Что творит этот актер

На первые съемки после нескольких недель перерыва Арсений летел в отличном настроении. Во-первых, он соскучился по камере и съемочной атмосфере, во-вторых, это была его единственная работа на весь день, а в-третьих, Маша сегодня отводила на ночевку дочь к ее подруге, Сережа тоже раскидал свои планы, и вечером они втроем собирались в бар. Вообще, после премьерных показов, когда работы стало меньше и у него вновь появилось немного свободного времени, стало как-то непривычно. Хотя в первый выходной Арсений с радостью проторчал весь день дома и ничего не делал. Но вот дальше времени стало жалко, а чем себя занять в пределах четырех стен, он никак не мог придумать. На безделье тратить его было жалко, хотя выпуск другой «Импровизации» он все еще посматривал, гулять погода не позволяла, а все домашние дела быстро закончились. Так что смена рабочей деятельности тоже ощущалась почти отдыхом. Тем более от съемок с Антоном, если и появлялась усталость, то исключительно приятная. В офисе с утра на удивление царила суматоха. У нужной двери его едва не снесла стилистка, выбежавшая с длинным кофром из кабинета. Внутри кабинета один омега ходил кругами и громко обсуждал что-то по телефону, гримерша с незнакомой Арсению бетой о чем-то так оживленно общались между собой, стоя в углу, что даже не глянули в его сторону, когда он зашел. Еще трое альф, сгрудившись возле одного ноутбука, коротко кивнули в ответ на его приветствие и отвернулись обратно к экрану, чуть ли не подпрыгивая на местах от своего оживленного спора. И только Антон и Позов относительно спокойно сидели на краю дивана с чашками в руках и негромко переговаривались между собой, пока Антон не поднял на него взгляд и слабо помахал ему рукой, после чего Позов тоже обратил на него внимание и окликнул. — О, Арсений, ты как раз вовремя! У нас тут небольшая смена планов. — Нет никакой смены, — сипло возмутился Антон. — Я сам снимусь, как договаривались. Позов в ответ закатил глаза и не стал ничего отвечать, поэтому с десятком вопросов в голове Арсений быстро скинул куртку, забросил ее на завешанный крючок и, сев рядом с ними, поинтересовался. — Вы о чем? — Ни о чем, не слушай его, — буркнул Антон, сделав глоток из чашки. Арсений повернулся к нему лицом, заметил покрасневшие глаза, бледный, помятый вид, еще и запах стал приглушенным и горьковатым. И сразу стало понятно, почему он в последние несколько дней перестал общаться кружками и перешел на сообщения. — Подожди, ты что, заболел, что ли? — спросил Арсений, нахмурившись. — Немного, — тихо и с хрипом ответил Антон и даже попытался выдавить улыбку. — Но работать могу, так что все нормально. — Нормально, — прыснул Позов и демонстративно закатил глаза, очевидно, как и Арсений, не веря в это. — Куда тебе сниматься с таким голосом? Ты себя слышишь вообще? — Я же порошок выпил уже. Сейчас еще леденцом для горла закинусь, и нормально все будет, — настаивал Антон. Но буквально в следующую секунду его скрутило в таком сухом и неприятном кашле, что он даже сгорбился и зажмурился, закрывая рот кулаком. Арсений с сочувствием смотрел на него, чувствуя, как в груди неприятно щемило от того, что хотелось помочь, а он не знал как. Антон же, прокашлявшись, тяжело выдохнул, сделал еще пару глотков из чашки и с таким обреченным видом откинулся на спинку дивана, что даже Позов никак это не прокомментировал. — Так, Арсений явился. Здравствуй, — вдруг раздался голос Стаса, по которому он совершенно не успел соскучиться. Он еще и зашел с почти такой же кислой миной, с которой ходил в прошлый раз, после того как узнал, что они с Антоном приехали вместе. — Тебе уже сказали, что ты сегодня с Позом снимаешься? — Да харе вам, я