Препод по экономике

      Люмин стояла с чашкой кофе, оперевшись на глянцевую поверхность кухонного гарнитура. Утреннее солнце лениво пробивалось сквозь жалюзи, окрашивая кухню в мягкие золотистые тона. За стенкой шумел душ, создавая уютный, умиротворяющий фон. Сутра в него первым пошел Дилюк. Ему сегодня на работу, так что это неудивительно, даже закономерно. «Порядок превыше всего,» — усмехнулась про себя блондинка, вспоминая его строгий взгляд и привычку все контролировать.       Он сказал, что отвезёт её домой, а сам поедет по делам. По крайней мере, договор пока что звучал именно так. Но сейчас это казалось немного неважным, словно растворилось в послевкусии вчерашней ночи. В голове всплывали обрывки воспоминаний: жаркие поцелуи, страстные объятия, шепот на ухо… Люмин невольно покраснела, отгоняя навязчивые образы, которые нарочито терзали её.       Зато кофе был вкусный, намного лучше, чем тот, что был во вчерашнем сне. В меру сладкий, с деликатной горчинкой, словно отражал сложность своего приготовления. Каждый глоток обжигал приятным теплом, растекающимся по всему телу. «Интересно, какой он на работе?» — подумала девушка, представляя его в отцовском кабинете с папкой бумаг. Наверное, такой же собранный и неприступный, как всегда.       Дверь в ванную комнату приоткрылась, и на пороге появился Рагнвиндр, вытирая волосы полотенцем. На его обнаженном торсе блестели капельки воды, и блондинка не смогла отвести любопытный взгляд от подкаченного тела. Хотя, казалось бы, ты что, вчера не насмотрелась? — Доброе утро, — произнес он, с легкой улыбкой на губах. — Как кофе? — Спасибо, отличный, — ответила Люмин, стараясь скрыть свое волнение. — Ты всегда знаешь, что мне нужно.       Дилюк подошел ближе и забрал у нее из рук чашку, поставив ее на стол. Затем, обхватив девушку за тонкую и, судя по назамедлительной реакции, чувствительную талию, бесцеремонно притянул к себе. — А что нужно тебе сейчас? — прошептал он ей на ухо, поглаживая светлые пряди волос на её затылке.       Люмин почувствовала, как её щеки заливаются краской — знала, что красноволосый имел в виду. — Я… Мне нужно домой, — пробормотала она, опуская взгляд. — Неужели? А мне кажется, тебе нужно совсем другое. — Дилюк рассмеялся.       Он медленно наклонился, его лицо приблизилось к её. Люмин почувствовала его тепло, его запах – смесь дорогого одеколона и легкого аромата кофе. Его губы были совсем близко, и она уже чувствовала их прикосновение.       Он нежно коснулся её губ своими, и девушка не смогла сопротивляться. Её глаза невольно закрылись, и она отдалась во власть. Губы Дилюка мягко надавили на ее, исследуя каждый изгиб, каждую линию, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь и страсть. Его язык скользнул в её рот, и она ответила ему с той же страстью, сплетаясь с ним языками. Юноша углубил поцелуй, его руки стали двигаться, нежно поглаживая спину, спускаясь ниже к бедрам, притягивая её еще ближе к себе. Она чувствовала его силу, его желание, и ей это нравилось. — Я все еще должен отвезти тебя домой, — произнес красноволосый, оторвавшись от её губ, его голос был хриплым от возбуждения. — Но, возможно, мы можем немного задержаться. Совершено немного. Я никогда не опаздываю, ты же знаешь...       Он подхватил девушку на руки, и понес в сторону спальни, не отрывая взгляда от её глаз. Люмин обхватила его шею руками, чувствуя себя во власти его объятий.

