Eyes on Fire

После Нового Года прошло от силы пара недель. Антон чувствовал усталость. Каникулы закончились, оставляя после себя лишь дымку грустных воспоминаний. Небольшой отпуск парень надеялся провести с друзьями и родителями, но по собственной глупости разругался со всеми чуть ли не в один день.

Около трёх недель назад.

Друзья гуляли по заснеженному посёлку. Играли в снежки, переодически забалтывая друг друга бессмысленными темами. Настроение было хорошим. Казалось бы, даже суровая зимняя пора немного успокоилась, давая парням передышку от нескончаемых метелей и завываний ветра. – Ха! Получай, Антошка! - бурят залился громким гоготом, попав блондину снежным комком за шиворот. Тот недовольно зашипел, чувствуя, как холод обжигает шею, а затем и спину, стремительно тая. – Бяша, блин. Ну ниче, сейчас ты у меня получишь! - он набрал побольше снега в ладони, наспех формируя шар. Друг, заметив опасность, тут же бросился на утёк, но это его не спасло. Прицелившись, Антон швырнул снежок и попал точно в яблочко. Бяша яростно вытряхивал снег с волос. – Ну? И кто теперь самый точный стрелок на районе? - Рома на такую формулировку усмехнулся. – Э, Антошка! Не по понятиям, на! - парень с претензией упёр руки в бока, вновь разыгрывая спектакль. – А чего ты убегать начал? Лучше бы, если б я в лицо попал? Глаза бурятёнка мгновенно округлились, а сам он чуть ли не задыхался от возмущения: – Ах, ты!.. Я тебе ща как наваляю! Началась "жёсткая" перестрелка, в которой победителем мог выйти только один. Под матерные возгласы Бяши и парированиями его слов Антона Рома заливался смехом, едва ли не катаясь по снегу. – Ой, не могу! Какие же вы оба неуклюжие! - парень держался за живот, наблюдая за друзьями, иногда вновь заходясь в приступе смеха. Через пару минут ему прилетает снежок точно в нос. Он резко открывает глаза в непонимании произошедшего. Как он мог пропустить в себя такой бросок? – Не расслабляйся, Ромочка, - раздался за спиной голос, тут же срываясь на злобное хихиканье и пускаясь на утёк. Подальше от разъяренного Пятифана. – Петров! А ну стоять! - в спину бегущего Антона прилетает куча снежков, от которых он едва ли успевал уворачиваться. Друзья бегали по кругу, попутно смеясь и пытаясь попасть друг в друга. Неожиданно перед блондином откуда не возьмись вылетел Бяша, отрезая другу проход дальше. – Решили, значит, количеством брать? - усмехнулся парень, из-за плеча глядя на Ромку. – Пан или пропал, Антошка? - недобро ухмыляясь, приближался Пятифанов с крупным снежком в руке. Он развернул голову на Бяшу. Тот тоже не хотел оставаться в стороне и желал отомстить другу. Парень ещё раз покрутил головой на друзей и резко кинулся вперёд с громкий криком. Двое парней аж опешили от такого отчаянного хода, но уступать не собирались и помчались за ним, закидывая снежками. Пробегав ещё некоторое время, ребята вымотались и обьявили временное перемирие, отряхивая друг друга от снега. – Ну, ты конечно молодец, Тоха. Дал жару, - Пятифанов одобряюще похлопал друга по плечу, из-за тяжести чужой руки и неустойчивого снега он невольно поскользнулся и шлёпнулся головой о камень, который был едва прикрыт снежным полотном. Рома тут же поднимает друга за руки, немного взволнованно глядя тому в глаза: – Блять, Тошик, извини. Не сильно хоть ударился? – Ты как обычно, Ром. Всё в порядке, - блондин обиженно опустил глаза вниз, потирая затылок. Голова сильно гудела и пульсировала в месте удара. – Тох, ты чего? Обиделся что ли? - он дернул уходящего парня за локоть. – Вечно от тебя одни синяки, да проблемы. Рома мягко говоря оцепенел от таких слов, непонимающе смотря Петрову в затылок. Но спустя пару секунд молчания на место непонимания пришла обида. – Так, что ж ты в компании такого проблемного-то забыл? – Не волнуйся, уже ухожу, - Антон, натянув шапку, поплёлся домой. Такой же, ничего не понимающий бурят, тут же подходит к Пятифанову, кладя руку на плечо: – Э, вы чё? Поругаться вздумали, на? - спрашивает он и разворачивается в сторону удаляющегося блондина: – Антоха! Вернись! Одноклассник зло смотрит себе под ноги и смахивает с себя руку друга: – Пошли домой, Бяш. В светлой голове вспоминался неприятный диалог с уже, видимо, бывшим лучшим другом. Парень виновно поджал губы, поднимая глаза на класс. В них тут же бросилась Полина, которая о чём-то весело шепталась с Катькой, изредка кидая взгляд на учителя, чтобы проверить, не спалил ли он их за болтовней. В голову полез уже другой, но такой же неприятный диалог.

