Парень из моего класса

Как удивителен мир человеческих снов. Поговаривают, что цветные сны видят только творческие люди. Что это дар, посланный свыше, чтобы пережить и прочувствовать что-то, что в жизни никогда не случится. Биллу всегда нравилось видеть красивые, сказочные сны. От них появлялось хорошее настроение на целый день и возможность рисовать что-то, чего никому другому даже в голову не придёт. Но сегодня парень очень расстроился с самого утра, хоть и проснулся со счастливой улыбкой. Настроение испортилось как раз в тот момент, когда он понял, что проснулся. Так бывает иногда, если сновидения очень реалистичны, и в них происходит что-то приятное или интересное, и проснувшись, человек сожалеет, что это только его фантазии, а не настоящие события. И хотя юный художник уже смирился отсутствием Тома в своей личной жизни, сегодня ему снова снился именно он. Самый крутой школьный футболист обнимал его и дарил своё тепло, шептал приятные слова на ушко и легко касался мягкими губами щёк и шеи. Такие сны не снились Биллу даже когда они общались с тем, другим, ненастоящим Томом, хотя юный мечтатель в то время очень хотел увидеть его хотя бы во сне. Сейчас же, когда рациональная доля мозга уже смирилась с судьбой и уговаривала забыть неудачный интернет-роман, творческая половина решила набезобразничать, опять погружая юношу в несбыточные мечты о Томе. Биллу казалось, что он вновь был безумно влюблён в Тома, но приходя в школу, видя его в реальности, он снова и снова с сожалением понимал, что этот, настоящий Том — другой и что он навряд ли будет также заботлив и нежен по отношению к нему. Но всё равно воображение было гораздо сильнее здравого смысла, и Билл мечтал, что этот Том всё же окажется его Томом. А пока довольствоваться его близостью можно было только в удивительных, волшебных снах. Вторник должен был воплотить надежды юного мечтателя относительно романтического знакомства Энди и Кэти. Поэтому, придя в школу, Билл снова находился в слегка взбудораженном состоянии, предвкушая исполнение его плана в жизнь. Парень даже морально приготовился выслушать лучшего друга, разумеется остро недовольного тем, что Билл привёл для позирования именно эту девушку. Погрузившись в свои коварные планы, фантазёр совершенно не замечал тяжелые взгляды капитана футбольной команды, хотя именно сейчас, парень-мечта гораздо чаще выхватывал его силуэт из толпы и как-то странно отводил взгляд при разговоре. Ах, если бы очистить свою голову от предстоящего ответственного мероприятия и вдоволь обдумать, что бы могли значить эти неоднозначные моменты! Но нет, об этом он подумает позже, когда осуществит свою ставшую почти навязчивой идею, как свести скромного друга с девушкой, в которую он влюблен. Кэти ждала Билла после урока на заднем дворе школы. На ней было красивое разноцветное платье,  свободно переливающееся от лёгкого порыва ветра и  накинутая поверх всей этой красоты тёплая куртка. Она была похожа на весну, ту самую, что сейчас уже нетерпеливо топчется на подходе к мрачному и морозному Берлину, ещё кутаясь в тёплый плед и ворча, почему её так рано разбудили, но тем не менее полностью готовую нестись вперед в лёгком развивающимся платье из солнечных зайчиков, освещая всех своим теплом. С улыбкой поприветствовав молодого художника, который, кстати, не заставил её долго ждать и пришёл вовремя, Кэти бодрой походкой направилась вместе с ним в здание художественной школы. — Привет, Билл! Фрау Голдшиллер приболела, так что мы сегодня снова развлекаем молодежь, — весело поприветствовал друга Энди, но когда он увидел идущую вслед за Биллом девушку, его лицо вытянулось в гримасе удивления. — Привет. Отлично, — не обращая внимания на замешательство нового знакомого, Билл окинул взглядом всех присутствующих, поздоровался и представил свою спутницу. — Кто не