Твоё, моё, наше

      Совсем молодой потомок далеко немолодого рода влиятельных магов одиноко сидел на убогой лавочке в каком-то жалком парке для людей. Парк, хоть и был жалким, но люди здесь мелькали то тут, то там. Лавочка же, несмотря на свою убогость, имела популярность у посетителей, видимо, благодаря открывающемуся с нее виду на невысокую статую неизвестной Драко женщине. Популярность местечка пришлось слегка занизить магически, чтобы хоть какое-то время провести на ней совершенно одному. Люди могли направляться именно к этому месту, но подойдя, решали, что у них есть и более важные дела.       Молодой Малфой сегодня пил. И ел, как бы странно это не звучало. Крепкий маггловский алкоголь тек в него прямо из горлышка тяжелой бутылки, что было для Драко совершенно недопустимо. Точнее раньше было недопустимо, а теперь стало совсем наоборот. После большого и невкусного глотка жидкости шло мягкое, подтаявшее в руке мороженое. С виду совсем не привлекательное, но очень вкусное.       Теплый апрельский день стал для него не признаком приближающейся весны, а знаком приближающейся беды. Сам день, конечно же, был не причем, а вот события, произошедшие чуть ранее, навевали объяснимый страх.       Драко с детства чувствовал эти невидимые флюиды, но часто отмахивался, как от назойливых первокурсников, которые не в состоянии найти гостиную своего факультета. Мать иногда упоминала об их родовом умении предвидеть, благодаря Салазара, что это не передалось ни ей, ни ее сыну. Конечно же, он молчал обо всем – зачем попусту расстраивать близких?       Так Драко почувствовал смерть своего домового эльфа будучи ребенком, открытую Тайную комнату, уже обучаясь в Хогвартсе, события на Чемпионате мира по квиддичу, без сомнений, возрождение Темного Лорда, смерть своего директора, которую чуть было не организовал самостоятельно. Ничего из этого юноша не видел во сне, не выходил ни в какие Астралы, у него не открывался третий глаз на лбу, и на уроках Трелони не было озарений, он просто чувствовал беду. Просто было страшно.       Перед тем как придти в парк Малфой встречался с Артуром Бронте в его кабинетишке. Они поддерживали небольшое общение, точнее, Драко был вынужден вести с ним всяческие коммуникации, выдавая себя за, не то чтобы, друга, но хорошего знакомого. «Держи друзей близко, а врагов еще ближе»: – так сказал один очень умный человек, и Драко не гнушался прислушаться к данному высказыванию.       Новый «хороший знакомый» оказался даже достаточно полезен в своих связях. Хоть Драко только принимал на себя все дела отца, некоторые знакомства ему были просто необходимы. Так сдвинулось дело с наследством, хоть отец пока что и был жив, дееспособность ему не вернуть. Новый знакомый банковский гоблин высокого чина даже пообещал все разузнать о состоянии сейфов Лестрейнж, которые благодаря министерской бюрократии все не переходили в руки к матери.       Сегодня в планах была просто встреча, можно сказать, дружеская. Драко скривился, будто съел целый лимон, все же половина бутылки виски выводили его эмоции наружу. Артур встретил его заговорщицкой улыбкой и воодушевлением в глазах. На прямой вопрос, что же такого хорошего случилось, он предпочел отшутиться, видимо, такую важную новость Бронте решил пока что скрыть. Так и прошла вся аудиенция. Казалось бы, ничего необычного. Лишь уходя Драко с сомнением обернулся, в лицо едва-едва дунуло прохладой.       Сквозняк.       Нет.       От сквозняка не перехватывает дыхание. Волосы на руках не встают дыбом. В носу не появляется запах едкой гнили, как пахнет протухшая кровь. Драко знал этот запах. Да и чувствовал он это совсем уж недавно, прямо возле Астории.       Беда.       