Солнце подводное

      Привалившись к чужому плечу и поджав коленки ближе к телу, Фремине что-то тихо читал; слышно было лишь несколько тяжёлое сопение заложенного носа и шелест бумажных страниц, которые периодически переворачивали. Тишина в квартире стояла почти гробовая, изредка только гудел на кухне холодильник или доносилась ругань соседей сверху. Поёрзав, водолаз отложил чтиво, сел и поправил на себе большую чужую кофту, в кою его почти насильно закутали ещё утром. А Фремине особо и не возражал, не хотел, да и голос очень уж сильно сел       Ёнэ сидел рядом, чиркая в тетради текст для песен. Надо было что-то придумать в срочном порядке, ибо сроки горели мама не горюй. Ручка с нажимом прошлась по бумаге, зачёркивая пару ненужных строк; шевеление рядом заставило отвлечься. Отложив тетрадь в сторону, Ёнэ глянул на парня внимательно.       — Как себя чувствуешь? — молодой человек обернулся и слегка покачал ладонью с раскрытыми пальцами, мол так себе, после чего указал на шею и мотнул головой. Говорить было больно. — Ясно. Чай сделать? — Ёнэ потянулся, поправляя на себе свитер. Растрёпанные волосы прилипли к ткани одежды, отчего пришлось подобрать их в пышный хвост. Блондин слегка кивнул, чуть прищурился и наклонил голову, затем ненадолго прижавшись виском к плечу старшего и исподлобья глянув на него же. Вроде хотелось чего-то горячего, а вроде так сидят хорошо, идиллия совершенная, и рушить эти посиделки желания не было. — Ну что такое? Хочешь, чтобы я с тобой посидел? — Ёнэ, кажется, уже умел читать все взгляды и жесты временно немого Фремине. И всё благодаря Афелию, который реально был немым. Водолаз закивал немного активнее, несколько секунд спустя как-то посерьёзнел и опустил голову, закрывая книгу с пальцем на нужной странице и поджимая к груди колени. Несмотря на то, что к мужчине юнец уже давненько привык, всё равно было что-то неуютное в тех моментах, когда приходилось его о чём-либо просить. — Хорошо, посижу. Потом всё равно чай тебе сделаю, — мужчина слабо улыбнулся, сев по-турецки и снова взяв в руки тетрадь с ручкой.       — Хорошо…       — И где тебя только успело продуть? — Ёнэ поднял жёлтые глаза на парня, смотря на него внимательно.       — На работе… — еле как выговорив пару слов, подводник тихо закашлялся, тяжело сглотнул и болезненно поморщился; изнутри засаднило и совсем уж разболелось. «Чёрт…»       — Всё, молчи давай. Я тебя и по взгляду пойму, если что, — Ёнэ отвёл глаза куда-то в сторону, вновь отложив тетрадь. Сложив руки на груди, продюсер глянул на ноутбук, стоящий на журнальном столике. Сообщения от Афелия всё приходили и приходили, потому что парень не умел писать длинные «полотна». Закатив глаза, Фремине насупился, откинулся на угол между плечом Ёнэка (как младший втихаря называл возлюбленного) и спинкой дивана и вновь открыл книгу, стараясь вспомнить, на какой строчке остановился. И всё ж таки, мужчина иногда был грубияном, как казалось юноше. — Как будто не может нормально написать одним сообщением, — Ёнэ взял ноутбук в руки, печатая в ответ огромное полотно. В группе не без причуд, потому вслед за сообщениями Афелия прилетели голосовые от Каина — главной головной боли «бати» всея группы.       — М?       — Фел нормально не умеет писать одним сообщением. Постоянно в несколько десятков доносит свою мысль, — блондин пожал плечами и ненадолго закрыл глаза, шмыгая носом; с окружением Ёнэ он не общался, так что особо никого не знал, разве что некоторые имена и пару человек в лицо, на этом всё заканчивалось. Посему всё равно было       «Надеюсь ты там не умер, батенька» — донёсся басистый голос из динамиков, на что мужчина фыркнул и покачал головой. — «Я тут с К’Санте присмотрел классные костюмы, надеюсь, тебе понравится, когда фото пришлю.»       — Ну что за непоседа, — Ёнэ улыбнулся уголками губ, глядя на парня краем глаза.       «А чего ему умирать? живее всех живых» — разлеплять веки не хотелось, отчего Фремине просто сидел и молча сопел, застегнув кофту на пару пуговиц. Волосы были несколько встрепаны, на лице виднелась усталая тень и круги под глазами; может он за сегодня почти ничего и не сделал, но ночь прошла почти бессонной       «Кстати, когда ты нас познакомишь со своим парнем?» — раздался уже другой голос в следующем голосовом, более певучий и звонкий, приятный на слух. — «А то ты про него только в общих чертах рассказывал и видели мы его только мельком за твоей тушкой. Мелкий совсем что ли?»       — Ещё один, — обречённо вздохнул мужчина, качая головой. Младший скрутил из пальцев фигу и слабо тыкнул ею в бок старшего, мол не собирается он ни с кем знакомиться, не хочет. — Понимаю. Сам не горю желанием тебя с ними знакомить, — Ёнэ усмехнулся, печатая ответ уже для любопытного до всего Эзреаля. Вся группа уже как год донимает своего лидера вопросами касаемо личной жизни, но тот молчит как партизан или рассказывает всё кратко и в общих чертах.       — Спасибо…       — Не за что. Они тебя готовы съесть, хоть и не видели толком, — мужчина притянул больного к себе, поудобнее укутав в свою кофту свободной рукой. Второй всё также печатал, даже на экран не глядя. Профессиональная привычка, выроботанная за годы.       — Сам их съем, — всё, пить захотелось совсем, так что Фремине около минуты понежился в объятиях, слез с дивана и направился в сторону кухни, чтобы поставить чайник. Смысла спрашивать о том, будет ли сожитель что-то, младший не видел, сделает ему кофе и всё. Проводив парня нежным взглядом, Ёнэ уткнулся обратно в экран ноутбука. А там сообщений от шебутных «детей» было море, если не целый океан. И голосовые, и печатные, особенно печатных было много от Афелия и Сетта, Эзреаль, Каин и К’Санте предпочитали голосовые. Качая головой на такой поток, мужчина терпеливо отвечал каждому своему «ребёнку» — он же батя пяти детей в конце концов.       Прибор загудел, а водолаз подошёл к окну и влез коленками на подоконник, дабы закрыть форточку. На улице стоял туман, стоявшее почти рядом с подъездом было едва ли видно, что уж говорить про соседние многоэтажки и землю. Душу же начало одолевать смутное беспокойство       В какой-то момент Ёнэ немного отвлёкся, чтобы дать глазам отдохнуть от экрана гаджета. Разлёгшись на диване, мужчина прикрыл глаза ладонью, тихо вздыхая. Он столько всего делает для группы, а для своего парня времени остаётся мало. Тем не менее, никто из них не жалуется на недостаток внимания — у каждого своя работа, свои увлечения, в которые можно погрузиться с головой на долгое время. Но только Ёнэ расслабился, как в дверь кто-то постучал.       — Кого принесло? — встав с дивана, продюсер поправил на себе свитер и шорты, проходя в коридор.       — Ённи! — раздался весёлый, звонкий голос Эзреаля, когда дверь открылась, отчего старший опешил.       — Эзр… — только и смог произнести Ёнэ, хлопая глазами. Дёрнувшись от чужого голоса в квартире, Фремине навострил уши; в водолазном костюме, конечно, в основном хреново было слышно, но на слух парень пока ещё не жаловался. Впрочем, неизвестный не сильно-то и скрывался, во всеуслышание объявлял о своём приходе без предупреждения. Сзади на столе щёлкнул, пыхтя паром и грозно булькая кипятком, чайник       — Ну что стоишь как вкопанный? Не рад мне что ли? — Эз хлопнул голубыми глазами по-щенячьи, отчего пришлось впустить его в квартиру и закрыть за ним дверь. Ёнэ был в культурном шоке от прихода своего бесёнка, во взгляде скопилась вся печаль мира.       