***

      Спустя час они вдвоем сидели в машине. Люмин красила губы, опустив зеркало на пассажирском переднем сидении. Лёгкий сладковатый аромат её кожи смешался с запахом мужского одеколона, который заставлял Дилюка чувствовать себя немного странно и даже по-домашнему.       Рагнвиндр, расположившись рядом с ней за водительским сидением, поправлял часы на запястье. Серебряный браслет блеснул в лучах солнца, проникавших сквозь лобовое стекло. Его движения были спокойными, как и всегда. Параллельно он заводил автомобиль, и салон наполнился тихим рокотом двигателя.       Сейчас нужно было отвести Люмин домой к Аяке, которая наверняка её уже ждала, возможно даже ищет, переживая не случилось ли чего. С одной стороны, он понимал, что не может держать девушку у себя, поскольку живёт она не с ним и более того, свободна в своих решениях где остаться на ночь. Но с другой, мысль о том, что она будет проводить время с кем-то другим, вызывала у него приятное тепло, ведь она не будет скучать, с подругой явно найдут, чем себя занять.       Блондинка закрыла помаду и убрала зеркало, повернувшись к Дилюку. В её глазах читалась благодарность. — Спасибо за всё, — произнесла она тихо, словно боясь нарушить атмосферу момента, — За позавчера, вчера, сегодня... — Это тебе спасибо, — ответил тот, — За то, что хоть как-то разбавляешь мою рутину. Новые события и эмоции — именно то, что мне сейчас нужно. — Дилюк улыбнулся и коснулся её щеки тыльной стороной ладони.       Около 09:25 по местному времени машина плавно остановилась около подъезда десятиэтажной панельки. Именно здесь Люмин и Аяка жили, хоть и по факту это была квартира бабушки блондинки. Простое, но уютное место, наполненное теплом, как и характерно для мест, где живут только девушки.       Дилюк заглушил двигатель, и в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на приборной панели. Блондинка отстегнула ремень безопасности и повернулась к парню. — И спасибо, что подвез, — произнесла она, смущённо переводя взгляд куда-то вниз. — Спасибо, что разделила это утро со мной, — юноша улыбнулся и протянул руку, чтобы убрать с её лица непослушную прядь волос. — Я наслаждался каждой минутой.       Он наклонился ближе и нежно поцеловал её в губы. Этот поцелуй был другим: не таким страстным и требовательным, как те, что были раньше. Он был мягким и теплым, словно обещание скорой встречи.

***

      Вскоре Люмин оказалась дома. Дверь в квартиру ей открыла ужасно заспанная подруга. Аяка, которая, судя по виду, не спала последние дня два. Ее длинные, обычно хоть как-то уложенные волосы, были растрепанными и торчали в разные стороны. Под глазами залегли синяки, выдавая усталость и недосып, на ней была старая, растянутая пижама с выцветшим рисунком, которая явно видела лучшие времена. Сама Ая лишь устало зевала, прикрывая рот ладонью. — Доброе утро?… — прошептала Камисато, опираясь спиной на стену, словно ей было сложно стоять прямо. — Смотрю, у тебя оно не очень доброе, да? — подколола её блондинка, улыбаясь по привычному нагло, — Признавайся, все выходные с Томой провела, да? — она улыбнулась, подмечая плачевное состояние подруги.       Голубоглазая на секунду опешила. Щёки слегка порозовели. Она не могла сказать подруге правду о том, что провела пятницу и субботу с Кэей, который как бы пропал (на самом деле просто прятался от свадьбы по расчету с Эолой, да уж, 21 век на дворе, а современные проблемы иногда не лучше тех, что были пару столетий назад.) — Не говори глупостей, — пробормотала она, — Просто не выспалась. — Аяка покачала головой, стараясь скрыть смущение.       И, не дожидаясь ответа, удалилась в комнату, с грохотом падая на кровать и укрываясь одеялом с головой. Блондинка вздохнула и закрыла за ней дверь.       «Ладно, — подумала Люмин, глядя в пустоту, — Пойду-ка я приготовлю нам завтрак. Может, хоть так подниму ей настроение.»       В комнате за спиной послышался тихий вздох. Аяка, все еще лежа под одеялом, смотрела в потолок невидящим взглядом. Перед глазами начали всплывать отрывки воспоминаний: кожаное сиденье мотоцикла, прохладный летний ветер, дующий в лицо, крепкие руки, сжимающие руль…       Она вдруг снова почувствовала себя неловко в привычных джинсах и толстовке, которые выбрала в пятницу по просьбе Кэйи. И она, обычно предпочитающая что-то более нежное, зачем-то согласилась.       Воспоминания продолжали наплывать, с каждой секундой все отчетливее и ярче.

