Деймон Сноу

Пусть Боги даруют ему терпение. — Почему в Цитадель не поступило ни одного сообщения о появлении дракона? — Архимейстер Уоллис был отправлен наверх вместе с его помощниками. — Я мало чем мог поделиться, кроме как о его прибытии и то как он был обнаружен. И я не был уверен в том как он может отреагировать на множество незнакомцев, пытающихся осмотреть его, пощупать и тыкать в него разными предметами. Он довольно крупный. Я не посчитал благоразумным рисковать и волновать дракона, пока мы не получим лучшее представление о его темпераменте. — Это важное дело! С тех пор, как последний дракон умер в Королевской Гавани, драконов больше не было! Цитадели нужна... — ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ! — Жезл, больше похожий на боевой посох или на тот на который можно опираться при ходьбе, грохнулся на один из библиотечных столов. Он был сделан из валирийской стали и вызывал зависть почти у каждого лорда, когда-либо видевшего его. Владелец упомянутого жезла взглянул на Уоллиса из-под нависших бровей. Архимейстер Марвин не был красивым мужчиной. Лювин не уверен, что он когда-либо был таковым. Крепко сложенный и потрепанный годами, он вероятно являлся, самым противоречивым из мейстеров. И было не совсем ясно, кто из мейстеров более опытный, Марвин или Эброз. — Это не один из тех драконов, которых создали валирийцы с помощью магии крови. Этот пришел из Студеного моря. — Он дико ухмыльнулся, и его зубы, окрашенные в красный цвет из-за его любви к кислым листьям, стали еще более отвратительно выглядеть. — Даже у иббенийцев есть споры об их существовании. Споры возникают даже после того, когда странный моряк выживает после крушения и утверждает, что его корабль был разорван на части. — Он расправил плечи и почесал реденькую бороду. У отряда лорда Станниса не было много времени для того, чтобы иметь возможность побриться по пути из Белой Гавани. — Услышав, какие звуки издают снег и лед, когда они откалываются, я понимаю, почему люди могут не принимать во внимание подобные истории. От таких вещей можно было бы отмахнуться, как от айсбергов и тому подобного. Он пожал плечами. — Теперь нам придется переосмыслить подобные вещи. Уоллис посмотрел на Марвина. Лювин знал, что это произойдет, если Цитадели расскажут о Snjóstormur. Он был совершенно уверен, что Уоллис был одним из тех мейстеров, которые будут слепо следовать за ним и мало думать о чем-либо самостоятельно. Однако Марвин. Этот человек был известен своей эксцентричностью. Он верил, в то что магия все еще существует, но она слишком ослабла. Лювин раньше думал, что она исчезла, когда вымерли драконы Таргариенов, но переосмыслил это, когда появился ледяной дракон. Нет, он начал переосмысливать это, тогда когда лютоволка привели из-за Стены. Чтож... Похоже Марвин будет наименее раздражающим из этой пары. Странный мейстер оглядел комнату. — Впечатляющая коллекция. Я слышал легенды о библиотеке Винтерфелла. Итак, что вы узнали на данный момент?

