самый непослушный.

скарамучча снова скулит. из-за кляпа, который не даёт ему и слова проронить, приходится хотя бы звуками намекать, что он не хочет снова быть в подгузнике. но ведь кадзуха знает, что его малыш не приучен к горшку; знает, что не получится просто взять и разрешить тому ходить без подгузника. а чем ему хуже? пару минут назад ему было как раз лучше, как минимум от потирания своего клитора об набухшую поверхность. это было приятно. - скар, тебе снова что-то не нравится? - слышится риторический вопрос со стороны кадзухи. и конечно, никакого намёка на внятный ответ из-за неимения возможности даже слово проронить. но сам маленький не хотел разговаривать, потому что чаще всего он просто издаёт звуки или жестикулирует, а потом начинает плакать или смеяться. правда пустышка, которая так никуда и не делась и просто заставляет скарамуччу держать её во рту совсем не даёт как-либо высказать своё недовольство или попросить прекратить. кейргивер делает вид, что младший не сопротивляется, но после нескольких попыток перевернуть его на спину совершенно ничего не получалось. - позволь мне хотя бы вытереть тебя, хорошо? а потом мы пойдем играть с твоими любимыми игрушками, обещаю. - мягким голосом предлагает небольшую "сделку" каэдехара, однако скарамучча стал пытаться вырваться всё сильнее. неужели его любимые кубики ему больше не нравятся? что успело измениться за всего-то три часа сна? малыш начал скулить и мычать ещё громче, но из-за такой "симуляции" и даже попыток убежать от нового подгузника не заметил, что кадзуха снова потянулся вниз, где лежат нужные вещи для смены пелёнок, но где-то подсознательно появлялись догадки, связанные с тем, что это будут вовсе не "вещи". и догадка подтвердилась. как только мальчик заметил в руках его папочки два пульта, он сразу же понял, что будет дальше. кадзуха подтянул малыша поближе и вставил в него небольшого размера "пулю", слегка прокрутил колёсико на пульте в правую сторону и вернулся к одеванию подгузника. со стороны скара послышались тихие всхлипывания и стоны, но стоило ему начать мычать, как в него вошла ещё одна такая вибрирующая пуля. кейргивер приподнимает своего воспитанника, который снова начинает ворочаться. под попку он подкладывает часть подгузника, отодвигая провода к правой ляжке. поднимая оставшуюся часть подгузника, кадзуха закрепляет его на худеньком животике. снова хватаясь за провода, каэдехара поднимает скарамуччу на руки, поддерживая провода. самого непослушного мальчика он посадил обратно в свою кровать, оставив пульты рядом, и тут же исчез, вернувшись к тумбочке, в которой явно искал что-то ещё. скар закрывает глаза и начинает громче мычать, явно заведенный после мастурбации вибрирующими в нём устройствами. как только он открывает глаза, он замечает кейргивера, который держит... верёвку и ошейник. тот же кляп предательски мешал и слово проронить, потому что зачастую ошейник оставляет неприятные, красные следы на шее. но кадзухе это не помешало, он привязал верёвку к верхней части кроватки довольно сильным узлом, после чего одев на шею малыша розовый ошейник. пока скар трясся от возбуждения и ворочался из-за вибрирующих устройств внутри, каэдехара отошёл от него к другой части кроватки и наблюдал за малышом, который словно был на пределе, но всё равно не мог ничего сделать, будучи притянутым за шею к оглавлению кроватки. каждые несколько секунд он стонал всё чаще и чаще, громко дыша, порой позволяя себе прикрикивать от удовольствия. а кадзуха со своим лисьим взглядом и мягко приподнятыми уголками губ всё смотрит на своего вздрагивающего малыша, который столько всего бы сказал, если бы его аккуратные губы сейчас не были заняты пустышкой. кейргивер всё же подходит к младшему, снова с щелчком снимает ремни, которые не давали скарамучче стонать с максимальной громкостью, что уж очень нравилось его папочке. в полголоса сказанные "папочка, папочка, пожалуйста" и прерывистые стоны эхом отзывались в голове кадзухи, и благодаря маленьким фразам, которые почти сразу же прерывались, он стал гладить своего малыша по голове. рука скользнула от растрепавшихся волос к горячей щеке, по которой снова бежали совсем маленькие дорожки слёз. кейргивер улыбался, и как только скарамучча заметно стал тише, колёсики обоих вибрирующих устройств каэдехара прокрутил в обратную сторону, тем самым "отключая" их. чуть подвинув самую малость набухший подгузник, он достаёт испачканные в белой жидкости игрушки, которые откладывает на стол. - ты молодец, мой маленький. - хвалит того кадзуха, снова поглаживая по щеке. скар всё так же тяжело дышит, но постепенно успокаивается, потому что почти не трясётся. отвязав ошейник от спинки, а затем и снимая сам ошейник, папочка откладывает его в сторону, туда же, куда и игрушки. он приподнимает своего малыша, укладывая его на подушку, а потом укрывая узорчатым пледом. - спи крепко, мой хороший.