Где-то в этом проклятом "между"

Брут успел. Он вбежал на центральную Площадь Полиса за час до полуночи. Если бы Брут воспользовался крыльями, он бы добрался раньше. Но он не смог заставить себя оторваться от земли и взлететь в это бесконечное небо. Открытое бескрайнее пространство не просто страшило Брута, оно грозило уничтожить его, как личность. На Площади было темно. Огни в Башне Архонта не светились. Персей успел. За час до полуночи зубрёнок влетел в центральный район Полиса. Бродяга посмотрел в безлунное небо и завыл - призывно, ликующе, предвещая битву. Он стоял в кузове зубрёнка, одной рукой вцепившись в поручень и почти целиком вывесившись наружу. Вошь завыл, вторя своему вожаку. Он небрежно крутил тяжелый руль одной рукой, картуз был лихо заломлен набок, рукава куртки шофёра поддёрнуты, выставляя на показ татуировки. Вошь обожал всю технику, на которой можно было ездить, летать или плавать. От велосипедов до многотонных довоенных бронетранспортёров. Система была добра к Вошу и после ареста распределила его в 42ой транспортный цех АФП. Вошь гнал четырёхтонный сельскохозяйственный грузовик, который он ласково звал зубрёнком, по ухоженным тротуарам города, сносил заборчики и вазоны, взрывал ухоженные клумбы. Браслетники разбегались. Зубрёнок рычал, Бродяга выл, Вошь отбивал ритм, оглушительно сигналя. Денис сидел, пристегнувшись, рядом с водителем и пытался думать. Пирр больше нравился ему в браслете. Он понял, что Новый Порядок, лучший справедливый мир с этими… волками… не построишь. Он должен остаться рядом, усмирять Персея разумными советами, выждать удобный момент. Их надо было остановить. Они мчались по тёмному городу, и к ним присоединялись другие Волки. Несколько разнокалиберных машин АФП, парочка курьерских самокатов, остальные пешком. На Площадь они влетели за полчаса до полуночи. - Я опоздала, - вдруг сказала Деметра. Она решительно, не оборачиваясь и ничего не объясняя, побежала, выстукивая стаккато тонкими каблуками, мимо Хельги, мимо реконов, мимо Лии. - Куда ты? Мы же хотели пойти вместе! - позвала Хельга, но Деметра не обернулась. Хельга ругнулась себе под нос. Если Деметра что-то решила, она не станет ни спорить, ни объяснять. Хельга поняла, что не получится выдвинуться организованно, как они планировали. Быстрым шагом она вышла из медотсека и сказала своему преемнику, лидеру молодого поколения Реконов: - Сэр Персиваль, принимай командование. Собери всех, приготовьтесь к отступлению в Пустоши. Если не поступит иных указаний - уводи людей на рассвете. На базу 314. Персиваль отсалютовал. Придерживая винтовку, Хельга побежала за Деметрой. Она была готова к бою в каждый момент своей жизни в Полисе. Тяжелые военные башмаки, удобно скроенная прочная одежда, смазанное и заряженное оружие, ежедневные тренировки. Походный ранец ждёт за барной стойкой. Хельга устроилась на переднем сиденье внедорожника Деметры, бросила взгляд на светящийся циферблат. Полчаса до полуночи. - Не успеем, - сказала Деметра, заводя мотор. Тесей стоял на крыше Башни, на вершине своего мира. Небо больше не давило на плечи Атланта. Но он не чувствовал облегчения. Потеря контроля сводила его с ума. Тесей с ненавистью посмотрел наверх, вспоминая, каково это - видеть ночное небо. Окинул взглядом свой город. Отсюда, с высоты Башни, казалось, что город тихо спит, как невинное дитя. - Не бойся ничего, - ласково сказал Тесей городу. - Я защищаю тебя. Всё под контролем. Тесей подошёл к панели запуска Центрального Узла. Сейчас он укроет своё творение Куполом, как отец укрывает сына одеялом. Он приберёт разбросанные игрушки, проверит выученные уроки, накажет за провинности. И жизнь потечёт, как прежде. В каменных берегах, в русле, проложенном его добрыми крепкими руками. Надо только закрыть купол. До полуночи оставалось пятнадцать минут. Тесей решил подождать, чтобы новый мир и новый день начались