сам снимусь, — вновь начал возмущаться Антон, приподняв голову. И в этот раз у него даже почти прорезался нормальный голос. — Позу и так еще три мотора сегодня снимать. — Ну и одна реклама мне уже разницы не сделает, — парировал тот, вновь закатив глаза. — Ты нам такой запорешь всю рекламу, и с нами потом сотрудничать не захотят, — добавил Стас с такой претензией, будто заранее уже повесил на Антона все проблемы, которые еще не успели появиться. — Так что ты сиди здесь, а вы двое тогда готовьтесь. Арсений, можешь уже идти переодеваться и на грим. Поз, под тебя костюм там пока доделывают, так что иди пока гримируйся. И вот вам еще текст. Он вручил им с Позовым в руки листки со сценарием, и на этом развернулся, и закрылся в своем кабинете. Арсений, напоследок ободряюще улыбнувшись Антону, послушно пошел переодеваться, утыкаясь головой в сценарий. Тот в этот раз выглядел как-то отрывочно и не совсем логично, как будто его писали или переписывали под Диму в последний момент. Слов у Арсения было не очень много, всего пара фраз, и за время грима Арсений успел все выучить, но с Позовым они в процессе подготовки как-то ни разу не пересеклись, поэтому только в общем кабинете они буквально один раз прогнали текст по ролям, когда их уже позвали сниматься. Антон попытался прошмыгнуть на площадку вместе с ними, но его развернули в дверях, сказав, что его кашель запорет им весь звук, и тот с грустным видом пошел обратно. Арсению на секунду даже стало его жаль. Но его со съемок никто не прогонял, а напротив только поторапливали, так что Арсений встряхнул головой и пошел на свое место. По роли он сегодня был ученым в лаборатории, тестирующим теннисные мячи разными способами, а Позов был его начальником, которому срочно нужны были результаты эксперимента, ради чего он принес ему печенье, чтобы ускорить процесс. С первого прогона стало понятно, что сниматься с Димой оказалось чуть скучнее. Он не шутил между запоротыми дублями, разговаривал больше со всеми на площадке, чем лично с Арсением, не пытался отыгрывать свою часть по-разному, в отличие от Антона. И не то чтобы Арсений ему это как-то в претензию предъявлял, но до Антона он как-то немного не дотягивал. Зато Стас почему-то меньше лез к нему с исправлениями, и справились они буквально за пару дублей. Точнее, его отпустили, а Диму попросили остаться и еще раз записать условия акции. Поэтому Арсений тихо вышел в коридор и вернулся в опустевший кабинет, где остался лежать один Антон, который слабо улыбнулся, заметив его в дверях. — Уже снялись? — спросил он сипло. — Ага, — кивнул Арсений, присаживаясь на край дивана в его ногах. — С тобой, кстати, веселее процесс идет. Антон фыркнул. — Я Позу расскажу. — Я рассчитываю на это, — ухмыльнулся Арсений, но когда Антон в ответ снова сложился в кашле, улыбка с лица пропала, и он осторожно заметил. — Что-то ты совсем никакой. У тебя что, есть еще сегодня какие-то неотложные дела или съемки? Антон покачал головой. — Нет. Только реклама с тобой была. — А что ты тогда тут до сих пор сидишь? — не понял Арсений. — Поехал бы домой, отдохнул бы. Полечился по-человечески. — Да смысл домой ехать? Я там также лежать буду, только в одиночестве. Тут хоть компания есть, — вздохнул Антон и сухо кашлянул. — Ага, особенно сейчас я смотрю, — фыркнул Арсений, демонстративно обведя взглядом пустую комнату. — Ну, все равно хоть жизнь какая-то. — Зато дома не заразишь никого, — отметил Арсений и, когда Антон в ответ сморщился, будто головой признавал аргумент, но телом не хотел вставать с места, стянул с головы защитные очки, заправил за ухо упавшую на лицо прядь и, еще пару секунд поколебавшись, все же неуверенно предложил. — Вообще, если вдруг хочешь, я могу