знаком, это Кэти. И она сегодня попозирует нам для отработки навыков рисования с натуры. Молодой художник обвёл взглядом младшую группу начинающих художников, а затем показал девушке, как лучше сесть. Разновозрастные школьники обступили её со всех сторон, выставляя ближе мольберты и начиная смешивать краски. К Биллу подошёл Энди: — Зачем ты это сделал? — смущённым шёпотом спросил он. — Она увидит, как ты её нарисуешь и сразу влюбится в тебя, — максимально кратко объяснил парень, чтобы никто не заметил их шушуканья. — А если не влюбится? — с сомнением продолжал Энди. — Тогда у тебя по крайней мере будет её портрет. Сможешь повесить его на стенку и любоваться, — отшутился фантазёр, тут же получив толчок в плечо. — Иди, рисуй. Постарайся как следует. Вот уже полтора часа красивая девушка по имени Кэти сидела совершенно неподвижно на совсем не удобном табурете и старалась не смущаться под пристальными взглядами молодых художников. Лёгкий румянец всё-таки иногда проступал на персиковых щёчках, вынуждая скромного Энди скрываться от модели за мольбертом в приступе умиления. Билл в чём-то был прав, и хоть в свои силы по привлечению внимания симпатичной ему девушки его друг не верил, её портрет заполучить в свою небольшую коллекцию было бы большой удачей, поэтому он старался как никогда усердно. У самого же Билла дела обстояли куда скучнее. Всё-таки этот жанр живописи совершенно не его — на огромном белом листе за всё это время не появилось ничего определённого, лишь какие-то вольные, гуляющие сами по себе мазки разноцветных красок. Тут же, рядышком с новеньким, пристроилась маленькая златовласая Элли, ревниво осматривая красивую девушку, пришедшую с парнем, который ей был ей симпатичен. Как бы ни было смешно, но за время их молчаливого рисования закрутилась нешуточная интрига с несколькими любовными многогранниками, выдуманными из ничего каждым из "углов". Только в конце занятия Кэти наконец смогла расслабленно вдохнуть полной грудью и немного присутулиться. Ребята уже закончили своё творчество, и девушка, будто бы на зло Элли, первым делом подошла к Биллу, чтобы увидеть его рисунок. Конечно, маленькая девочка слишком много себе напридумывала, и никаких каверзных мыслей у новоиспеченный модели не было. — Что это? — с осторожностью спросила Кэти, разглядывая работу новичка. — И где здесь я? — Я, видимо, не силён в портретах, — честно ответил парень и тут же переключил её внимание на друга. — А вот у Энди вроде неплохо вышло. Биллу достаточно было лишь заметить перемену в лице девушки в тот момент, когда она увидела свой портрет, написанный рукой его друга, чтобы понять — его план удался. Кэти не стеснялась рассыпаться в благодарностях за талант молодого портретиста, и даже полезла к нему обниматься, чем окончательно сбила с толку смущённого юношу. Новичок с большим удовольствием и нескрываемой улыбкой наблюдал за этим. Он и не сомневался, что у него получится. Жаль, что с Томом не так всё просто. Футболист напомнил о себе тем же вечером. Забирая сестру из художественной школы, он так стремительно скрылся со школьного двора, что Билл даже не успел помахать ему рукой. А ведь он в тайне надеялся, что Том предложит его подвезти как в прошлый раз, и они ещё немного поболтают, прежде чем слишком много мечтающий парень отправится спать. С лёгкой грустью проводив взглядом чёрный Кадиллак, ушедший прямо из-под его носа, Билл отправился домой в компании Кэти и Энди. Парочка, кажется, нашла общий язык, но новичок не чувствовал себя с ними лишним, что не могло не радовать юношу, который после такого резкого отъезда Тома ощущал себя очень одиноким. *** Мысль о том, что Билл — гей преследовала Тома уже несколько дней. Каждый раз, когда новичка вызывали к доске, или он просто встречался футболисту в школьном коридоре, или даже когда его не было