Тёмное прошлое без памяти кануло, но из забвения снова воспрянуло

      Королева оставила его во дворце и отправилась в Сенат. Энакину не надо было там присутствовать, чтобы знать, что там произойдет. Падме Амидала, королева Набу выносит вотум недоверия верховному канцлеру, желая избавиться от Торговой Федерации на своей планете. А как действовать ей напевает в уши Палпатин, он же Владыка Ситх. Ещё немного - и он станет новым канцлером.       Дарта Вейдера же Квай-Гон привел на совет джедаев. Мейс Винду предложил ему назвать появляющиеся на экране его планшета предметы, которые Вейдер не мог видеть. Энакин справился с этим так же легко, как и в прошлый раз. Совет джедаев ощупывал его в силе и Дарт Вейдер позволил себе немного в ней проявиться.       — Что ощущаешь? - Вопрос от магистра Йоды.       — Холодно. — Это было правдой, он на самом деле мерз костями при температуре ниже 35 градусов. Хотя бы градусов 30 - ему было нормально, но не меньше. Да, он не трясся при 20 градусах, как осиновый лист, но ощущал холод.       — Страшно тебе? - Видимо Йода по-своему воспринял его ответ.       — Нет.       — Видим тебя насквозь.       — Ты всё время думаешь о своей матери. - Добавил Ки-Ади-Мунди. Вейдер внутренне усмехнулся. Они видели только то, что было на поверхности. Он в самом деле сфокусировался на реальном беспокойстве о матери, не концентрируя внимания ни на своей силе ситха, ни на своих знаниях и умениях приобретенных в прошлой жизни.       — Я беспокоюсь за неё. - Честно признался Дарт Вейдер.       — Ты потерять её боишься, а? - Спрашивает Йода. - Страх доступ открывает к темной стороне. Страх рождает гнев, гнев рождает ненависть, ненависть залог страданий.       Ну да. Избавься от привязанностей. Он избавился когда-то, хоть и не по своей воле. Осталось горечь и пустота. Потеря не дала покоя.       — Я сильный страх в тебе ощущаю. - Добавил Йода. Отлично. Желание убивать он постарался засунуть куда подальше. А за мать он в самом деле боялся. Может быть даже больше за себя, чем за неё. Боялся испытать потерю ещё раз. Боялся привязаться к Амидале, боялся даже с ней сближаться.       Подошел Квай-Гон: — Он будет учиться?       — Нет, мы не будем его учить. - Мейс Винду выглядит непреклонно. Интересно, в этот раз его могут не принять в падаваны? Он в любом случае доберется до Палпатина, но если его не примут - это будет несколько сложнее.       — Неясно будущее этого мальчика. - Задумчиво говорит Йода.       — Я его обучу! Энакин станет моим падаваном. - Вейдер чувствует руки Квай-Гона на своих плечах. Это прикосновение приятно, потому что он представляет лицо Оби-Вана. Что, больше не любимчик учителя?       — Ученик у тебя уже есть, запрещено брать второго. - Нет, он обязательно должен увидеть лицо Оби-Вана, он чувствует его смятение сквозь силу.       — Оби-Ван обучит. - Ну да, ну да.       — Я готов пройти испытание. - Встревает Оби-Ван. Ага, бросился выслуживаться перед своим мастером. На всё готов.       — Сейчас это несвоевременно. Отправляйся с королевой на Набу и выясни кто этот темный воин. Мы найдем ключ к разгадке тайны ситхов. - Квай-Гон только кивает на фразу Винду.       В ответ на пожелание "да пребудет с тобой Сила" Энакин старательно изображает придурковатый вид. Ничего сложного - немного отвалить челюсть, приподняв брови смотреть с удивлением как штурмовик на бластер, из которого ему приказали себя же и застрелить, раз не может попасть в цель. ***       После посещения совета Оби-Ван продолжает продолжительно препираться с Квай-Гоном. Впрочем, тут Энакин может его понять. Пытается своего мастера таким образом защитить.       — Это вовсе не дерзость, учитель. Это правда. - Интересно, как Квай-Гон наказывал Оби-Вана за дерзость, наверняка же наказывал. Заставлял медитировать? Или что-нибудь поинтереснее? Стоять на голове с зажатым в зубах световым мечом?       — Это ты так думаешь.       — Этот мальчик опасен. И все это чувствуют, кроме Вас.       — Его будущее неясно, он не опасен. Совет решит, как поступить с Энакином. На этом закончим. Иди на корабль. Оби-Ван послушался, кинув на него взгляд исподлобья. Энакин помнил, как после смерти Квай-Гона отзывался о нем его ученик, Кеноби. Вспоминал только хорошее, совсем казалось бы забыв, что при жизни был во многом с ним не согласен, мог критиковать учителя, спорить с ним.       Квай-Гон присел к Вейдеру и взял за плечо, Энакин поморщился от этого прикосновения.       — Мне нельзя учить тебя, - Джедай убрал руку, - но ты внимательно наблюдай за мной. Всегда помни: реальность определяет восприятие. С этим Энакин был не согласен, но не стал спорить. Его восприятие определяло реальность: если он видел мир определённым образом, то действовал соответственно. Он видел Квай-Гона как человека, который преследует только свои личные цели. Но похоже одной из своих целей он таки поставил освобождение его матери. Да, он не сказал совету о рабстве на Татуине, и о том, что надо освободить его мать, но у них тут вторжение на Набу. Если бы он прожил дольше, то вспомнил бы о его матери и о других рабах? Может быть Квай-Гон был действительно хорошим человеком среди джедаев и Энакин ошибался в восприятии реальности, и то, как его восприятие определяло дальнейшую реальность не было справедливо? ***       Вместе с Амидалой они все направились на захваченную планету Набу. На Набу ожидали переговоры с гунганами, к которым их провёл Джа-Джа. Похоже, он забыл об умении втираться в доверии самой Падме.       — Мы Ваши преданные слуги. Наша судьба в Ваших руках. - Королева падает на колени и все опускаются на колени вместе с ней. Вейдер также присел на одно колено, радуясь гибкости молодого тела - сделать это оказалось достаточно просто. А Амидалу-то он недооценил. Не такая уж она и дурочка, поставила себя в положение жертвы, ребенка, слуги, приняла уязвимое положение и просит о защите. Хитрый ход. С позиции силы она бы тут ничего не добилась. Теперь гунганы сложат свои головы, отвлекая на себя противника из городов, пока джедаи с личной охраной королевы проникнут внутрь за наместником. А затем требуется отключить станцию управления армии дроидов, которая и захватила планету Набу.       Джа-Джа, уже в роли генерала, отправился с армией гунганов в атаку на армию дроидов.       Энакина же взяли с собой джедаи.       — Пробравшись внутрь найди безопасное место и сиди там. - Кажется, Квай-Гон в самом деле собрался обучить его на своем примере, как владеть Силой, потому и не отпускал далеко. Но и нежелание впутывать Энакина в прямое боестолкновение было понятно. Тут прострелят бластером голову и до свидания.       Охрана королевы вместе с королевой и джедаями ворвалась во дворец. В ангаре стояло несколько истребителей. Дарт Вейдер помнил, как запрыгнул в один из них когда-то и сейчас сделал то же самое. Сила дрожала - много смертей рядом, джадаи готовы к бою, Дарт Мол, который идёт сюда...       Двери распахнулись и ученик Палпатина появился на входе в ангар.       — Это наше дело. - Тяжело упали слова Квай-Гона.       — Пойдем в обход. - Командует королева и уходит с охраной. А у него даже нет бластера в руках. Он чувствовал силу. И внезапно Дарт Вейдер понял...Что он чувствовал меч. Тот никуда и не терялся, могущественный артефакт не покидал его - протяни руку и возьми. Он был словно внутри Силы, внутри его Силы, неразрывно связанный с ней: меч пронзающий галактики. Достаточно сжать руку и эфес двухклинкового светового меча возникнет прямо в ней. Он мог защитить Квай-Гона от смерти буквально не сходя с места - против такого оружия у Дарта Мола не было и шанса. Стать действительно кем-то иным, серым форсюзером - Дартом Квазаром, обладателем великой силы, решающим судьбы, не ситхом и не джедаем, объединившим всех на серую сторону. Что он сделал с того момента, как вернулся в прошлое? Сдерживал Силу как будто её и нет? Скрывал себя, проходил по тем же колдобинам что и в детстве, будучи сопливым пареньком? Секунды текли, время утекало сквозь пальцы. Его промедление определяло дальнейший путь мира. Но он продолжал медлить. Почему-то вспоминался тот восторг, с которым Оби-Ван смотрел на Квай-Гона.       