Как довести лорда Кунсайта

      Миналин смотрелась в зеркало и крутила лицом туда-сюда, стараясь оценить свои старания. Теперь была очередь пурпурного платья, которое когда-то принцесса отвергла, чтобы не выглядеть кричаще. Что ж, судя по тому, как перекосило безэмоциональную физиономию лорда Кунсайта, торчащие во все стороны красные перья его впечатлили, и терять достигнутую высоту Мина не собиралась. Быть может, это был перебор? Зачем ей специально выводить его? Но Миналин чистосердечно испытывала удовлетворение от своего маскарада. Он первым задел ее, первым нагрубил. Миналин, оказавшейся на чужбине, без возможности развернуться и уйти, лишь пришлось достойно выстоять и, удовлетворения ради, предаться маленькой мести. И так ясно, что лорд и не думал на ней жениться, так какая разница, что он о ней подумает? Да, быть может, пойдут слухи о ее невменяемости и жутком характере, однако принцесса была готова рискнуть. Она слышала, что недавно Рейджине поступило предложение руки и сердца от лорда Джедайта. Уж если кто-то позарился на подобную вздорную особу, вряд ли Мина окажется без мужа даже с учетом дурной славы.       Иногда и Миналин, покровительницу Любви, искренне бесила эта славная традиция сбагривать принцесс под венец во что бы то ни стало.       Так, что мы имеем? Пурпурное платье сплошь усыпано крохотными ярко-оранжевыми бантиками. Их так много, что кажется, будто оно поросло неизвестным науке рыжим лишайником. Бантики даже в ее наспех завитых на тряпочки волосах, залитых сиропом, а оттого стоящих колом в немыслимой высокой прическе. Ее единственный плюс в том, что так не видно выжженного Рейджиной клока.       Косметикой Миналин почти не пользовалась: на Танате это было совершенно ни к чему, а при дворе выглядело как-то вульгарно. Принцесса от природы имела здоровый румянец, пышные ресницы и яркие розовые губы. Но здесь пришлось постараться: щедро измазалась вишневой помадой, чахоточно нарумянилась и так подвела глаза, что век почти не было видно. Миналин улыбнулась своей фирменной улыбкой, коей она одаривала Кунсайта, и непроизвольно прыснула: судя по всему, в этот раз челюсть лорда скривится так сильно, что придется вправлять.       Для антуража бы не помешали какие-нибудь мерзкие духи, однако ничего подходящего найти не удалось, и Мина решила озаботиться этим позже. Зато в залежах шкафа ей посчастливилось обнаружить отвратительную зеленую шаль с кисточками, вид которой окончательно портил ее платье.       «Я готова, — разглядывала себя в зеркале Миналин. — Надеюсь, его светлость хватит эпилептический припадок или разобьет паралич».       Наконец, в комнату постучался лакей, тот самый, что Миналин прозвала мальчишкой. Пожалуй, он был единственным, перед кем Мине было стыдно, и она обещала себе обязательно принести свои извинения перед отъездом из владений Кунсайта. Увидев госпожу в ее парадном наряде, несчастный стал громко и безудержно заикаться:       — Мил-лорд… Кунсайт ож-жидает вас в столовой, ми-миледи.       Миналин оскалилась, но промолчала. Вздернув нос, она прошествовала мимо слуги и пошла в сторону столовой, в которой завтракала с лордом. Уже издалека она увидела все тот же накрытый овальный стол, но, в отличие от утра, венчали его два резных подсвечника. Приподняв юбку рукой, принцесса, не переставая скалить зубы, важно спустилась вниз, где, к ее удивлению, ее тут же кинулся встречать Кунсайт, до этого сидевший за столом. Миналин уже приготовилась выдать какую-нибудь нелепость, но так и не выдавила ни звука.       