тебе составить компанию. — А ты сам-то заразиться не боишься? — спросил Антон, внимательно глядя на него. Арсений пожал плечами. — У меня крепкий иммунитет. За всю зиму ни у кого не получилось, и ты вряд ли справишься, — хмыкнул Арсений, но через секунду понял, что Антон так мог просто попытаться вежливо слиться, и поспешно добавил. — Но я не напрашиваюсь. Если что. Можешь даже послать меня, я не обижусь. — Да не, я не против, — тут же ответил Антон — Только нахера тебе чахнуть со мной таким? — Просто… — пожал плечами Арсений, опустив взгляд на ковер под ногами и пытаясь подобрать слова. — Ну, ты же помог мне в себя прийти, когда мне хреново было, почему я не могу сделать то же самое? — Можешь, конечно, — усмехнулся Антон и вздохнул. — Но у тебя наверняка дела поважнее есть. — Нет. Я до семи сегодня совершенно свободен, — улыбнулся Арсений, почему-то радуясь от понимания, что Антон реально задумался над его предложением. — Поэтому, если тебе так проще, можешь просто считать, что я тоже не хочу в одиночестве день проводить. Вообще, после съемок он собирался воспользоваться случаем и заглянуть в торговый центр, поискать себе что-нибудь нарядное на свой день рождения, до которого оставалось всего ничего. Раз уж его уговорили в этом году отмечать. Но это можно было и отложить. В конце концов, шкаф не пустой, да и заказать все в интернете, если что, еще время было. — Ты же серьезно предлагаешь, да? — уточнил Антон, как только в очередной раз прокашлялся в кулак. — Да, — кивнул Арсений и протянул ему стоящую на журнальном столике кружку с остатками чая, который Антон тут же осушил до дна. — Мне только переодеться надо. — Ладно, сейчас я тогда такси вызову, — сдался Антон. — А то я без машины сегодня. — Да, неужели. Оно одумалось, — протянул Дима, зашедший в этот момент в кабинет. Антон тихо послал его в ответ, и Арсений, подавив смешок, оставил их разбираться между собой и побежал собираться. Грим, к счастью, на нем был минимальный, он быстро стер тональник с лица, переоделся из белого халата и рубашки в свой голубой худи и вышел обратно, где его уже ждал Антон, сидя с курткой в руках. — Идем? — спросил он и после кивка Арсения сразу поднялся с места. — Поз, пока. — Пока. Арсений, отличная работа, — добавил Позов вместо прощания, и Арсений не понял, имел он ввиду съемку или успех в уговорах Антона уйти домой, но как бы то ни было, он все равно кивнул и, схватив свою куртку с крючка, попрощался и поспешил за Антоном в коридор. И чуть не врезался в Стаса, идущего, уткнувшись в свой телефон. — И куда вы собрались? — спросил он, нахмурившись. — Домой, — ответил Антон, встав рядом с Арсением. Стас демонстративно вздохнул. — Но я вообще-то собирался с тобой еще обсудить график на следующий месяц… И по «Дабл тапу» пару вопросов надо бы побыстрее решить, — проворчал он и посмотрел на Арсения так, будто он Антона насильно из офиса уводил и срывал весь рабочий процесс. — Ну, завтра обсудите. А то он у вас такими темпами на неделю минимум сляжет, — заметил Арсений, поджав губы, и настолько нарочито вежливо, чтобы точно было понятно, его реальное недовольство таким отношением к коллеге, который в этот момент опять жутко закашлял, добавил. — Уверен, это не в ваших интересах. — Реально, давай завтра, — устало вмешался Антон, переводя взгляд с Арсения на Стаса. — У меня что-то голова совсем не соображает. — Ладно, — выдавил Стас, явно недовольный ситуацией. — Но постарайся тогда завтра явиться. — Договорились, — кивнул Антон и вновь перевел внимание на Арсения. — Пойдем, а то там машина приехала. — До свидания, — заключил Арсений и, удовлетворившись возмущением, промелькнувшим на лице Стаса, пошел рядом с Антоном в сторону лифтов.