~***~

— Я думаю, сир Джонотор подумывает о том, чтобы написать своему дяде о смене их знамен. Деймон повернулся туда, куда смотрел лорд Станнис. Рыцарь за одним из столов держал в руках еще не разломанные крабовые ножки. Целые они были длиной с его руку. Он ухмыльнулся, увидев растерянное выражение лица мужчины. — Какой дом? — Селтигар. Ах. Конечно. Их символом был краб. — Наши не такие красивые. Ну, не то чтобы крабы особенно красивы, но мелкие определенно менее уродливы. — Ммм. — Станнис взял кусочек рыбы, которая лежала у него на тарелке и съел ее. — Это вкусно, но я не узнаю конкретно этот вид рыбы. — Лодочная рыба. — Лодочная рыба? Робб усмехнулся. — Я сказал ему, что потребуется найти для нее название получше. Деймон пожал плечами. — Рыбаки ее уже так называют. Они делают это на протяжении нескольких поколений. Станнис изучал мясо и его структуру. — Почему именно лодочная рыба? Морс хихикнул. — Потому что она такая же большая или даже больше, чем рыбацкие лодки. Рыбаки не пытаются ее поймать. Они давно поняли, что это глупо. Эти проклятые твари такие большие и тяжелые, что, пытаясь освободиться, они переворачивают лодки. Даже если бы рыбаки смогли усмирить ее, им было бы трудно доставить ее на берег. Ей просто не хватит места в лодке, в которой ещё находятся люди. — Как тогда ее поймать? Деймон проглотил свой кусок. Лодочная рыба была жирнее любой другой рыбы. И вкуснее, она могла сбалансировать соленый вкус большинства морских обитателей. — С помощью ледоколов можно вытащить одну рыбу. Рыбаки пытаются поймать ее на обратном пути в доки, но в итоге все равно удается поместить в лодке только одну. — Ледоколы? Он кивнул. — Основная проблема северного побережья — лед. Он может проделать дыры в корпусе корабля, поэтому у нас нет возможности иметь там полноценный флот. У нас есть пара корабельных плотников, нанятых в Белой Гавани, которые взялись за решение этой проблемы. Они наблюдали за тем как Snjóstormur играет в воде, и то как при этом он использует свою массу и форму - для того чтобы ломать и раскалывать лед. Черпая вдохновение из этого, мы придумали конструкцию ледоколов. Амбер макнул кусок мяса краба в соус из топлёного масла, чеснока и лука. — Они тяжелые и медленно двигаются, но у них есть нос с усилением. Они врезаются в лед, разламывают его и проталкиваются сквозь него. Экипаж, который находиться в это время на палубе использует шесты с лезвиями для того чтобы разбить и оттолкнуть более мелкие куски льда. Они также могут затаскивать куски льда на корабль, чтобы вернуть обратно на сушу. Морской лед, когда тает, не всегда пригоден для питья, но он хорош для хранения пищи. А ледоколы достаточно тяжелые, чтобы рыба на лодке не смогла их перевернуть. Экипаж попытается поймать одну на обратном пути используя морской лед дабы сохранить ее после обработки. — Это было настоящее благо. — Деймон взял полую буханку хлеба, наполненную рагу из крабов, креветок и моллюсков. — В основном мы коптим эту рыбу, поэтому она сохраняется дольше. Она настолько большая, что для приготовления целой рыбины требуется три-четыре замеса, но одно и то же утомляет изо дня в день. Поскольку водные пути теперь проходимы, мы собираемся отправлять бочки с копчёной лодочной рыбой за пределы нашего королевства, чтобы рассмотреть возможность обмена ее на другие продукты. Робб задумался над этим. — Это может сработать. Эта рыба не похожа на ту что продают в других местах. Это было бы что-то новое. Если подать ее правильно, лодочная рыба станет деликатесом, который понравится другим. — Он поморщился. — Ей потребуется новое название. Деймон ухмыльнулся своему брату. — Водяные постепенно превращают тебя в настоящего торговца. — Встретимся завтра на тренировочном дворе, и я покажу тебе, чему еще я научился. Они оскалили друг на друга зубы и зарычали под смешки старших мужчин, сидящих рядом с ними за столом. — Король отверг любые слухи о драконах на Севере. — Станнис не отвлекался от еды. — Считается, что они уже вымерли, хотя я полагаю, что это всего лишь валирийская порода. Вы сказали, что это существо забрело в ваши воды откуда-то еще? Их отец кивнул. — Да. О ледяных драконах ходили истории уже давно, хотя в большинстве случаев их считали просто сказками. Увлекательными легендами о существах из живого льда. Говорят, что мыс Морского Дракона получил свое название из-за того, что один из таких драконов