Воскрешение нежности

Когда молодой и честолюбивый врач Джеймс О’ Лири прибыл на работу в госпиталь, он держал в сердце три строгие, как анатомическая схема, цели. Во-первых, стать по - настоящему хорошим хирургом и заведующим отделением кардиологии. Он не стремился к власти, но его самолюбие не выдерживало подчинения другим людям, особенно менее одаренным. А в себе он был полностью уверен. Во-вторых он намеревался жениться на мудрой и красивой женщине. Его жена непременно должна была обладать терпением и домовитостью, чтобы дать ему спокойно заниматься медициной и не отвлекаться на мелочность быта. Его третьей целью была покупка большого дома, который мог бы стать семейным гнездом для будущей династии врачей О’ Лири. Он плохо представлял себя в роли отца, но дети казались ему неизбежным побочным эффектом от жизни с женщиной. Джеймс О’Лири со свойственной ему грубоватой прямолинейностью добивался одной цели за другой. Ему были чужды интриги и подковерные войны, он попросту не замечал никого вокруг, уверенно двигаясь вперед. Талант, трудолюбие и непоколебимая уверенность в себе сделали свое дело — он стал уважаемым врачом и заведующим отделением кардиологии.Профессию свою он выбрал не случайно — в ней было все, что он ценил: четкость, последовательность, контроль. Сердце пациента после операции либо будет биться, либо нет. Третьего не дано. И только ты отвечаешь за результат. Он был хладнокровен и скуп на эмоции, поэтому даже плохой исход, неизбежный в его профессии, не слишком сильно его огорчал. Он уверенно брался за самых сложных пациентов, и вскоре попасть под его скальп стало считаться величайшей удачей для тех, кто уже почти потерял надежду. Так же как Джеймс любил медицину, он любил и свою больницу. В госпитале было принято лечить пациентов, а не обслуживать. Ему нравился этот военный дух неравенства, где врачи были генералами, медсестры - рядовыми, а пациенты и вовсе не имели права голоса. И даже тот, кто носил фамилию Доу, в отделении доктора обязан был подчиняться ему. Когда доходы Джеймса стали соответствовать его усилиям, он купил большой каменный дом, с конюшней и розарием. Вокруг него стояли вековые ели, а сразу за оградой начинался лес, в котором мирно журчали ручьи и прыгали по ветвям малиновки. С заднего двора открывался вид на туманные поля в низинах и густой лес, за которым тянулась вереница фиолетовых гор. Джеймс по-холостяцки привел в порядок гостиную с кухней и спальню, нужные для его короткого пребывания дома, а остальные комнаты так и стояли закрытыми и заполненными вещами предыдущих владельцев. Этот прекрасный дом был велик для него одного, ведь с умной и красивой женой все обстояло сложнее. «Восхитительный доктор О» был одинок. Проблема его заключалась в том, что хотя он не раз влюблялся в женщин, его тело откликалось на них вяло. Близость с ними казалась пресной и бессмысленной. К мужчинам, напротив, его влекло горячо и волнующе, но он был совершенно не способен испытывать к ним романтические чувства, а мысль о каком- то подобии семьи с мужчиной вызывала в нем глубокое недоумение. Эта разобщенность нижней и верхней половины тела привела к абсолютному хаосу в личной жизни, и после нескольких неудачных попыток он навсегда закрыл для себя этот вопрос, сосредоточившись на работе. И так размеренно текла его жизнь. Один день сменял другой, и эта спокойная рутина его вполне устраивала. Вернувшись домой после очередной успешной операции, она удовольствием устраивался в кресле на заднем крыльце и смотрел на первые звезды. Дым сигареты тонко вился и поднимался в черничное небо. Джеймс слышал тихое фырканье лошадей в конюшне и ощущал запах розовых бутонов, висящих на колючих кустарниках. Эта была не та жизнь, о которой он мечтал когда-то, но все же это была жизнь, которую он сам выбрал. Он редко ощущал одиночество. В его телефонной книге было несколько контактов симпатичных немногословных «приятелей» для коротких встреч. И у него был Том. Доктор Томас Грин с внимательными глазами и мягким голосом. Много лет назад, после новогодней вечеринки в больнице, Джеймс прижал Тома к колонне и долго, со вкусом, целовал. Ему казалось, что тот охотно отвечает на его поцелуи. Но стоило его ладони сползти ниже, там, где под плотной тканью брюк явственно ощущалось желание мужчины, как тот резко вывернулся из его рук и быстро ушел. После они никогда не вспоминали этот неловкий инцидент, и Джеймс больше не возобновлял попыток. Со временем они стали хорошими друзьями, и жизнь Джеймса обрела свой законченный совершенный образ.