его в дурном обращении, а это значит, что все его причуды будут исходить исключительно с посылом заботы и желания угодить ей. Ну что поделать, если понимание заботы у Кунсайта очень специфическое? Это же не значит, что он не старается! Пускай невеста почувствует гостеприимство своего жениха, силу его обаяния и попыток ухаживаний.       Пока Кунсайт занимался разработкой своего плана, солнце неминуемо клонилось к закату. До встречи с принцессой было всего ничего, и лорд поспешил наводить марафет. Он всегда считал, что лгун из него никакой. Да, эмоции скрывал лорд блестяще, однако артистизм и тем более шутовство было ему так же чуждо, как и кокетство. Только вот на карте стояла его судьба, и Кунсайт обещал себе постараться, а образ его возможной суженой придавал ему решимости.       Что ж, принцесса, любите и жалуйте своего жениха! Если сможете, конечно.