поселился здесь и стал проблемой для простых людей. Один из королей Старков сражался с ним. Некоторые легенды говорят, что он убил его, а другие - что он просто прогнал его. Но они, как предполагается, обитают в Студеном море, так что если один из них и забрел на Мыс, он, вероятно, путешествовал туда в неурожайные времена, следуя за едой, как и Snjóstormur. — Это странное имя. — Это Старый Язык. Означает метель или снежная буря, в зависимости от содержания разговора. Послышался еще один бессловесный звук Станниса. Он когда-нибудь улыбался? — И зверь ладит со всеми вашими детьми? — Пока что он, похоже, принимает присутствие моей семьи рядом с собой, хотя ему все еще предстоит встретиться со всеми детьми. — Тогда почему бы твоему наследнику не предъявить права на него? Робб чуть не подавился элем. — Нет! Не поймите меня неправильно, лорд Станнис, он меня впечатлил, и Джон даже поддержал бы меня в этом, но я сомневаюсь, что смог бы справиться с ним. Мейдж Мормонт рассмеялась. Это был грубый звук, исходивший от женщины. — Зверь — дар Древних Богов. Такой же, как лютоволк, на поиски которого они подтолкнули Джона. Боги сочли нужным напомнить Северу, что они благосклонны к Дому Старков. Морс Амбер хмыкнул в знак согласия. — Больше всего беспокоит то, что именно они попросят взамен у нашего Джона. Древние Боги обычно не беспокоят нас напрямую. Они только просят о том чтобы мы уважали их и друг друга. Чтобы мы не лгали. Не нарушали права гостя. Не трахали наших братьев и сестер. Те несколько раз, когда они удосужились проявить свою благосклонность кому-нибудь из северян, происходило только потому, что им нужно было что-то взамен. Что бы это ни было, это будет тяжкое бремя. Большой, грубый мужчина оскалил зубы на Джона. — Я стремлюсь быть рядом с тобой, когда ты столкнешся с этим. Должно быть, это то, о чем будут петь поколениями. На Станниса, казалось, это не произвело впечатления. — Я никогда не видел доказательств того, что богам не плевать на смертных людей. — Конечно эти доказательства есть! — Мейдж ухмыльнулась. — Вы только что видели одно из них своими глазами за стенами этого замка и наблюдали за тем как оно улетает! Несколько других северян засмеялись, явно соглашаясь. — Вы верите в эти истории о том, как ваши Древние Боги проявляют благосклонность к мальчику? — Эх, Амбер прав. Древние Боги склонны проявлять явную благосклонность только тогда, когда это необходимо. Без сомнения, это их способ предупредить, что нас ждет тяжелая зима. И, как истинные северяне, мы готовимся к этому. Станнис повернулся к отцу. — Вы тоже с этим согласны? — Зима всегда приходит. И это лето продолжает тянуться. История показала нам, что чем длиннее лето, тем длиннее и суровее зима. У нас нет роскоши более теплого климата, как у вас на Юге. Мы и так боремся за то чтобы количество урожая оставалось прежним. Когда выпадут сильные снегопады, поля станут на долгие годы непригодны. То, что вы испытали по пути сюда, было всего лишь легким летним снегом. Зимой он будет лежать почти до середины стен Винтерфелла. И без того суровое лицо Станниса стало ещё суровее. — Как пережить такие зимы? — Благодаря подготовке. Откладыванием больших запасов древесины для обогрева и сохранения продуктов на длительный срок. Холод в этом помогает - продукты хранятся дольше. Мы солим и коптим мясо. Маринованные овощи становятся все более распространенными, поскольку это хороший способ сохранить их на длительный срок. В последнее время мы продаем больше древесины и мехов в Эссос, дабы иметь возможность заплатить за стекло, которое требуется для построения большего количества стеклянных садов по всему Северу. Эти сады нужны для того, чтобы иметь возможность выращивать овощи в холодное время, а также травы и растения, которые используются как для приготовления еды, так и во врачевании. В Винтерфелле есть шесть стеклянных садов, и они хорошо обеспечивают нас во время долгих зим. Мы делаем все возможное, чтобы построить их и в других владениях. Леди Мормонт кивнула в знак согласия. — Когда действительно наступит зима, даже морская торговля станет труднее. Мы не можем просто почивать на лаврах и думать, что позже у нас будет возможность привезти зерно с Юга. Путешествовать в такой период сложно и опасно. Чтобы пережить северную зиму, нужно подготовиться заранее. Мейдж широко улыбнулась Деймону и Роббу. — Возможно, хоть и стыдно признаваться