Одна кровать!

      Положение оказалось весьма затруднительным. Должны ли они снять одну комнату?       При мысли об этом, Шэнь Цинцю впадал в краску. Это было бы весьма неловко, он совершенно точно не сможет попросить об этом хозяина постоялого двора.       Они с Лю Цингэ действительно признались друг другу в чувствах, а теперь, вроде как, даже имели подобие отношений... После всего этого снимать две разные комнаты казалось странным       Конечно, он мог бы не думать об этом, эгоистично переложив ответственность на Лю Цингэ… вот только тот до сих пор краснел и терялся в чувствах каждый раз, когда Шэнь Цинцю брал его под руку при других людях. Что уж говорить про мгновения, когда на долгих нудных собраниях ему приходило в голову подразнить своего шиди... Как бы то ни было, Шэнь Цинцю действительно и предположить не мог, что снять комнату станет для него совсем нерешаемой проблемой.       Они были вместе уже несколько месяцев, но до сих пор дошли только до лёгких поцелуев. Лишь изредка, оставаясь наедине в бамбуковой хижине, Лю Цингэ позволял прильнуть к его плечу, с нежностью дотронуться до шелковых волос, а потом коснуться губами его губ...       В общем, Шэнь Цинцю уже не был так уверен в том, что им нужна только одна комната. Если его шиди смущают даже такие невинные действия, ложиться в одну постель слишком рано. В лучшем случае Лю Цингэ посчитает его бесстыдником, а в худшем… Об этом думать не хотелось.       Размышляя над всеми этими нюансами и предвкушая неловкий разговор, вместе с Лю Цингэ Шэнь Цинцю вошёл в постоялый двор. Переглянувшись со своим шиди и увидев абсолютную непоколебимость на его лице, он запаниковал ещё сильнее.       Лю Цингэ спокоен, потому что уверен в выборе Шэнь Цинцю. Но вот он сам все сильнее мечется в сомнениях! Теперь его одолел ещё больший страх ошибиться: вдруг он выберет не тот вариант, на который рассчитывал Лю Цингэ?       — Этот ничтожный просит прощения, но... — Хозяин двора перебил его панику. — У нас осталась всего одна комната, сегодня мы не можем расположить уважаемых господ.       Ох. Это весьма облегчало задачу. Конечно, они могли бы поискать другой постоялый двор, но время тянулось к ночи, а поблизости вряд ли нашелся бы вариант получше...       Шэнь Цинцю обернулся на Лю Цингэ, но тот все также остался спокоен. И хоть он выглядел слегка смущённо, Шэнь Цинцю по-прежнему не знал, на что именно его шиди рассчитывал.       — Не стоит, не стоит, — неловко развел руками Шэнь Цинцю. — Мы вполне можем обойтись одной комнатой.       Мгновенно почувствовав, как его щеки краснеют, он всеми силами старался сохранить невозмутимый вид. Краем глаза Шэнь Цинцю заметил, как выражение лица Лю Цингэ сменяется на такое удивление, на которое он только был способен. Черт. Кажется, он все же ошибся в выборе.       — Ты точно хочешь... остаться здесь? — Как только их взгляды пересеклись, Лю Цингэ отвернулся.       Что ж, кажется, теперь Шэнь Цинцю чувствовал себя ещё более неловко.       — Шиди, я подумал, что ты устал после битвы... — Попытался оправдаться Шэнь Цинцю. — Если ты против, мы все ещё можем найти другое место!       Лю Цингэ, в своей обычной манере, промолчал, и Шэнь Цинцю счёл это за согласие — скорее смирение — остаться.       Стоило учесть, место выглядело действительно не дурно. Помещение казалось довольно новым, от того и оживленным, а на окнах в ряд приветливо висели фонарики. За лестничным пролётом уже виднелся общий зал, как и ожидалось, переполненный гостями.       Конечно, все это Шэнь Цинцю успел рассмотреть исключительно для того, чтобы занять свой взгляд чем-то, кроме смущающегося Лю Цингэ. Даже когда их проводили до комнаты и вручили ключи, он чувствовал исключительную неловкость.       Выходит… Они действительно останутся в одной комнате? На целую ночь?!       На самом деле, их отношения развивались довольно неплохо, но был ли хоть кто-то из них готов провести ночь вместе? И пусть Шэнь Цинцю не отказался бы от возможности понаблюдать за тем, как его шиди сладко проснется завтрашним утром, за его заспанным лицом или спутавшимися за ночь волосами…       Но вот… Что им делать все остальное время?       — Кхм, шиди… я полагаю, мы можем…       — Все нормально, — то ли от стыда, то ли от возмущения, Лю Цингэ опустил глаза в пол. — Я попрошу постелить мне на полу.       — Нет-нет, тебе не стоит этого делать! — Если Шэнь Цинцю позволит ему жертвовать своим удобством, его непременно загрызет совесть. — Я думаю, что это нормально, если мы…       Прервавшись, он так и не сумел изложить до конца свою мысль. Шэнь Цинцю смутился и тут же разозлился на себя за эти нелепые чувства. Боже, они ведь два взрослых, в придачу влюбленных друг в друга, мужчины! Конечно, это нормально, если спустя несколько месяцев взаимных ухаживаний, они разделят одно спальное место на двоих. Лягут по разные стороны кровати, отвернутся друг от друга и просто заснут.       Дверь со скрипом приоткрылась, и наивные планы Шэнь Цинцю вновь с треском провалились. Глаза сразу напоролись на одну единственную небольшую койку, зачем-то втиснутую в угол комнаты. Вспоминая то, что мгновение назад он сам предложил Лю Цингэ разделить с ним постель… в нынешних обстоятельствах это приглашение играло совершенно другими красками.       По тому, как лицо Лю Цингэ покраснело, было видно, что он явно подумал о том же, что и Шэнь Цинцю. Повисло еще более неловкое молчание, и в этой нелепой обстановке они оба наконец вошли в комнату.       Поодаль от кровати, в другом конце помещения стояла ширма, за которой, судя по всему, располагалась бочка для купания. Шэнь Цинцю счёл бы это неплохим бонусом комнатушки, вот только осознание, что помыться со спокойной душой у него все равно не получится, разрушило даже его. После миссии все, о чем он мог мечтать, — это только выспаться и помыться, но делать это в одной комнате со своим шиди было бы до ужаса неловко для них обоих.       Проследив за потерянным взглядом Шэнь Цинцю, Лю Цингэ сразу понял, в чем дело:       — Я выйду. Спущусь в низ, заодно попрошу, чтобы тебе принесли воду. Брови Лю Цингэ слегка нахмурились, однако выглядел он скорее взволнованно.       — Этот шисюн благодарен шиди за, кхм, предусмотрительность, — прикрывая лицо веером, сказал Шэнь Цинцю. — Я полагаю, что не стану задерживаться, поэтому ты не обязан уходить надолго.       Лю Цингэ коротко кивнул и мигом скрылся за дверью, оставив Шэнь Цинцю наедине со своими мыслями и, конечно же, беззвучным криком в пустоту.       Как так вышло, что даже в этой ситуации он чувствовал себя обделенным?!       Конечно, мир ПГБД работал так, что троп одной кровати был просто неизбежен, а Шэнь Цинцю, к тому же главный злодей, которому самой судьбой начертано попадать в самые ужасные и нелепые ситуации, но разве мог Шэнь Юань быть в этом виноват?       Пусть он сам выбрал остаться здесь, сам предложил Лю Цингэ лечь с ним в одну постель, но мог ли он знать, какими последствиями это ему обернется?       Шэнь Цинцю действительно повезло, что Лю Цингэ был настолько обходительным партнёром. Его всегда поражала то, с какой внимательностью шиди относится к нему, вот только даже это не помогло преодолеть им барьер из вечного стеснения и краснения при каждом случайном прикосновении.       Пока Шэнь Цинцю размышлял над безвыходностью его ситуации, в комнату принесли горячей воды. Он не стал задерживать себя, и уж тем более Лю Цингэ, который сейчас вынужден бродить где-то за пределами их общей комнаты, поэтому сразу приступил к мытью своего бедного и усталого тела.       Но чем больше проходило времени, тем Шэнь Цинцю становилось беспокойнее: как ему стоит вести себя дальше? Когда он закончит, а в комнату вернется Лю Цингэ, нужно ли им хоть как-то обсудить положение?       Разумеется, это бы выглядело глупо. Но в противном случае удушающая неловкость между ними продолжит расти, настойчиво не покидая все дальнейшие совместные дни.       Чувствуя рядом с Лю Цингэ лишь комфорт, он был уверен, что в ответ доставляет ему множество неудобств.       