одновременно. Это казалось символичным и правильным. Тесей мог позволить себе подождать. *** Брут вплотную подошёл к Башне и коснулся ладонью ледяного мраморного фасада. Тревога нарастала. Брут чувствовал, что надо спешить. Он не мог себе позволить потерять часы, поднимаясь по тёмным лестницам. Не мог себе позволить снова увязнуть в людской биомассе на этаже Правителя. Брут надел крылья. Подняться в эту высоту было немыслимо. И необходимо. Брут прижал ладони к мраморному фасаду и взлетел. Он поднимался медленно, скользя руками и носами ботинок по камню. Потом побежал по стене вверх, всё ускоряясь. И, наконец, взлетел в небо. Бродяга взбежал на трибуну. Волки стекались на площадь, кричали, стучали, выли, сигналили. Автомобилисты зажгли фары дальнего света и направили их на вожака. Персей вскинул к ночному небу сжатый кулак и ликующе закричал. Небо предвещало им победу. Волки закричали, вторя вожаку. Бродяга разжал кулак, и все разом замолчали. - Здесь, на этом месте умер Бард! - крикнул Бродяга. Голос его сорвался. - Помянем его молчанием. В тишине Персей вспомнил своё детство. Вспомнил, как Бард учил его, как они играли с Музой. Как тепло было на сердце, как спокойно. Персей заплакал, потому что Бард был достоин того, чтобы о нём заплакали. - Он был нам отцом и Учителем! - сказал Бродяга. - Он увёл наш народ из Полиса, чтобы вы родились свободными. Он учил нас любви и ответственности, учил нас слышать и понимать, - Бродяга ударил себя кулаком в сердце, и Волки повторили его жест. - Но жизнь показала, что старик все эти годы ошибался! Пришло время мести! Мы хотели принести им свободу - они не приняли наш дар! Они убили того, кто нёс им надежду. И надежды для них больше нет! Волки взвыли. - Смерть! - закричал Бродяга. - Смерть тирану и его системе! Разрушим Полис до основания! - Что ты творишь? - тихо прорычал Денис. - Мы так не договаривались. Он подошёл сзади и положил руку на плечо Бродяги. Персей без разговоров обернулся и с размаху ударил Дениса кулаком в лицо. Тонкая цепь, намотанная на костяшки пальцев, усилила удар. Дениса отбросило на несколько шагов. Он ударился головой о каменную стену Башни, к которой прилегала трибуна, и сполз безвольной куклой, оставляя тёмный влажный след. Бродяга повернулся к своему народу, поднял к звёздам окровавленный кулак и закричал. Деметра застонала злобно и беспомощно. В окнах домов зажигался свет. Сперва пламенем пронзил небо засиявший клинок Башни Архонта, от него свет пролился на улицы и в дома городского центра, затопил улицы серебряных и медных кварталов. Тихо загудев, над городом растянулась мерцающая плёнка Купола. Хельга, перестав дышать, смотрела, как усиливается мерцание. Купол перестал быть прозрачным, он сиял ослепительно ярко. Так ярко, что Хельга ослепла. И он гудел так громко, что было слышно даже в центре, где Купол был выше и дальше всего. В этом гудении Хельга перестала слышать собственные мысли. Тесей посмотрел на треснувший экран наручных механических часов. Старых, довоенных. На секунду в нём заворочалось, могучим медведем в берлоге, сомнение. Но он заставил его уснуть снова. Атлант был готов снова принять тяжесть неба. Ему нужен был знак, и он поднял глаза к звёздам, прощаясь с ними навсегда. Яркая вспышка прочертила небо снизу вверх. Тесея обдало потоком холодного воздуха. Не веря своим глазам, он смотрел на Брута, взмывшего в небеса высоко над Башней. Брут взлетел в прозрачную бесконечность, раскинув руки и крылья, приветствуя вечность, сливаясь с ней. Завис на секунду в высшей точке. И опустился на крышу перед Архонтом, склонился на одно колено. - Молодец, мальчик! - по-отечески усмехнулся Тесей. - Как всегда вовремя. Брут поднял склонённую голову и улыбнулся Правителю. - А где же Икар? - спросил Тесей строго. - Он болен и обессилен, - сказал Брут. Тесей нахмурился. - Но я узнал всё, что он знает, и скачал результаты его