Тёмное прошлое без памяти кануло, но из забвения снова воспрянуло

      Когда-то всё было по-другому. Всё было абсолютно иначе - две руки, две ноги, полные легкие воздуха и бег по горячему песку. Было даже другое имя.       Но обо всём этом Дарт Вейдер предпочитал не вспоминать: потому что каждый шаг отдавался болью от культей; телу, покрытому ожогами, не помогала даже энергия темной стороны, концентрируя которую ситх пытался хоть немного себя излечить; что уж говорить о его системе обеспечения, сковывающей его в костюм, от соприкосновений с которым обожжённая кожа нещадно чесалась. Ко всем видам обезболивающих выработалась толерантность и если поначалу вся эта боль лишь подпитывала темную сторону силы, давая больше возможностей то накопившаяся усталость от всех этих неудобств наоборот со временем его силы притупила. С одной стороны клокочущая темная сторона казалось так и была готова выплеснуться сносящим всё на своём пути потоком энергии, с другой стороны он утопал в боли и усталости от неё, дающей лишь желание замереть, не чувствовать, не двигаться.       Когда он мог - он кулём лежал без костюма и без единой мысли в голове, при том, что когда-то было очень сложной задачей избавиться от роящихся в голове забот: теперь стоило ему остаться в покое, как Дарт Вейдер смотрел в одну точку перед собой, не в состоянии нормально уснуть от болезненных ощущений во всем теле. Если в какой-то момент боль отступала - то вялое оцепенение сменялось беспокойным сном, наполненным картинками прошлого. Однако как только он открывал глаза - прошлое уходило в небытие.       Хорошей отдушиной были другие люди, тогда можно было взрастить клокочущую ярость и направить на них, причинить хотя бы маленькую толику той боли, которую испытывал он.       Всё это избавляло от воспоминаний и призраков прошлого, как и задачи Императора, которые Вейдер кидался так рьяно исполнять лишь по причине того, что убежать от страданий больше было некуда.       Прошлое решило само его найти в виде Оби-Вана Кеноби. Он уже успел забыть это имя, (как и своё), даже несмотря на то, что этот человек лишил его ног, оставил гореть и соответственно и был виновен в тех физических и моральных страданиях через которые Вейдер должен был проходить каждую секунду своей жизни. Но когда он почувствовал колебания Cилы, в которых он узнал Кеноби, то Дарт Вейдера словно опустили в чан сначала с горячей, а потом с холодной водой. Тело зазудело в совсем неудобных местах, выдавая нервозность. Иногда, когда призраки прошлого совсем захватывали его, он представлял, как либо побеждает бывшего учителя, либо берет в плен, а потом пытает его бесконечно долго. Теперь в происходящее даже не верилось. Он шёл навстречу Оби-Вану как во сне. Оби-Ван видимо также хотел встретиться с ним в бою. Сила связывала всё сущее между собой. Форсюзеры — такие как ситхи и джедаи — могли её использовать, что давало им множество сверхъестественных по сравнению с обывателями способностей: читать мысли, внушать мысли, повелевать и подчинять одним лишь голосом, увеличивать физическую силу и даже поддерживать жизнь после смерти.       Лицо своего мастера он помнил совсем другим и, когда Кеноби скинул капюшон, то Вейдер с удивлением отметил как знакома ему каждая черта на лице постаревшего джедая. Форсюзеры были поделены на ситхов, владеющих темной стороной и джедаев, владеющих светлой (что не мешало существовать серой стороне силы). Орден джедаев, обладая светлой стороной всегда пытались предстать рыцарями в сияющих доспехах без страха и упрека, но Вейдер, как и многие ситхи считал их жалкими лицемерами, подвластными силе и не желающими управлять ей. Основой философии джедаев было отречение от эмоций, несмотря на заключаемые им тут и там браки, что по мнению Вейдера свидетельствовало о крайней степени лицемерия. Однако в прошлый раз именно его чувства и эмоции не дали ему одержать победу — он словно и забыл, что он сражаются на смертельно опасной планете световыми мечами ведь каждый удар для него был проявлением ярости. Он мог накинуться на Кеноби тогда с голыми кулаками, просто так получилось, что в руках у них были световые мечи.       Сейчас он был мастером, а за плечами было невероятное количество боёв. Потому он двинулся вперед на Оби-Вана: не слишком быстро и не слишком медленно, клинок светового меча, отсекший ему ноги был совсем близко — но это не пугало. Как любого ситха его питали эмоции, но теперь и ярость и ненависть он выпускал подконтрольно, зачастую оставляя лишь ледяной разум.       — Я ждал тебя, Оби-Ван. Вот наконец мы и встретились вновь, - на удивление получилось произнести спокойно и ситх поднял свой меч на уровень меча противника. - Круг замкнулся. Когда мы расстались, я был учеником. Теперь же я — мастер.       — Всего лишь мастер зла, Вейдер.       Световые мечи схлестнулись, пока Дарт Вейдер думал о том, что он совершенно забыл, как надоедливы могли быть поучения Кеноби. Вейдер бил сильно, филигранно отражая каждый удар - он привык входить в любую схватку как в медитацию, сосредотачиваясь только на бое. На удивление тех финтов, что выделывал в прошлый раз Кеноби не было. Тот словно был осторожен, либо... Измотан.       — Твои силы на исходе, старик. - Бросил ситх.       — Тебе не победить, Вейдер. Даже если ты поразишь меня, я стану гораздо сильнее, чем ты можешь даже представить.       Оби-Ван атаковал, но безуспешно.       — Тебе не следовало возвращаться.       Ситх принялся теснить Кеноби к стене ударами. Заметив, как Кеноби отвернулся, отвлекшись, Дарт Вейдер с размаху нанёс удар — но меч пролетел сквозь плащ. Вейдер отскочил назад, чувствуя расходящуюся волнами энергию Силы. Треклятый Кеноби в ней просто растворился, не давая возможности нанести ни одного удара, отрубить ему пальцы, ноги, руки, содрать кожу, выжечь каждый сантиметр его тела. Воздуха не хватало. Дарт Вейдер стоял, растеряно глядя на груду одежды на полу — это всё выглядело как дурной фокус, но было тем, чем было. Оби-Ван решил подгадить ему напоследок своей быстрой и безболезненной смертью. ***       Мятежный сынок, Люк, который оказался жив, был не единственным козырем в рукаве, которым Дарт Вейдер мечтал уничтожить Палпатина. Да, когда император Палпатин приказал ему доставить Люка Скайуокера в голове у ситха тут же созрела идея предложить им править вместе, свергнув Императора. Когда-то он боготворил Императора, впрочем и Оби-Вана когда-то боготворил, считая лучшим человеком на свете и делая всё, чтобы заслужить его внимание. Теперь же он желал его смерти любыми способами. Тогда он мог бы направить все ресурсы на своё излечение, ведь подозревал, что его состояние более чем выгодно Императору.       Другим же козырем был давно утраченный меч, обладающей какой-то небывалой мощью и потому трусливо скрытый его создателями, у которых по преданиям не поднялась рука его уничтожить. Сведения о мече были покрыты налетом тысячелетий, тем не менее Дарт Вейдер не терял надежды его отыскать и чтобы развеяться он решил слетать на очередную планету, на которой скорее всего его ожидали бы пространные подсказки о местонахождении меча. Уже после пары разрушенных ситхских гробниц в которых и нашел подсказки в стиле "иди туда, не знаю куда и обретешь невиданную силу" Дарт Вейдер потерял былой азарт, однако преодоление хитроумных ловушек в подобных местах хоть как-то бодрило.       На небесном теле, куда он прибыл было удивительно пусто. Всё кругом было словно искусственное — чрезвычайно гладкая поверхность, над которой стелилась мелкодисперсная пыль, а кругом на тысячи километров ничего, кроме величественного строения из черного камня.       Заметив здание при подлёте, Вейдер кивнул на него, приказав высадиться рядом. На подходе к зданию он заметил, что в проёмах не было дверей, поэтому везде струилась пыль, кое-где образовывая буруны и занося комнаты. Сами проёмы, стоило приблизиться — оказались выше человеческого роста: очевидно те, кто всё это строили, были гигантами.       Безумно длинная лестница давала только нытье в обрубках ног, передвигающих протезы. Сопровождающих штурмовиков, пыхтящих чуть ли не громче его шлема, казалось, лестница выбивала из сил гораздо больше. Никаких проходов не наблюдалось и они просто поднимались вверх. Как ни странно не было и никаких ловушек - впрочем, и окружающее не было похоже на очередную ситхскую гробницу.       На последних пролётах лестницы пыли почти не было, зато лился свет из очередного пустого проёма, к которому похоже и вела эта лестница.       — Местные тут так и не додумались изобрести лифты. - Прошептал один штурмовик другому. ***       В женщине в черном, сидящей по центру пустого и гулкого зала ситх без труда распознал призрака Силы.       Вбежавшие следом за командиром в проём штурмовики рассредоточились по залу и Вейдер дал им знак не вмешиваться. В зале не было окон, но казалось из самих стен лился слабый сиреневый свет, погружая окружающую обстановку в словно бы интимную атмосферу, резко контрастирующую с архитектурой.       Рука женщины, облаченной в черное лежала на небольшой коробке с небольшой прямоугольной прорезью спереди. От женской фигуры так и веяло холодном.       — Надо же, кто явился, - голос её, такой же холодный, был наполнен язвительностью, - мужчина обладающий Силой. Какая мерзость. Уверена, у тебя ничего не выйдет, но я с удовольствием посмотрю как ты будешь страдать, и падешь, пытаясь.       — Что внутри? - Кивнул Дарт Вейдер на коробочку.       — Боль. - усмешка была заметна даже под вуалью, - Вытяни руку. - это был приказ, в голосе было внушение, но ситх решил не сопротивляться и было протянул механическую руку, однако голос, звучавший в его голове произнёс - Другую.       Вся его жизнь была болью и Вейдер далее не сомневался, засовывая пальцы здоровой руки в щель. Через Силу он видел, что в коробке не было бы чего-то, что могло бы отрубить ему пальцы. Но стоило его руке оказаться внутри как её обожгло. Вейдер инстинктивно было собирался дернуть её назад, но в мгновение осознав, что с рукой всё в порядке - сжал зубы и остался на месте. Коробка посылала сигналы боли, но с его рукой было всё в порядке. Приходилось бороться с той частью себя, которая хотела, чтобы рука перестала болеть и боялась за последнюю здоровую конечность.       Боль всё возрастала и возрастала, казалось его болевые рецепторы должны были бы уже отключиться, но агония продолжалась.       Дарт Вейдер заскрипел зубами, пытаясь считать секунды, абстрагироваться: в конце концов он столько раз переживал разного вида страдания, совмещённые с бессильной яростью, когда император говорил что бакта - камера никак не поможет его коже, уже превратившийся в один огромный шрам от ожога, знал, что руки и ноги другого человека на замену протезов вряд ли приживутся, а делать клона такого сильного форсюзера как он было опасно: и просто жил, страдая каждую секунду... Как сейчас... Просто секунду... Ещё секунду...       Отхлынувшая боль была внезапным облегчением и он рухнул на пол, не в силах устоять на ногах.       — Ты жалок! И недостоин меча... - в голове призрака в черном звучало презрение. - Но таковы правила. Ты выдержал испытание. Забирай.       Ситх с трудом встал, глядя как откидывается крышка коробки. На дне лежал эфес двухклинкового светового меча.       От меча шел поток энергии обещавший то, к чему стремился любой стих - власть. Не просто власть - власть безграничную. Даже не пытаясь скрыть дрожь в руках Дарт Вейдер прикоснулся к мечу, обхватил его и поднял. Предчувствие чего-то невероятного охватило его. Всё вокруг не имело смысла - был только меч. Он приблизил палец к кнопке активации меча - гадая, какого тот цвета и замер, ощущая мощные колебания в силе, лишь от того, что он держал меч. Наконец, затаив дыхание он активировал световой меч и в ту же секунду меч пронзил всё вокруг. У него практически не было цвета - это были два потока чистой Силы, не имеющие конца. Длина его лезвия была бесконечна, пронзая миры а Вейдер питал его собой. Одно из лезвий пронзало небесное тело, на котором они находились. Вейдер перехватил меч обеими руками. Сила проходила сквозь него, в меч и казалось сам меч подсказывал, что можно с ним сделать.       Нахмурившись, ситх зажал меч ладонями и крутанул, направляя всю Силу без остатка на вращение.       Произошло невероятное - он сдвинул мир. Кажется, он нашел достаточный рычаг для этого - время и пространство сместилось: далекие звёзды тухли а пол под ним превратился в пыль. Вейдер замер пытаясь осознать произошедшее. Он не просто повернул мир, он повернул мир в будущее.       Это осознание пронзило его не хуже, чем меч, продолжающий безжалостно рассекать пространство.       Раньше он мог двигаться только вперед по вектору времени, но теперь оно было в его руках. Он мог отправиться в будущее, но Вейдеру не нужно было будущее. Охваченный восторгом он изо всех сил сжал рукоять и крутанул снова, обращая время вспять, пока сам оставался в безвременье. Он продолжал вращение лишь на одной воле, наблюдая как быстрее и быстрее всё движется в обратном направлении. Продолжал всё дальше и дальше и гнало его желание уничтожить само бытие, вернуть к исходному состоянию, привести состояние мира в ничто, чтобы никто и никогда больше не испытывал страданий. Счастья освобождения от страданий всем даром, и чтобы никто не ушёл обиженным.       Одного желания, впрочем, было недостаточно. Вейдеру казалось что та феерия, которая творилась в его душе способна вечно питать вращающий миры в прошлое меч, но силы иссякли совершенно внезапно а потом пальцы разжались и перед тем как закрыть глаза Вейдер почувствовал, как его уносит куда-то в бездну.