Неужели судьбу мира определит банальная зависть? Контроль над эмоциями требовал их признавать, и Вейдер легко мог определить, что просто завидует. Он - в теле нескладного подростка, не проявляющий Силу и высокий, мощный Квай-Гон, мастер джедай с шикарной гривой, аккуратной бородкой и пронзительным взглядом. Падаван Оби-Ван ему просто в рот заглядывает! Готов ему хоть ботинки вылизывать, хоть жопу. Смотрит с такой преданностью... Практически влюбленными глазами, наверняка боготворит своего мастера. Принадлежит мастеру душой и телом... Пока мастер жив, разумеется. Впрочем, в прошлый раз он на этом корабле отсюда улетел. В этот раз он поступит так же. Пусть это малодушие, пусть зависть... Страх. Корабль был ему знаком, не то что тогда, в прошлой жизни. Пульнув по нескольким дроидам, он развернулся в сторону Дарта Мола и дал огонь по нему. Не помогло. Чтож, он пытался. Вот такое оправдание. Пора улетать.       Преодолев притяжение планеты Набу и выйдя на орбиту планеты, направился в сторону орбитальной станции управления дроидами. Маневром уйдя из-под обстрела, влетел внутрь. Он не хотел чувствовать в Силе смерть Квай-Гона. Но всё равно почувствовал. Он ведь мог тогда сделать что-нибудь, и не сделал. Предпринимать что-либо было уже поздно. Квай-Гон Джинн умирал. А он не умел лечить. Только уничтожать, разрушать. Не лечить. Он знал, куда стрелять, чтобы вывести орбитальную станцию из строя. Уходя от серии взрывов - станция взрывалась изнутри, Дарт Вейдер направился обратно ко дворцу. Где умирал его первый учитель-джедай. Армия дроидов отключалась - станция управления была сбита. Набу стала свободна.       Вейдер вцепился пальцами в руль, присутствуя в Силе рядом с Квай-Гоном.       — Обещай что обучишь мальчика.       Он сжал пальцы так, что побелели костяшки. Нет, не хочу это видеть, не хочу слышать, не хочу знать. Энакин закрылся в Силе. Получается, Квай-Гон желал ему только добра? Или он сейчас оправдать его пытается? Может джедай просто хотел найти избранного, который всех спасет, удобно для себя переложив на него всю ответственность? И в чем спасение, в восстановление равновесии сил? Ну да, джедаев как-то слишком много. На стольких джедаев нужен ситх, да помощнее — вот и наступит равновесие. В своем высокомерии джедаи видели баланс в том, чтобы полностью уничтожить ситхов: якобы возмущение, которое ситхи создают в силе этот баланс нарушают. Но разве любые возмущения рождаются не из борьбы противоположностей? Занимая определенную сторону форсюзер порождает сопротивление с другой стороны.       Если бы все могли быть посередине - свет бы не боролся с тьмой. Он хотел бы иметь и способности джедаев и способности ситхов. Необходимо было и укрощать свои эмоции иногда, как джедай а иногда проживать и переживать их, направлять эмоции как ситх. Получается он сам уже давно искал этой серой стороны силы? Он же хотел бы не только разрушать, но и исцелять. Хотя для Квай-Гона в любом случае - уже поздно. ***       Оби-Ван настоял на его обучении. А потом все собрались вокруг погребального костра, на котором обугливалось тело джедая. Квай-Гон... Энакин не был виноват в его смерти в прошлый раз. Но ему было больно. Теперь Энакин был действительно виновен. Мог оказать помощь, но дал умереть. И больно было вдвойне. Он не плакал тогда, но плакал сейчас, потому что воспринял это ближе к сердцу. Горевал по Квай-Гону, матери, Падме. Ничего не сделал, не успел. Никогда больше не увидит. Слезы пришли сами, буквально несколько слезинок скатилось по щекам, но это уже было много для него. Он же подросток на вид возраста где-то Падме, ему можно, никто не удивится, наоборот - хорошо. Можно плакать и больше. Но слезы больше не идут, только тяжесть на душе и ком в горле. В голове крутятся одни и те же слова: "больше не увидишь, никогда, ничего не поделаешь, мог - но не сделал, ты - чудовище". Сколько раз так было, когда будучи Дарт Вейдером он ничего не мог сделать? Император приказал. В этот раз мог - и ничего не сделал.       