***

В этот раз квартира Антона выглядела гораздо опрятнее. Теперь вместо одежды, остатков еды и коробок от нее виднелись не на своем место лишь потертое, с виду домашнее худи на диване и горка лекарств, лимон и две кружки с пакетиком чая на столе. Несмотря на это, Антон, хлюпая носом и продолжая периодически кашлять, зачем-то сразу начал все собирать и пытаться спрятать. Арсений тихо прошел вслед за ним и, замерев в проеме, покачал головой, глядя на его старания. — Ты заходи, не стесняйся, — обернулся Антон, с подобранным с дивана худи в руках. — Да я-то захожу. А ты бы пошел на кровать, полежал лучше, — предложил Арсений, скрестив руки на груди. — Или еще лучше бы поспал. Тебе надо отдохнуть нормально. Несмотря на то, что дорога от офиса до дома Антона заняла минут пятнадцать от силы, Антон все равно успел задремать в машине, и Арсению пришлось его будить уже возле подъезда. — Не, я все, проснулся уже, — запротестовал Антон и, прокашлявшись, добавил. — Сейчас я диван разложу, и можем глянуть что-нибудь, если хочешь. — Давай. А я могу пока чайник поставить. — Если не сложно, — взглянул на него Антон с благодарностью. — Бутылка с водой там, рядом с ним, стоит. Он махнул рукой в сторону, и, проследив за направлением, Арсений кивнул, оторвался от дверного проема и занялся делом, стараясь не замечать краем глаза Антона. В офисе все получилось как-то естественно и храбро, а, оставшись наедине, еще и на личной территории, он вдруг почувствовал растерянность и неловкость. Голову одолевали разные мысли: точно ли он не навязался, стоило ли ему просто составить компанию и не давать скучать или все-таки как-то помочь Антону лечиться. Все было слишком сложно. Вроде Антон был взрослым мальчиком и сам мог разобраться. Но с другой стороны, он так болезненно выглядел, что хотелось кружиться вокруг него и делать все, что было в его силах, лишь бы тому стало полегче. Погрузившись в раздумья, Арсений сам не заметил, как сполоснул чашку Антона со стойки и достал из шкафчика ту же чашку, из которой он пил, когда ночевал здесь, и вздрогнул, когда Антон, встав рядом с ним, потянулся к верхней полке с чаем. — Ты температуру мерил? — нахмурился Арсений, чувствуя исходящий от него жар. И тут же забыв про все свои внутренние сомнения. — Утром только, но я потом ее сразу сбил. — Значит, надо еще раз, — терпеливо потребовал Арсений и положил руку ему на лоб. — Потому что мне кажется, ты горячий. — Сочту за комплимент, — хрипло пробормотал Антон, глядя на него. — Как хочешь, — согласился Арсений, но все же моментально отдернул руку, чувствуя, как вспыхнули щеки. К счастью, именно в этот момент щелкнул вскипевший чайник, и у него появился повод отвернуться. — Только температуру все равно проверь. — Ладно, — вздохнул Антон, но послушно принес из спальни градусник и сел с ним подмышкой на диван, даже не став спорить, после того как Арсений шикнул на его попытки помочь. Сам Арсений тем временем, под его устным руководством, достал из шкафа банку меда, взял из холодильника лимон и нарезал на дольки, нашел в шкафчике ложки и, разложив все на кроватный столик-поднос, донес все до дивана и поставил посередине. А после, как только сел, нетерпеливо спросил. — Ну, что там? — Тридцать восемь и четыре, — произнес Антон, достав градусник. — Плохо, — констатировал Арсений, поджав губы. — Может, тебе за лекарствами какими в аптеку сбегать? — Да у меня есть все, я купил уже. — А, точно, — вспомнил Арсений, бросая взгляд на лежавшие блистеры на столе. — Но тебе бы еще холодное полотенце на лоб положить. И ноги бы еще в тазик с водой опустить… — У меня нет тазика, — заметил Антон почти виновато. — Я почему-то так и думал, — хмыкнул Арсений и под пристальным взглядом снова почувствовал, как по телу прокатилась волна смущения, и засуетился. — Но хоть полотенце давай принесу. Оно реально помогает при температуре. — Ты прям как моя мама сейчас. У нее такие же методы лечения, — сипло рассмеялся Антон, растянув губы в мягкой улыбке. Арсений покачал головой и, так и не поняв, считать это комплиментом или нет, но продолжая испытывать желание оправдаться, пробормотал. — Ну, это рабочие средства потому что. Я когда болею, всегда себя ими поднимаю. — Да я знаю, — отозвался Антон и, к счастью, вернулся к изначальной теме. — В ванной в шкафчике должны быть вроде полотенца еще чистые, сейчас схожу. — Сиди, не трать силы, — отмахнулся Арсений, уже подскакивая с места. — Лучше вон найди, что смотреть будем. — А ты «Друзей» когда-нибудь смотрел? — спросил Антон, как только