Шэнь Цинцю был в ужасе, когда узнал, что не замечал его чувств несколько лет! Еще в большем смятении он оказался тогда, когда внезапно осознал, как долго не мог понять собственные.       После того, как они впервые заговорили об этом — не утонули в неловком молчании, а действительно обсудили свои чувства, — их отношения сильно переменились. Оглядываясь назад, Шэнь Цинцю понимал, насколько важно это было.       С тех пор он старался быть внимательным не только к своим, но и к чужим чувствам. По вечерам, распивая чай со своим новоявленным партнером, он действительно обдумывал их отношения.       Лю Цингэ был кроток и порой непонятен, но Шэнь Цинцю искренне старался найти к нему правильный подход. Узнавал о его интересах, пусть они и не были слишком многогранны, даже старался выбрать ответный подарок на веера, привезенные Лю Цингэ со всех уголков поднебесной. Расспрашивая его о прошлом, он готовился к тому, что однажды расскажет о своем. Однако, его шиди всегда довольствовался самым малым: из раза в раз он повторял, как счастлив просто находиться рядом с Шэнь Цинцю, а тот, в свою очередь, целовал его со всей нежностью, на которую был способен. Рассказывая о всяких мелочах, Шэнь Цинцю не рассчитывал на многословность Лю Цингэ. Ему хватало того, что шиди всегда слушает его с интересом. Он говорил о рутине и жаловался на дела на Цинцзин, а Лю Цингэ всегда предлагал свою помощь, от которой Шэнь Цинцю, конечно же, не мог отказываться.       Лю Цингэ часто пропадал неделями на миссиях, а Шэнь Цинцю, даже загруженный работой и возней с учениками, подолгу скучал. Он настолько привык видеть своего шиди рядом, что каждая разлука давалась сложнее предыдущей.       Даже сейчас Шэнь Цинцю хотел поскорее увидеться с ним, вся эта глупая ситуация не должна была нарушить прекрасный баланс в их отношениях.       Будто слыша его размышления, в дверь постучали.       — Шиди, подожди секунду! — Громко, чтобы его было слышно за дверью, ответил Шэнь Цинцю. — Я уже почти закончил.       Быстро вылезая из воды и наспех натянув нижние одежды, он поторопился открыть Лю Цингэ дверь.       — Шиди устал? Подожди, сейчас я оденусь и уйду, чтобы ты тоже, кхм, смог помыться. — Шэнь Цинцю не успел высушить волосы, поэтому капли воды стекали по лицу и мочили одежду.       — Не нужно. — Лю Цингэ все еще выглядел взволнованно. — Тебе лучше остаться здесь, снаружи холодно.       Что ж… Шэнь Цинцю, конечно, ценил его заботливость, но ему ведь тоже может быть неловко! Однако он уже разнежился в горячей воде, и выходить в шумный холл ему крайне не хотелось, а Лю Цингэ сам сказал, что так будет лучше… Шэнь Цинцю не мог отказаться.       Лю Цингэ переместился за ширму, а Шэнь Цинцю на кровать, которая очень удобно располагалась прямо напротив, так что, борясь со смущением, этот этап они таки преодолели.       Пусть ширма и оказалась довольно плотной, но звуки того, как Лю Цингэ погружается в воду, льет ее на свое тело, не могли не вызывать в Шэнь Цинцю бурю эмоций. Расчесывая свои волосы и слушая Лю Цингэ, он мог лишь задуматься о том, каким образом они оба смогут поместиться в этой до ужаса тесной кровати. Да, они были парой, но смотря на это небольшое пространство, Шэнь Цинцю не чувствовал уверенности в том, что они смогут расположиться с комфортом.       Звуки воды стихли, и Шэнь Цинцю услышал шорох одежды. В каком-то неясном ожидании сердце заколотилось в бешеном ритме. Стараясь сосредоточиться на чем-то другом, он нахмурил брови и стал расчесывать волосы более усердно, однако в этом не было никакого смысла, ведь уже через несколько мгновений из-за ширмы вышел Лю Цингэ.       Черт. Шэнь Цинцю точно не перенесет эту ночь.       В одних нижних одеждах, с мокрыми волосами и румяным лицом, Лю Цингэ заставил Шэнь Цинцю мгновенно забыть обо всем, о чем он думал. Что ж… это ведь нормально, заглядываться на мужчину, если он твой парень?       Даже соглашаясь на совместную комнату, он не думал, что увидит Лю Цингэ таким. И только осознав это, Шэнь Цинцю в мгновение покраснел: да он же сам сейчас сидел точно в таком же виде! На нем также были лишь нижние одежды, и все эти стеснительные взгляды Лю Цингэ заиграли новыми красками.       — Кхм, шиди… — потянувшись за веером, начал Шэнь Цинцю. — Ты собираешься ложиться?       Смущенно отведя взгляд, Лю Цингэ кивнул. Нижние одежды прилипли к его влажному после купания телу, и Шэнь Цинцю поперхнулся воздухом.       В попытках отвлечься от этого зрелища, он принялся расправлять одеяло, которое, к его разочарованию, также оказалось слишком маленьких размеров. Слыша лишь шумный стук своего сердца, Шэнь Цинцю старательно избегал взглядом стороны, где должен был стоять Лю Цингэ.       Ситуация набирала ужасающие обороты, и находиться во всей этой неловкости он больше не мог. Поэтому Шэнь Цинцю поступил как настоящий мужчина: избегая любых разговоров, просто лег в кровать. Развернувшись лицом к стене, он покомпактнее устроился на боку и закрыл глаза. Засыпать он даже не пытался — под бешеные удары собственного сердца это было бы весьма трудно, — но сделать вид должен был.       Пролежав так какое-то время, Шэнь Цинцю слышал, как Лю Цингэ складывает одежду где-то в другом конце комнаты, приоткрыв глаза, заметил, что тот уже потушил свечи.       Шэнь Цинцю сглотнул. В следующий миг кровать со скрипом прогнулась, и спиной он почувствовал чужое тепло.       — Все нормально? — Когда Лю Цингэ спросил, Шэнь Цинцю неожиданно понял, что тот лежит лицом к его спине.       — Да… я думаю, ох… да, — стараясь переместиться ближе к стене, еле выпалил Шэнь Цинцю.       Ожидаемо, места не хватало настолько, что он мог чувствовать, как близко к нему лежит Лю Цингэ. Он почти слышал его дыхание! Более того, стоило Шэнь Цинцю слегка подвинуть ногу, как он уже задел тело Лю Цингэ.       — Прости, я сейчас подвинусь. — Шэнь Цинцю постарался отодвинуться, но от этого все больше ворочался.       К тому же, Шэнь Цинцю почувствовал, как затекает его правая рука и попытался высвободить ее из-под себя. Внезапно, он обнаружил, что лежать спиной к Лю Цингэ еще более неловко, чем могло бы быть лицом к лицу. Шэнь Цинцю не мог не думать о том, что прямо за ним, почти вплотную к его телу, находится мужчина, к которому он испытывает совсем не дружеские чувства.       Не церемонясь, в конце концов он все же развернулся к Лю Цингэ. Оказалось, тот лежал даже ближе, чем он думал, и теперь носом Шэнь Цинцю почти касался его лица.       — Ох, прости, подожди секунду… — Шэнь Цинцю собирался перевернуться обратно, но Лю Цингэ схватил его за запястье.       — Хватит ворочаться.       — Да, прости, я сейчас…       — И извиняться.       Рука Лю Цингэ так и не отпустила его запястье, и Шэнь Цинцю почувствовал, как снова краснеет. Он не решался совершить еще какие-то действия, но руку подвинул ближе к Лю Цингэ. Наполовину высвободившись из хватки, пальцами Шэнь Цинцю дотронулся до его кисти, провел по тыльной стороне и обхватил в ответ. Лю Цингэ вздрогнул и глубоко вздохнул.       В таком положении у Шэнь Цинцю все также затекала рука, поэтому он переместил ее, все еще держащую Лю Цингэ за запястье, тому на талию. Они и так лежали чересчур близко, разве не мог он позволить себе чуть большего?       Лю Цингэ распахнул глаза. Ожидаемо, он не стал прогонять Шэнь Цинцю, но и его реакцию тому прочитать было сложно. Шэнь Цинцю все еще не знал, не слишком ли это для их отношений.       — Шэнь Цинцю, — тихо позвал Лю Цингэ, на что тот протяжно промычал. — могу я поцеловать тебя?       Сердце Шэнь Цинцю пропустило удар. Разве можно спрашивать о таком, лежа лицом к лицу в одной кровати?!       — Ты не должен спрашивать. — Шэнь Цинцю чувствовал, что любое его движение посеет сокрушительную неловкость. — Разве я когда-то был против?       Лю Цингэ опустил взгляд. Его рука поднялась к подбородку Шэнь Цинцю, провела по линии челюсти, пока не коснулась затылка. Поддавшись вперед, губы тут же соприкоснулись с губами Шэнь Цинцю, коротко и нежно.       Отстраниться далеко Лю Цингэ не позволяло пространство, поэтому Шэнь Цинцю тут же воспользовался моментом и сам накрыл его губы своими. Уже не так аккуратно, немного сбивчиво и рвано, пока рука сильнее обхватила Лю Цингэ за талию.       