исследований. А главное, я принёс - это. Брут поднялся с колена, отстегнул от пояса и протянул Архонту шлем виртуальной реальности. Тесей взял, покрутил его так и эдак, вопросительно посмотрел на Брута. Брут держал драматическую паузу, ожидая этого взгляда. Получив сигнал, Брут, сияя улыбкой, сообщил: - Это интерфейс для управления системой в облачном режиме. Мы должны быть готовы, что она попытается взять под контроль Полис, как только вы её включите. Прежние игры с настройками не помогут. Быстродействие системы таково, что она накатит подготовленные заранее настройки Минотавра быстрей, чем мы успеем хотя бы войти. Поэтому действовать придётся изнутри, на её поле и по её правилам. Брут подошёл к панели управления и защелкал кнопками. Вид у него был сосредоточенный и воодушевлённый, хотя он говорил страшные вещи. - Думаю, первым делом система возьмёт под контроль граждан. В том числе тех биороботов, которые толпятся на этаже. Погонит их на штурм. Мы станем целью номер один. - К чему мне приготовиться, мальчик? - Тесей надел шлем и прилаживал его к голове. - Вы попадёте в виртуальный мир, созданные системой. Увидите живые и неживые объекты. Кто-то может показаться вам знакомым. Не дайте обмануть себя. Всё, с чем вы будете взаимодействовать - это часть визуализированная системы. Вам надо будет найти и уничтожить сердце системы, сдетонировать её распад. И тогда я отсюда переключу контроль на себя. Или мы можем поменяться ролями, если хотите? - Нет, - Тесей засмеялся. Он почувствовал себя снова молодым. - Я спущусь в Лабиринт и сражу Минотавра. - Отлично. Всё, что вам понадобится - это воля и удача. А мои знания и опыт пригодятся здесь, - Брут постучал по пульту управления. - Возможно, вы встретите там Икара, - добавил Брут задумчиво. - Если всё получится, он вам поможет. - Я смогу отличить настоящего Икара от фантомов системы? - спросил Тесей. - Я не знаю, - сказал Брут. - Этот интерфейс, виртуальный мир, родится, когда мы включим генератор. Вероятно, визуализация и правила будут меняться на лету. - Я готов! - воскликнул Тесей. Он сел в кресло, в котором так часто сидел ночами, глядя на Полис, опустил на лицо очки, похожие на забрало шлема, стукнул кулаком по подлокотнику. - Запускай! - Пути назад не будет, - пробормотал Брут, нажимая кнопки. *** Первым делом они прицепили цепями и крюками к машинам статую Атланта и обрушили её. Атлант выронил земной шар. Голова и руки отвалились, разлетелись на части. Огромная сфера прокатилась по Площади и врезалась в стеклянный фасад Башни Правосудия. Белые мраморные осколки фонтаном взметнулись в небо, расплескались по красному мрамору мостовой. Бродяга поставил ногу на обломок головы Атланта. - Сбросим тирана! Отомстим за Барда! Бродяга на секудну задумался, Волки замерли в предвкушении. Когда их лидер планировал, он был неподражаем. - В зале суда были выставлены мои крылья. Возьмём их, если их не украли. Он потряс кулаком, грозя небу, указал на вход в Башню Правосудия и побежал первым. Долго искать не пришлось. Крылья были выставлены прямо в холле. В центре его - первая модель крыльев без ограничений, созданная Икаром для Музы. Крылья его победы, на которых он в первый раз нанёс удар Полису и сокрушил Купол. В первый, но не в последний! От них лучами расходилась пафосная композиция, призванная символизировать торжество Закона и Порядка. На конце каждого луча стояла ещё пара крыльев, разных моделей. Все крылья были символически закованы в цепи. Защитный барьер, которым была накрыта инсталляция, как и все барьеры в городе, был отключён. Бродяга подбежал к своим крыльям и легко сорвал бутафорские цепи. Быстро влез в лямки, нажал кнопку на груди, и крылья надежно зафиксировались на его теле. Из ранца выдвинулись мощные металлические зажимы, мягко обняли, защищая грудь и плечи Бродяги. Персей лихо пнул выставленный рядом с крыльями защитный шлем. Волку