рядом. До этого момента футболист никогда не считал уместным думать о других на столь личные темы. А тут — странно — никак не мог выкинуть эту тему из головы. Собственно, если рассказы Джулии всего лишь слухи, то проблема вообще не являлась проблемой. А вот если нет... Что делать, если Билл действительно гей? Играет в футбол он, по правде, очень неплохо. Гораздо лучше, чем добрая половина команды. А если ещё немного потренируется, то может составить значительную конкуренцию и остальной половине участников. Терять такого игрока капитану совершенно не хотелось, но он боялся, что остальные парни будут продолжать неадекватно на него реагировать и, что ещё хуже, расскажут об этом тренеру. И тогда Биллу точно подпишут приговор без оправданий. Совсем иной вопрос обстоял с отношением самого Тома к этой щепетильной теме. У него ранее не было опыта подобного общения. Он прямо-таки не знал, как себя вести и что думать. И потому думал об этом постоянно. К новичку он уже успел привыкнуть и проникнуться уважением за то, что он тогда вытащил их компанию из мрачного плена чужого подъезда. Конечно, они с друзьями и не в такие передряги попадали, но то, как Билл старательно просовывал свою тощую тушку в узкое окошко над дверью, вися вниз головой под потолком и корябая себе холодными железяками бока и спину, не могло не вызвать уважения и симпатии его смелости. Может, с геями можно дружить? Том прокручивал все их разговоры и взаимодействия и пытался найти ответы на свои вопросы. Очень кстати вспомнился ненароком подслушанный разговор по телефону, ради которого Билл даже свалил с урока и потом тепло общался с кем-то мужского пола и говорил, что скучает. Но здравая часть мозга всё же призывала не верить бабским сплетням, тем более, что разговаривать так можно и с родственником: с братом там или с отцом, ведь Том понятия не имел, какая у Билла семья. "Он трахался с парнем." Это была вторая мысль, которая приходила к Тому чуть реже, когда он наконец убеждал себя, что ничего страшного в ориентации нового участника команды, по сути, нет. Произносилась эта фраза голосом Уолтера, от того была ещё противнее. Ни Тому и ни Уолтеру решать, кому с кем трахаться, и вообще в эту тему лезть совершенно не хотелось, но фраза упрямо засела в голове, постоянно подкидывая в воображение вполне реалистичные картинки, от которых хотелось как будто бы развидеть то, чего в общем-то никогда и не видел. И надо сказать, в этом сюжете образ Билла казался очень гармоничным и вполне соответствующим, заставляя капитана футбольной команды всё больше хмуриться собственным мыслям, становиться неприветливым и грубоватым и отчаянно отводить взгляд, когда новичок обращался к нему лично. Футбольному тренеру Том об этих догадках, разумеется, не рассказывал и очень боялся, что расскажет кто-то ещё. Потому что мужчина средних лет, отслуживший всю молодость в армии и обладающий "старой закалкой", не стал бы даже разбираться в правдивости девичьих слухов, а сразу подписал бы юноше смертный приговор в плане спортивной карьеры. Но оставлять этот вопрос без внимания капитан футбольной команды тоже не мог, постоянно замечая на себе подозрительные взгляды Уолтера и всё чаще ловя себя на мысли, что давно пора ставить все точки над "ё" и наконец избавиться от навязчивых постыдных видений с участием новенького худощавого брюнета. — Что, Том? — спросил парня ставший ему вдруг неприятным в последнее время Уолтер. — Выяснил у нашего новичка, как часто он подставляет кому-то свой зад? Приятели по команде внутренне напряглись, ожидая реакции капитана, ведь в прошлый раз он довольно резко отреагировал на такое нарушение дисциплины, и уже неодобрительно поглядывали на явного задиру. Но Том выглядел спокойно. Он как раз собирался сегодня честно поговорить на эту тему с Биллом, но уже решил при любом раскладе