Они оказались ближе, и Шэнь Цинцю не удержался, чтобы не подогнуть ногу. Он почти чувствовал тепло чужого тела, вот только разделяла их не только нижняя одежда.       Только сейчас он заметил, что Лю Цингэ уступчиво оставил все одеяло ему. Шэнь Цинцю, разумеется, такая ситуация никак не устраивала, поэтому он протянул руку, чтобы набросить его на них обоих.       Лю Цингэ смутился и прекратил поцелуй. Странно, но теперь ситуация чувствовалась иначе.       — Все хорошо? — Говоря это, Шэнь Цинцю удивился, как непривычно звучит его голос.       — Да, просто… — Лю Цингэ вернул свою руку на его щеку. — Это необычно.       В следующий миг Лю Цингэ значительно приблизился: он притянул к себе Шэнь Цинцю, тут же уткнувшись лицом ему в шею. Рукой Лю Цингэ обнял его спину, положил ладонь на лопатки, и Шэнь Цинцю почувствовал дрожь в теле. Это было весьма неожиданно, но, должен был признать он, очень приятно.       Прикосновения Лю Цингэ всегда чувствовались особенно. Вот и сейчас чужое тепло заставило его прерывисто вздохнуть, желать ощутить его не только сквозь одежду.       Ладонь Шэнь Цинцю скользнула к лицу Лю Цингэ, поправила еще мокрые пряди и зарылась в волосы на затылке. Захотелось поцеловать его снова. Как когда он поцеловал Лю Цингэ в самый первый раз, смущенный и сбитый с толку.       Лю Цингэ всегда нравились его поцелуи, почти каждый раз он ждал инициативы Шэнь Цинцю. Даже когда, распаленные компанией друг друга, они оставались наедине, первым целовал всегда Шэнь Цинцю.       — Цингэ, — позвал он. — Я тоже хочу поцеловать тебя.       Лю Цингэ наконец оторвался от его шеи, и их лица снова оказались на одном уровне. Взгляды неловко пересеклись. Шэнь Цинцю не торопился, но с каждым мгновением ему все больше хотелось поцеловать Лю Цингэ.       Рукой он нежно накрыл его щеку, огладил лицо, задержавшись на маленькой родинке под глазом. Ее он хотел поцеловать тоже.       Взгляд Лю Цингэ стал последней каплей. Шэнь Цинцю не мог выносить, когда тот смотрел на него именно так. Решительно он накрыл губы Лю Цингэ своими, на этот раз более пылко.       Движения губ быстро стали беспорядочными, жаркими, как никогда раньше. Оторваться от поцелуев, выпустить его лицо из своих рук казалось невозможным. Шэнь Цинцю до безумия любил целовать Лю Цингэ, но сейчас почувствовал совершенно новое в своей яркости желание.       Шэнь Цинцю приподнялся, и их груди соприкоснулись. Он почти навалился на Лю Цингэ сверху, а тот сразу же заключил его в объятия. Вжимая в свое тело, притянул ближе.       Ладони Шэнь Цинцю оказались на плечах Лю Цингэ, а ноги переплелись с его ногами. Теснота заставила его желать коснуться горячей кожи, слышать тихие вдохи, какие издавал Лю Цингэ во время их поцелуев.       Рука Шэнь Цинцю скользнула к его ребрам, забралась под одежду и сжалась. Теперь, чувствуя, как грудь Лю Цингэ вздымается с каждым сбивчивым вдохом, он не удержался от того, чтобы не положить свою ладонь выше, не коснуться твердых мышц. Особенно протяжный вздох заставил Шэнь Цинцю поерзать прямо на Лю Цингэ.       Лю Цингэ вздрогнул, и хватка его объятий усилилась. Явно смущенный действиями Шэнь Цинцю, он прекратил их поцелуи.       — Слезь с меня, — резко прервался Лю Цингэ.       Шэнь Цинцю слегка опешил. Разгоряченный прикосновениями, он не сразу осознал сказанное.       — Ты сам меня не пускаешь. — Он демонстративно двинулся под обнимающими его руками Лю Цингэ, на что снова услышал протяжный вздох.       Внутренней стороной бедра Шэнь Цинцю почувствовал, в чем дело. В тот же миг к его щекам прилила кровь. Он попытался сдвинуться, но рука все еще лежала под одеждой на груди Лю Цингэ, поэтому только запутался.       Лю Цингэ же зашевелился под ним, приподнялся, а его нога, теперь лежащая между ног Шэнь Цинцю, согнулась в колене.       С губ Шэнь Цинцю сорвался неожиданный звук. Бедро уперлось в его пах, и даже в такой темноте он заметил, как сильно округлились глаза Лю Цингэ.       