А рощи здесь тихие.

      На ночь Лиз хотела распределить смены ночного караула, но Квадрат сумел её заверить, что во время Выброса ни одна живая тварь не будет вылезать из своей норы, поэтому Лиз решила выспаться, малодушно расположившись на доступном продавленном матраце и оставив Квадрату расправлять спальный мешок. Накопленная за весь тяжёлый день усталость и сытный ужин дали о себе знать, и девушка уснула даже быстрее, чем засыпала в длительных операциях. Правда, почти тут же проснулась - начался Выброс.       Сам Выброс длился всего пять минут - но их вполне хватило для того, чтобы девушка навсегда впечатлилась этим событием. К тому же, перед Выбросом была примерно пятнадцатиминутная прелюдия в виде землетрясения, сверкающего от фиолетовых молний неба, ужасного грома и пронзительного звона в ушах. А потом наступил, как позже окрестил его Квадрат, "пик Выброса" - сначала небо приобрело кровавый оттенок, затем и весь мир потерял любые краски, кроме оттенков красного, и Лиз, сидящая в церкви, скорее почувствовала, чем увидела, стремительно приближающуюся к ним сметающую любую жизнь на своём пути волну смертельной энергии. Хотелось выскочить и бежать как можно дальше от этой волны, забиться в самую глубокую щель и, трясясь от страха перед физическим проявлением Смерти на этой земле, молить всех богов и демонов о спасении. Пожалуй, только самостоятельно вытреннированная военная выдержка да пример спокойно сидящего перед Лиз Квадрата не позволили ей выскочить из церкви прямо под удар волны. Когда Выброс накрыл старое здание, девушка едва ли не взвыла от ужаса.       А потом всё стремительно закончилось. Мир мгновенно сменил кровавую цветовую палитру на все оттенки депрессивного серого, успокоилось землетрясение, небеса сменили удары молниями в землю на сильный, но спокойный дождь. Внутри Лиз так же быстро успокоились страх и паника, и она обнаружила себя, забившейся в щель между ящиком и стеной, сжавшейся в дрожащий комок, с мокрым от бегущих слёз лицом. Напротив так же спокойно сидел Квадрат и курил сигарету, внимательно глядя прямо на Лиз.       - А ты ведь мутант, - неожиданно выдал её соратник, выбрасывая в костёр тлеющий бычок. Продолжать разговор или успокаивать девушку он не стал, просто спрыгнул с ящика, на котором сидел, устроился на расстеленном спальном мешке, накрылся вытащенным из тайника шерстяным одеялом и спустя минуту спокойно заснул. Всхлипнув несколько раз и вытерев слёзы рукавом куртки, девушка на дрожащих ногах добралась до своего матраца и устроилась на нём, свернувшись в позу эмбриона. Ночью спала она беспокойно, ей мерещились спокойные деньки на "Родосе", плавно переходящие в тяжёлые кошмары и обратно.       А утром перестал дышать Такс.       Когда Лиз проснулась, он лежал неестественно правильно, словно человекоподобная кукла, которую неизвестный ребёнок исполинских размеров уложил спать да и забыл где-то в тёмном пыльном углу. На лице навсегда застыла блаженная улыбка, глаза были закрыты, а рядом с рукой девушка увидела порядка пяти шприцов. Кажется, Квадрат периодически вставал ночью, чтобы действительно лишить последние мгновения жизни Такса боли и страданий.       Лиз поспешила побыстрее прошмыгнуть мимо мёртвого Такса. Она видела много мёртвых людей, но ей до сих пор было некомфортно рядом с трупами. Особенно с трупами тех, кто умирал в наркотическом блаженстве. Впрочем, выскочив на улицу, Лиз променяла общество одного мертвеца на общество других, которые лежат тут несколько лет, если не десятков. Они покоились под старыми, перекошенными от времени крестами, пошедшими трещинами и заросшими мхом каменными надгробиями и странными стальными пирамидами с жестяной звездой на вершине. Больше всего здесь было именно крестов, и если одни были старыми, рассохшимися и имели странную непонятную косую перекладину, до другие были простыми - грубо сколоченные из двух досок и с нацарапанными от руки надписями. И на эти грубые кресты кто-то зачем-то навешивал старые противогазы.       Квадрат обнаружился тут же, на небольшом холмике, среди крестов и надгробий. Он молча и упорно копал яму в земле. Рядом стояли, прислонившись к стволу дерева, такой же грубосколоченный крест из двух досок, несколько ржавых лопат разной степени дырявости и топор. Немного постояв и подумав, Лиз взяла наиболее целую лопату и молча присоединилась к нему. Квадрат лишь благодарно кивнул, не сказав ни слова.       