dust off your highest hopes

Стид проснулся глубокой ночью от леденящего душу крика. Впервые за долгое-долгое время его охватил страх. С тех пор как он оставил пиратство и поселился вместе с Эдом, их жизнь была наполнена лишь теплом, хорошей едой и... некоторыми другими вещами. Гостиница Джеффа "У моря" - была, как можно догадаться по названию, небольшой уютной гостиницей в нескольких минутах ходьбы от океана. Это была идея Эда - устроить себе тихую жизнь, и они наконец-то сделали это все те месяцы назад, когда Эд нашел в себе мужество высказать свои пожелания на будущее, а Стид оказался достаточно здравомыслящим, чтобы услышать их. Всё это привело их сюда. Это всё ещё была адаптация, и она будет продолжаться. Но в целом всё было очень мило. Они вместе ходят на рыбалку. Они танцуют на кухне. Они занимаются любовью каждую ночь. Стид даже сделал свою первую татуировку: сердце с надписью EDWARD, написанной курсивом. Гости думают, что Эда на самом деле зовут Джефф. Некоторые узнают его, даже без длинной бороды, но когда он говорит им, что он хозяин гостиницы, возникают сомнения. Грозный пират Чёрная Борода никогда бы не выбрал такую жизнь, не так ли? Стид тоже так думал, но вот они здесь. В панике Стид начал искать в темноте Эда и чуть не заплакал от облегчения, когда нашёл его в безопасности, рядом, всё ещё завернутым в простыни. На самом деле Эд дрожал от страха, вцепившись в ткань так, словно от этого зависела его жизнь. – Эд, что случилось?! – Я проснулся - там был какой-то ублюдок - он просто смотрел на меня... – О, – облегченно вздохнул Стид. - Ты увидел паука, да? Ты уверен, что это не тот, который был на твоей руке? – Да, я чертовски уверен! – Потому что на прошлой неделе ты думал... – На этот раз это была не моя татуировка, ясно? – Ладно, ладно, успокойся. Где ты его видел, дорогой? – Там, на стене, – сказал Эд, указывая в направлении двери их спальни. – Чёрт, он всё ещё там! Когда фонарь на тумбочке Стида зажегся, он смог разглядеть черную точку, проносящуюся по стене с впечатляющей скоростью. – О, Эд, иди посмотри на эту малышку! Это heteropoda venatoria, также известная как паук-охотник. – Малышку? Стид, он просто огромен. – Ну да. Видишь ли, эти ребята - самые большие пауки в мире. По размаху лап, во всяком случае. – К чёрту. Господи, Стид, не трогай его! – Шшш, милый, ты разбудишь гостей. – Гости не имеют значения, если хозяин гостиницы лежит мёртвым на земле от укуса гребаного паука! – прошипел Эд, понижая голос, несмотря на явное разочарование. – Не волнуйся, она не кусается, – сказал Стид, снова пересекая комнату, чтобы сесть рядом с Эдом. – Ну, может, и укусит, но паук-охотник не настолько ядовит, чтобы причинить вред человеку. Эд перевел взгляд со Стида на паука в его ладони. Он сделал такое движение, когда он вроде как надулся и нахмурился одновременно, напоминая очень подозрительного телёнка. – Откуда ты это знаешь? – спросил он. Стиду пришлось бороться с желанием расцеловать его. – Я прочитал немало книг об арахнидах. Эд заметно расслабился. – Почему же тогда их называют пауками-охотниками? – О, из-за их скорости и эффективного способа охоты на свою добычу - различных насекомых, иногда небольших ящериц и лягушек. Известно, что они питаются даже птицами, представляешь? Их можно встретить по всему Карибскому бассейну, обычно на стволах деревьев, под камнями, в трещинах стен. – Прежде чем увлечься, Стид наконец вспомнил, что нужно остановиться. – Но