Самое страшное – он не мог ничего предпринять. Точнее мог, но это было начисто лишено смысла. Он много раз пробовал и давно понял, что должно произойти – произойдет. Оставалось лишь ждать и молить Мерлина, молить изо всех сил, чтобы не зацепило его любимых людей. Их ведь совсем мало, может на этот раз судьба заберет не их. Драко пьяно хмыкнул: ну да, как же, не заберет, всегда ведь забирала.       Драко стал пить маленькими глотками и иногда посмеивался, глядя на проходящих мимо людей. Возможно и у них были несчастья в жизни, но кто из них мог похвастаться такой судьбой как у него? Самым большим достижением его существования было рождение в обеспеченной семье, хорошее воспитание, и…кажется всё. Вот совсем недавно появился какой-то смысл в жизни: война закончилась, его семья на свободе, скоро появится ребенок. И снова нужно готовиться к неизвестным бедствиям.       А может уехать с мамой, Асторией и… Гермионой Грейнджер? Тут он не удержался от громкого фырканья, потеряв при этом смачный кусок прохладного десерта и представив реакцию всех троих на поступившее предложение. Но он не мог ничего не делать. Раньше ему на это не хватало смелости и авторитета, сейчас же Драко мог просто сгрести всех в охапку и умахнуть, например в Китай, сделав ручкой многострадальной Англии. Очень хотелось так и сделать, да только нет смысла, в Китае судьба все равно найдет сбежавшего провидца.       Малфой встал и медленно побрел вглубь парка, подальше в тень деревьев, туда, где магглы не смогут застать его за аппарацией. Он шел к Грейнджер домой, ее рабочий день как раз подходил к концу. Откровенно пьяный и со сладкими руками от потекшего кушанья.       Грохнувшись на колени в темной подворотне, он хихикнул, не ращепило – успех. В ее окнах горел свет, и настроение еще немного улучшилось. Колено саднило, но мужчина не обращал внимания, он будто мотылек двигался в сторону горящих окон. Двигался медленно, зигзагообразно, но упорно.       Дверь Грейнджер открылась слишком быстро, неужели ждала? А может не его…       — Малфой? Что…       Заглушив ее вопрос собой, он буквально завалился на ошарашенную Гермиону.       — Ага, Малфой. Красивая все-таки у нас фамилия, да? — пока она с трудом протаскивала его вглубь жилища, задевая мебель, Драко рассуждал о своем происхождении.       — Очень красивая у ВАС фамилия, — она иронически выделила слово, пихая парня на диван. — А главное, ваше воспитание очень светско-этическое и безупречное. Настолько, что Лорд Малфой заставляет таскать его на руках!       — Если хочешь, Лорд Малфой за это будет носить тебя на руках вечно? — Драко слезящимися глазами окинул ее силуэт и широко улыбнулся. Она совсем не изменилась со школы: та же стойка с руками, упертыми в бока и агрессивный взгляд.       — Лорд Малфой что-то много на себя берет! В чем дело? Почему ты в таком состоянии?       — Мне сложно говорить, Гермиона, подойди ближе, — Драко хоть и был пьян, но знал действие ее имени на нее же. Удивление. Смущение. Влечение.       Она двинулась к нему, как доверчивая лань и угодила в ловушку. Драко резко дернулся вверх, схватив ее за бедра и рухнул обратно, все это сопровождалось ее испуганным воплем.       — Малфой! Немедленно отпусти меня! — девушка отчаянно дергалась, но сильные тренированные руки уже не отпускали свой золотой снитч. Он усмехнулся своим ребяческим мыслям.       Грейнджер быстро теряла силы в борьбе и в итоге затихла, насупившись и внимательно его рассмотрев, она заговорила.       — Ты пьян.       — Ага.       — Моей руке больно.       — Какой?       — Правой.       Драко глянул на ее запястье, согнутое под ее же весом и упирающееся в его грудь. Чтобы выпрямить руку, он должен был слегка ослабить хватку своих рук на ее спине, но почему-то это было сложно для него. Вместо этого он лишь сильнее прижал ее к себе, получив изумленный взгляд полный огня.       — Драко!       — А?       — Отпусти!       — Не хочу.       — Сейчас же!       — Не отпущу.       