Арсений вернулся на место, отдав ему влажное полотенце, всю горсть лекарств и стакан воды. — Обижаешь. — Я уточняю, — пропыхтел Антон, укладывая полотенце на лоб, после чего снова скосил на него взгляд и с ухмылкой добавил. — Ты же просто, ну, совсем мелким по идее был, когда они выходили. — Ну и что? Это же, считай, классика, — пожал плечами Арсений и растянул губы в ответной ухмылке. — Но если надо, могу сделать вид, что никогда не смотрел. — Да ладно уж, не надо, — покачал головой Антон со смешком. — Наоборот, хорошо! Можно не бояться, что я что-то заспойлерю. — Я даже пару фанфиков по ним читал, так что меня не удивишь. В итоге они решили смотреть серии в рандомном порядке. Арсений встал и задернул шторы, пока Антон искал в закладках стриминга вкладку с сериалом. Комната погрузилась в уютный полумрак, освещаемый лишь мерцающим экраном телевизора. Нажав на проигрывание, Антон запил таблетку остатками чая и лег, подставив под ноги пуфик и укрывшись пледом. Арсений сидел, откинувшись на спинку дивана под вторым пледом. Серии шли одна за другой, они смотрели все вполглаза, негромко комментируя происходящее и обсуждая персонажей, их линии и повороты в сюжете на протяжении всех сезонов. Один раз, где-то через час-полтора, они прервались — Антон сбегал в ванную, чтобы закапать нос каплями, а потом, выйдя, заварил и себе, и Арсению еще по чашке чая. Температура у него спала, и он начал выглядеть немного живее, хотя голос его наоборот становился все сонливее, пусть он и упорно отказывался от предложений Арсения хоть немного поспать. — Да мне и так хорошо. Я давно так на расслабоне не болел, — негромко протянул Антон после очередного такого предложения, лениво повернул голову в сторону Арсения и мечтательно добавил. — Сейчас бы еще бульона куриного, как в детстве… И чтоб в нем половинка вареного яйца плавала. — Так закажи, — не видел проблемы Арсений. — Там не такие, я пробовал, — печально вздохнул Антон. — У самодельного другой вкус. Арсений мысленно закатил глаза, думая, что намекать он совершенно не умел. Но Антон продолжал смотреть в его сторону — такой растрепанный, уставший, с красным носом, но все равно какой-то обезоруживающе красивый и уютный. И, вместо того чтобы съязвить или хотя бы попытаться отшутиться, Арсений только покачал головой, заправил прядку волос за ухо и, прежде чем он успел передумать, выпалил. — Хочешь, сварю? — А ты умеешь? — выдохнул Антон, казалось, искренне этому удивленный. По крайней мере, тон голоса у него был такой, будто Арсений признался, что умеет летать. И, возможно, Арсений поторопился с выводами о наличии подтекста в его вздохах. — Умею, — кивнул он, не сдержав смущенной улыбки. — Там не то чтобы большие кулинарные таланты нужны. — А борщ умеешь? — В теории да, — признался Арсений. По крайней мере мама пыталась его учить, и они его вместе пару раз готовили. — Но это уже гораздо муторнее, и, боюсь, для того, чтобы я решился на такой подвиг, на мне как минимум должны замуж взять. — Справедливо, — хмыкнул Антон рассеянно, о чем-то задумавшись. На короткое время в комнате снова повисла тишина, прерываемая лишь сериалом на убавленной громкости, а потом Антон приподнялся и с легкой растерянностью в голосе спросил. — Но, подожди, ты в натуре можешь бульон сварить или шутишь просто? — Я внатуре могу сварить тебе бульон, — передразнил его интонацию Арсений и пожал плечами. — Было бы только из чего. — Я могу заказать? — Ну, закажи. Он правда не любил готовить, но, глядя на такого Антона, хотелось его как-то порадовать. И позаботиться о нем, раз никто из его окружения не додумался. Поэтому пока Антон под диктовку кидал в корзину нужные продукты, Арсений в своем телефоне тайком прогуглил точный рецепт, чтобы освежить знания и точно не налажать. Курьер все привез почти моментально, и они, поставив сериал на паузу, переместились на кухню. Каким-то чудом у Антона нашлась в шкафчике кастрюля подходящего размера, причем Антон, казалось, был искренне удивлен ее наличием. Хотя, с другой стороны, с того момента, как он сел наблюдать за процессом, с его лица не сходило любопытство. И как будто чуточку восхищения. Он, чуть ли не вытаращив глаза, наблюдал за тем, как Арсений сначала заливал курицу водой и ставил на огонь, потом как мыл овощи и резал их на крупные куски, задавал вопросы о том, что, как и для чего делался каждый шаг, внимательно слушал ответы и кивал так, будто реально пытался все запомнить. Вода в кастрюле тем временем начала потихоньку бурлить, по поверхности начала появляться пенка, и