Спустя несколько дней после ссоры с парнями.

Антон грустно сидел один за своей партой, ожидая звонка на урок. После того дня, как они с Ромкой поругались, никто из них не хотел подходить к другому и начинать разговор. Разве что, Бяша изредка крутился возле блондина, упрашивая его подойти к другу, но тоже безуспешно. Вскоре и он перестал обращать на Петрова внимание. Такой ход событий ему не нравился. Совершенно никому не было до него дела! Никаких тебе косых взглядов, толчков плечами. Ещё года четыре назад он бы порадовался, но сейчас это вызывало лишь раздражение и смятение собственных мыслей. От чего парень и ходил с кислой миной уже пять дней. Из раздумий его вывел голос Полины. Девушка присела за парту Антона, кидая на него взволнованный взгляд. – Антон, у тебя что-то с Ромкой случилось, да? Весь поникший ходишь, не общаешься ни с кем. Даже Катя заметила, что что-то не так, - она осторожно тронула его за плечо. – Всё нормально, Поль. Просто повздорили чутка, с кем не бывает, - он вымученно улыбнулся. – Я же вижу, что ты врёшь, - она немного нахмурилась, не ожидая такого недоверия от близкого друга: – Поговори со мной, ты же знаешь, что я.. Тот не дал ей договорить, стряхивая чужую руку с плеча: – Всё в порядке, - с напором ответил он: – Иди вон лучше к Катьке своей, с ней тебе наверняка есть о чём поболтать. Полина такому ответу удивилась и вскинула брови: – Антон, ну чего ты? Я ведь помочь хочу. – Тоже мне, нашлась помощница, - Петров сам удивился такой грубости, но больше говорить ничего не стал и вновь уложил голову на руки, как и до прихода девушки. Скрипачка тоже решила не отвечать, повеяло от неё раздражением и холодом, и через пару секунду девушки в классе уже не было. Разбираться не хотелось. «Да уж, умеешь ты натворить дел, Петров», - вторил ему собственный голос в голове, от которого он старательно отмахивался. Извиняться первым не перед одним, не перед второй не хотелось. Точнее говоря, желание помириться присутствовало, но вот проживать процесс примирения не было от слова совсем. Ещё не факт, что его простят за такие детские выходки. С такими мыслями он дошёл до дома. Неловко заходя за порог, он сразу же приметил недобрую тишину. Не то, чтобы она была редкостью в доме Петровых, но бывает лишь в двух случаях: ночью, когда все спят и после крупных ссор родителей. Антон до сих пор удивляется, как они не развелись, ведь в таком балагане они живут уже года три. На кухне ему встретился отец, который угрюмо попивал чай и думал о чём-то своём, глядя в одну точку, даже не заметив приход сына со школы. Антон разделся и прошёл к фильтру с водой. С самого утра его ужасно «мучали сушняки», как выразился бы Бяша после очередной пьянки. – Снова поругались? - осторожно задал он вопрос отцу, тот мгновенно поднял глаза на источник звука, вырываясь из потока мыслей. – Не волнуйся об этом, - кратко ответил он и встал из-за стола. – Ты так уже все три года говоришь, что вы ругаетесь. Куда-то уезжаешь? - первую реплику сына он пропустил мимо ушей. Не хотелось поднимать очередной спор. – Да, съезжу в райцентр ненадолго, куплю продуктов. Тебе нужно что-то? – Нет, спасибо, - мужчина на это кивнул, не намереваясь продолжать разговор. Но через секунду окликнул уходящего сына: – Антон, постой. Можешь мой