Девушка шокировано взирала на его ухмыляющееся лицо, переводя взгляд с одного глаза на другой. Она снова задергалась, сгибая ноги в коленях, но поздно поняла свою ошибку. Теперь девушка не просто лежала на нем, она сидела, касаясь ягодицами его паха. Драко задержал дыхание.       — Малфой.       — Что?       — Не смей.       — Что не сметь?       — У тебя жена.       Она протяжно выдохнула прямо возле его подбородка, и он с запозданием понял, что сдавил ее еще сильнее.       — Я не люблю её.       Шок из ее взора можно было вырезать ножом и пугать детей, настолько это было потрясением.       — Молчи, Малфой. Просто. Молчи.       — Я не люблю жену. Я не люблю Асторию. Я не хочу её. Я не захочу её. Я никогда не захочу её. Я…не сплю с ней.       Грейнджер сначала побледнела, потом покраснела, потом просто напросто уткнулась ему в грудь, скрываясь за своими волосами.       — Ты. Не. Можешь. Мне это говорить. — она сдавленно чеканила слова чуть постукивая лбом в районе его горла. — Права не имеешь.       — Но я хочу! — слова сами сорвались с пьяного языка, хотя легкое головокружение кажется уже почти прошло.       — Что? — девушка испуганно вскинула голову и снова дернулась всем телом, задев при этом животом ремень его брюк.       — Иметь. — Драко перекатил на языке это слово, медленно приходя в восторг. — Право.       Они застыли. Драко стало так хорошо, как ему не было возможно вообще никогда. Лишь руки стали подрагивать, выдавая душевное неспокойствие целиком. Её промежность находилась прямо над его членом и это приводило в Малфоя в дикое ликование, будто он впервые увидел девушку на своем пути. А может так оно и было на самом деле, ведь не было с ним такого. Этих подрагивающих конечностей, мурашек по спине, долбаных бабочек в животе.       Драко всего лишь… один раз, и сразу отпустит, сразу. Он пообещал себе, что отпустит, как только…всего раз.       Мужчина смахнул с ее лица волосы и пристально вгляделся в карие глаза, ожидая увидеть там ненависть, но нет, не было. Она не злилась, но и выказывала открытого добродушия. Гермиона выжидала.       Ослабив хватку, ровно для того, чтобы девушка выпрямила запястье, он снова надавил одной рукой, а второй медленно повел по пояснице. Остановившись возле края блузки, Драко так же медленно нажал на талию и в то же время приподнял свой таз, плотно касаясь её промежности. Малфой рискнул посмотреть ей в лицо, ожидая всего чего угодно, но только не этого бесстрастного выражения лица. Эта ведьма сбивала с толку.       — Не думаешь ли ты, Драко Люциус Малфой, что я отдамся человеку, который пришел ко мне будучи с затуманенным сознанием? Да еще и женатым, что более важно!       — Мое сознание в порядке, Грейнджер.       — Правда? Поэтому я первый раз вижу тебя пьяным и именно сегодня первый раз ты решил…, — она качнула бедрами ему навстречу, пуская по телу приятную дрожь.       — Думаешь завтра я буду плакать из-за того, что ты так бесстыдно позволила себе воспользоваться мной? — Драко хохотнул своему остроумию.       — Меня это зрелище не пугает, Малфой.       Следующие ее действия и вовсе заставили Драко придти в недоумение, но не подать виду. Девушка полностью расслабилась, устроившись удобнее на мужском теле – это было немного странно, Драко ждал что она будет драться и кусаться от его вольностей. А может он этого и хотел – получить пару хлестких пощечин, а еще лучше, если бы она его покусала до кровоподтеков. Салазар знает, где берут начало такие желания.       — Что тебя пугает, Грейнджер? — девушка долго молчала, вглядываясь в его глаза, будто там мог быть ответ. Буквально на одну секунду ее лицо озарилось ликованием, но тут же вернулось в исходную позицию. Громко вздохнув, она все же тихо заговорила:       — Пугает то, что я хочу держаться от тебя подальше, но не могу. Я хочу быть рядом всегда. Я не хочу строить из себя недотрогу, хочу, чтобы ты по-настоящему меня потрогал. Везде. Хочу, чтобы Астории не было рядом с тобой, в твоем доме, но ведь тогда бы и тебя не было рядом со мной сейчас. Как же мне жить, Драко?       