Когда могила была вырыта, Квадрат с Лиз вытащили из церкви мёртвого Такса и на верёвках аккуратно спустили его в могилу, установили у изголовья крест и начали закапывать. Солнце поднялось уже в зенит, когда Квадрат последний раз ударил лопатой по земле, уплотняя её над свежей могилой. Достал нож и на поперечной перекладине креста вырезал надгробную надпись. И повесил на крест респиратор Такса. Лиз оглянулась назад, на кладбище. Таких грубых крестов с противогазами и респираторами оказалось много. Сколько же здесь похоронено таких вот Таксов, не успевших добраться до медика или товарищей? А сколько по этим землям разбросано тел Ряб, которым не досталось даже могилы, и их останки разнесут падальщики?       Квадрат залез в свой рюкзак, достал оттуда бутылку алкоголя и три кружочка, встряхнув которые, он превратил в стаканы и разлил по ним остро пахнущий алкоголь. Один из стаканов он протянул Лиз.       - За упокой, - проронил первые слова за день Квадрат. - Не чокаясь.       Он залпом выпил весь стакан, и Лиз последовала его примеру, крепкий алкоголь огненным вихрем промчался по её горлу и рухнул в желудок. Лиз закашлялась, на глаза навернулись слёзы, на несколько секунд девушка, казалось, забыла, как вдыхать воздух.       Третью стопку, заполненную до краёв, Квадрат поставил у основания креста, проронив "Зона тебе пухом, братан". Подхватил рюкзак и направился к церкви.       Вытерев слёзы, Лиз обратила внимание на вырезанную Квадратом надпись на кресте. Она гласила: "Сталкер Такс. Умер 11 июня 2016 года". Не было написано ни даты рождения, ни настоящего имени, ни перечня всего сделанного и достигнутого за время жизни, ни благодарностей от родственников или друзей, ни пожеланий спокойно загробной жизни. Только позывной, дата смерти и больше ничего.       Лиз развернулась и медленно побрела к церкви. Мимо неё проплывали кресты, какие-то сколоченные гвоздями, какие-то перевязанные верёвкой иди проволокой, с надписями, вырезанными ножом или написанными маркером от руки, со старым полусгнившим респиратором или новым противогазом, с алюминиевой кружкой, стеклянным стаканом, пластмассовой стопкой у основания креста. Они были все разные, но при этом одинаковые - позывной, дата смерти, противогаз, последняя трапеза.       На пороге церкви Лиз не удержалась и вновь оглянулась на кладбище. Даже после ухода людей оно, забытое и ненужное, продолжало принимать своих новых постояльцев. Девушка с горькой ухмылкой подумала о том, что, может быть, когда-нибудь здесь появится ещё один крест, на котором кто-то криво нацарапает ножом "Сталкер Лиз", повесит противогаз и поставит перед крестом стакан с алкоголем.       Пока Лиз предавалась мрачным мыслям, Квадрат успел заново развести костёр и уже повесил над ним помятый котелок, в котором варил макароны с тушёнкой, упаковки от коих валялись рядом же, в специально отведённом под мусор ящике. Удручённая своими мыслями и тяжёлой ночью, Лиз села напротив Квадрата и уставилась в огонь.       - Херово, да? - усмехнулся Квадрат. - После Выброса всегда так, ёпт.       Девушка промолчала, но, немного обдумав доступную ей информацию, всё же спросила у Квадрата:       - По местным меркам я... ненормальная?       - Да, - не задумываясь, ответил Квадрат. - У норм людей не торчат нах рога из башки, и они не шмаляют молниями. А ещё ты реагируешь на Выброс как мутанты. Не как тёмные, а вот прям как мутанты. Хер знает, мож, ты какая-то разновидность полтергейста. Человекоподобная и разумная, ёптыть.       Кто такой полтергейст, Лиз, в общем-то, знала - мерзкая мифическая дрянь, которая селится в домах, швыряется вещами, пугает людей и вообще ведёт себя некультурно. Однако, если опираться на разговор с Квадратом, полтергейст здесь - некая мутагенная форма жизни, вполне осязаемая и совсем не мифическая, не похожая на обычного человека, и которая, к тому же, обладает способностью испускать молнии, то есть, обладает электрическим Артсом. В голову к Лиз забралась уж совсем бредовая идея, способная возникнуть только под воздействием тяжёлых наркотических вещество, однако, гнать её обратно в царство наркотического делирия девушка не решилась.       