***

      После нескольких часов, проведенных в мотоклубе, Аяка начала чувствовать себя немного увереннее, хотя поначалу ей было не по себе. Непринужденное общение с ребятами помогало расслабиться.       Но, когда часы показали 10, и большинство людей начали разъезжаться, в ней снова проснулась тревога. Она понимала, что скоро придется возвращаться в реальность, в свой привычный мир, где ни мотоклубу, ни Кэйе не было места.       Заметив ее задумчивый взгляд, Альберих подошел, небрежно обнимая сзади. Его рука, лежащая на ее плече, ощущалась немного чужой, но в то же время приятной. Девушка вдруг осознала, что за все время, проведенное вместе, они почти не касались друг друга. — О чем задумалась? Кажется, тебе тут стало скучно? — спросил он, наклоняясь ближе. Его голос, чуть хриплый от разговоров и сигаретного дыма, неожиданно защекотал ее ухо. — Нет-нет, все хорошо, — торопливо ответила Ая, стараясь не выдать свою тревогу. — Просто… уже довольно поздно. Пора домой, наверное? — Домой? Не думал, что услышу такое от тебя, — поддразнил синеглазый, улыбаясь по привычному лукаво и тепло, — Расслабься. Время ещё есть. Уверяю тебя, что Дилюк и Люмин сейчас заняты друг другом, как никогда раньше. — Возможно, но, ты знаешь... — попыталась возразить Камисато. — Слушай, я тут подумал… — остановившись на секунду, Кэйа почти прервал речь девушки, начав говорить в одно время с ней, — Почему бы нам не развлечься перед тем, как я отпущу тебя домой? Прокатимся по ночному городу? — Прокатиться? Сейчас?! — голубоглазая удивленно распахнула глаза, — Но... уже поздно! К тому же, это долго!       Альберих в ответ только рассмеялся, по обычному заразительно и непринужденно. Он умел делать это так, что хотелось улыбнуться в ответ, даже если совсем не было весело. — Ну что ты зациклилась на этом «поздно»? — воскликнул юноша, — Ты же не на бал собираешься, а просто покататься. Главное, чтобы было удобно и тепло. Твоя одежда отлично подходит.       Кэйа сделал шаг ближе, сокращая дистанцию между ними. Девушка почувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее. Ей было сложно противостоять его настойчивости. — Послушай, я понимаю, это может показаться немного спонтанным, — сказал он тише, — Но поверь, ночной город – это совсем другая история. Совсем другие краски, совсем другие ощущения. Хочу показать тебе что-то особенное, — Доверься мне. Будет весело. Обещаю, что не дам тебе замерзнуть. — он взял ее за руку, и его прикосновение было теплым.       Аяка колебалась. С одной стороны, она почти не знала этого парня, и это было безумием соглашаться на его авантюру. Хотя, какая это уже по счету авантюра, связанная с ним, на которую она соглашается? Но с другой стороны, что-то в его взгляде, в его голосе заставляло верить ему. И еще… наверное, ей просто хотелось провести с ним еще немного времени. — Я… — начала девушка, но осеклась, — Ладно. Уговорил. Но только недолго, ладно? Мне все-таки нужно выспаться. — Вот и отлично, — Кэйа довольно улыбнулся, обнажая белоснежные зубы и подмигивая, — Я знал, что ты в итоге согласишься.       Он повел ее к своему мотоциклу, который гордо возвышался на фоне остальных. Его мощный двигатель, казалось, дышал нетерпением. — Надевай шлем, — бросил Альберих, — Вот, возьми. Должен подойти.       Аяка взяла шлем из его рук, ощущая легкую дрожь в коленях. Она знала, что это может быть ошибкой, но в то же время чувствовала волнующее предвкушение чего-то нового и захватывающего. Она доверяла ему. И это было единственным, что имело значение в данный момент.       Надев шлем, голубоглазая почувствовала себя немного отстраненной от внешнего мира. Он был немного велик, закрывал обзор по бокам, но Кэйа заверил, что так безопаснее. Она неуклюже взобралась на мотоцикл, стараясь не задеть его ногой. Сиденье оказалось жестким и холодным, но вскоре она привыкла к этому ощущению. — Готова? — спросил тот, поворачивая к ней голову.       Из-под шлема она видела лишь его глаза, синие, как ночное небо. В них читалось предвкушение и… какая-то дружеская поддержка, как будто он хотел убедиться, что ей комфортно.

Она неуверенно кивнула.

