Откройся мне в ответ

Первым проснулся Ким. Тот всегда был ранней пташкой. Когда Тэ открыл глаза, первое, что он увидел – это рука, прижимающая как можно ближе к Чонгуку. И это была его рука, которая буквально пошевелиться не давала. Гук мило сопел прямо на ухо Тэхёну, а тому было очень даже приятно слышать сопение любимого человека. Уже который раз Тэхён жалеет о том, что ещё год назад не принял, не понял ту любовь, которую ему подарили. Теперь же Тэ благодарит все существующие и несуществующие силы за то, что дали ему второй шанс. Ким старался лежать неподвижно, чтобы не разбудить уже парня, но это не помогло. Сначала Чонгук начал плавно двигать рукой, ища ею теплою кожу любимого. На лице Тэ появилась небольшая улыбка, о которой Чон сразу же догадался. — Как долго ты не спишь? — спросил Чонгук, но глаза открывать не стал. Его рука прошлась по голым рукам, ладонью исследовала грудь парня и начала поглаживать плоский живот. — А тебе нужно это знать? — Тэхён запустил и свою руку под одеяло и накрыл руку парня своей. — Конечно нужно, мало ли ты меня всю ночь разглядывал. — Гук улыбнулся, показывая свои белоснежные зубы, чем вызвал милый смех Тэ. — Почему ты смеёшься? Разве ты не боишься, чем это может для тебя закончиться? — После этих слов Тэхён затих. Сначала от фразы парня, а потом от того, что услышал стук в дверь. — Кто это? Ты кого-то ждёшь? — с ноткой волнения спросил он. — Нет. — Чонгук поднялся с постели, попутно надевая домашние штаны, и направился к двери. Посмотрев в глазок, он увидел Юнги и Чимина, которые зло начинали биться кулаками в дверь. В голове сразу вспыли воспоминания о вчерашнем. — Чон Чонгук! Если ты сейчас же не откроешь, я никогда тебе квартиру больше не отдам на пользование! — доносились крики Юнги, а Гук уже начал трястись от страха. Гнев Мина – хуже смерти. И хоть тот был очень добрый, всё равно не переставал быть человеком и срывал свою злость, если это понадобится. Но не на других, а на своих! К примеру, на Чонгуке. Гук отомкнул дверь, которая непонятным образом смогла закрыться, кажется, сама. Юнги, кажется, не вбежал, а влетел внутрь. Вслед за ним шёл вполне себе спокойный Чимин, который посмеивался с поведения своего парня и показывал Чонгуку большой палец, тем самым говоря, что доволен произошедшим. — Мин-а, не злись на меня, я же не специально. — Чон защищался как мог, но остановил попытки оправдаться, как только заметил из-за угла выглядывающую макушку Тэ. Тот тоже заметил, как на него смотрит парень, поэтому поспешил скрыться в одной из комнат с красными от смущения щёчками. — Ну вот, ваше появление его напугало и смутило. Почему вы не могли появиться чуть позже? — начал предъявлять друзьям претензии. — Ты о ком? — спросил Пак, набирающий себе в стакан побольше его любимого персикового сока. — О Тэхёне, конечно. — Он сейчас был здесь? — на лице Чимина появилось нескрываемое удивление. — Почему я его не видел? — Может, потому что сок свой наливал? — усмехнулся Мин, за что получил удал по затылку. — Так он смущается нас теперь? Почему? — Пак присел рядом с любимым, накрыв затылок того, чтобы после удара голова болела меньше. — Тэ не такой, как ты. Он нежный, ранимый. Наверняка он чувствует себя неловко. По нашему разговору было прекрасно понятно, что вы изначально знали о наших планах на ночь, вот он и сбежал. — сказал Чонгук, и сам даже удивился тому, как он описывает Кима. — Погоди. — Мин немного промолчал и продолжил. — Ты считаешь, что он ранимый и нежный? А не он ли тебя предал, да ещё и в челюсть вдарил год назад? Не похоже на то, чтобы он был неженкой. — А не ты ли меня подталкивал к тому свиданию? А? Хëн? Не ты ли говорил, что Тэ хороший, и его нужно брать себе, пока другие не отобрали? — о, Чон прекрасно помнит, как Юнги зачитывал ему сотни тысяч причин, почему ему нужно пригласить Кима на свидание. Слова Гука заставили Мина вернуться на несколько дней назад и вспомнить, как он усердно вдалбливал в голову младшего то, что ему нужно звать Тэхёна на свидание. Да, было. Опровергнуть это Юнги не может. — Позови его. — сказал Чимин, а два парня только вспомнили про то, что Кима нужно вернуть, или хотя бы понять, где он и что делает. — Думаешь, он меня послушает? Поверит, что вы не будете смеяться над ним? — Чон укоризненно смотрит на Пака, а тот не решается останавливаться. — Гук-а, а ты в какой позиции был сегодня ночью? — Да я по жизни актив! Не смей меня пассивом представлять! — громко сказал Чонгук, чьи слова задели Чимина. На лице Пака было написано, как сильно это его оскорбило. Перемена в выражении лица любимого парня не скрылась и от Юнги, а свою любовь он был готов защищать бесконечно, независимо от того, с кем придётся ругаться. — Чонгук, быстро извинись! — прорычал Мин, злобно смотря на друга. И только сейчас Чон понял, что именно он сказал. Гук подбежал к Чимину, присел перед ним на колени и, заглянув в глаза, сказал: — Извини меня, пожалуйста. Я не это имел ввиду. Я ничего не имею против пассивов, мне наоборот они мне нравятся. К тому же, я считаю вас на много лучше и выносливее нас – активов. Да я бы ни за что не смог вытерпеть то, что ощущаете вы во время секса! — Пак всхлипнул, но на лице просияла радостная улыбка. — Мы же не будем ругаться? Мне очень сильно дорогá наша дружба. — Конечно, Гук-и. Я пойду, приведу Тэхёна. Не переживай, он не устоит перед моим напором. — сказал Пак и, встав с дивана, направился в комнату Чонгука, где и спрятался Тэ. *** Дверь Чимин открыл тихо. Ким лежал на кровати, с головой укрывшись одеялом. Пак решил немного подшутить над другом. Он плавно, нежно залез на Кима сверху, после чего из под одеяла раздалось тихое: "Чонгук-и, ты тяжёлый. Слезь с меня, я всё равно не пойду, иначе надо мной смеяться будут" — Тэ, ты действительно так думаешь? — Ким резко вынул голову из под одеяла и увидел сверху себя не Чона, а Пака. — Это ведь не правда! Вот мы с Юнги почти каждую ночь ебемся, чем мешаем Чонгуку спать, а на следующий день ведём себя, как будто и не было ничего. Перестань себя накручивать, ты наш друг, а не первый попавшийся с улицы. — Вы правда не будете смеяться? — тихо спросил Ким. Из под одеяла выглядывали лишь прекрасные глаза, которые делали услышать положительный ответ. — Да, конечно! Пойдём кушать, ты наверняка уже голодный. — сказал Пак и слез с Тэхёна. Что он уж точно не хотел, так это того, чтобы Гук начал подозревать что-то между ними. А тот мог. Фантазия у него огромная.