Кажется, Оби-Ван что-то говорит, про то, что он станет джедаем. Дарт Вейдер завороженно смотрит на огонь, поглощающей плоть мастера джедая. Это не стоило того. Он и так остался бы вдвоем с Оби-Ваном как мастер и его ученик. Спиной он чувствовал присутствие Палпатина - что могло сделать ситуацию ещё мерзее. Тот как раз успел стать владыкой ситхом, убив своего учителя, Вейдер не почувствовал это, но помнил что именно в эти дни Палпатин впервые надел мантию тёмного лорда ситхов. ***       Падме готовилась к торжественной церемонии. Кажется, она была рада его видеть.       — Я помог освободить Набу. Помогите мне освободить мою мать. Она в рабстве.       — О, конечно... Но, понимаешь, я не могу её сама выкупить. Но могу послать за ней кого-то. Мы могли бы поселить её тут, во дворце или выделить ей землю, где она пожелает.       — Я был бы бесконечно благодарен за это. - Дарт Вейдер поклонился.       Оби-Ван забрал его с собой, в храм джедаев на планету Корусант. Палпатин пообещал следить за его успехами и был в нём явно заинтересован. В принципе, всё складывалось удачно. После смерти Квай-Гона Энакин решил, что ограничится тремя целями - Палпатином, Оби-Ваном и властью над Империей. О единоличной власти он всегда мечтал. Как и о собственной пыточной. Куда он подвесит в разные комнаты на цепи Оби-Вана и Палпатина и будет наслаждаться их страданиями в перерывах между установлением жесткой диктатуры имени себя. Идеально. Сладкая жизнь. Ещё пожалуй напишет книгу о серой стороне Силы и поставит памятник Квай-Гону. Будет к нему цветочки приносить в память о почившем учителе. На губах заиграла мечтательная улыбка и Энакин нагло положил руку на колено джедаю. А что, у него тело подростка, никто не знает что на деле он получается Оби-Вана намного старше. Просто вот он такой тактильный и непосредственный. Прикасаться к Оби-Вану было интересно: от этого всё тело отдавалось какой-то внутренней болью. Ну не мог он забыть самое яркое воспоминание своей жизни - сгорание заживо в потоках лавы и удаляющуюся спину Оби-Вана. Он трепетал, представляя сколькими способами Оби-Ван мог бы его убить. А его мастер даже не обращает на него внимания, хотя может прямо сейчас выхватить меч и одним движением отрубить ему голову. От таких мыслей жизнь расцветала кругом яркими красками, рот наполнялся слюной и как-то странно тянуло внизу живота. ***       Разумеется, сразу световой меч в руки ему никто не доверил. Начали с разминки. Он стоял в толпе совсем молодых юнлингов, возвышаясь над ними. Ну чтож, если это цена личной пыточной с Оби-Ваном то он потерпит. После того, как они полчаса крутили руками и ногами, наклонялись, разминая суставы и гоняли кровь по мышцам им наконец выдали деревянные палки.       "Нет эмоций — есть покой. Нет невежества — есть знание. Нет страсти — есть спокойствие. Нет хаоса — есть гармония" - Заунывным голосом повторял один из мастеров, который вел занятие. С деревянными палками они отрабатывали одну и ту же стойку, из первой формы боя - Шии-Чо, ещё полчаса.       После этого Дарт Вейдер вернулся к Оби-Вану, беспокойно теребившему свою косичку.       — Что дальше? - уныло поинтересовался Энакин.       — Будем медитировать, только сделаю кое-что. - Ответил Кеноби.       Они зашли в комнату, в которой им предстояло жить вдвоем и Оби-Ван со вздохом достал ножницы, примеряясь к своей падаванской косичке.       — Подожди! - Дарт Вейдер подхватил меч Оби-Вана и активировал его. — Давай я отрежу.       — Ты мне голову снесешь. - С сомнением прокомментировал Оби-Ван, но ножницы отложил.       — Нет, всё будет хорошо, садись сюда.       То ли дело было в уверенности в голосе Энакина, то ли в чем-то ещё, но Кеноби уселся на кровать, куда ему указал Дарт Вейдер.       