не выдавать его секрет остальным, чтобы парень и дальше смог играть в их команде. Ну и конечно, если слухи подтвердятся, посоветовать ему в дальнейшем держать язык за зубами. — А вы ещё мусолите эту тему? — спокойно переспросил капитан, но таким тоном,чтобы всё поняли, что возвращаться к этому разговору ему не нравится. — Я же вас предупреждал. Парни опасливо переглянулись. Один только Уолтер по-прежнему внимательно смотрел на Тома, так что футболист невольно задумался, чем же милый и дружелюбный Билл ему так не угодил. — Да нормальный он, — честно подтвердил Том, свято веря в свои личные убеждения и наиболее приятный исход данного конфликта. — Я его лично в тот же день спросил. Кевин победно хлопнул в ладоши со словами: "ну я же говорил!" Остальные ребята шумно заголдели, обсуждая новую информацию. Уолтер скромно поутих, признав своё поражение. Даже когда пришёл Билл, бессовестное расшушукивание его сексуальной ориентации не стихло, хотя вошедший совсем не вслушивался в их разговоры. Тому вдруг стало очень стыдно за свою команду, и ему снова пришлось наводить порядок: — Ну-ка заткнулись! Марш в зал! Тренер снова добрую половину занятия распинался о том, что скоро очередная ответственная междушкольная игра. Том считал, что лучше поиграть подольше, чем тратить время на грозные напутственные речи, поэтому нетерпеливо топтался на месте, снова и снова кидая на Билла долгие хмурые взгляды. Правильно ли он сделал, рассказав парням то, в чём ещё сам не был уверен? И чем он тогда отличается от Джулии или Уолтера, если разбрасывается непроверенной информацией? В оправдание себе Том размышлял, что он, в отличии от них, старается защитить новичка, а не пытается его унизить. Хотя, для других игроков это может быть и во вред. Вдруг он внезапно воспылает симпатией кому-то из игроков, разбередив слаженную команду и поставит авторитет Тома под удар? Нет, поговорить по душам нужно обязательно! Позорно пропустив мяч, проскочивший прямо у него под ногами, футболист с сожалением констатировал, что он совсем запутался. Тренировка прошла до печального быстро, но зато после неё капитан футбольной команды утомительно долго слушал поучения тренера, предназначенные на этот раз не всей команде, а ему персонально. Как надо играть, каких игроков брать в основной состав, почему сам Том так не собран и ещё много чего вещал ему тренер, хотя футболист особо не вслушивался. Его куда больше беспокоило, успеет ли он отловить новичка после тренировки, чтобы обговорить с ним животрепещущую тему, никак не желающую покидать его голову. Наконец отделавшись от пожилого спортсмена, Том быстрым шагом устремился в раздевалку.  Но лишь сейчас он вдруг понял, что совершенно не знает, как деликатно спросить, какая у парня ориентация. Боже, какой же бред! Если бы к Тому кто-либо подошёл и поинтересовался, не любит ли он больше мальчиков, чем девочек, то любопытный наглец сразу получил бы по морде. Как же спросить о таком? И выглядеть невеждой совсем не хочется и информацию утвердить надо, чтобы внезапно самому не оказаться вруном и не потерять авторитет. — Том, давай догоняй! — тут же воскликнул выходящий из раздевалки Отто. — Мы ждем тебя на улице. Том ускорился, надеясь, что новичок не свалил одним из первых. Но войдя в раздевалку, обнаружил, что там как раз остался один Билл, да и он уже накидывал на плечо сумку, чтобы уйти. Дыхание футболиста нервно заторопилось. — Погоди, разговор есть, — хмуро начал капитан футбольной команды, перекрывая новичку выход. *** Теперь, когда настроение совершать подвиги в личной жизни друзей поиссякло, Билл снова не мог избавиться от своих чувств к Тому. Но футболист держался отстранённо, проводя чёткую грань между сном и явью. Размышляя об ущербности своей собственной личной жизни, Билл собирался домой после футбольной тренировки, чтобы поскорее оказаться в объятиях своего любимого золотистого покрывала. После таких навязчивых сладких снов парню в реальности не хватало заботы и нежности. А единственный человек, которому он бы мог позволить к себе прикоснуться, смотрел на него с видимой отстранëнностью. Ах, почему нельзя уснуть и больше никогда не просыпаться, ведь тогда его придуманный Том всегда был с ним... Юный фантазёр буквально врезался в преградившего ему дорогу капитана.  