Жар волной разлился по всему телу, когда Шэнь Цинцю снова попытался подвинуться, но вместо этого проехался по чужому бедру. Дыхание сбилось, и, уткнувшись лицом в грудь Лю Цингэ, он окончательно сдался. Ему не хотелось останавливаться.       Плакать ему или смеяться, Шэнь Цинцю пока не решил, однако ещё пару месяцев назад он и представить себя в отношениях с мужчиной не мог, а сейчас даже... В общем, да.       Это было ему нужно. До безумия хотелось поцеловать Лю Цингэ снова. Его любимого Лю Цингэ, нежного и до абсурдного стеснительного.       Поддавшись желанию, Шэнь Цинцю двинул бедрами. По телу пробежались мурашки, а к груди прилило тепло. Руки ухватились за плечи Лю Цингэ, и Шэнь Цинцю подался вперед.       Стон сам вырвался из груди, когда он коснулся паха Лю Цингэ, всего на мгновение, но этого хватило, чтобы возбуждение прилило с новой силой. Сдерживая очередное движение, Шэнь Цинцю прикрыл глаза. Обжигая губы, его дыхание разгорячилось.       Следующее движение сделал Лю Цингэ. Подавшись бедрами, он слегка толкнулся в его тело. Теряясь в звуках, Шэнь Цинцю чувствовал дрожь каждый раз, когда над ухом слышались громкие вздохи.       Губы прикоснулись к груди Лю Цингэ через ткань, Шэнь Цинцю захотелось разорвать одежды и наконец почувствовать тепло, услышать быстрое биение его сердца еще громче. Хватаясь за плечи Лю Цингэ, он снова стал двигаться. Трение сквозь одежду усилилось, когда Лю Цингэ положил руки на его талию. Вжимая в себя Шэнь Цинцю еще сильнее, он издал особенно громкий стон.       Руки Лю Цингэ были сильными, загрубевшими от постоянных битв, совсем не в пример рукам Шэнь Цинцю. Но с ним эти руки всегда были особенно нежны, и даже сейчас их хватка была недостаточно сильна, чтобы он почувствовал что-то, кроме возбуждающей мягкости тонких, но мозолистых пальцев.       Шэнь Цинцю двинулся выше. Губы наконец смогли поцеловать Лю Цингэ, пока ноги обхватили его бедра, а промежность проехалась по члену.       На мгновение руки Лю Цингэ сжались, скользнули выше, забираясь под одежды Шэнь Цинцю к его лопаткам.       Ткань штанов натянулась, и трение стало почти болезненным. Шэнь Цинцю не мог остановиться, раз за разом продолжал двигаться на чужом теле. Держась за плечи Лю Цингэ, он чувствовал его жар, с каждым толчком удовольствие разливалось трепетом по всей коже.       Лю Цингэ отвечал: вопреки стеснению, двигался пылко.       Лишь изредка предаваясь фантазиям, Шэнь Цинцю представлял его именно таким. Немного грубым, но по прежнему осторожным. Тогда он хотел, чтобы Лю Цингэ показал свою силу прикосновениями, заставил тело плавиться под его ладонями.       И он это получил.       Не разжимая хватки, в мгновение Лю Цингэ изменил их положение. Теперь Шэнь Цинцю оказался под ним, зажатый руками и грудью.       Ноги обхватили талию Лю Цингэ, приблизили их тела ещё больше. Блуждая по чужому телу, хватаясь за крепкие мышцы, руки Шэнь Цинцю дрожали от неконтролируемого жара.       Ткань штанов увлажнилась, и он почувствовал неприятную липкость. Снова захотелось избавиться от разделяющей их нижней одежды, но прерваться хотя бы на мгновение казалось невозможным.       Уткнувшись лицом в его шею, Лю Цингэ оставил на ней несколько коротких поцелуев. Губы коснулись и плеч, пылко скользили по коже Шэнь Цинцю, пока движения внизу становились ритмичнее.       Сердце громко стучало в ушах, пульсировало в шее от неконтролируемого возбуждения. Собственным пахом Шэнь Цинцю ощущал очертания члена Лю Цингэ, и от одной мысли об этом его лицо пылало.       Он и подумать не мог, что Лю Цингэ в самом деле окажется таким пылким в постели.       Поддаваясь бедрами, с каждым толчком Шэнь Цинцю чувствовал, как горячий и возбуждённый член Лю Цингэ проезжался по мышцам его живота, возвращался и задевал его собственный член. Все ещё невыносимо мало.       — Сними. — Губы Лю Цингэ продолжали целовать плечи, поэтому Шэнь Цинцю требовательно потянул его за волосы. — Нам нужно снять одежду.       Руки Шэнь Цинцю опустились к пояснице Лю Цингэ. С трудом дотянувшись до его штанов, он понял, что не справится с завязками просто так.       