Где-то в этом проклятом "между"

Ровно в 6:50 начинает играть спокойная музыка. Олаф лежит с закрытыми глазами ровно 2 минуты, ласковый голос ИскИна Полиса зачитывает прогноз погоды. Олаф открывает глаза и встает. Точно в 6:52. Он спокоен. Непроизвольным движением Олаф чешет правую ладонь. Олаф ставит чайник, включает телевизор. Он помещает в паровой шкаф свой костюм и теряет несколько секунд, рассматривая капельки крови на груди белоснежной рубашки. Потом запускает очистку и тревожные мысли тут же покидают его. Звучит приятная музыка. Сердце Олафа в едином порыве с сердцами сотен граждан наполняется радостью и желанием поскорее приступить к созидательному труду. Олаф ставит разогреваться комплексный завтрак. На тыльной стороне правой ладони он видит царапины, складывающиеся в слово “Скотч”. Олаф морщится, пытаясь сообразить. Ему никак не ухватить ускользающую мысль, но мысль кажется очень важной. Он еще раз смотрит на порезы на ладони, открывает технический ящик на стене и вынимает моток армированного скотча. В душевой протечка, надо починить. Пока он думал о скотче, еще несколько секунд потеряно. Олаф чувствует тревогу. В квартирах дома-муравейника сотни медных граждан движутся синхронно, совершая повседневный утренний ритуал. И только Олаф отстает, выбивается. Он поспешно снимает пижаму и входит в душевую кабину, сжимая руке моток скотча. На экране уже закончилась реклама. Олаф взволнован. Двери душевой закрываются, когда он пускает воду. В тот же миг туман в голове рассеивается. Олаф стоит на холодном полу и смотрит в зеркало. Прямо на лице он видит царапины: “Дверь”. Олаф бросается к двери и начинает проклеивать стык армированным скотчем. Он разработан еще до войны, для герметизации дыр в космических аппаратах. Он не подведет. Обрезать скотч нечем, и Олаф оставляет моток на полу у двери. Отполированные поверхности дешевой допотопной кабинки покрываются паром. На створке двери проступает слово: “Автоотключение”. Олаф, подскальзываясь, оборачивается к панели управления душевой. Больно бьется бедром о раковину, упирается ладонью в стену, оставляя след на запотевшей поверхности. Панель не электронная, а совсем простенькая, механическая. Пара рычажков и поворотный винт. Нужный рычажок измазан зубной пастой. Олаф переводит его в положение Выкл. Теперь вода не отключится и дверь не откроется автоматически через 1,5 минуты. Олаф облегченно выдыхает. Он не позволит системе снова оболванить себя. Ни за что. Он пытается снять браслет. Его запястье в синяках и порезах. Он пытался сделать это каждый день, но не преуспел. Олаф понимает, что тратит бесценное время. Что теперь делать? Стоит ему выйти из кабинки, и он тут же все забудет. Надо приготовиться. Оставить новые инструкции на своем теле, короткие, но предельно понятные. Олаф слышит трель пароконвектомата. Завтрак разогрет, кофе сварился. “Ручка и бумага!”, - думает Олаф. - "Если я велю будущему себе принести в душ ручку и бумагу, я смогу написать себе письмо." Олаф достает спрятанный под раковиной кусок лезвия. Раздается трель входного звонка. Олаф замирает. Он смотрит на себя в зеркало, стараясь унять сердцебиение. По его обнаженному телу текут струи ионизированной воды. Сейчас она кажется ему совсем холодной. Звонок повторяется. В селекторе раздается бодрый молодой голос: - Гражданин, это сантехническая служба! Система сообщила о проблемах с вашей кабинкой ионного душа. Рабочий ждет ответа, потом продолжает: - Я сейчас войду. По данным системы, вы заблокированы в душевой кабине. Я вам помогу! Не беспокойтесь. Олаф выключает воду, двери кабинки начинают открываться, но скотч им не позволяет. Олаф снова включает воду. Что же делать? - Так, я вошел! Сейчас я вас выпущу! Бодрый голос звучит совсем рядом. - Уходите! - кричит Олаф. - У меня все в порядке. Рабочий разблокирует скрытую под обшивкой панель и пытается вручную открыть створки двери. Скотч держит. - Заклинило, - говорит он. - Отойдите в сторонку, я применю лазерный резак. Олаф прижимается к стене. Вода бьет ему прямо в лицо. Нет, прошу вас, не надо! - кричит он. Сладкий голос ИскИна произносит: - Зафиксировано девиантное поведение. Перехожу в режим обезвреживания. Вместо фанфар начинает пронзительно выть сирена. - А ну выходи оттуда, скотина! - изменившимся голосом произносит рабочий и включает лазерный резак. - Обезвредить! Обезвредить! Обезвредить! - повторяет голос системы. Олаф смотрит на свои голые мокрые руки, обводит взглядом гладко отполированные стены душевой. И начинает тихо нескладно молиться.