Вейдер вплёл свои пальцы в волосы Оби-Вана, прошелся по ним. Затем провел по косичке, и ухватившись за самый её кончик приподнял. Оби-Ван смотрел на него открыто и как-то беззащитно. Энакин крутанул меч в воздухе, заметив, как задержал дыхание Кеноби и усмехнулся, почувствовав опасение, за то, что "Эни отрежет ему пол уха". Он протянул Оби-Вану его меч и быстро спрятал в тунику отрезанную косичку. Он мог бы завязать её на руке, позже. Носить как браслет. Частичка Оби-Вана будет принадлежать ему до момента пока он не будет обладать своим мастером целиком и полностью.       — Ты так хорошо обращаешься с мечом... - Пробормотал хриплым голосом Оби-Ван.       — Все для вас, мастер. Мы собирались заняться медитацией? - Вейдер постарался сменить тему, вдруг Кеноби потребует косичку обратно. Но тот только кивнул, и повел в зал медитации, крепко о чем-то задумавшись. Следуя за ним, Дарт Вейдер не в силах удержаться прижал к лицу волосы Оби-Вана, они пахли учителем, приятно скользили в пальцах. Косичка была обхвачена несколькими бусинами и резинкой, Энакин торопливо убрал её: позже, вечером он немного переплетёт её так, чтобы получился браслет. И никогда не будет снимать. Оби-Ван больше никуда от него не денется.       — Мы пришли.       Они уселись на траву, напротив друг друга.       — Схватываешь налету. Правильная поза. Теперь тебе надо очистить свои мысли избавить от эмоций, ты слишком... Возбужден.       Дарт Вейдер вопросительно приподнял брови.       — Дыши. Я буду считать, а ты делай вдох на раз-два-три и на четыре - выход. Постарайся сконцентрироваться на дыхании. Раз...       Медитация вроде бы прошла спокойно. Энакин старался ни о чем не думать и учитывая, как грела его косичка его мастера через ткань, как он концентрировался на его голосе, на его губах, считающих вдохи и выдохи сделать это было не сложно. Ситх не думал ни о чем, кроме своего учителя. Даже не думал о прошлом или будущем. Он жил сейчас, воспринимая учителя, его силу, пытаясь раствориться в этом моменте.       После его отправили на ещё одно занятие, на котором учили основы кодекса. Сбежав с ужина Энакин остался один и заблокировав дверь в их с Оби-Ваном комнату, чтобы ему никто не помешал, осторожно достал косичку и снова припал к ней лицом.       — М-м-м... - Он подхватил ртом бусинку и сжал зубами представляя вместо неё какую-нибудь особо чувствительную венку на руках или шее мастера. Взял в рот и покатал на языке. Сжал в руке волосы, представляя, как дергает за них Кеноби, вспоминая его беззащитное выражение лица. Ох, когда он его подвесит, обхватив наручниками его щиколотки и запястья, схватит за волосы, сорвет с него одежду для полного доступа к телу... Стоп, что это?       Энакин распахнул глаза и уставился на свой пах. Со смертью Падме Амидалы он и сексуальное желание пошли разными дорогами. Обугленная плоть не вставала и он был этому рад. Но сейчас: у него определенно был стояк, набухший член болезненно упирался в ткань штанов. Воровато оглянувшись на дверь он сдернул с себя штаны и высвободил подтекающий член. Опустил волосы Кеноби на сочащуюся головку и провёл по ней.       — А-а-а-а-ах-х! - Член пульсировал, в готовности прямо сейчас излиться. Он обвил косичкой сначала свой член у основания а затем яйца, чувствуя как бусинки проходятся по его плоти и затянув покрепче принялся быстро двигать по стволу рукой. Через секунду ноги свело и он рухнул на пол, выстанывая имя Оби-Вана и кончая.       Оргазм был просто оглушающим и пару минут Энакин так и лежал, приходя в себя. Кажется что-то явно идёт не так если он кончил, мечтая о своём учителе. Как такое вообще может быть, это же Оби-Ван. Тот самый Оби-Ван который вечно ограничивал его, позволил его матери умереть, позволил Падме умереть и оставил умирать его в ужасных мучениях. Джедай обещал защищать его а потом бросил, и это было невероятно больно. Если Оби-Ван просто даже узнает, что Энакин познал темную сторону вдоль и поперёк, что он с ним сделает? Почему-то на этой мысли опавший член снова заинтересованно дернулся вверх. Отрубит ему конечности, кинет в лаву? Член снова дернулся.       Дарт Вейдер цыкнул и сунув себе под подушку косичку направился в душ. Главное следовать намеченному плану. А со странной реакцией на треклятого Кеноби он разберется по ходу дела.