в этом, именно эти славные мальчишки напомнили нам об этом. Они хорошо знают свою историю и напомнили нам всем о Зимних Волках. Что мы должны стремиться к тому, чтобы в таких вещах не возникала необходимость. — Зимние волки? Я читал о них, когда мейстер преподавал мне историю. Так они называли солдат, которых Креган Старк привел, чтобы разрешить гражданскую войну Таргариенов. Деймон кивнул. Он помнил об этом, но тогда еще не совсем понимал весь смысл. — Чего южные мейстеры либо не знают, либо предпочитают игнорировать, так это то, что Зимние Волки покинули дом, чтобы умереть. — Все солдаты знают, что они могут пасть на войне и умереть. — Они не подготовленные солдаты, лорд Станнис. В суровые зимы старики надевают любые доспехи и оружие, которые у них имеются, при условии, что это не какой-то фамильный клинок, который они могли бы вместо этого передать своим сыновьям. Затем они покидают свои дома, для того чтобы «охотиться». Они уходят, не планируя когда-либо возвращаться домой. Таким образом, они не становятся обузой для семьи, а еда, которую они съели бы, достанется детям и внукам. Они живут за счет того, что смогут убить и добыть себе для пропитания. Они будут отбиваться от бандитов и налётчиков, которые стремятся нападать на деревни, где живут их семьи, но никогда не планируют возвращаться домой. Голос отца был глубоким и ровным. — Зимний волк — это человек Севера, который выходит на холод, чтобы умереть. Если он может помочь защитить своих сородичей, ожидая, когда Зима заберет его - тем лучше. Наша последняя зима была достаточно короткой и мягкой и мы ни о чем таком не слышали. Следующая зима обещает быть гораздо суровее. Лучшим показателем того, что вы хорошо подготовлены к ней, является то, как мало стариков «выходят на охоту». Станнис медленно кивнул. — Они уходят умирать, дабы не отнимать пищу из уст молодых. Замечательно, но трагично. Молодые живут, но теряют доступ к мудрости и знаниям старших. Это правильно — стремиться предотвратить такой трудный выбор. И ты прав. Я не помню, чтобы мейстеры когда-либо рассказывали мне о людях, предпочитающих самоубийство с помощью льда и снега. Они говорили только о том, что они были воинами прошедшими войну, и боролись с такой же свирепостью, как и их предки до этого. Из боковой двери зала в свет факела вышли трое мужчин в серых мантиях. Один подошел к высокому столу и уважительно поклонился, прежде чем предложить свиток лорду Старку. — Из Черного Замка, милорд. — Спасибо. — Эддард развернул его и прочитал. — Джон, Призрак вернулся. Бенджен пишет, что он подошел к воротам со своей парой, и их пропустили. Какое-то напряжение внутри него немного ослабло. Он почувствовал облегчение. — Значит, он добился успеха. — Призрак? — Станнис с любопытством посмотрел на него. — Мой лютоволк. Наши волки выросли, но все они из одного помета. Мы не можем позволить им спариваться друг с другом. Отец взял мягкую булочку. — Волчья стая — это супружеская пара и их детеныши. Когда щенки подрастают, они объединятся в пары, поскольку территории стаи перекрываются и разделяются, образуя свои собственные стаи. Лютоволки обитают за Стеной. Джон отвез своего в Черный Замок и позволил ему пойти за Стену, чтобы посмотреть, сможет ли он найти самку. Похоже, ему удалось добиться успеха. — Я видел ваших волков. Они почти ростом с большого пони или дорнийского песчаного скакуна. Вы хотите их разводить? — Раньше они здесь свободно бродили. И для них есть дичь. Волки, даже лютоволки, отбирают старых, слабых и больных особей и таким вот образом поддерживают здоровье всего стада. У них есть свое место в мире природы. И наши лютоволки так же являются свирепой охраной моих детей. Признаюсь, сначала я колебался, но они оказались благом. Обед продолжился. Север не тратил свое богатство и время на обильные пиры. Вместо этого они следили за тем, чтобы каждая трапеза была сытной и обильной. Разумеется, это сейчас это было изысканно, чем в обычное время. Отец сказал, что им повезло, что Роберт послал Станниса. Старший брат Баратеон не был склонен к излишествам и не страдал расточительством. В этом смысле он был во многом таким же аскетичным, как Эддард Старк, хотя у Деймона возникло ощущение, что он не особенно любит отца. Он чувствовал, что глаза Оленя часто останавливаются на нем. Он отвечал, когда к нему обращались, и держал свой язык под контролем. По большей части.

