Солнце подводное

      Ёнэ устал. Просто устал после того, как песня выстрелила во всех музыкальных чартах. Лёжа на кровати, мужчина спал, подмяв под себя подушку. Он настолько сильно вымотался за вчерашний день, что забыл про Рождество. Хотя лёг спать в синем свитере на соответствующую тематику и трусах, потому что лень было надевать штаны. Одеяло «уползло» куда-то на половину Реми, так что филейная часть была выставлена на обозрение со всех ракурсов. Белые волосы с красными прядками полностью закрыли собой лицо Ёнэ, отчего было непонятно: спит тот или притворяется. Но если прислушаться к медленному, тихому дыханию, то мужчина действительно спал. Причём крепко, отчего не слышал разрывающийся от сообщений и звонков где-то в глубине квартиры телефон. Время же перевалило за обед, что было непривычно для Ёнэ. Он никогда так долго и крепко не спал, максимум часа четыре и всё, просыпался до обеда. Но тут было исключение.       Фремине лежал, закутавшись аки гусеница, и честно пытался хотя бы подремать, но всё никак не мог согреться. Конечно, блин, вызвали с утра пораньше вытаскивать какого-то утопленника; радовало только то, что он там был хотя бы не один — Итэра тоже дёрнули из дома. Но даже при всей горячей любви к своему способу заработка колени сейчас всё равно сильно дрожали, хоть его после подъёма почти сразу напоили чем-то теплым и отогрели. Видимо, не до конца он всё-таки отошёл от погружения       Телефон так и продолжал надрывно выть рингтоном, но Ёнэ спал как убитый, даже почти не шевелился. Плевать, лучше поспать ещё какое-то время, а потом уже отвечать на звонки и сообщения. Мужчина что-то тяжко вздохнул и вслепую начал искать край одеяла, поскольку ноги замёрзли уже.       Реми всё покрывало загреб под себя и тихонько растирал дубовыми ладонями такие же плечи. Чужой гаджет уже задолбал основательно, но шевелиться не хотелось       Найдя какой-то краешек, мужчина потянул на себя и накрыл часть ног. Теплее стало мгновенно, отчего Ёнэ расслабился. Ничего не колышило, абсолютно, если бы не стук в дверь. Да ещё такой, будто её сейчас вынесут. И так стучаться мог только Каин или Афелий, когда не в духе.       Закатив глаза, юноша решил, что всё ж таки лучше будет сначала выяснить, какого лешего до его старшего так страстно кто-то желает докопаться, а затем уже и чай себе сделать. Посему водолаз тихонько выкатился со своего места и поплелся на выход, натянув на ноги чужие тапочки       Каин вместе с Афелием стояли и ждали, когда им откроют дверь. С К’Санте ребята договорились, чтобы тот дозванивался до их батюшки, пока тот не ответ. И если вокалист не позвонил, значит, Ёнэ так и не отвечал.       — Бессовестные вы ежи, хватит, мать вашу, трезвонить, дайте поспать спокойно…       — О, сто лет, сто зим мы тебя ждали, — как только дверь открылась, Каин ввалился внутрь квартиры под руку с Афелием. Тот что-то быстро написал кому-то, отчего телефон Ёнэ тут же замолк.       — А вас никто не ждал, — настроение было отвратительным, отчего Фремине посчитал, что обязан вытурить незваных и нежеланных в данный момент гостей из квартиры       — Подожди, — шепнул Афелий, упираясь руками и ногами в дверной проход. — Мы пришли вас пригласить к Сетту домой на Рождество, — действительно, оба парня были одеты в цветастые свитера, джинсы, берцы и куртки, шапок не было. Каин даже умудрился вплести в красные волосы пластиковые снежинки.       — Супер, конечно, но на кой так трезвонить? Занят человек, спит, зачем будить? — к Афелию молодой человек почему-то очень даже благосклонно относился, так что на Каина даже не смотрел. — Можно просто написать, проснётся — ответит       — Потому что батенька в любом случае ответит через тысячу лет, — ответил вместо Фела Каин, сдув с лица красную прядь. Сопродюсер пнул репер под жопу, что выглядело комично с их разницей в росте и возрасте.       — Пригласили? Я передам, можете идти       — Кто? — Ёнэ оказался за спиной парня неожиданно, так и не надев штаны. Так что засветился труселями с дельфинчиками, которые ему подарил на день рождения Реми.       Парни молча переглянулись между собой, а после рассмеялись: Каин в голос, Афелий — беззвучно. Кривя лица, репер и сопродюсер во все глаза уставились на старшего. Тот поправил растрёпанные волосы, зевая спросонья.       — И-и-и! — в последний раз Фремине так пищал, когда его в морге труп по жопе хлопнул; сейчас же он отпрыгнул с места и наскочил прямо на Фела       Афелий тут же перестал смеяться, буквально чуть ли не падая на налетевшего на него парня. Каин же продолжал ржать как конь над Ёнэ, пока он пытался вкурить, что тут происходит.       — Не подходи так сзади!       — А?       — Ты погоди, батенька спросонья отойдёт только через полтора часа, — перестав смеяться, Каин подхватил Афелия под руку. Синеволосый тут же встрепенулся, что-то прошептав на ухо реперу. — Фел говорит, что тебе лучше вообще его пока не трогать, а то совсем сломаешь.       — Чта-а?.. — Ёнэ сонным взглядом уставился на присутствующих. Тряхнув головой, водолаз пригладил свои растрёпанные волосы, чёлку и, надувшись на всех, побрёл в сторону кухни — чай сам себя не сделает. И плюс пусть трындят без него, Реми лучше сам посидит       После ухода ребят Ёнэ вперился взглядом в стенку повыше телевизора и так сидел на диване, накрыв ноги пледом. Голова ничего не соображала, абсолютная пустота отзывалась звоном и писком в ушах.       — Иди спать, тебя только вечером пригласили, а то будешь как зомби на ниточках, — держа в руках обмотанную в кухонное полотенце чашку, подводник стоял у двери на кухню и старался не сильно цокать зубами       — Я тут посплю, — улёгшись на диван, мужчина весь в плед закутался. Тяжело быть продюсером и батей пяти детей, отчего взгляд жёлтых глаз совсем уж усталым был. Услышав же краем уха чужой стук зубов, Ёнэ поднял край пледа. — Иди сюда.       — Как хочешь, — пожав плечами, младший приблизился к дивану, разместил свой чай подальше от края стола и нырнул под руку возлюбленному. — Ой ма… — Ён, конечно, всегда был тёплым, только вот сейчас это ощущалось особенно остро и балдёжно. Довольно завернувшись в плед вместе с парнем, Ёнэ прикрыл глаза и зевнул куда-то в макушку Реми. Вот теперь можно было поспать, а ещё, если уж сил хватит, вести ленивые разговоры. — Надо было раньше к тебе лечь…       — А чего не лёг? — мужчина весь растёкся в большую лужу, сопя что-то носом.       — Не знаю, как-то не подумал, — желание поговорить проснулось внезапно, но юнец видел, насколько сонный сейчас Ёнэ, и не хотел беспокоить его. В общем, в голове витала дилемма       — Мог бы и подлезть, сам же знаешь, что я тебя бы в любом случае сгрёб в объятия, — устало зевнув, мужчина что-то проурчал. Любил он своих ребят как никто другой, но… Но дико с ними уставал каждый раз, когда оставался ночевать в общем доме для группы. Пару дней назад без ночёвки не обошлось, но и поспать никто не дал: Каин и Эзреаль носились как бешеные по первому этажу, грабя кухню словно суслики на зиму; К’Санте вместе с Сеттом устроили тусу-джусу с просмотром боёв без правил; Афелий молча, но очень монотонно заколёбывал Ёнэ своими идеями на новые треки.       — Говорю же, не подумал, — до сих пор прохладные пальцы расположились на крепкой спине, а сам Фремине поёжился и закрыл глаза, стараясь прижаться как можно теснее и невольно урча. Тепло, уютно, хорошо — что ещё надо? Разве только вкусняшки, фильм и пушистая задница Сильвера на животе или груди. Вот по кому кому, а по их коту парень соскучился не меньше, чем по брату с сестрой       — Знаешь, ты мне Афелия напоминаешь в наши первые дни знакомства, — Ёнэ поудобнее запахнул плед, прижимаясь к парню поближе.       — Я такой один       — Ну точно он, — снова зевнув, мужчина прикрыл глаза. Чуть-чуть расслабился, прям ещё капельку, отчего был риск задавить бедного парня своим весом. В ответ только тихое фырканье послышалось, а голубоглазый без каких-либо зазрений совести улёгся сверху, голову на плече умостил и облепил так, как только позволяли небольшие габариты…       …В доме было шумно, даже очень. Приглашённые Ёнэ и Реми сейчас топтались в коридоре, пока Сетт наводил порядок в общей гостиной, а остальные занимались чем хотели: Каин и Эзр воровали еду, которую готовил К’Санте, стоя у плиты; Афелий скрутился в клубок в кресле, попивая горячий шоколад и смотря «Один дома» по телевизору. Честно, Ёнэ почувствовал себя как дома, когда давным-давно праздновал Рождество с братом. Аромат мандаринов и кофе разнёсся по помещению вместе с руганью К’Санте, который таки улучил двух проказников в преступлении.       Разговаривать со старшим Фремине отказался ещё в машине, так что и сейчас дулся, что его потянули на какую-то семейную вечеринку, хотя он, водолаз, был всеми руками и ногами против. В чём проблема просто оставить его одного дома, молодой человек истово не понимал, но тем не менее продолжал обижаться, пусть и с почти каменным лицом       — Ба-а-атя! — Каин и Эзреаль налетели на лидера с объятиями, как только тот снял с себя пальто и берцы. Мужчина чуть не свалился назад, если бы парни не потянули его в сторону гостиной, не отлипая. Особенно Эзр, который сегодня весь день только и ждал, чтобы потискать Ёнэ.       Младший быстро отшатнулся к стенке и присел, чтобы развязать свои ботинки; не то чтобы настроение было совсем поганым, только вот находиться тут очень не хотелось       Афелий поднялся с кресла, как только в гостиную залетела троица. Парень ещё давно заметил, что бедный Фремине не очень любит толпу. Впрочем, сам Фел не особо жаловался на шум, хоть и не любил его всеми фибрами души.       — Ну и куда мне?..       — Можно на кухню, — прошептал Афелий, как только подошёл к гостю. Но вот беда — кухня и гостиная были объедены в одно помещение, чтобы видеть всех и вся.       — Каин, хорош воровать мандарины из-под ёлки! — пожурил К’Санте парня, но тот не послушал, стыбзив парочку цитрусовых.       — М? — из-за стоящего гама Реми почти ничего не услышал, но быстро обернулся и приподнял брови. Стало немного неловко, отчего щеки чуть-чуть порозовели, но всё равно Фремине старался держать лицо       — На кухне, говорю, можно посидеть, — наклонившись поближе к уху парня, снова прошептал сопродюсер.       — Хорошо, спасибо…       — Ённи-и-и!       — Отпусти, бога ради, — Ёнэ многозначительно вздохнул, даже не пытаясь выбраться из чужих объятий. Парень прямо до смерти решил затискать лидера, отчего со стороны старшего можно было услышать усталые вздохи и вялые огрызания, причём редкие. Не умел Ёнэ ругаться на своих детей.       Каин, довольный кражей, бессовестно жрал мандарины, сидя на диване. Афелий провёл гостя за собой, усаживаясь вместе с ним на барные стулья.       Чувства были смешанные — вроде в детском доме тоже постоянно было шумно, а вроде он, Реми, старался сидеть в кладовках с книгами. Вот и сейчас это ощущение, что всё это происходит не с ним, не покидало и тревожным пеплом оседало на сердце; от того лицо у водолаза и казалось каким-то смущённым и беспокойным       — Чай будешь? Глинтвейн пока не готов, — помешивая ароматный напиток в кастрюле, К’Санте глянул на пришедших с улыбкой. Афелий сделал какой-то быстрый, едва уловимый жест, на что мужчина фыркнул и достал из холодильника сок. Поставив бутылку перед парнем, К’Санте вернулся к кастрюле.       — Нальешь и мне?..       — Конечно, — пусть говорил Афелий шёпотом, но по губам было понятно, что он сказал. Достав два стакана, парень разлил по ним сок, придвигая один к гостю.       — Спасибо… — слегка улыбнувшись, Реми придвинул к себе тот стакан, где на первый взгляд было немного меньше сока и припал губами к краю, делая небольшой глоток. Кислинка тут же заполонила рот       — Блять, Каин! Тебе же нельзя много мандаринов, — Сетт тут же оторвался от украшения ёлки, побежав в сторону своей комнаты за таблетками. А что Каин? А Каин сидел с красным лицом, которое было всё в мелких пупырках и всё равно ел мандарины, несмотря на адскую чесотку.       — И зачем наедаться тем, на что аллергия… — почти беззвучно пробормотал водолаз, немного морща нос и прикусывая изнутри щёку. С Афелием было немного забавно сидеть, но всё равно страшновато как-то       — Потому что мозгов у него нет, зато есть прекрасный голос и некая харизма, — шёпотом отозвался Фел, отпивая из своего стакана. В тоже время Сетт принёс таблетки Каину, чтобы тот выпил и отобрал у него остатки цитрусовых.       — Ну, есть наверно такое. Хотя Ёнэ обскакал его на несколько шагов вперёд       — Именно. Батенька нас всех тут обошёл, — парень фыркнул, видя слегка обиженный взгляд Каина на мандарины, которые теперь поставили перед сопродюсером и гостем. — Спасибо.       — Ешьте потихоньку, пока он от сыпи отходит.       — Эй, так нечестно!       Фремине молча взял самую маленькую мандаринку и начал потихоньку её чистить, стараясь оставить шкурку целой. Был такой пунктик, надо было обязательно оставить шкурку то ли звёздочкой, то ли цветочком, но оторвать надо как можно меньше       — Ённи, я тебя так люблю, — Эзр тискал мужчину в своих объятиях, пока Ёнэ отключился от мира сего. Умел так и привычка такая была, потому что усталости после уговоров Реми поехать с ним было море, если не целый океан. Блондин ревниво надул щёки, но отгребать старшего не хотелось — пусть тоже помучается немного       — Не обижайся на Ёнэ, он плохо переносит такое, — предупредил Афелий, тоже глядя на эту картину.       — Никто ни на кого не обижается, — говорить, что обида в другом, Реми не стал, беззлобно закатил глаза и залпом выпил почти половину от того, что осталось в стакане       — Я ж вижу, как ты дуешься на него за то, что он тебя сюда вытащил, — Афелий в группе был проницательным, отчего его частенько боялись даже больше, чем Ёнэ.       — Ну просто знает, что… мне не нравится такое, и всё равно заставил, — говорил младший тихо, пока пальцы стиснулись на посудинке. — Я и сам могу прекрасно с собой посидеть       — Ты знал, что у него младший брат погиб? — также тихо отозвался Фел, глянув на парня внимательно. О таком знал лишь сопродюсер, сам же Ёнэ никому не рассказывал о том, что брата уже лет как пять нет в живых. Даже остальные участники группы об этом не догадывались. — Умер в квартире от удушья, потому что не смог добраться до ингалятора. Ёнэ тогда в аптеку отошёл, чтобы купить ему новый ингалятор, потому что старый заканчивался.       Вздрогнув, водолаз зажался и опустил голову и плечи, прикусывая губу. Он-то знал об этом, только без подробностей, и сейчас в один момент пазл собрался в единую картинку. Так вот почему его почти никогда не оставляют одного и звонят хотя бы раз в час, если всё-таки оставляют       — Потому и говорю, не обижайся на него, он этого попросту не переживёт, — Афелий потрепал парня по плечу, наблюдая за действиями Эзреаля. Тот наконец-то выпустил Ёнэ из объятий, отчего мужчина отполз к дивану, чтобы спокойно поправить растрёпанный хвост.       — Всё равно, если честно, не понимаю…       — Такой он человек, что поделать. До сих пор себя винит в смерти брата.       — Хватит, понял я всё. Не надо об этом, — пробормотал Фремине, слегка массируя висок. Почему-то весь этот рассказ напомнил о работе и некоторых её неприятных моментах       — Хорошо, — Афелий отвёл взгляд к К’Санте, который сегодня выполнял роль хозяюшки, хотя должен был быть Сетт.       — Спасибо. Расскажешь о себе? Об увлечениях может, — не беря в расчёт тему, разговаривать с Фелом было довольно приятно, если не сказать уютненько. Тихий голос и спокойный тон очень даже подкупали       — Чем я могу заниматься? Только музыкой на пару с Ёнэ. Иногда, если есть свободное время, с сестрой гоняю в мотопарк или кошачье кафе, спуская деньги на сеансы с посиделками с пушистиками, — Афелий улыбнулся К’Санте, который жестом показал, что скоро надо будет стол накрывать.       — Хех, мило…)       — Да, она у нас ещё и менеджер группы. Должна была приехать, но решила отметить это Рождество со своим парнем.       — Если б меня не заставили приехать сюда, я бы поехал к своим брату и сестре, — задумчиво протянув это, голубоглазый упёрся кулаком в щёку и положил в рот пару долек мандаринки       — М-м-м, понятно. Честно говоря, оставили мы как-то Ёнэ одного на Рождество, так он потом неделю не выползал из дома. После себя убирался и похмельем страдал.       — Ну, теперь один он праздновать вряд-ли будет…

***

      Ёнэ сидел на полу, что-то печатая на ноутбуке и поправляя сводки звука. Работы стало чуть поменьше после Рождества, потому домой продюсер возвращался довольно рано, как сегодня. Хоть в этот раз обошлось без сломанного микрофона и сорванного чисто по случайности голоса Эзреаля.       — Смотри не упади, — после тихого звяка ключей в прихожей послышалась какая-то возня и шаги кого-то явно кроме Фремине       — Да не упаду я, успокойся, — раздался вздох, после чего девичий голос       — Мальчики, да я бы сама могла добраться, зачем столько тягомоты?       Ёнэ не слышал, как кто-то в квартиру зашёл, потому что звук на данный момент в наушниках был громким. Его даже можно было услышать, если замолчать и хорошо прислушаться. Мужчина пощёлкал пару раз по сенсорной мышке, потом глянул на звуковые дорожки. Вроде всё гладко, почти.       — Не болтай ерунду, Линнет, ноге нужен покой, так что Лини отнесёт тебя в гостиную, — махнув рукой в сторону нужной комнаты, водолаз добавил. — Я сейчас подойду, посидите пока без меня, — кивнув, фокусник вздохнул и потянул сидящую у него на спине и тихо ругнувшуюся ассистентку к дивану; Реми в свою очередь шустро разулся и скользнул в сторону спальни хозяина квартиры. Продюсер всё также в наушниках сидел, работая над сводкой звуков. Самое сложное было ещё впереди, так что эта была только часть работы.       — Ёнэ, — мужчина не слышал, в работу очень сильно погрузился. Тем более в наушниках сейчас играл голос Каина, хорошо лёгший на бит, отчего Ёнэ довольно улыбнулся. С лёгкой ухмылкой закатив глаза, блондин подошёл ближе и присел рядом, слегка потрепав за плечо. — Ёнэк, блин       — А? Чего? — сняв наушники, Ёнэ глянул на парня вопросительно. Из динамиков слабо доносился голос Каина и его партия:       «В прошлом многие пытались сломать меня. Кажется, я схожу с ума. Не хочу, чтобы меня нашли. Я вырос в тени и знаю, что сейчас за мной наблюдают они.»       — Во-первых, привет, а во-вторых я с родными в зале сидеть буду, так что предупреждаю, — чмокнув старшего между бровей, подводник поднялся на ноги и, подмигнув, вышел обратно в коридор. — Лин, глянь аптечку на кухне самый левый верхний шкафчик, — проводив парня взглядом, мужчина хлопнул глазами. Как-то чуть пусто на душе стало, отчего Ёнэ поджал губы и устало вздохнул.       — Да сиди ж ты смирно, глупая! — в сердцах воскликнул фокусник, за что заработал гневный взгляд от младшего и молниеносную, но слабую пощёчину от Линнет, коя моментально вздёрнула кверху носик и отвернулась       Мужчина только прислушался краем уха, сделав звук в наушниках потише. Он хотел выйти из комнаты себе за кофе, но в какой-то степени было неловко на самом деле.       — Да ну всё, прекращай, коть, какой с дурака спрос?.. Хватит его лупить       — Пусть или извинится, или ассистентку новую ищет!       — Сама знаешь, что я ни с кем так не сработаюсь как с тобой       Ёнэ таки решился. Выскользнув из общей спальни, мужчина поправил на себе свитер и штаны, проходя мимо гостиной прямиком на кухню. Сделает себе кофе и назад, чтобы дальше работать.       — Здравствуйте, — приподняв брови, отозвался Лини и немного вопросительно покосился на усмехнувшегося подводника       — Здравствуйте, — заварив себе кофе, Ёнэ решил таки показаться гостям. Домашний свитер был заправлен в штаны, на ногах пушистые тапки, а белые волосы подобраны в высокий хвост.       — Красивый он у тебя, — еле слышно прошептала на ухо братцу девушка и смешливо наморщила нос; Фремине вспыхнул весь и слабо пихнул Линн плечом       — Знакомься, Ён, это Лини и Линнет, мои брат и сестра       — Приятно познакомиться, — мужчина слабо улыбнулся, отпив кофе из излюбленной кружки с котиками.       — Ребята, это мой молодой человек, Ёнэ, — средняя среди этой троицы широко заулыбалась, несмотря на то, что вывихнутая и сейчас уже перевязанная нога до сих пор болела       — Очень приятно, как вам мой братец? Странно, что он нас раньше не познакомил, хотя я не удивлена       — Линнет!       — О, ну… — Ёнэ слегка смутился, пряча глаза в кружке. — Он хороший, если честно.       — Что есть, того не отнять, а ещё? — девичьи глаза загорелись азартом, а вот ассистентка не обращала внимания на то, что её пытаются остановить сильным сжатием запястья. Э́Честно, продюсер даже растерялся, хотя вроде как знал, что ответить. Девушка ему напомнила Эзреаля в какой-то степени. Ёнэ потёр переносицу пальцами, многозначительно вздохнув.       — Прошу прощения, но мне надо работать. Завтра сдавать менеджеру проект.       — Оу, ладненько, тогда может позже поболтаем       — Прекрати к человеку лезть…       … — Твоя сестра… Это просто невыносимо, — после доделывания проекта, Ёнэ всё же посидел с ребятами до их ухода. Весь разговор только и был о парочке, отчего мужчина чувствовал себя крайне неудобно. Но сейчас, лёжа с Реми в обнимку, продюсер радовался уходу гостей как никогда раньше.       — Она просто привыкла к тому, что обычно в курсе всех событий, а тут я ничего не рассказывал, и её прорвало… — всё равно Фремине защищал названную сестру, пусть даже в моменте ему хотелось или самому помереть, или запихать Линнет в рот её трико, чтобы замолчала. — А так она очень хорошая и ласковая       — Это понятно, просто, — Ёнэ устало вздохнул и глянул в глаза парня, молчаливо выпрашивая поцелуй. — Просто я в ней увидел Эзреаля. Такой же непоседа, хотя Каина им двоим не переплюнуть.       — Это ты её за кулисами не видел. Ты б офигел       — Мне моих пятерых детей хватает на каждый день, чтобы офигеть до конца жизни, — мужчина слабо улыбнулся, склонив голову на бок. Фремине ничего не сказал, только глубоко вдохнул, заёрзал и зарылся лицом куда-то между кроватью и грудью партнёра. На сегодня лимит исчерпан, уже даже с возлюбленным разговаривать неохота, посему блондин только сомкнул веки и приготовился слушать. — Каин на днях опять мандаринов наелся, потом ещё и с К’Санте подрался за ключи от машины на съёмках. Афелий чуть не утонул в резервуаре с водой, а Эзр сломал камеру. Ну хоть Сетт ничего не натворил и на том спасибо, — Ёнэ улыбнулся уголками губ, глядя на парня нежно. Всё же, иногда хорошо так лежать, чтобы один говорил, а другой слушал. Младший тихо крякнул и сразу после чихнул, успев приложить ладонь ко рту и немного поморщившись. Каин его со своими мандаринами ещё на рождественском вечере заколебал. — Будь здоров. Вот, мне потом пришлось Каина по врачам потаскать, чтобы те ему хорошие таблетки прописали и уколы проставили, — мужчина вздрогнул, вспоминая этот ужас «молодого родителя».       — Понимаю, нас с Линнет так Лини по врачам таскал. Причём по всем каким только можно было… Только убедился, что мы все здоровы как лоси       — Ну вот, ему повезло с вами, а мне… Мне нет. Каин со своей любовью к мандаринам меня скоро убьёт. А Афелий и его слабый до простуды организм это верх всех бед, — ответа не последовало, а в голове водолаза пронеслось, что он сам такой же. Обвешается соплями после заплыва и вот хоть стой, хоть падай, а всё равно не трожь, пока спит. Несколько раз за осенне-зимний сезон болел стабильно, и весной иногда, но всё ж таки работа есть работа. И любит он её, и зарплата хорошая. А то не одному ж Ёнэ продукты покупать и за квартиру платить