      Альберих неспеша завел двигатель, словно впереди у них было всё время по вселенной, и мотоцикл задрожал, словно сейчас рванет. Аяка невольно вцепилась в его куртку, и он усмехнулся. — Держись крепче, — крикнул он, — Сейчас!       Кэйа со всей силы вжал газ, и мотоцикл понёсся вперед, выезжая с территории мотоклуба на ночную улицу. Ветер засвистел в ушах, и девушка зажмурилась, чувствуя, как ее волосы развеваются на ветру. Было немного страшно, но в то же время волнительно.       Постепенно она привыкла к скорости и начала открывать глаза. Ночной город предстал перед ней в совершенно ином свете. Фонари заливали улицы мягким золотистым светом, отражаясь в мокром асфальте. Дома казались выше и загадочнее, а редкие прохожие — словно тени, скользящие по тротуарам.       Альберих вел мотоцикл уверенно и плавно, словно это было не просто его хобби, а вся его жизнь. Аяка чувствовала себя спокойнее, зная, что он контролирует ситуацию. Она чуть крепче обхватила его талию руками, скорее инстинктивно, чем из-за желания сблизиться. — Видишь, как красиво? — крикнул он, поворачивая голову к напарнице.       Камисато кивнула, не в силах произнести ни слова. Город действительно был прекрасен. Но еще прекраснее было ощущение свободы и беззаботности, которое она испытывала сейчас. Создавалось впечатление, как будто всё вокруг перестало иметь хоть какой-то смысл.       Они ехали по пустынным улицам, наслаждаясь тишиной и прохладой ночи. Кэйа то и дело показывал ей какие-то интересные места: старинные здания с красивой архитектурой, освещенные яркими прожекторами мосты, живописные парки на самых окраинах, как будто хотел поделиться с ней своим любимым городом.       В какой-то момент он свернул на набережную, останавливая мотоцикл у самого края воды. — Посмотри, — сказал Альберих, указывая на реку.       Аяка взглянула туда: на поверхности воды отражались огни города, проезжающие автомобили, пока река текла в своем ритме, а мелкая рябь появлялась благодаря ветру. Она медленно убрала руки с мужской талии и взялась ими за сидение, чтобы поближе разглядеть блуждающие по реке огонёчки ночного света. — Здорово, да? Люблю это место. Здесь можно подумать обо всём и ни о чём одновременно.       Он замолчал, и в тишине стало слышно лишь плеск воды и далекий шум машин. Но эта тишина длилась недолго. — Спасибо, что согласилась, — прошептал парень, скорее в воздух, чем ей, — Ты не представляешь, как я ценю твою компанию.       Камисато замерла, как будто неожиданно её поразила стрела. Первый вопрос, который возник в голове, это: «Что, прости?» Ей казалось, что эта встреча по большей части вынужденная, хоть и на деле вечер проходил довольно расслабленно. Аля́, ничего не предвещало беды. Да и в целом, вечер прошел в спокойной атмосфере с приятными по виду и в действительности ребятами. — Хочешь обняться?       Неожиданно вырвалось изо рта девушки, которая моментально осознала суть сказанного и отшатнулась назад, всё ещё сидя на мотоцикле за Альберихом. — Да ладно тебе, от меня за километр сигаретами несёт.       Словно возразил ей Кэйа, выражение лица которого не сильно изменилось, по крайней мере, в зеркале было видно именно так. Он опёрся руками и головой на руль, слегка вытягиваясь вперёд. Его взгляд был устремлён в никуда — как будто глаза затуманены, а сам он погружен куда-то глубоко в свои мысли: оторванный от реальности. — Кэйа, — выдохнула она его имя, тут же нагинаясь вперёд, чтобы своими холодными руками обнять его со спины, — всё хорошо.       Он молчал, не понимая, как реагировать на столь неожиданное тепло, пришедшее практически из ниоткуда. Дыхание перехватило.       Альберих замер. Сначала ему показалось, что это какая-то шутка, может, ей просто стало холодно? Но она не отстранялась, прижавшись лицом к мужской кожаной куртке.       Аяка почувствовала, как он напрягся под ее руками. Неловкость накатила волной. «Зачем я вообще это сделала?» Она ощутила учащенное сердцебиение парня сквозь куртку. Пахло не только сигаретами, но и чем-то терпким, мужским, от чего ее щеки запылали.       Собравшись с духом, Камисато медленно отстранилась. — Прости, — пробубнила она, опустив взгляд. — Знаешь… мне показалось, что тебе грустно.       Альберих выпрямился, откашлялся и, не поворачиваясь к ней, пробормотал: — Все в порядке. Просто… неожиданно.       Молчание повисло в воздухе, наполненное неловкостью и смущением. Аяка чувствовала, как краснеет все сильнее. — Спасибо, — тихо добавил Кэйа, по-прежнему глядя в пустоту. — Наверное, это было… полезно. — Не за что, — прошептала девушка, стараясь унять бешеное сердцебиение.       Она отвернулась, рассматривая ночные огни города, лишь бы не смотреть на Альбериха. Ей казалось, что он может прочитать все мысли по ее покрасневшему лицу.       Тот вдруг ухмыльнулся, и в его синих глазах заплясали искорки. Он повернул голову к Аяке, подперев щёку рукой. — Послушай, Ая, — протянул он с лёгкой игривостью в голосе. — Я, конечно, ценю твою заботу, но в следующий раз предупреждай, ладно? Боюсь, моё сердце не выдержит такого внимания со стороны прекрасной дамы с такими чарующими голубыми глазами.       Камисато вскинула бровями, удивленно глядя на него. Его слова, хоть и были сказаны шутливым тоном, заставили ее снова ощутить себя в привычной тарелке, нежели когда они обнимались. — Альберих! — воскликнула она почти мгновенно после его слов, недовольно тыча в него пальцем, — А ну закрой рот!