~***~

Когда трапеза закончилась, отец и лорд Станнис удалились в солярий. Леди Старк принялась руководить уборкой, в том числе определять, как поступить с оставшейся едой. Поскольку они позволяли рабочим внутри стен замка ужинать с ними в большом зале, мало кто оставался без еды. Тем не менее, были охранники и слуги, которые дежурили во время трапезы и приносили им наполненные тарелки, и леди всегда заботилась о том чтобы они не остались голодными. Некоторые вещи, такие как оставшееся жаркое или кабанья и оленина, попадали в мясные пироги, которые подавались на следующий день. Остальное отправлялось старикам, вдовам и сиротам в Зимний городок. Какая часть остатков еды Красного замка доходила до таких людей? Сейчас и в его первоначальном времени? Деймон не знал. К своему стыду, когда был братом короля, он никогда не задумывался о таких вещах. Он бы беспокоился, что его кровь Старков может сделать его мягким, если бы не изучение их истории. — Лорд Джон? Он повернулся и увидел приближающегося к нему рыцаря Королевской гвардии. Сир Барристан Селми. Тяжело ранен во время восстания, но пользовался таким большим уважением со стороны Роберта Баратеона, что король приказал обеспечить ему лучший уход. Вместо того, чтобы убить своего врага, он спас ему жизнь. Также один из двух оставшихся королевских гвардейцев, служивших дому Таргариенов, а теперь и дому Баратеонов. Странно это. Эта ситуация не была схожей с ситуацией Рейниры, где были королевские гвардейцы их семьи, которые присматривали за ней до гражданской войны и чья преданность была известна. Мудрый человек убил бы всех оставшихся Королевских гвардейцев, не оставил бы никого из них, чтобы продолжить свою службу. Но не в случае Баратеона. — Сир Барристан. Надеюсь, Вам нравится проводить время на Севере. — Да. Спасибо. Прекрасное королевство. И совсем не настолько негостеприимно, как считают многие на Юге. — Пока соблюдается вежливость, мы можем быть весьма гостеприимными. — Да, я так и понял. — Старый рыцарь подошел и остановился рядом с ним, глядя на зубчатые стены. — Лорд Станнис с твоим отцом в его солярии. — Я уверен, что им есть что обсудить. Я кого-то расстроил? — Пока большинство считает все эти истории какой-то причудливой сказкой. Когда мы вернемся в Королевскую Гавань - все изменится. Наверняка так и будет. — У Вас есть опасения на этот счёт? — Эйгон Завоеватель, при помощи своих драконов, завоевал весь Вестерос . — У него их было три. И все они дышали огонем. — Твой по-прежнему… впечатляет. Деймон ухмыльнулся. — Он великолепен не так ли? И красивый. Я не мог поверить своим глазам, когда мы его нашли. — Он так сильно отличался от Караксеса. И не только холодом. Шкура валирийского дракона была покрыта крупной костлявой чешуей. Чешуя Snjóstormur была больше похожа на чешую более крупной чешуйчатой ​​рыбы, хотя и гораздо более прочная. Она была гладкая и шелковистая на ощупь, а не грубая, и ее цвет переливался под солнечным светом, словно солнечные лучи, сверкающие на снегу. Было слишком легко увлечься великолепием дракона и забыть, насколько он смертоносен. Он