Спрятавшись за смежной стеной между кухней и залом, подводник скрестил руки на груди и попытался проглотить подкативший приступ кашля, что вышло паршиво, и юнец поперхнулся слишком уж громко для невидимки       — О, так дома кто-то ещё есть?       — Эзр, я, конечно, рад видеть тебя в любое время, но… не сейчас, — Ёнэ подбирал слова, чтобы не обидеть гиперактивное дитя. Парень снял с себя куртку и кроссовки, проходя вглубь квартиры в сторону ванной.       — Это потому что твой парень тут? — спросил вокалист из ванной, на что мужчина тяжело вздохнул и закатил глаза к потолку. За что?       Щелчок открывшейся двери в санузел стал будто сигналом к тому, что Фремине может попробовать сейчас проскочить в спальню и со спокойной душой закрыться там до ухода незваного гостя. Мысль промелькнула лишь на мгновение, а блондин решил быстро воспользоваться этой возможностью, на цыпочках рванув к нужному помещению. Благо, что кухня с гостиной были вне зоны видимости, если стоять в дверном проёме ванной комнаты. Ёнэ глянул на пробегающего возлюбленного и сам его поторопил, открыв дверь спальни очень вовремя. Потому что Эз вышел из ванной в ту секунду, когда Реми — нежно называемый так мужчиной — заскочил в помещение. Закрыв за ним дверь, Ёнэ устало вздохнул и глянул на Эзреаля немного хмуро.       «Спасибо…» — снова тяжело сглотнув, младший плюхнулся на кровать животом и лицом вниз и раскинул руки в стороны. После чего вспомнил, что его телефон и книга остались в зале. Звиздец       А именно туда Ёнэ и повёл гостя, усаживая на диван. Эзр осматривал комнату, пока старший ходил делать чай. Парень ещё в коридоре заметил чужую одежду и обувь, а так же краем глаза всё-таки уловил небольшую фигуру, пробежавшую в спальню в тот момент, как вокалист выходил из ванной. Продюсер вернулся достаточно быстро, поставив на журнальный столик две чашки и небольшую миску с мятным печеньем.       — Ёнэ… — послышался тихий хрипящий голос из коридора, а водолаз, который решался на это дело почти десять минут всё ж таки психанул и решил попросить принести его вещи. Не то чтобы ему было, что скрывать в гаджете, просто сказывалась старая детдомовская привычка держать все свои вещи в максимальной близости и доступности       — Да, что такое? — заткнув Эзреаля ладонью, на что говорливый парень что-то промычал и нахмурился, Ёнэ снова прислушался к звукам из коридора. Реми он не видел, но чётко слышал его хриплое, заложенное дыхание.       — Принеси мои вещи, пожалуйста       — Минутку.       — Это твой парень?! — тут же возмутился Эзр хриплому голосу, на что Ёнэ только устало вздохнул и забрал с дивана телефон и книгу. — Ты его хоть лечишь?       — Лечу, — отозвался мужчина, выходя из гостиной в коридор. Фремине надул щеки и тихо выдохнул, хмурясь за такие комментарии в сторону его возлюбленного. Они ему, естественно, не понравились, вот только возразить не вышло бы — лимит слов до того, как горло начнёт не просто саднить, а жутко гореть, был всё меньше и меньше, отчего спор стал бы причиной окончательной потери голоса. — Ты не обращай на него внимания. Шебутной, успокоится скоро, — поцеловав Фремине в лоб, мужчина вручил ему телефон и книгу. Блондин слегка кивнул, прижал к груди вещи и немного виновато заглянул Ёнэ в глаза, будто прося прощения и за то, что напряг, и за своё нежелание знакомиться с новыми людьми. — Всё нормально, — потрепав по волосам, мужчина едва слышно вздохнул и пошёл обратно к Эзреалю, чтобы продолжить «Голодные игры» по поводу второй половинки продюсера.       Голубоглазый закрыл дверь, вернулся на кровать и, соорудив себе почти трон из подушек и огромного для него одеяла, вновь устроился читать; самочувствие оставляло желать лучшего, плюс ещё и уши закладывать начало. Накаркал, блин…