шлем не нужен! Бродяга посмотрел на Воша, тот тоже влез в крылья. На лице Воша читалось неприкрытое счастье. - Я полечу! - закричал Вошь, встретившись взглядом с Персеем. - Я Крылатый Волк! Бродяга кивнул, махнул рукой, мол - за мной. Они выбежали на Площадь и стремительно взмыли в небо, не дожидаясь, пока другие волки разберутся с крыльями. Разберутся - хорошо, нет - и здесь пригодятся. С Тесеем они справятся сами. - Я листок на ветру! - сказал Вошь, прорезая пространство. - Смотрите, как я парю! Деметра видела мир, как переплетение сложных формул со множеством переменных. Физические процессы просчитывались легко, движения народных масс - с определённой статистической вероятностью. Человек же взятый как личность, как индивидуум, всегда вносил в расчеты значительную погрешность, в определённых обстоятельствах человек мог оказаться непредсказуем. Браслеты решали эту проблему, оставляя все непредсказуемые переменные за скобками. Оставался только Тесей. Браслет Тесея служил для реализации управленческой, контролирующей функции. Если остальные браслеты были созданы на основе прототипов для заключённых, то в основу платинового браслета Тесея был положен прототип надзирателя. Отличающийся от других, Тесей был для Деметры объектом пристального наблюдения и изучения. Впрочем, помешанный на Порядке и безопасности, он и к самому себе был строг. Тесей подчинил свою жизнь, свои желания и мысли чётким правилам и ритуалам. Деметра изучила их и научилась прогнозировать его поступки. Изгоев она игнорировала. Её доменом, её исследовательским полигоном был Полис. Потом появился Икар. Его платиновый браслет был не таким, как у Тесея. По сути, он вообще не был устройством “Браслет”, выполнял декоративные и прикладные функции, типа управления Умным домом и Умным городом. Икар был полностью непредсказуем, очень умён, но совершенно оторван от жизни. С тех пор, как Икар получил платиновый браслет, Деметра не отводила от него взгляда - в фигуральном смысле, разумеется. А вот Лию, снявшую браслет, Деметра не учла. Выстрел потряс Деметру, как гром среди ясного неба. Он отвлёк её, спутал её планы, сбил ритм. И Деметра опоздала. Она смотрела, как оживают фонари на улицах, как безумно ярко разгорается Купол, превращая полночь в день. Деметра за долю секунды в уме рассчитала мощность Купола, значение фоновой радиации и прикинула возможные последствия. Фанфары запели утреннюю песнь, призывая людей на работу. Деметра увидела, как уличный художник отложил банки с краской и оставил незаконченное граффити, как поющие и движущиеся в хороводе люди выпустили руки друг друга и построились в шеренги, как драчуны расцепились и влились в общий строй - люди бросали свои занятия и направлялись на рабочие места, шагая в ногу. Спящие просыпались, раненые поднимались с земли. Деметра посмотрела на Хельгу. - Чёрт! - выругалась она, увидев пустой взгляд и нащупывающие ручку двери пальцы Хельги. Деметра нажала на кнопку, листы металла закрыли окна, на месте лобового стекла включился монитор внешнего обзора. Хельга застонала и затрясла головой. - Сейчас пройдёт, - сказала Деметра, протягивая старшей подруге тонизирующую мазь. - Нанеси на виски. - Что происходит? Мы опоздали? - Да. Деметра выкрутила руль, заложив крутой вираж. - Что теперь? - Останавливать Тесея бесполезно. Он сам подписал свой приговор. Едем на телестудию. Брут склонился над панелью управления. Один за другим оживали, мигали зелёным индикаторы. Пошло электричество, начал накапливаться заряд в генераторе Купола, запустили самодиагностику системы жизнеобеспечения и климат-контроля. Брут был сосредоточен и не заметил, как на предельно возможной скорости взмыли над Башней два крылатых волка. Брут услышал их вой, обернулся. Волки пикировали вниз, на крышу. Брут схватил пистолет и выстрелил в того, который с неотвратимостью разогнавшегося грузовика мчался прямо на него. Всё