Они оба рассмеялись.

***

      Прошло несколько часов, прежде чем Аяка и Люмин встретились в просторах, если их таковыми можно было назвать, квартиры вновь. Камисато лениво потянулась, глядя на свою подружку, листающую соц сети за кружкой горячего чая — настолько же обыденное для неё занятие, как и их подколы. — Доброе утро, соня, — блондинка усмехнулась и отложила телефон, подпирая голову рукой, словно в ожидании интересного рассказа, — Ну, так что насчёт твоих незабываемых выходных? — Лучше не спрашивай, — резко отрезала голубоглазая и тут же отвернулась, делая вид, что достает что-то из шкафчика, — Это были худшие выходные ever forever. — Что, неужто твой кавалер совсем нехорош в постели? — девушка широко улыбнулась, пока у неё в глазах мелькало веселье. — Боже, прекрати... Ты же знаешь, я — не такая. — протянула вполголоса Аяка и потянулась к ещё горячему чайнику. — Да ладно тебе, я шучу, — она улыбнулась и подняла взгляд на подругу, — Может быть, расскажешь мне, что случилось? Или спустя столько лет дружбы у тебя всё-таки появятся какие-то секреты от меня? — Мы поругались. — первое, что пришло Камисато на ум. — Не хочу это обсуждать, правда. Я и без того не впечатлена его компанией. К тому же, об этом стоило бы поговорить с Аято... — Так поговори с ним. — произнесла Люмин, после чего сразу ощутила на себе недовольный взгляд, — Ну, я понимаю, он человек занятой и все такое... Но, ты сама знаешь как он к тебе относится. Семья для него всегда была приоритетом, так что я уверена, что он ответит тебе даже будучи на самой важной в своей жизни конференции. — она наконец улыбнулось, пришло время подколоть, — Как он может проигнорировать свою маленькую принцессу, а вдруг её обижает какой-то хулиган? — Люмин! — недовольно воскликнула та, тут же оборачиваясь на подругу вновь. — Ладно, ладно. Просто перестань быть такой хмурой. — выдержав небольшую паузу, пока делала глоток чая, блондинка все таки продолжила, — Поругались и поругались. Ничего такого в этом нет. Тома, конечно, человек, так скажем, не первого уровня культуры, но сама знаешь, он и раньше часто поддавался эмоциям. Главное не переживай, ладно? Он этого не стоит, поверь мне. — лёгкая улыбка расплылась по лицу девушки, когда она заметила, что Ая все таки расслабляется. — Я... я не злюсь на него. Просто не хочу видеть снова. — соврала она неаккуратно, так, что её дорогая подруга чуть не раскусила, но Аяка вовремя выкрутилась из разговора, — Знаешь, ты права. Я позвоню Аято и расскажу, что вновь встретила Тому. Это будет правильным решением.       Люмин одобряюще кивнула и голубоглазая тут же удалилась в другую комнату, оставляя стоять на кухне свежесваренный чай, который видимо, потом будут греть заново.