А что если в далёком роковом "восемьдесят шестом" году случившаяся катастрофа приобрела такие ужасающие масштабы, что просто-напросто перекроила всю Терру? Что если упоминаемые Квадратом мутанты, особенно полтергейсты - это бывшие жители Терры, под воздействием катастрофы претерпевшие ужасающие мутации? Это... многое бы объясняло. Если все владельцы Артсов мутировали в ужасных чудовищ, то цивилизация, построенная на использовании ориджиниума и на способностях Артсов, просто рухнула в один миг. На руинах городов выжившие и не претерпевшие мутации люди сражались с ордами мутантов, владеющих Артсами, и против них обычные заточенные под мечи рессоры и самодельные арбалеты вряд ли возымеют хоть какой-то эффект, а оружие на ориджиниуме теперь стало попросту бесполезным, и поэтому создаётся новая взрывная смесь, при помощи которой теперь можно вооружать людей эффективным оружием, не требующим владения Артсом. Для лучшей обороноспособности и выживаемости люди стекаются в группы и строят хорошо защищённые лагеря с расчищенной прилежащей местностью, лагеря со временем превращаются в города со своими зонами влияния, города объединяются в союзы, образующие потом страны. И при всём при этом вокруг стран остаётся дикая, заражённая, населённая мутантами территория, в которую люди посылают разведчиков для исследования местности на пригодность к проживанию, в которую бегут спасающиеся от наказания преступники, в которую идут диггеры за артефактами прошлой цивилизации.       - Квадрат, - обратилась Лиз к мужчине, помешивающему ложкой варево, - а как появилась зона отчуждения?       - А хер знает, - ответил Квадрат Лиз. - Есть несколько версий, одна бредовей другой. Кто-то грит, что Зона появилась из-за пошедшего по пизде эксперимента яйцеголовых с, как её там, а, с Ноосферой, мля! Типа, они пытались информационное поле Земли подчинить, но нихера не получилось. Вторые базарят, что Зона - это свалка отходов межгалактической цивилизации. Типа, прилетают к нам космические мусорщики и вываливают сюда всё своё говно, а Выброс - это их прилёт. Есть группа сталкеров, которые считают Зону чем-то вроде божественного последнего шанса людям, но они вообще, блять, отмороженные нах в край, ебанутые фанатики. Помню нах, как-то с другими сталкерами скорешились и устроили рейд на один из их постов... - Квадрата передёрнуло. - Мля, мне тот парень распятый месяца три потом во снах приходил.       Лиз подумала и решила, что из всех версий самой правдоподобной являлась версия про учёных с Ноосферой. Девушка несколько раз работала с РайнЛаб, и понимала, что психопаты-учёные оттуда запросто могли бы разрабатывать подобный проект. Ибо вместо того, чтобы бороться с Воссоединением и помогать в изучении орипатии, они занимаются военными заказами, используя "медицинское призвание" как ширму. И даже если это были не РайнЛаб, то однозначно очередные безумцы из других компаний, которым правительство одной, а может, и сразу нескольких стран, отваливает значительные деньги ради военных разработок.       - На, хавай, - Квадрат щедро нагрёб в миску макарон с кусками мяса и протянул Лиз. Благодарно кивнув, девушка приняла миску с дымящейся едой и пристроила у себя на коленях. Тёплая наваристая еда быстро проскользнула внутрь, и желудок довольно заработал. Кажется, когда-то Лиз не очень любила тушёнку: на вкус девушки, она была слишком солёной и с обилием жира. Конечно, тушёнку она тоже ела, но при любой возможности предпочитала взять иной сухпаёк или поесть за свой счёт. А сейчас, гляди-ка, уплетает за обе щёки, хотя вроде и под боком более вкусный сухпай лежит.       - Значит так, - сказал Квадрат, закончив с едой, - ща кандёхаем к доку, потом посмотрим, ёпт.       - И что там, в доке? - наивно спросила Лиз, не сразу поняв, о чём речь. Квадрат посмотрел на неё как на умалишённую, вздохнул и ответил:       - Не доки, где лодки стоят нах, а док. Болотный Доктор, сталкеры его так кличут. Легенда Зоны, может вылечить кого угодно, хоть сталкера, хоть мутанта, ёпт.       - И почему он на болоте живёт? - снова спросила Лиз, логично предположив, что если его кличут "Болотным", то он и живёт на болоте.       - А вот у него и поинтересуешься, ёпт, - усмехнулся уголками губ Квадрат. Лиз уже заметила, что Квадрат вообще был угрюмым и не очень любил улыбаться, и если делал это, то только так, уголками губ. Ну или же кровожадно усмехался.       После еды Лиз с Квадратом быстро навели порядок на привале, затоптали костёр, Квадрат куда-то унёс ящик с мусором, приказав Лиз наломать ещё дров для следующих постояльцев. Он вернулся, когда девушка расправилась со вторым ящиком, нагнулся в рюкзаку покойного Такса и протянул ей.       - Мёртвому всё равно без надобности, - пояснил Квадрат, - а тебе ещё пригодится.       Лиз молча надела рюкзак покойника и направилась вслед за Квадратом из церкви. Идя среди крестов, она зачем-то оглянулась назад, и увидела, что через покосившееся ржавые ворота церковной ограды во двор заходят две фигуры сталкеров, на ходу закидывая автоматы на плечо. Один из них заметил Лиз и Квадрата и приветственно поднял руку. Лиз даже не задумывалась - так же приветственно помахала рукой в ответ. Когда Лиз снова обернулась назад, из провала в церковной кровле уже шёл дымок.