***

      Утром нужно было вставать срочно, потому что каким-то образом Ёнэ проспал будильник на пять утра. На часах сейчас было не больше восьми часов, отчего мужчина быстро-быстро собирался. Одежда летела туда сюда, причём нужно было сегодня с собой всё-таки взять своего парня. Не очень хотелось его дома оставлять одного, но и с группой тоже не хотелось знакомить. Потому им нужно было в срочном порядке выезжать прямо сейчас. Фремине же уже сидел обутый на скамеечке у выхода и наблюдал за чужой беготнёй, тихо, но ещё пока немного сипло мурлыкая себе под нос какую-то песню. Куда его собираются брать «с собой», водолазу так особо и не объяснили, но он выяснять пока не решался, чтобы не спрашивать под руку       — Всё вроде взял, — поправив на себе рубашку и брюки, мужчина снова проверил сумку, надетую через плечо. Тетрадь с текстами, флешки, планшет с материалами, телефон и наушники — вот и весь арсенал на сегодняшний день. Пройдя в коридор, Ёнэ накинул на себя кожанку, потом потуже затянул шнурки на тяжёлых ботинках.       — Носишься как Лини перед выступлением, — вспомнив, что Линнет всегда была намного организованнее старшего братца, водолаз слегка улыбнулся и накинул на плечи куртку, просовывая руки в рукава и застёгиваясь до середины груди. Чтоб ни холодно не было, ни жарко       — Тут мы на финал выходим в записи песни, так что, как тут не носится? — Ёнэ поудобнее запахнул кожанку, находя ключи от квартиры и от машины.       — Да никто ж не против, просто смешно наблюдать, если честно       — Знаю, — вздохнув, мужчина взял парня за руку и вывел из квартиры, закрывая дверь на ключ.       — Всё будет нормально, — сплетя пальцы в замочек, Фремине улыбнулся на несколько секунд и слегка попытался сдуть чёлку с лица. Не получилось, правда, но подводник забил на это       До студии добирались в спешном темпе, минуя пробки и даже успели проскочить, пока не начался часпик. В помещении кроме них двоих никого не оказалось, что играло на руку Ёнэ. Надо было посадить парня куда-нибудь так, чтобы участники группы не нашли Реми и не начали к нему приставать.       Сочтя задние пассажирские места самыми удобными, голубоглазый всю поездку откатался за водительским сидением. Мыслей не было, сам юнец просто смотрел в окно, подперев щёку основанием ладони, и не сразу заметил, что они уже приехали       — Так, надо тебя спрятать, — таща парня за руку, Ёнэ сейчас старался быстро придумать место для «пряток».       — Что-то мне подсказывает, что если захотят, меня достанут из-под земли       — Никто тебя не достанет, — мужчина наконец-то нашёл то, что нужно. Небольшая комнатушка, обычно служащая для всякого хлама, была переоборудована в комнату для сна. Там был небольшой диванчик, стол, стул и холодильник — всё для удобства. Прямо напротив стола расположилось окно, которое снаружи выглядело как зеркало, а внутри можно было разглядеть то, что находится снаружи. То бишь стол с оборудованием и ещё одно беззеркальное окно, только комнаты для звукозаписи.       — Вай, а тут прикольно, — в голосе явно прозвучала усмешка, а Фремине подошёл к окну и пригляделся в него, забавно прищурившись и затем обернувшись на старшего. — Я же правильно помню, что оно одностороннее? Я вижу, а меня нет…       — Правильно. Можешь тут посидеть, пока мы с ребятами запись будем делать, — Ёнэ улыбнулся уголками губ, кинув свою сумку на диван, стоящий неподалёку от рабочего стола.       — Я и так собирался тут сидеть, безвылазно причём. По крайней мере, попытаюсь безвылазно       — Если тебе что-то надо будет, ты просто мне пиши, хорошо? — заведя парня в комнату, мужчина глянул на часы над диваном. Девять утра, через десять минут тут будет столпотворение из участников группы.       — Хорошо, — немного подумав, Фремине немного зашёл за партнёра и обнял его за талию, упёршись щекой в спину и выдохнув. Так с Ёнэ спокойно и хорошо… И уютно до безумства       — Так, думаю, тебе пора прятаться. А то я чувствую, что тут скоро все мои дети будут.       — Пару минут, пожалуйста, — вот насколько водолаз не любил манипуляции, но сам ими периодически пользовался по мелочам; вот и сейчас зашептал, из-под ресниц глядя на собственные ботинки       — Хорошо, — Ёнэ улыбнулся уголками губ, потрепав Реми по волосам. На телефон пришло голосовое, пришлось его прям так слушать без наушников.       «Батя, мы с К’Санте и Фелом на подходе, ты в студии?» — Каин, чёрт его дери. На губы сама собой налезла слабая улыбка, пока блондин сделал глубокий вдох и тихонько заурчал, будто посылая немного удачи своему мужчине       — В студии, в студии. Шевелитесь, у нас сегодня много работы. Особенно пусть двигает сюда активнее Афелий, — записав в ответ голосовое, Ёнэ весь извернулся, чтобы обхватить лицо парня ладонями. Тёплый поцелуй пришёлся на переносицу, пока сам продюсер поглаживал щёки большими пальцами. Несмотря на разницу в росте, приходилось наклоняться именно Ёнэ, а не вставать Фремине на носочки.       — Эх, забирают тебя, — театрально вздохнув (чего он нахватался в своё время у Лини), юнец мягко коснулся губами чужих, встав на носочки, и положил руку на щёку возлюбленного, после чего погладил большим пальцем и засопел. — Ну что ж, иди       — Давай. Всё равно из окошка можешь наблюдать, да и слышимость снаружи во внутрь хорошая. А вот тебя им неслышно будет, — Ёнэ снова поцеловал в переносицу, после же отстранился и закрыл за собой дверь на электронный код…       …Те два с лишним часа, что подводник ночью убил бессонницей, он доспал сейчас, благо что комната была относительно тёмной. Сейчас же молодой человек растянулся на диванчике во весь свой небольшой рост и смотрел какой-то фильм в моно-наушнике, чувствуя как с последнего визита Ёнэ ещё краснеют щёки. Ну как, сам Реми его не застал в бодрствовании, зато проснулся под пледом, которым не укрывался сам       — Паранойя движется беззвучно. Подкрадывается сзади. Чувствую опасность за спиной. Но я не сдамся, — можно было услышать голос Эзреаля, который пел от души. Но Ёнэ всё равно что-то было не так, будто чего-то не хватало. Остановив парня жестом руки, мужчина проговорил в микрофон, чтобы вокалисту в комнате было слышно.       — На слове «паранойя» сделай акцент на последний слог.       — Хорошо, — парень кивнул, потом сделал то, что ему сказали. Ёнэ одобрительно покивал головой. Но что-то всё равно было не так.       Слыша чужие распевки где-то сбоку, Фремине просто закинул ногу на ногу и потянулся, тихонько кряхтя. Вот уж да, паранойя подкрадывается сзади и хватает за жопу когда не надо. На себе когда-то прочувствовал. Сейчас же молодой человек стал тихонько мычать под ритм включившейся в фильме музыке и прикрыл глаза; в голове витали смутные варианты для ужина       — Хорошо, Эзр. Да, Фел? — мужчина отвлёкся от того, что говорил вокалисту и обратил внимание на коллегу. Тот потянул Ёнэ за рукав футболки, наклонив старшего к себе поближе.       — Сходи за кофе, пожалуйста. Мы тут до вечера точно будем сидеть, — прошептал мелодичным, чуть хрипловатым голосом Афелий, отстранившись.       — Хорошо, тебе как обычно? — получив в ответ кивок, мужчина встал со своего места. — Ребята, небольшой перерыв. Я за кофе, кому-то ещё что-то взять? — на вопрос тут же посыпались разноголосые просьбы.       /Если всем кофе, можно мне горячий шоколад? Или что-то такое, плюс-минус лёгкое/ — быстро напечатал блондин, навострив уши после слов «Сходи за кофе». Всю свою воду он уже опустошил, так что хотелось и попить немного, и подстраховаться       /Хорошо. Ещё что-то надо?/ — напечатав ответ, Ёнэ тут же собрался и вышел со студии. Надо бы найти хорошую кофейню поблизости, чтобы не пришлось как в прошлый раз всей группе лежать от отравления.       /Нет наверно/       /Спасибо 😅/       — К’Санте, погнали на перекур? — Каин тут же начал приставать к другу, пока Эзреаль и Сетт уселились на диван за пределами комнаты записи. Мужчина покачал головой, улыбаясь в ответ.       — Не, не сегодня. Ты иди, я лучше тут потусуюсь, — репер устало вздохнул, но отстал, тут же вылетая из студии на улицу.       Подумав и во время размышлений прокрутив все страницы домашней страницы телефона, водолаз в конечном итоге залез в мир коротких видео с маленькими детьми и животными. Улыбался он с таких видео, но заглядывал туда довольно-таки редко, предпочитая или работать, или проводить время с Ёнэ. Дверь в комнатушку, где последние пару часов находился Фремине, открылась. На пороге застыл К’Санте, вглядываясь в фигуру на диване. Он никогда этого парня не видел, отчего тут же забеспокоился. Ёнэ нет сейчас в студии, Афелий не изъявляет желания говорить с кем-то, работая над сведением дорожек и битами. Звать Сетта не очень хотелось — тот с Эзреалем смотрел матч по амреслингу. Постояв так пару секунд, мужчина вошёл в комнату и прикрыл за собой дверь.       — Ты кто?       От неожиданности Реми сел и выдернул из уха наушника, глядя на незнакомца округлившимися глазами. Здрасьте, конечно, но какого хрена вы тут делаете? Вслух юноша ничего не сказал, только сглотнул и хлопнул ресницами, нервно прикусывая губу       — Эй, ты чего? — К’Санте присел на корточки перед диваном, чтобы не возвышаться над парнем и быть с ним лицом на одном уровне. — Я же тебя кусать не собираюсь, — вокалист усмехнулся, по-доброму глядя на Фремине.       — Не надо близко подходить…       — Хорошо, не буду. Ты с Ёнэ приехал? — стиснув зубы, водолаз ничего не ответил, только опустил глаза и отвернулся куда-то в сторону, явно и отчаянно краснея. Неловкость ситуации зашкаливала       — К’Санте, я тут захватил нам ша… Ух ты ж, блять! — Каин влетел в комнату неожиданно, тут же заметив маленькую фигуру. Он этого парня уже где-то видел… Точно. За спиной их батюшки Ёнэ.       — Каин, ты ребёнка пугаешь, — с упрёком обернулся мужчина, чуть хмурясь.       — Сами вы дети, — ладно его Лини ребёнком называл, Фремине привык быть младшим в их семейке, но от чужих ему людей парень такого не терпел. Бесило жутко, что выражалось сейчас в поджатых губах и гневном взгляде исподлобья       — Ты посмотри, ещё и дерзит, — Каин, как самый вспыльчивый «ребёнок» Ёнэ, тут же вскинулся.       — Хватит тебе. Что ты там принёс? — К’Санте понимая, что дело пахнет жареным, перетянул гнев друга с незнакомца на себя.       — Шашлык притащил.       — Надеюсь, мы не траванёмся, как в прошлый раз?       — Так это всё батенька Ёнэ виноват. Сам же кофе притащил какой-то просроченный, — немного обиженно буркнул Каин. Стрельнув глазами на комментатора, подводник понял, что больше всего ему сейчас хочется провалиться под землю. Или запереться в спальне. Или помереть. Неважно что, главное не находиться сейчас в окружении тех, с кем так долго избегал знакомства. Почему именно, мать вашу, сейчас? Почему?       — Вы чего тут? — в комнату заглянул Эзреаль, натыкаясь глазами на Реми. — О, парень нашего Ёнэ.       — Парень?! — воскликнули К’Санте и Каин, недоумённо глядя то на друга, то на незнакомца.       — Нет, блин, девушка…       — Он тебя не мучает? — Каин славился умением переключаться от одного настроения к другому, так что гнев сменился на беспокойство. — Не опекает, как своего брата? Гулять по ночам пускает? Алкашку пить разрешает?       — Каин, заткнись! — вокалисты хлопнули репера по спине, отчего тот поперхнулся очередным вопросом, который хотел задать. Запунцовев аки самый зрелый в этом мире помидор, Фремине просто закрыл руками лицо и заткнул большими пальцами уши, отчего было видно только нос, губы и подбородок. Слишком много тут людей, слишком они все говорливые; ни на один вопрос отвечать юнец не собирался и вообще явно не хотел идти на контакт       — А что тут происходит? — на счастье Фремине, как божий дар вернулся Ёнэ с картонными подставками, заполнеными напитками. Мужчина глянул на собравшихся несколько строго, вопросительно вскинув бровь.       — А ты чего, батенька, не сказал нам про то, что своего парня сюда привезёшь? — сразу очухался Каин, глядя на лидера немного обиженно.       — Да хорош уже терраризировать их, — Эзреаль оттащил репера от парочки, а К’Санте и сам отошёл на пару шагов назад. Соскочив с дивана и быстро пропетляв между парой ребят, Реми спустя несколько секунд уткнулся лицом в чужой торс и обвил старшего руками. То, как у него полыхает лицо, очень даже чувствовалось, а сам голубоглазый говорить не хотел от слова совсем. Да и, если быть совсем уж честным, весь этот напор, направленный на него, заставлял сильно нервничать       — Всё, хватит. Я вам тут кофе, значит, принёс, а вы… — Ёнэ многозначительно вздохнул. Он не злился, но и не устал, вроде как. Трактовать такой жест можно по-разному.       — Но всё же, это некрасиво с твоей стороны, — не унимался Каин, за что получил по жопе от К’Санте. — Ай!       — Пошли уже работать, — буркнул Эзреаль, утаскивая за собой друзей и одну из подставок с кофе.       — Но я ещё столько всего не спросил! - прозвучал возмущённо голос Каина за пределами комнаты, когда дверь уже закрылась, оставив пару наедине.       — Я никогда больше с тобой на студию не поеду, — не поднимая головы, пробормотал Фремине и сверлил взглядом свои колени, по прежнему будучи до такой степени красным, что даже веснушки скрылись; руки немного дрожали, пока сам юнец надул щёки       — Хорошо, как скажешь, — вот теперь вздох был действительно усталым. Ёнэ погладил по светлым волосам, чуть прикрыв глаза. Вторая рука была занята подставкой с кофе и горячим шоколадом.       — Чего они вообще ко мне прицепились…       — Ты им интересен, да и понравился, — мужчина слабо улыбнулся, наклонившись, чтобы уткнуться в макушку парня. Устал как собака, а теперь ещё придётся объясняться перед ребятами. Хорошо, что есть Афелий и его волшебная «палка-уебалка» — старая трость Анулы, его сестры. С таким грозным орудием можно столько шуму навести.       — Мне тебя хватает с головой, — уткнувшись лицом в грудь партнёра, младший прикрыл глаза и засопел, стараясь хотя бы не дрожать. Да, толпа дело для него крайне дискомфортное, но это же не повод, чтобы так трястись или в слёзы ударяться       — Ну, зато я тебе шоколад принёс.       Фремине всё равно насупился и прикусил губу, крепче стиснув пальцы на одежде старшего. Шоколад он не очень любил, но за всё время юноша как-то не удосужился об этом рассказать; правда, пару секунд спустя дошло, что они о разных вещах подумали       — Ну ты чего? — Ёнэ провёл носом по светлым волосам, чуть улыбаясь. Чем-то Реми напомнил Афелия в первые дни знакомства.       — Ничего, я домой хочу… Сейчас, наверно, такси себе вызову и поеду       — Ладно. Я поздно буду, можешь без меня спать ложиться.       — Хорошо, постараюсь, — как-то не особо получалось не засиживаться, особенно когда Ёнэ задерживался на записях. Так и сидел на кухне с большой чашкой чая и смотрел в окно на ночной город