К счастью, Лю Цингэ услышал его, и уже в следующее мгновение оторвался от Шэнь Цинцю. Быстрыми движениями он снял с себя верх, и Шэнь Цинцю сглотнул. Раньше ему уже доводилось видеть тело Лю Цингэ, но только сейчас было позволено смотреть на него с желанием.       Наблюдая за тем, как руки Лю Цингэ переместились на завязки штанов, методично развязывали ткань и наконец сняли ее с тела, Шэнь Цинцю почувствовал, как его член дернулся.       Теперь он мог видеть Лю Цингэ таким. Не только смотреть, но и касаться твердого тела с нежной кожей, гладить рельеф мышц и изгиб талии.       Пока Лю Цингэ выпутывался из штанов, Шэнь Цинцю решил расправиться с собственными. Однако, перемещая ладонь ниже, он не удержался с запустил ее под одежду, не стесняясь смотреть на Лю Цингэ, сжал себя и провел по члену.       Ноги напряглись, и он издал особенно громкий стон. Размазывая смазку, он ещё раз двинул руками по члену, после чего остановился и решил закончить с нижней одеждой. Хотелось, чтобы следующее прикосновение ему подарили руки Лю Цингэ.       Отброшенная на край кровати, одежда запуталась в ногах. Шэнь Цинцю ни раз жаловался на кучу слоев ткани этого мира, но сейчас это раздражало особенно сильно. Тем не менее, лежать раздетым под мужчиной было ещё непривычнее.       Лю Цингэ смотрел на него пристально, скользил взглядом по каждой части тела, пока Шэнь Цинцю не отвлек его поцелуем.       Прижиматься также тесно, как раньше, теперь стало неловко. Шэнь Цинцю больше не решался закинуть ноги на Лю Цингэ, но все ещё ждал его прикосновения. Подбираясь ближе, он сел почти вплотную, оглаживая чужое тело, медленно скользил руками по мышцам плеч.       Шэнь Цинцю целовал не только его губы: он спускался ниже к подбородку, возвращался, чтобы наконец коснуться родинки под глазом. Он чувствовал, как дрожит под ним тело Лю Цингэ. Распаленные близостью, они оба не могли больше ждать.       — Ты не против, если я ... — Смелости в движениях Лю Цингэ явно поубавилось.       Неуверенно прикоснувшись к бедру Шэнь Цинцю, он почти сразу отдёрнул руку. Взгляд Лю Цингэ ощутимо скользнул вниз и задержался на его члене. Раньше Шэнь Цинцю не думал, что на чужой член можно смотреть именно так, с каким-то несоизмеримым желанием и смущением, но теперь ясно осознал, что разделяет эти чувства.       — Был ли у тебя раньше... Подобный опыт? — спросил Шэнь Цинцю, догадываясь, что ответ его ждёт отрицательный.       — Что? Нет! Какое бесстыдство! — Подтвердил его ожидания Лю Цингэ.       — Даже с собой?       — Редко. Почти никогда.       Что ж... "Почти никогда" уже было лучше, чем просто "никогда". Не то, чтобы Шэнь Цинцю был важен опыт партнёра, он и сам не мог похвастаться чем-то подобным, так что и проблем на этой почве у них возникнуть не должно.       Ему льстила мысль, что до него Лю Цингэ встречал множество прекрасных мужчин и женщин, но интересовал его только сам Шэнь Цинцю. Учитывая, что в их паре опыта не было ни у кого, он бы с радостью вступил на этот путь и изучил все тонкости дела именно с таким обходительным и внимательным партнёром, как Лю Цингэ. Зная про особенности его пути совершенствования, Шэнь Цинцю был готов принять направляющую позицию.       — Ты не мог бы развернуться ко мне спиной? — Сказал Шэнь Цинцю и сразу увидел пораженного Лю Цингэ. — Я не буду делать ничего такого! Тебе всего лишь стоит сесть поближе ко мне!       Подначивая Лю Цингэ последовать его предложению, он сел к стене и опёрся на нее спиной. Долго не раздумывая, Лю Цингэ действительно придвинулся, ещё раз окинув тело Шэнь Цинцю взглядом, развернулся к нему спиной.       — Да, отлично. Так будет лучше. — Взглянув на спину Лю Цингэ, ему захотелось кричать.       Это было невыносимо красиво!       Широкие, но не слишком, плечи выглядели изящно, по лопатки сразу захотелось провести рукой, а ровные позвонки прокладывали тонкую линию до самых ягодиц. Перекинув его волосы через плечо, Шэнь Цинцю сразу коснулся шеи губами.       Лю Цингэ вздрогнул, когда он положил руку на его талию.       — Можно мне...       — Да. — Требуя прикосновений, Лю Цингэ подался назад.       