Несмотря на грозный вид футболиста, влюблённому мозгу отметилось, что они примерно одного роста — его лицо прямо напротив лица Тома. Такое неожиданное приближение парня-мечты заставило мечтателя запаниковать, а через секунду засомневаться в реальности происходящего. Может, он уже добрался домой и сейчас спит в своей уютной кроватке, воплощая во сне все свои тайные желания? А у Тома такие бархатистые на вид губы и этот волшебный аромат адеколона, который он запомнил ещё в прошлый раз, когда тот ругал его за курение. Нет, он точно спит. В настоящем мире его наваждение никогда бы не подошло столь близко. — Ты гей? — вдруг прямо спросилТом, осадив фантазии новичка, а ведь он уже чуть было не впился в губы своему мнимому наваждению. — Всмысле? — протупил Билл, быстро промаргиваясь и с трудом переключаясь с мечты на реальность. — Ты с парнями встречался? — то ли спросил, то ли утвердил парень с дредами. То ли Билла так шарашило от волнения, то ли Том спросил это как-то неуверенно, почти заикаясь. — Нет, — честно ответил юноша, отступая назад и отводя взгляд. — Почему-то мне кажется, что ты мне врёшь, — настаивал Том, делая шаг навстречу внезапно смущённому художнику. Стоп. Это совершенно необязательно делать. Лучше бы этому парню не продолжать приближаться к Биллу, потому что рядом с ним, с каждым его шагом, всё сложнее себя контролировать. Коленки дрожат как у мальчишки перед прививкой, а сердце так неистово стучит в груди, что того гляди поломает рёбра и выпрыгнет наружу. "Отойди, Том, отойди сейчас же" - внутренне умолял угодивший в ловушку мечтатель. — Какого хрена ты пялишься на мои губы? — кажется, реальный Том был совершенно недоволен такой реакцией новенького. — Я не гей, — решительно ответил Билл, убеждая не только собеседника, но и принуждая своё сознание вернуться в грубое и жестокое настоящее. Том хмыкнул, видимо делая для себя какие-то выводы, а потом вдруг резко подался вперед, почти столкнувшись с Биллом носами. — То есть если я тебя сейчас поцелую, у тебя не встанет? — шёпотом спросил футболист. Юный мечтатель удивлённо выпучил глаза и глубоко вдохнул горячее дыхание Тома. "Это не сон, Билл! Одумайся!" - кричало сознание. Ведь если он сейчас, поддавшись навязчивой фантазии, поцелует настоящего Тома, все узнают о его тайных мечтах. И тогда всё, конец, можно будет смело идти пешком обратно в родной город, если только слава о его подвигах не обгонит его. — А у тебя?! — буквально выкрикнул новичок первое, что пришло в голову, и, собрав в кулак последние крохи здравого смысла, с силой оттолкнул от себя футболиста. Так будет лучше для всех. Подтверждением его мыслей стало резкое появление в раздевалке Кевина с мобильным телефоном. Друг Тома с подозрением оглядел парней, и, не заметив ничего странного, просто спросил, скоро ли они выйдут. Билл сразу поспешил убраться из замкнутого пространства, оставляя капитана футбольной команды в одиночестве. Во дворе школы Отто предложил новичку составить им компанию в кафе, но юноша отказался, желая быстрее убраться отсюда. Он никак не мог поверить в такое поведение настоящего Тома. Откуда он узнал? Быть может, Георг прав относительно его нерешительности? Но что тогда там забыл внезапно появившийся в самый опасный момент Кевин? Неужели парни, которых он уже почти считал друзьями, решили его так подставить? Биллу очень не хотелось в это верить.