предположил, что это также служило прекрасной маскировкой на льду и снегу северных берегов и вод. — Как ты думаешь, его можно использовать в бою? — Он уже участвовал в битве. Ну, если некоторые налеты можно назвать «битвами». Дважды против одичалых и один раз против Железнорожденных. Бровь Селми приподнялась. — Железнорожденных? — Одному из их экипажей, видимо, стало скучно, и он решил заняться грабежом. По крайней мере, так утверждал старый Бейлон, когда прислал ответ на ворона моего отца после того, как мы с ними разобрались. — Что утверждали налётчики? — Я не знаю. Мужчины обычно не выживают, будучи замороженными насквозь. Те немногие, кого Snjóstormur не полностью накрыл своим дыхание, а только задел их частично, были заморожены от живота и ниже, но испытывали такую ​​боль, что не могли перестать кричать и вопить на достаточно долгий промежуток времени, чтобы иметь возможность ответить на интересующие нас вопросы. Мы даровали им милосердие. Сир Барристан выглядел неуверенным и явно не знал, что на это ответить. Свежий воздух трепал его белый плащ, пока они стояли и смотрели на поле боя. — Легко понять, почему Север так и не был по-настоящему завоеван. Он такой же большой, как и все остальные королевства вместе взятые, но дикий и неумолимый. Снег летом. Я слышал об этом, но никогда не думал, что это нечто большее, чем еле заметный слой пыли. Деймон ухмыльнулся. Да, его это тоже задело, но в этом и была чистая красота. Словно снег очистил земли и создал их заново. — Северный климат — наше величайшее оборонительное оружие. — И все же Торрен Старк преклонил колено. — У Эйгона и его сестер было три взрослых дракона. Они дышали огнем. И к тому времени до него уже наверняка дошли бы слухи о том, что произошло в тот день. Что ему следовало сделать? Упрямо держаться за свою корону и принести в жертву драконьему огню свой народ только для того чтобы сохранить ее? Деймон широким жестом руки указал на Север в целом. — Его прозвали «Королем, который преклонил колено», но даже сегодня в его честь называют маленьких мальчиков. Север знает о том, что он сделал. Ради них он проглотил свою гордость и высокомерие, и за это его помнят. — Это было то, над чем он долго и упорно думал. Это было унизительно, но в то же время Старки могли гордиться этим. Ни один Таргариен не обладал такой мудростью. Драконы сделали их королями, но старались ли они когда-нибудь заслужить этот титул? Кровавый Ворон время от времени бросал ему вызов в этом вопросе. Этот человек гордился тем, что принадлежал к крови Таргариенов, но эта гордость не ослепляла его. Возможно, именно чардрева позволили ему увидеть познать историю со всех сторон. Это наделяло человека богоподобной перспективой. В такой ситуации человек мог либо стать мудрым, либо невыносимо высокомерным. Отсутствие подвижности, вероятно, все же склоняло к мудрости. Трудно быть высокомерным, когда тебе в задницу засунут корень дерева. Возможно, в этой новой жизни его следовало назвать Торреном, а не Деймоном. Это было бы странно подходящим именем для первого ребенка, рожденного от крови Старков и Таргариенов.