На лице ледяного лорда горела безумная улыбка. По-другому ее охарактеризовать было абсолютно невозможно, потому что хоть Миналин была с ним знакома неполный день, уже доподлинно знала, что Кунсайт — человек-чурбан. Мина скорее ожидала, что ей улыбнутся стоящие на столе подсвечники, чем их хозяин. Однако мало того, что лорд улыбался с таким видом, будто знал, как это делается, только понаслышке, он был разодет во что-то совершенно невообразимое. Во-первых, на нем было напялено нечто похожее на голубой фрак, на рукавах которого слоились ужасные, пожелтевшие от времени и полу-изветшалые белые кружева. Брюки были черные и мятые, ботинки — потрепанные, а рубашка почти истлевшей. А еще от него так несло не то сыростью, не то плесенью, что хотелось зажать нос.       — Миледи, — Кунсайт слюняво облобызал ее руку, и Миналин еле выдернула ладонь из его цепких холодных пальцев, через силу улыбаясь.       Возможно, у Кунсайта есть сумасшедший брат-близнец? Или какое-то психическое расстройство?       — Мил-милорд, — Миналин и сама не удержалась от заикания, вытирая руку о шаль. — Какая галантность!       — Я бесконечно долго ждал этого вечера, моя дорогая Миналин, — Кунсайт уже было вцепился и во вторую ладонь, но Мина умудрилась спрятать ее за спину. — Слуги отосланы, мы здесь вдвоем. Прошу к столу, — он схватил ее под локоть и потащил на стул.       Мина плюхнулась на сидение, и Кунсайт тут же оказался рядом, словно преданный лакей.       — Что это? — не сдержалась Миналин, уставившись на большое блюдо — единственное, не считая нескольких пустых тарелок и бокалов. Приборов не было.       — Сельдерей, — спокойным шелестящим тоном отметил Кунсайт, весело похрустывая зеленой палочкой, — я на диете. Сейчас уже вечер, и тяжелая пища вредна. К тому же, у меня проблемы с мочеиспусканием, а сельдерей очень даже этому способствует. И кости укрепляет, а то так ломит порой, хоть с постели не вставай. Вы кушайте, кушайте. До утра еще далеко, надо насытиться.       Мина не к месту ощутила, что у нее начинает дергаться правый глаз.       — У меня проблемы с мочеиспусканием, — вдруг снова выдал Кунсайт, накладывая в тарелку Мины чудо-овощ.       — Вы это уже говорили, — с опасением напомнила Миналин, и лорд удивленно округлил глаза:       — Что вы? У меня же еще и склероз! — и снова принялся хрустеть сельдереем, нависая над Миналин.       Вот это сумасшедший дом! Куда она попала?       — Простите, — почти робко спросила принцесса. — Вы не хотите присесть?       — Мне вредно сидеть, у меня геморрой, — беспечно заявил лорд, жутко улыбаясь. — И проблемы с мочеиспусканием.       «И склероз», — испуганно добавила Мина, таращась на Кунсайта.       — Почему же утром вы сидели? — зачем-то спросила Миналин, хотя сделала это не из любопытства, а из желания хоть чуть-чуть отвлечься от того, как лорд, нависнув, активно жует над ней сельдерей.       — Ну не могу же я не сидеть вообще. Тем более, когда я на успокоительном, я становлюсь вялым, и мне хочется опереться.       «Значит, неэмоциональным он был из-за лекарств, — пронеслось в сознании Венеры. — И это — первый лорд Земли! Страшно представить, что за калеки местные солдаты!»       — Я так очарован вами, — промурлыкал Кунсайт, наконец усаживаясь напротив; в свете свечей он выглядел еще более жутко, словно злорадный древний вампир, восставший из склепа, — я так рад, что король наконец подобрал мне невесту.       — Или мне показалось, или вы не хотели жениться?       Миналин чувствовала, что совершенно выбилась из роли, но поведение Кунсайта настолько ее вывело из строя, что, пожалуй, было не до комедии.       — У меня дурное настроение, когда я на успокоительном, — доверительно поделился Кунсайт, не переставая жевать. — Тем более, лекарь сейчас обновил методы моего лечения. Пиявки, знаете ли, мало кому приносят удовольствие. Тем более, у меня же проблемы с мочеиспусканием.       Миналин поняла, что непроизвольно поднялась со своего места:       — Спасибо, милорд, за увлекательную беседу и чудесный ужин, — скорее проквакала, чем сказала она.       — Но вы же почти ничего не съели, моя дорогая Миналин! — сплеснул руками лорд, поднимаясь следом, и Миналин от души взмолилась, чтобы он не кинулся со своей галантностью к ней.       — Съела, — все-таки съерничала Мина, неправдоподобно улыбаясь. — Просто вы забыли. У вас же склероз!       — И то правда. Тогда позвольте пригласить вас на совместный завтрак. По утрам я позволяю себе более калорийную пищу и, хотя кажусь вялым и сдержанным, собеседник, возможно, из меня более приятный.       — Благодарю, милорд, но я надеюсь, с вашего позволения, хорошенько выспаться, — тут же с притворным сожалением похлопала ресницами Мина.       — Тогда прогуляемся перед обедом. Скажем, в половину двенадцатого вас устроит? Надо бы записать, а то у меня склероз. Мне полезны пешие прогулки, это облегчает геморрой.       «Да хоть бы ты вообще забыл, что я приехала!»       — Конечно, мой дорогой Кунсайт.       Миналин кинулась к лестнице, потому что ей показалось, что лорд всерьез намерен облобызать ей руки снова, тут же побежала в свои покои и впервые заперлась. Она закрыла ладонями напомаженное лицо и, когда отняла их, увидела розовые разводы румян и помады. Каков кошмар! Быть может, насмешки Хару и Рейджины куда лучше недельной компании лорда Кунсайта? Как хорошо, что ей удалось отсрочить их с женихом встречу хоть на пол-утра.       Нет уж, спасибо. Не так уж она теперь разочарована, что лорд не намерен жениться. Наоборот, она каким-то образом умудрилась разжечь в нем пламенные чувства! А женитьба ей, Венере, ну вот совсем не нужна, только вот Кунсайт, кажется, свои взгляды поменял.       «Ну вот недаром же Литана говорит, что я без царя в голове, — сокрушалась Миналин, размачивая залитые сиропом волосы. — Сначала делаю, потом думаю. Нет бы просто потерпеть неделю. Или уехать. И плевать на реакцию Хару, не впервой! А теперь я в лапах этого психа! По собственной же глупости, между прочим».       Кажется, тактику стоит сменить. Ей придется каким-то немыслимым образом заставить Кунсайта разочароваться в мысли, что она его суженая, но лучше бы все-таки постараться пробыть здесь положенный срок.       «Если у меня тоже не начнется от этого склероз. И проблемы с мочеиспусканием».       ***       Миналин встала засветло. Пусть Хару постоянно насмехалась над любовью подопечной к утреннему ничегонеделанию, многолетние тренировки подняли принцессу сами собой, а тело привычно потребовало нагрузки. Наведя утренние туалеты, забрав волосы в бант на затылке и одевшись в свое самое легкое бежевое платье, которое позволит ей во вполне приличном виде передвигаться по владениям лорда, Миналин вышла из комнаты и спустилась вниз. Слуга рассказал ей, как пройти на задний двор, и заверил, что так рано ей там вряд ли кто-то встретится, поэтому Мина с легким сердцем отправилась на тренировку.       Воздух приятно холодил кожу. Солнце было ярким, но еще не пекло. Принцесса перевоплотилась в Сейлор Венеру и принялась за разогревающие упражнения и растяжку, потом — за выпады мечом. Ожоги еще приносили ей некоторое беспокойство, однако тело уже казалось послушным.       Сначала — бой с воображаемым соперником. Миналин, прищурившись, представляла себе Рейдж, с этой ее высокомерной ухмылкой и проклятой отточенной грацией. Потом — упражнения на скорость, чтобы отработать серии ударов. Миналин привыкла тренироваться с соперником, но, за неимением такового, пришлось ограничиться мишенью. Когда солнце стало ощутимо припекать, а на заднем дворе замелькали слуги, принцесса развоплотилась и поспешила вернуться в свои покои.       Был ли смысл разряжаться перед лордом Кунсайтом? Хотя Мине показалось, что лорд был шокирован ее нарядами, на самом деле, судя по всему, физиономия его кривилась отнюдь не от ужаса, а от какого-то неизвестного нервного тика, о котором он позабыл упомянуть из-за склероза.       Миналин передернуло.       И как же его отпугнуть?       Почти невозможно! На это у принцессы все же оставалось несколько идей.