Ищу тебя, любовь!

Как же Шэнь Цинцю ненавидел ощущать себя идиотом. И то, что слухи и появления Ло Бинхэ, следы, ведущие в этот дворец, оказались ловушкой, расставленной специально для него, чувствовать себя лучше не помогало. Упоминание о явлении, с которым они столкнулись, можно было найти в очень старых книгах. Волшебный дворец, в котором сбывались все желания, и из которого никто не хотел уходить. Мир грёз, не принадлежащий одному, но разделяемый с другими. Чудесное место, где не было вражды, боли и смерти. Потому что когда кому-то случалось умереть, этого никто не замечал. Коварная паутина снов опутывала своих жертв незаметно, постепенно иссушая их тела, подпитываясь чужими сознаниями. Только здесь мастерство старого чудовища, помноженное на возможности Ло Бинхэ, создавало не дворец, но царство. И как, попав сюда, отсюда выбраться, Шэнь Цинцю не представлял себе даже отдалённо. Но сдаваться без боя он тоже не собирался. – Как старейшине уже известно, мы хотели лишь убедиться в правдивости слухов о смерти императора, – сказал он, глядя в глаза, когда-то принадлежавшие Ло Бинхэ, – Теперь, когда в этом не приходится сомневаться, мы просим разрешения покинуть это место. От лица школы Цанцюн я готов обещать дальнейшее невмешательство в дела старейшины. Вот так. Куда бить было непонятно, поэтому стоило попытаться прибегнуть к дипломатии. Толку, понятное дело, от этого никакого не будет, но, может, демон хотя бы обозначит свои намерения. Сейчас для того, чтобы думать, как быть, было слишком мало информации. Шэнь Юань посмотрел на него, потом перевёл взгляд на старейшину. Похоже, он начинал понимать. Перед ними предстал не император, но демон сновидений, захвативший тело, оставленное его учеником. На самом деле, с ним иметь дело было предпочтительнее, чем с Ло Бинхэ. Он был привязан к месту. И, так как старейшина расположил своё царство в мире демонов, происходящее здесь непотребство было чужой проблемой. Одно оставалось непонятным, если демон специально заманил сюда их, то зачем? Что ему могло быть нужно? – Оставь тщетные надежды, заклинатель, – подтвердил старейшина его худшие опасения, – Я не собираюсь вас отпускать. Он вальяжно развалился на троне, взирая на них с лёгкой насмешливой улыбкой. Каким-то образом под его контролем Ло Бинхэ вызывал в Шэнь Цинцю даже большее отвращение, чем при жизни. – Вы умрёте, – произнёс демон, и стало темно. Выбрав меч вместо веера, Шэнь Цинцю извлёк несколько талисманов. Точнее, попытался извлечь, но там, где они должны были быть, их не оказалось. Начинается. И хуже всего, винить он мог только собственную глупость. Непредусмотрительность. Сам подставился, сам пришёл. – Посмотри на себя, – в тон его мыслям произнёс голос Ло Бинхэ, – И этим ты гордишься? Этого стремился достичь? Ты стал мягким, Шэнь Цзю. Прощаешь обиды. Доверяешь людям. Допустим. И дальше что? Нет, не нужно было слушать этот голос. Надо было искать выход. В целом, если рассуждать логически, у Шэнь Юаня шансов выбраться было больше, с учётом его мистической способности выбираться из любой опасной ситуации. Следовало найти его и объединить силы. Тогда мог появиться шанс выбраться и вернуться. – А ведь Лю Цингэ уже мёртв. Что?.. Проклятье, это же демон. Он лжёт. И, более того, прямо сейчас находится у Шэнь Цинцю в голове. Главное сейчас придумать надёжный способ определить местоположение Шэнь Юаня. С помощью чего можно это сделать? Прежде всего, он был самым заметным скоплением энергии янь во всём мире демонов, если не во всех трёх мирах. С этим можно было работать. – И всё же ты поверил. На одно мгновение, но поверил. А прежний ты сразу бы понял. Это слабость. Опасная уязвимость. И ей может воспользоваться любой. Ничего нового. Слабовато для демона сновидений. Ослабление бдительности – неизбежная плата за душевный покой. Демон не мог найти в Шэнь Цинцю недостатка, в котором он ещё не упрекал бы себя сам. Сосредоточившись, он обратился к чувству более глубокому, чем зрение. Демон мог подчинить себе его глаза, но даже он не мог в один момент забрать плоды его совершенствования. Хоть и слабее, чем обычно, Шэнь Цинцю мог ощутить течение энергии вокруг. – Я неверно выразился. Позволь сказать так, чтобы ты мог понять. Те, кто вокруг тебя, уже каждый день пользуются твоей слабостью. И твоим доверием. Единственным человеком, от которого Шэнь Цинцю не ожидал подставы, был Лю Цингэ. И то только потому, что он был прямой и несгибаемый, как лезвие меча. Если демон намекал на некие тайные замыслы кого-то, кого Шэнь Цинцю подпустил близко, то... А. Ну, конечно. Кто же ещё это мог быть. – И что, по-твоему, он собирается сделать? Не хочешь узнать? Конечно, он хотел. И, что хуже, демону не нужно было устное выражение этого желания. Демон уже знал о нём. – Именно так, – со смехом подтвердил демон голосом Ло Бинхэ, – Давай я расскажу тебе. И он рассказал. *** – Как старейшине уже известно, мы хотели лишь убедиться в правдивости слухов о смерти императора. Теперь, когда в этом не приходится сомневаться, мы просим разрешения покинуть это место. От лица школы Цанцюн я готов обещать дальнейшее невмешательство в дела старейшины. Так это Мэнмо? Шэнь Юань посмотрел на Шэнь-гэ в поисках подтверждения, затем на фигуру на троне. А ему старейшина всегда казался таким приличным дедушкой. Правильно говорят, в тихом омуте... И где тогда Ло Бинхэ? Впал в хроническую депрессию и умудрился проиграть Мэнмо контроль над собственным телом? А мучающие его мерзкие сны тоже дело рук демона? Но зачем ему это? А главное, Шэнь-гэ что, вежливо попросил их отпустить? Похоже, они и правда встряли. – Ты даже не представляешь, – произнёс демон с усмешкой.