ты, наверное, не хочешь обо всём этом слышать. Пойдем, выпустим её в сад. – Нет, подожди, – запротестовал Эд, положив твердую руку на бедро Стида, чтобы не дать ему встать. – Я хочу послушать об этом. Стид замер на месте. – Правда? Эд хмыкнул, неожиданно показавшись немного застенчивым. – Чертовски люблю, когда ты рассказываешь о странных вещах, которые тебя интересуют. – О! Ну, я... – Стид до сих пор удивляется тому, какой Эд милый. – Их привлекают тёплые, тёмные пространства. Немного похоже на тебя. Эд усмехнулся. – Я не прячусь под камнями, приятель. – Нет, но у тебя есть склонность прятаться под одеялами - и под моей одеждой, я бы сказал, - когда ты чувствуешь себя подавленным. Уверен, ей бы это тоже понравилось. – Да, да. Неважно. Как ты узнал, что это девочка? – Особенно крупные особи обычно женского пола. Эд теперь выглядел почти любопытным, его глаза были прекрасными и выразительными, и он наклонился, чтобы изучить паучиху, всё ещё сидящую на тыльной стороне руки Стида. – Она чертовски страшная. – По-моему, она боится нас больше, чем мы её.. – Сомневаюсь. Слушай, похоже, ты ей очень нравишься. Не могу её винить, правда. Ты - тёплое пространство. – О, Эд. – Стид наклонился, чтобы поцеловать его, но Эд вздрогнул. – Только не сейчас, когда ты всё ещё держишь её на руках! Стиду пришлось подавить смех. Они вышли на улицу. За их маленьким домиком раскинулся сад, созданный Эдом. Стид обычно ухаживает за ним, когда Эд уходит на рыбалку. Снаружи пели цикады, плескались волны, и ночь окутала их своими безмятежными объятиями. Эд в лунном свете выглядел необыкновенно красивым, наблюдая за тем, как паук соскочил на землю и исчез в траве. – Спасибо, – сказал он. Их руки нашли друг друга, пальцы переплелись. Стид улыбнулся. – За что? – За то, что, ну не знаю, защищаешь меня. Утешаешь меня. Рассказываешь мне интересные вещи, чтобы я меньше боялся. Стида снова охватила благодарность за то, что он может видеть Эда таким. Эд, когда-то самый известный, пират семи морей, почти мифическая фигура, теперь в безопасности и тепле. Это честь и привилегия. – Управляешь чёртовой гостиницей вместе со мной, – добавил Эд, сдерживая смех. – Я очень рад делать всё это для тебя. Вместе с тобой. – Да? И тебе не... не скучно? Скучает ли Стид по их морским приключениям? Были ли они хорошими, весёлыми, иногда даже захватывающими? Конечно. После того, как он так долго был заперт в монотонной апатии, пиратство завораживало Стида. Этот огонь разгорелся ещё сильнее, когда он со временем завоевал авторитет джентльмена-пирата, чего раньше у него никогда не было. Люди слушали его, подчинялись его приказам, даже смеялись, когда он говорил крутые вещи! Но, как понял Стид, настоящий кайф он получал не от жизни и беззакония, а от принадлежности к чему-то, к кому-то. И теперь, когда пыль улеглась, он не может представить, кому бы он хотел принадлежать больше, чем человеку, которого он любит. Оказывается, жить спокойной жизнью с человеком, которого любишь, совсем не так, как с тем, на ком заставили жениться. – Эд! Мы уже говорили об этом, помнишь? Мне никогда не бывает скучно. Никогда, – заверил его Стид. – С тобой - никогда. На лице Эда отразилось что-то сложное. – Боже, я люблю тебя, – прошептал он, сверкнув глазами. – И я люблю тебя, Эд. Я люблю в тебе всё. Эд прочистил горло. Стид знал, что последует дальше. – Да, дорогой? – Теперь ты можешь меня поцеловать, – сказал Эд. И Стид не колеблясь сделал это.