~***~

— Твой ублюдок будет довольствоваться небольшим владением на замерзшей воде? Нед вместе со Станнисом просматривал планы и карты, набросанные для мыса Морского Дракона. Он поднял взгляд, сохраняя нейтральное выражение лица. — Почему бы и нет? Он уже доказал, что это богатый оплот ресурсов. Много еды, для того чтобы иметь возможность накормить свой народ. Они собирают соль из морской воды, которая хорошо продается. Люди, которых мы наняли из Дома Мандерли, думают, что смогут оснастить торговое судно таким образом, чтобы лед сохранялся достаточно долго, дабы его можно было доставить на юг для торговли. Это поставило Баратеона в тупик. — Лед? Нед кивнул. — Да. Я удивляюсь, как мы не додумались до этого несколько поколений назад. У нас так много льда, что мы воспринимаем его как должное. Мы склонны забывать, что не каждый может рассчитывать на стабильные поставки. Он хорош для охлаждения напитков, сохранения свежих овощей хрустящими и консервирования мяса или уменьшения отека от травмы. Человека с опасно высокой температурой можно погрузить в ледяную ванну, чтобы снизить температуру, прежде чем она убьет его. Однако нам все равно придется подумать о том, как Юг сможет сохранить его в долгосрочной перспективе. Работа над этим все еще продолжается. Был еще жемчуг, хотя они с Джоном решили пока воздержаться и не говорить о нем. Необычно большие мидии у побережья иногда открывались, чтобы показать блестящие черные жемчужины, в то время как те, что находились в солоноватой воде заливов, где пресные водные потоки встречались с морской водой, иногда приносили жемчужины оттенка лаванды, о котором он никогда раньше до этого не слышал. Один из людей Мандерли упомянул, что за Узким морем есть место, где они придумали, как целенаправленно начать образование жемчуга: засыпая крошечные кусочки измельченного жемчуга в мидию или устрицу. Эта практика помогла бы увеличить количество жемчуга, который можно было собрать. Благодаря редким оттенкам, найденным в Мысе, они собирали больше информации об этой практике как о возможном дополнительном источнике товаров, которыми можно было бы торговать. — Найдутся те, кто будет возмущен мыслью о драконе на Севере. — Ледяные драконы существовали всегда. Еще до того, как валирийцы использовали свое колдовство, чтобы создать своих собственных. Это не первый случай, когда кто-то обосновался на нашей территории. Это просто первый раз, когда мы можем подтвердить, что у этого существа есть связь с мужчиной. О, о таких как он ходили истории и легенды, но до сих пор у нас нет никаких физических доказательств насколько правдивы эти истории. — Таргариены завоевали Семь Королевств с помощью своих драконов. Нед отмахнулся. — Это не тот дракон. По правде говоря, я не знаю, насколько хорошо Snjóstormur перенесет зной Юга. Он, конечно, не был бы счастлив. Держу пари, что это сделало бы его таким же угрюмым и раздражительным, как и я и мои знаменосцы, когда нам приходиться туда ехать. Нет, он существо холода и зимы. И я не думаю, что мой сын захочет рисковать своим здоровьем, увозя его на юг. Станнис поджал губы, обдумывая это. — Я понимаю ход твоих мыслей. В Просторе жил один дурак, который пытался держать пару снежных медведей. Они просуществовали недолго. Жара была для них слишком сильной. В конце концов с ними жестоко поступили. Но что насчет войн и раздоров? Сможет ли он контролировать зверя? — Он уже сталкивался с подобным в меньшем масштабе. Несколько набегов одичалых и экипажа Железнорожденных, решивших заняться грабежом. Он быстро расправился с каждым. — Старк поморщился. — Я знаю, что в какой-то момент моим мальчикам придется пролить кровь, но, как их отец, я всегда буду думать что это случилось слишком рано. Станнис рассеянно кивнул. Нед практически видел все мысли мелькающие в его глазах. — Если Вы сомневаетесь, что зверь сможет спокойно выдержать жару Юга, то, насколько я понимаю, мальчик не захочет отвести его в Королевскую Гавань. В целом, не плохой поворот. Люди могли бы от страха взбунтоваться, если бы увидели его. — Справедливое беспокойство. — Вместо этого я хотел бы отправиться на мыс Морского Дракона. Я хочу увидеть эту новую крепость, которую вы строите, а также доки и верфь. Внутренности Неда несколько расслабились, хотя внешний вид он сохранил неизменным. Это не было неожиданностью. Станнис командовал королевским флотом и был капитаном кораблей. Для него имело смысл проявить интерес к строительству нового флота Севером. А Джон должен был служить сдерживающим фактором для Железнорожденных и потенциальных пиратов. На стороне континента, где обитал сам Станнис, грабителей было больше, чем пиратов, но угроза Железнорожденных все еще существовала. Станнис был в пределах своих полномочий, чтобы оценить растущий новый портовый город. Если бы только Джон мог продолжать вести себя хорошо.