Точно (не) друзья.

Клаус не уверен, умеет ли Пятый мурлыкать. Но думает, что если продолжит поглаживать его по голове и почесывать за ушком, замурчит как котёнок. – Ты мой морской котик. Пять, приподнявшись, взглянул на Клауса. Такой взгляд, как у него, Клаус не видел даже у влюблённых людей. Глаза словно затуманены любовью и благодарностью. Веки прикрыты, зрачки столь крупные, будто Пятый собирается броситься на добычу, а радужка ярко-ярко зелёная. Именно такой взгляд Клаус называет влюбленный. Пятый для него котик, а взгляд как у верного щенка. Ему очень нравится такой Пятый, ласковый после секса. Пять обратно улёгся на грудь Клауса и положил его руку на затылок. – Продолжай гладить. И Клаус продолжил нежно поглаживать русала. Волосы уже отрасли почти до плеч, но Пятый не хочет их состригать. Клаус его поддерживает, сам зимой ходил с длинными, но ближе к марту вернул свою старую короткую прическу. Сейчас ему очень нравится играться с локонами Пятого. Накручивать их, перебирать и плести косички. – Слушай, а ты не хочешь домой? – спросил Клаус. Он решил поднять этот разговор только сейчас. Май в самом разгаре. На улице уже который день стоит +25°. Даже ночью, как например, сейчас плюсовая погода. К слову, сам Пятый первые месяца проживания у парня говорил, что как только потеплеет, он вернётся в озеро. – Я сейчас дома с тобой, – ответил Пятый, приоткрыв один глаз. – Пять, – его ладошка мягко погладила Пятого по щеке. – Я про озеро. Пятый поднялся и уселся напротив Клауса в позе лотоса. Брови приподнялись, а в зрачках мелькнуло беспокойство. – Я не уверен, что лед уже растаял. Клаус подтянулся на локтях выше на подушку. Для собственного удобства. – Хвостик, конечно, уже растаял. Мне кажется, даже я смогу искупаться. Пятый продолжил после мгновения тишины. – Мы могли бы съездить туда проверить. Весьма чудная картина открывается на озеро. Всё осталось как было, ничего не поменялось, но природа в этом месте столь же прекрасна. Любоваться ей можно в любое время года и суток. Озеро обрамляет массив цветущего леса. Стрекозы танцуют над поверхностью. Вода поблёскивает под лучами солнца, а взглянув, увидишь насколько чистая и свежая вода. От места, где Клаус оставил машину, парни шли пешком. За ручку, весело обсуждая планы на сегодняшний вечер. Тропинка, по которой они продвигаются, поросла травой. Как и всё вокруг. В последний раз они были тут, когда выпал первый снег. Он покрыл замёрзшие и засохшие листья, траву, голые ветки деревьев, кустарников и иголки сосен. А сейчас всё вновь расцвело. Парни подошли к самому берегу. До этого радостно болтающий Пятый притих. – Вот ты и дома, – сказал Клаус. – Да, дом, – печально поддержал его Пятый. – Эй, что-то не так? Клаус пошёл по берегу вслед за Пятым. Тот шёл, скользя и проваливаясь на песке. И глядел куда-то вдаль столь родного в прошлом озера. – Я, конечно, не знаю, как у вас происходят перевоплощения, но думал, ты сейчас прыгнешь в воду и всё само появится, – продолжал Клаус, догоняя парня. Пятый оглянулся на него с ухмылкой. Из-за неровностей и неустойчивости песка Клаус чуть ли не рухнул на русула. Пятый поддержал его, и Клаус в ответ отпустил руки на его плечи. – Клаус, если ты не забыл то, чтобы предать себе человеческий вид, я буквально сдирал с себя кожу собственными зубами и ногтями. Пятый сказал будничным тоном. Да, ведь это норма для него, но для Клауса весьма жестоко. – Оу, кажется, забыл, – Клаус замялся. – Тогда что нужно, чтобы вернуться назад? Пятый ласково проводит по рукам парня. – Надеюсь, не нужны человеческие жертвоприношения?! Клаус любит шутить, а Пятый любит смеяться с его глупостей. Как и сейчас, парни просто похихикали вместе. А после Пятый отпустил руки парня и, взглянув на него приглашающим взглядом, пошёл дальше. – Так что, Пять? Тебе понадобится моя помощь? – Чем дольше держится человеческий образ, тем болезненней будет переход в мою сущую форму, – ответил Пять. – Ты помнишь? В начале клыки стали меньше, когти мягче, а потом и жабры полностью исчезли. Клаус замер. Кажется, он всё понял или только понимание доходит до него. – Да, ты не дисне́евская русалочка, – задумчиво выдал он. Пятый усмехнулся, – Не особо знаком с ди́снеем, но да. Подойдя Клаус обнял русала со спины. – Может, тогда ещё поживёшь у меня? Он нежно коснулся губами челюсти, а потом и шеи Пятого. – Только ради тебя рискну потерять свой истинный облик, – ответил Пять, растягивая широкую улыбку. – Вот хитрец. Ну, если тебе будет так легче, то да. Сделаешь это для меня? Пятый развернулся к Клаусу лицом. Легко положив ладонь на щёку, он протянул его. – Всё, что угодно для тебя, – произнёс Пятый, опаляя горячим дыханием губы парня. Клаус сократил расстояние, прижимаясь к губам. Сомкнутыми губами они мягко касались друг друга. Пятый прижал к себе парня, схватившись за футболку на его спине. Руки запутались в длинных и коротких локонах. Клаус горячо провёл языком по губе русула, приглашая. Разомкнув губы, Пятый прижался, углубляя поцелуй. Он хочет поторопиться. Хочет получить Клауса всего и сразу. Клаус отдаляется, переходя горячими губами на его щеку. Несколько раз мягко целует и касается носиком. Поцелуй переходит в тёплые объятия. – Поехали домой, хвостик, – прошептал Клаус. Они вместе вернулись в машину. Вместе поехали в город. И вместе засыпали этой ночью. Позже Клаус думал, как бы он смог без Пятого. Без его нежного пёсика. Он бы вновь остался один, как и Пятый, на дне озера. Они бы вновь засыпали и просыпались одни. Но Клаус не одинок. Он среди людей, с которыми дружит и общается, а Пятый совершенно один в том озере. И в прошлом он бы не хотел, чтобы это одиночество разделял труп, а спустя время скелет подростка. Русал спас маленького Клауса из жалости и сострадания. Хоть сам Пятый не признаётся, но так и есть. Не смог спокойно наблюдать, как умирает человек. И Пять ни разу не пожалел, десятилетиями любя этого глупого и любопытного человечка.