Шэнь Цинцю почувствовал, как спина Лю Цингэ коснулась головки его члена, из-за чего из груди вырвался громкий вздох. Ему пришлось приложить много усилий, чтобы не потереться уже специально.       Вес чужого тела приятно давил на грудь, тепло опалило кожу. Наконец положив руку ближе, Шэнь Цинцю огладил внутреннюю сторону бедер Лю Цингэ. Чувствуя, как тот извивается под ним даже от такого прикосновения, он приблизился ближе к члену. Вздохи Лю Цингэ участились, стали протяжнее и громче, пока обхватывающая член рука Шэнь Цинцю не заставила его издать стон.       — Все хорошо? Мне продолжать? — волнуясь, что это все же чересчур для его партнера, Шэнь Цинцю остановился.       — Пожалуйста. — Лю Цингэ развернул голову через плечо, лицом отчаянно коснулся его шеи.       Отказать ему было невозможно.       Рука Шэнь Цинцю огладила член Лю Цингэ по всей длине, размазала смазку с головки. Медленные и ритмичные, движения заставляли сходить с ума не только Лю Цингэ, но и слышащего его тихие стоны Шэнь Цинцю.       Задержавшись на головке, Шэнь Цинцю погладил ее, снова размазывая выступающие капли, потёр о свою ладонь.       Руки Лю Цингэ, до этого сжимающие простыни, переместились на бедра Шэнь Цинцю. Со стоном он выгнулся всем телом, когда основание его члена сжали, погладили и снова вернулись к прежнему темпу.       Смазки становилось все больше, и от ее хлюпающих звуков член Шэнь Цинцю дернулся. Невыносимо хотелось прикоснуться к себе, двигаться в такт тому, как он прикасается к Лю Цингэ, но он не стал.       — Подожди, — хватка на бедрах Шэнь Цинцю усилилась. — Стой, тебе нужно подождать.       Последний раз проведя ладонью по чужому члену, Шэнь Цинцю остановился. Видя, как громко Лю Цингэ дышит, как изгибается его тело, сдерживая оргазм, он не мог сдержать порыв и не поцеловать его щеки.       Отвечая на поцелуи, Лю Цингэ развернулся лицом к нему. Несколько раз прикоснулся губами в ответ, отчаянно цепляясь за его тело. Между бровей Лю Цингэ пролегла наряженная морщинка. Он поджал ноги, почти сел на бедра Шэнь Цинцю.       Наблюдая за этим, сам Шэнь Цинцю подался вперед. Он не мог поверить, что ему позволено видеть Лю Цингэ таким. Дрожащая рука скользнула по его телу, огладила мышцы живота и спустилась ниже.       Шэнь Цинцю стиснул зубы, чтобы не закричать, когда Лю Цингэ коснулся его члена. Настолько возбуждённый, он был готов кончить в тот же миг, стоило только пару раз провести по нему ладонью.       Но Лю Цингэ сделал по-другому. Он двигался ещё медленнее, чем обращался с ним Шэнь Цинцю. Дарил лишь самые лёгкие прикосновения. Будто не решаясь задвигаться всерьез, касался его кончиками пальцев, изредка поглаживал ладонью. Они находились не в самом удобном положении, но он вернул свою руку на член Лю Цингэ. Оба были на грани, и с каждым движением Шэнь Цинцю чувствовал подступающий финал. Он не заметил, как прося о большем прикосновении, стал толкаться в чужую ладонь.       Оглушая своим стуком, сердце затрепетало сильнее. Перед тем, как его глаза закрылись, Шэнь Цинцю успел увидеть лицо Лю Цингэ, для которого финал наступил раньше. Это стало последней каплей, и он сразу же кончил.       Тело обмякло, и не рухнуть на кровать Шэнь Цинцю помог Лю Цингэ, так удобно удержав за грудь и обхватив руками его плечи.       Дыхание еще не успело вернуться в норму, когда они переместились в положение лежа. Шэнь Цинцю, точно также, как тогда, когда они начинали, находился сверху. Пальцами он лениво поглаживал грудь Лю Цингэ, лицом зарывался в его шею. По всему телу чувствовалась приятная сонная теплота.       — Шиди не против, если я засну прямо так? — Шэнь Цинцю демонстративно подтянулся повыше.       — Если уже решил, зачем спрашиваешь, — ладонь Лю Цингэ скользнула по спине Шэнь Цинцю.       Пробравшись под одеяло и задержавшись на его пояснице, горячие нежные руки оставались пылкими в своих прикосновениях.       — Лю шиди хочет попробовать еще? — Шэнь Цинцю невесомо дотронулся до его щеки. — Что же будет, когда мы вернемся?       — Я буду заглядывать к тебе чаще.