Арсений, как его учила мама, слил всю воду и заново залил холодной. А когда поставил все обратно на варочную панель, Антон вновь наклонился в его сторону и удивленно спросил. — И зачем ты все вылил? — Для красоты, чтобы бульон мутный не был. — Как же все сложно, — пробормотал Антон, сморщив нос. — Да вообще нет. Осталось только посолить, и можно на час про него забыть практически, — усмехнулся Арсений, закидывая все лук и морковь в кастрюлю. — Ну, может, проверить пару раз только. — И волшебной палочкой поводить с заклинанием. — Главное, найти потрепанный учебник с записанными исправлениями, — подхватил Арсений отсылку на «Гарри Поттера» и почувствовал тепло в груди, когда Антон в ответ прыснул от смеха так, что ему пришлось резко отворачиваться и прятать лицо за салфеткой. Арсений сделал вид, что не заметил, как тот вытирался, и, стараясь сдержать уголки губ, расплывающиеся в дурацкой улыбке, занял себя последними мелочами — закинул в кастрюлю соль и завел в телефоне таймер, чтобы не забыть, когда нужно будет его выключить. Но, заметив, который на часах был час, вздохнул, когда понял, что время летело слишком быстро, и всего через полтора часа ему нужно будет уже уходить. Он бы, конечно, и дольше остался, но они так давно искали вечер, в который все будут свободны, что он был абсолютно уверен, Сережа с Машей приедут за ним даже сюда и прибьют его, если он решит слиться в последний момент. После этого они посмотрели еще несколько серий. В конце каждой Арсений бегал к кастрюле и контролировал процесс, попутно поставил вариться яйца. Аромат в квартире распространялся до того аппетитный, что к середине процесса заурчали животы, и они перекусили молочными ломтиками, а потом, едва дождавшись, когда сварится курица, пошли снимать пробу бульона. Половника у Антона ожидаемо не оказалось, так что разливать его по тарелкам пришлось прямо из кастрюли, и с этой частью Арсений справился идеально, не пролив мимо ни одной капли. А вот когда Антон взял ложку в рот и простонал от удовольствия, Арсений непроизвольно вздрогнул, ложка в его руке дернулась, и все ее содержимое пролилось на его светло-голубой свитшот. — Блин, запачкался, — скривился Арсений, глядя на свою грудь, по которой расплывалось жирное пятно. — Снимай, давай, — прохрипел Антон, подорвавшись с места, и снова закашлялся. — Надо в стирку кинуть. — Да я так застираю. Сиди, ешь, — отмахнулся Арсений и, быстро стянув с себя свитер (спасибо, он решил надеть сегодня под него майку), намочил водой пятно в раковине, капнул моющее средство и начал активно тереть. Область поражения заметно увеличилась, темное, влажное пятно расползлось почти на полгруди, из-за чего понять, вывелось ли все загрязнение, было пока сложно, но надевать свитшот обратно на себя в таком виде совершенно не было желания. Арсений, глядя на все это безобразие, тяжело вздохнул. — Пойду как лох теперь мокрый весь. — Могу дать что-нибудь из своего, если хочешь, — тихо предложил Антон, встречаясь с ним на секунду взглядом. Арсений на секунду задумался, чувствуя, как воздух между ними будто стал плотнее и напряженнее. Идея согласиться переодеться для него была очень неоднозначной. С одной стороны, было неловко брать чужую одежду — уж слишком личным ему всегда казалось подобное. И из-за всех нюансов с запахами, и просто потому, что с его нестандартным для омеги ростом почти никогда не удавалось найти что-то подходящее для него по размеру среди друзей-омег. А может, это одно вытекало из другого, но как бы то ни было, он все равно по пальцам одной руки мог пересчитать всех людей, с которыми у него был такой опыт. И почти все эти случаи были с бывшими. Тем не менее, заехать домой, чтобы переодеться, он точно не успевал. А прогулки в мокрой одежде в начале марта грозили повторить участь хрипящего и хлюпающего носом Антона. Как бы он ни гордился своим иммунитетом. Так что плюсы в голове все-таки пересилили все прочие аргументы. — Если не сложно, — в итоге озвучил решение Арсений и, когда заметил на себе теплый взгляд, смущенно добавил. — До дома-то я бы и так доехал, но я сегодня в бар иду и нашу компанию не хочется своим видом позорить. Антон кивнул с таким видом, будто был даже немного доволен его согласием и совершенно не парился по поводу его оправданий. — Ну, сейчас тогда доедай, и подберем тебе что-нибудь подходящее. — Спасибо, — кивнул Арсений, списывая причину горящих щек исключительно на пар, все еще исходящий от тарелки. Иначе пришлось бы задумываться, почему еще и сердце начало стучать чуть быстрее обычного.