произошло за мгновение. Брут трижды нажал на курок и отскочил. Волк пронёсся мимо, задев Брута крылом. Брут упал, покатился, в груди что-то хрустнуло. Победный вой волка сменился криком боли. Волк по инерции пролетел несколько метров, упал, его проволокло по крыше, ломая, сдирая кожу. Волк ударился о парапет, остановился и затих. Прижимая левую руку к сломанным рёбрам, Брут поднялся. Из уголка рта текла тонкая струйка крови. В правой руке Брут сжимал пистолет, сжимал так сильно, что его пальцы побелели. Брут собрался с мыслями и поискал глазами Тесея. Прямо сейчас Тесей должен был вести бой с Минотавром за судьбу Полиса. “Всё кончено,” - понял Брут. Бродяга стоял перед креслом Правителя. Он вытащил беззащитного, ушедшего в виртуальность Тесея из кресла. Левой - прямой, вытянутой рукой - Бродяга сжимал его горло. В правой руке Брут увидел нож. - Ты недооценил меня, Тесей! - Бродяга произнёс ненавистное имя, как будто выплюнул. - Что ты скажешь теперь?! Я блефую?! У меня дурная кровь?! Бродяга потряс поверженного врага, сильнее сжал пальцы на его горле. - Молчишь?! Сказать-то нечего?! Я тебе подскажу. Сперва - извинись перед моей матерью! Давай! Бродяга швырнул Тесея на пол, он хотел заставить его встать на колени, но тот упал, как будто был без сознания. - Что это за игры?! - возмутился Персей. Такого оборота он не ожидал. Ему показалось, что Тесей издевается, специально портит момент его триумфа. - Посмотри мне в глаза!!! - завопил Бродяга и наклонился, чтобы снять с Тесея шлем. Пуля ударила в крышу рядом с ладонью Персея. Бродяга сгруппировался и откатился за стол. Кто стреляет?! Это его победа, никто не должен отнять её! Персей выглянул из-за стола и увидел браслетника в аккуратненькой неоновой курточке, светлых брючках и с идеально приглаженной причёской. Браслетник направлял на него пистолет и весь побледнел от страха. Брюки порваны на коленках, на груди и лице кровь - похоже, Вошь успел его потрепать. - Не трогай шлем. Отойди от него, - сказал браслетник. Персей язвительно рассмеялся. - Ты хоть раз стрелял в человека? - спросил он. - Любая жизнь - бесценна, не так ли? Брут молча махнул головой в сторону неподвижной грудой застывшего у края крыши Воша. Из-под раскинутых металлических крыльев растекалась лужа крови. - Аргумент, - признал Бродяга. - Тогда тебе придётся убить и меня. Потому что второй раз я не сдамся. - Мне не придётся тебя убивать, если ты снимешь шлем, - сказал браслетник. - Система сама это сделает. - Не сделает, я избавился от браслета, - сказал Бродяга. - Она теперь и без браслетов будет выжигать людям мозги, если мы её не перенастроим, - сказал пёс, и что-то в его голосе, похожее на отчаяние, убедило Бродягу. - Что ты несёшь? - уточнил он. Бродяга бросил взгляд на Тесея и убедился, что тот лежит неподвижно. “Ладно, - решил он, - месть может немного подождать”. - Когда ты в первый раз взорвал генератор, система… как бы это тебе объяснить… сошла с ума и решила, что справится с управлением городом лучше нас, что люди ей для этого не нужны. Понимаешь? - Так она ж отключена? - осторожно спросил Персей. - Мы её перезапустили, - сказал Брут. - Понимаешь ты или нет?! Сейчас решается судьба всего города, каждого живого человека в нем. Тесей сражается там за нас! Браслетник потерял своё спокойствие и повысил голос. - А я должен сделать свою часть здесь. Если он или я - если хоть один из нас ошибётся, всему конец. А ты… Что ты сделал?... - Да ничего я не сделал, не хнычь! - сказал Бродяга неуверенно. Он аккуратно толкнул по полу свой нож, на секунду высунувшись из-за стола. - Видишь, он чистый. Не трогал я твоего Правителя. Брут посмотрел. Перед ним на красном мраморном полу лежал чистый безопасный нож для масла, тупой, с закруглённым остриём. Брут облегчённо вздохнул. - Не прячься, - сказал он. - Что ты как маленький? От самонаводящихся пуль стол всё равно не спасёт.