Она даже не напрягалась, вываливая это на него, не покраснела, не заломила руки, что присуще девушке, признающейся в своих чувствах. А его имя она протянула так необычно, как-то по особому что ли. Просяще.       — Не хило… — кое-как прохрипел Драко, все еще не отойдя от шока.       В его голове уже несколько месяцев строился портрет Грейнджер и сейчас там прибавилась еще одна черта – невероятная женская мстительность. Девушка и в Хогвартсе редко была замечена в гуманности, если, конечно, это не были ее любимые эльфы, гиппогрифы или Уизли. Со всеми остальными она мало церемонилась, чего стоила только бедная Мариэтта. А еще Скиттер.       Прямо сейчас дошел черед и до него, Грейнджер неплохо так отомстила за его несдержанность. Теперь притворяться друзьями не имеет больше никакого смысла. Она фактически поставила его перед выбором, сказав всё это. А теперь выжидающе уставилась своими ясными лисьими глазками.       Смелая.       Хитрая.       Сучка.       — А шляпа-то ошиблась, выходит.       — Что? Какая еще шляпа? — брови ее слегка приподнялись, и Драко прижал ее поближе к себе, шепча ответ.       — Распределяющая.       — Ммм? Я давно об этом думаю, все-таки, место тебе на Пуффендуе! — девушка широко улыбнулась и незаметно попыталась отодвинуть свое тело, что оказалось задачей бесполезной.       — Неет, Гермиона, место мне на Слизерине, рядом с тобой, — она сдавленно охнула то ли от крепких объятий, то ли от ощущения легкого укуса на своей пылающей щеке. — Я буду защищать тебя ото всех. Ты не будешь нуждаться. Грейнджер, ты можешь бросить свою работу и просто путешествовать! Ты можешь не готовить и не убирать дом, я найму всех, кто тебе нужен! Сможешь купить самую быструю машину во вселенной!       Он всё говорил и говорил, сам не понимая, что за бред несет, а ее лицо все мрачнело и мрачнело, будто он предлагает ей не все блага мира. Драко замолчал.       — Скажи, что шутишь, Малфой. Скажи.       — Не шучу. Хочу, чтобы ты была счастлива. Очень хочу.       — По твоему, счастье – это когда в моем доме будут наводить порядок чужие люди? Или счастье – это когда человек шатается по миру без цели? А может счастьем будет то, что я буду наблюдать за тобой из-за кустов, пока вы с женой выгуливаете своего ребенка?       Окна квартиры опасно задребезжали, кажется в Грейнджер просыпался демон, даже пушистые волосы слегка начали магнититься вокруг головы, напоминая гриву льва.       — Все не так, Грейнджер, не нервничай, — Драко поспешил пригладить ее шевелюру, пока это еще было возможно. — Прошу только подождать. Я разберусь и приеду к тебе, где бы это не было…       — Ты меня с кем-то перепутал, Драко, я никуда не уеду. У меня столько дел! Зачем мне вообще уезжать? — девушка устало склонила голову на его плечо, после выплесков магии силы возвращались не сразу.       Он бы мог поделиться своими переживаниями, да только чтобы это изменило? Она не уедет, даже если услышит о скором возвращении Темного Лорда с того света, а такой вариант тоже был. Малфой с силой зажмурил глаза, в темноте замигали разноцветные пятна. Ну куда можно спрятать такую невыносимую занозу?       — У меня плохое предчувствие, поэтому я хочу, чтобы ты уехала. Ненадолго.       Она посмотрела так, что Драко почувствовал ее желание пролезть ему в череп и разложить все по полочкам, желательно, в алфавитном порядке.       — Я вся внимание, — Драко ослабил хватку своих рук так, что девушка смогла подняться с него. Она села рядом, потирая затекшие запястья и выжидающе пялилась.       — Я хочу, чтобы ты покинула страну без объяснений. Проси за это что угодно, — глаза ее опасно вспыхнули, и он надеялся, что это от предоставленной вседозволенности, а не от злости.       — Точно что угодно?       — Абсолютно.       — А знаешь… К черту! Я согласна! Я уеду! — девушка резко подскочила в волнении и зашагала по комнате с возбужденным видом.       Душа Драко Малфоя в этот миг совсем слегка треснула. Было так невыносимо отправлять ее куда-то подальше от себя. Она ведь не являлась его семьей, у них не было никакой близости, не считая прикосновений, так почему так больно расставаться? Но с другой стороны он должен был быть рад этому. Грейнджер согласилась, хотя он и не рассчитывал на такое везение. Паззл по-немногу складывался: Драко не собирался расставаться, а предложил лишь для своего спокойствия, он думал, что девушка откажется и останется рядом.       Она не останется.       Так будет лучше для нее!       Больно…       Она не пострадает от надвигающегося!       Тошно…       Она будет далеко в горах или на морях, пока он попытается вытащить жену и мать.       Обидно…       — Драко? Ты не спросишь, куда я направляюсь? — Гермиона не замечала его терзаний, бродя по своей квартире вся в своих мыслях.       — Ты так быстро решила?       — Нет-нет! Я уже несколько недель об этом думаю! — жарко воскликнула она, садясь на колени перед диваном, с которого Драко еще не поднялся. — Раз уж и ты хочешь моего отъезда, да еще и выдаешь карт-бланш на желание… Я хочу навестить маму и папу. Но…— она запнулась и с тоской взглянула ему в глаза, встречая такую же тоску от него. — Я хотела, чтобы ты был рядом, хотела позвать тебя с собой, но понимаю, что это неправильно.       — Неправильно? Еще скажи, что не путешествовала с своими вездесущими друзьями, — улыбнулся Малфой, радуясь возможности проводить и попрощаться.       Гермиона нахмурила свой маленький лобик, и уставилась подозревающим взором карих глаз. Ясно как белый день, о чем она думала: о людях, об Астории, об общественном мнении.       — Ты же знаешь, что это другое, Малфой.       — Знаю-знаю. Отправимся разными путями, я все организую, скажи только страну, — в его голове уже во всю рождался план отхода девушки от последствий его плохого предчувствия.       — Они в Австралии, но сначала я должна предупредить всех на работе.       — Нет! — вскрикнул Драко, отчего девушка дернулась всем телом. — Извини. Позволь мне сделать всё, Грейнджер. Я договорюсь с миссис Забини сам, хорошо?       — Ну, я даже не знаю, Драко, это как-то странно, — Гермиона сильно сомневалась, и он должен это решить. Обязан.       — Тебе не обязательно так основательно всех готовить в своему отпуску, Гермиона, — он мягко провел подушечкой большого пальца по ее щеке, вызывая растерянный взгляд. — Ты и сама говорила, что в клинике все процессы уже автоматизированы. Твоя подружка Стоун уже всем может заниматься. Просто собери чемодан.       — Малфой, что происходит? — его маневр не сработал, конечно, это же Грейнджер. Слишком дальновидная Грейнджер.       — Просто хочу избавить тебя от лишних телодвижений. Неужели ты не хочешь скорее встретиться с родителями? — последняя попытка увести ее внимание в сторону.       По ее настороженному взгляду можно было сказать, что и это не сработало. Великий Салазар, что делать с этой женщиной?! Мысли Драко прервал жуткий звук маленького маггловского устройства, именуемого как телефон. Гермиона встала с колен и пошла отвечать на звонок, давая ему время для обдумывания, как еще можно ее одурачить. Не Империо же наводить, в самом деле.       Гермиона оживленно трещала по телефону, скорее всего звонила какая-то из подружек, рассказать о делах девичьих. Девушка скрылась в другой комнате, а Малфой резко подскочил с дивана, в поисках пера или хотя бы ручки. Найдя нужное, он нацарапал несколько слов на белоснежном листке бумаги и быстро скрылся за дверью.