кошелёк принести? Он в зале должен быть. – Ладно, - парень поплёлся в зал, оглядывая комнату беглым взглядом и сразу же замечая чёрную, потрёпанную временем, вещицу. Он схватил его за корешок, не обращая внимание на то, что кошелёк был не закрыт, от чего всё содержимое выпало на пол. Антон принялся в спешке всё складывать обратно. Услышав копошение и звук стука монет о пол, отец ещё раз окликнул Петрова младшего: – Ну, ты чего там так долго? – Сейчас, пап, - когда он почти всё вернул на свои места, в глаза ему бросилась фотокарточка. Такая же потрепанная, как и место, в котором лежала. На ней было пятеро, на первый взгляд, незнакомцев. Они весело приобняли друг друга за плечи, улыбаясь. Ребятам на фотографии было от силы лет семнадцать-восемнадцать, примерно ровесники Антона. Чуть позже он догадался, что те, судя по всему, были близкими товарищами. Двух, не считая его отца, из незнакомых ему людей он почему-то узнал. Справа от Бориса стоял парень, задорно ухмыляясь. У него были чуть косматые брови и разбитые кулаки. А в самом конце слева был светленький мальчик с зелеными глазами. У него был слегка вздёрнут нос и нахальный, но в какой-то мере, добрый взгляд. Он улыбнулся и перевернул фото, проверяя, нет ли на обратной стороне чего-нибудь. «1977 год. Мы команда.» - гласила подпись Антону, немного кривым почерком. Он положил её на место и через пару секунду отдал кошелёк отцу. – Я приеду ближе к вечеру, - оповестил его мужчина и не став дожидаться ответа, вышел из дома. Через несколько минут послышался звук мотора и отъезжающей машины. Антон наконец смог подняться в свою комнату, раздеваясь на ходу и так же быстро, одевая домашнюю одежду. В голове встал немой вопрос, чем же ему заняться. По дому работы особо нет, Оля спит, домашней работы задали достаточно много, так что желание делать её пропадало моментально. У парня вообще, честно говоря, последнее время одни неприятности. Иногда создавалось впечатление, что он живет от проблемы до проблемы. Он не высыпался из-за поздних ссор родителей, утешая сестричку, пока та не уснёт. Стал реже делать домашнее задание, что соответственно сказывалось на школьной успеваемости Петрова. Некоторые уроки он и вовсе предпочитал прогуливать. Его друзья были удивлены таким не рвением к учебе, которая раньше хлестала из всех дыр. А недавно, так вообще стащил у отца сигарету и намеревался покурить, но с непривычки заходился приступами кашля каждую затяжку, так что эту идею пришлось отложить. В общем и целом, всё конечно могло быть и лучше. Особенно отношения Антона со всем его окружением. Стоило ему подумать, что всё налаживается, как эти надежды с треском ломались из-за собственной вспыльчивости парня, которую в последнее время было сложно контролировать. Хотел бы он вернуться в свой старый добрый четвёртый класс. Никогда и никому он в этом не признаётся, но он всё ещё хотел вернуться в то время. На душе стало тоскливо. Вдруг, парню послышался стук, исходящий откуда-то из дома. Может это в дверь стучат? Подумалось ему и он спустился вниз. Открыв её, блондин никого не обнаружил и странно покосившись на пустоту леса, закрыл. Стук раздался вновь. Антон дернулся от неожиданности и повернулся к источнику звука. Постучали ещё раз. Звук шёл из, богом забытой всей семьей, кладовки.