***

      Гудки, как на зло, тянулись подолгу и, как бы то ни было, хороших эмоций они не вызывали. Аяка вообще не хотела звонить брату — да, они близки, были близки. Близки и сейчас, но не так, как раньше и тревожить его вот так просто... казалось, что так она появляется вывысшую степень неуважения, пускай мнение и было ошибочным, но сомнений это никак не убавило. К сожалению. — Аято Камисато слушает. — раздалось на том конце провода до ужаса привычным монотонным голосом, который раньше она каждое утро слышала за завтраком. — Это... Ая. Привет. Я тебя не отвлекаю? — неуверенно спросила девушка, словно стесняясь собственных вопросов. — Аяка... — как же давно он не произносил это имя, пришлось протянуть его так, чтобы вновь понять каково оно на вкус, — Для тебя я всегда свободен. Что-то случилось? — голос вновь зазвучал серьёзно и непреклонно, будто секунду назад он не вспоминал как любит это имя. — Да. — голос предательски задрожал и стала даже страшно, словно она осознаётся в убийстве, а не признаются в том, что кое-кто вновь объявился спустя множество лет молчания. — И что же? — тон Аято смягчился, как только он услышал в голосе сестры сомнения, колебания между ложью и правдой: важнее всего стало настроить её на правильный диалог, а потом и узнать, чем она сейчас живёт. — Тома вернулся. — Что?

***

— Ты знаешь, эта твоя девчонка... Ну, та, что приходила вчера, ничего такая. Не подумай, я не в плохом смысле. Просто будет однозначно лучше всех предыдущих, но как её вообще угораздило связаться с тобой? С виду такая милая и приличная, а тут ты — не выпускающий из рук сигареты и вечно выпивающий. — девушка поправила свои пушистые волосы, тут же поворачиваясь в сторону синеглазого. — Ян, послушай, — нехотя начал Кэйа, но тут же оказался перебит. — Нет-нет, серьезно, ничего плохо в виду не имею. Просто... Ты уверен, что это всё ей не повредит? Не то чтобы я против того, что твой вкус в девушках, эм... заметно поменялся, но я очень удивлена этим! — та продолжала, не давая даже шанса вставить и слова. — Ян. Хватит. — пришлось перейти на более высокие тона, чтобы отстоять свое право голоса в борьбе с ней. — Да, всё, поняла... Слушаю. — виновато покачав головой, она вернулась к своему прежнему занятию — заполнение какой-то таблички. — Она не моя девушка. Но, прошу тебя, не говори остальным, ладно? Сама знаешь, сюда просто так и кого попало не запустят, поэтому мне пришлось соврать. — оправдание звучало так себе и он прекрасно это знал, сопротивление было бесполезным. — Тогда кто она такая? Я никогда не видела ее рядом с тобой! Ты что-то скрываешь? Мы же шесть лет знакомы! — брюнетка вскинула руками, искренне не понимая, к чему весь этот цирк. — Стой, послушай. Нет, дело не в этом. Просто я пытаюсь укрепить с ней взаимоотношения, потому что у нее есть то, что мне очень нужно. — Кэйа очень пытался выражаться правильно, чтобы не допустить лишней мысли, но, судя по всему, уже успел совершить ошибку. — Невинное сердце? — спросила та необычно холодным для неё тоном.       Он замолчал. На секунду создалось впечатление, как будто кто-то пытается разрезать его пополам тупым ножом. — Связь с одним человеком. Не через одно рукопожатие, конечно, но так или иначе — я не могу поступить с ней по-другому. Сейчас она для меня в приоритете. — почти правда, как думал синеглазый и отчасти был прав, ведь через Аяку он мог получать свежую информацию о том, следит ли за ним отец и стоит ли ожидать визита братца. — Хм. — недовольно хмыкнула Синь Янь, прежде чем продолжить речь, — Её главная задача — не влюбиться в такого придурка, как ты. Все от тебя отходят слишком долго. — Не напоминай, пожалуйста. Как будто мне легко от всего этого! — не имея сил сдерживаться, парень соскочил с места и почти закричал. — Тише. Я не имела в виду это. — нет, это не было попыткой успокоить и девушка об этом точно знала. — Извини. Просто я устал. Пожалуй, пойду прилягу. Если что... Передай Мави, что я приду попозже. — прикусив губу от собственного бессилия, он решил выбрать вариант отступления. — Как скажешь. — пожала плечами Ян, вновь возвращаясь к заполнению таблицы. — Спасибо. — бросил напоследок Альберих, тут же выходя из помещения и нарочито громко захлопывая за собой дверь.