Счастливого Судного Дня

«Цзи Сяомань действительно поступил мудро, выбрав это место», — подумал Жуань Сянь. Улица, на которой располагался магазин лапши, выглядела более хаотичной, чем Летняя улица. Над ними все еще были герметичные стены и здания, но по сравнению с полуразрушенной Летней улицей здания в этом районе вообще не были достроены. Треснувшие бетонные плиты падали на обочину улицы, а сломанные стальные прутья торчали острыми изломами, словно руины разбомбленного старого города или сухие и заплесневелые соты. Если Саммер-стрит в нижнем городе представляла собой старика, страдающего от серьезной болезни и умирающего, то этот район больше походил на сильно разложившийся труп. Цзи Сяомань прошел через лабиринт архитектурных сооружений и припарковал грузовик глубоко в укрепленных стальными джунглями. Она тщательно надела маскировочную сетку вокруг грузовика и прибила сигнализацию почти в каждом углу. «Мама, оставайся здесь. Никуда не уходи». Она наполовину опустилась на колени перед женщиной-андроидом, держа ее за руку обеими руками. «Я просто собираюсь поужинать. Это не займет больше получаса. Если что-нибудь случится, свяжитесь со мной напрямую». «Сяомань». Красивый андроид мягко улыбнулся и коснулся ее головы. Эта улыбка немного напоминала первоначальную маскировку Тан Ибу, яркую, но пустую, настолько стандартную, что было неудобно. Заперев двери машины, Цзи Сяомань нажимала на сигнализацию одну за другой, как будто у нее было обсессивно-компульсивное расстройство, а затем вывела группу из небольшой, заполненной пылью ямы. «В целях вашей безопасности, пожалуйста, не передвигайтесь после комендантского часа». Выбравшись из ужасных руин, голос города стал намного отчетливее. Меняющий высоту электронный звук проникает сквозь туман и сквозь толпу, повторяя свое послание снова и снова. «Защитники города имеют абсолютное право расправиться с перебежчиками. Те, кто дорожит своей жизнью, послушайте меня. Для вашей безопасности…» Ночью толпа все еще кипела, как будто эти резкие слова были всего лишь фоновым шумом. Цзи Сяомань припарковал грузовик очень близко к магазину лапши, когда они почти врезались в вывеску «Ли Цзи Лапшичный». Перед рестораном на корточках сидел худощавый старик и курил через противогаз трубку странной формы — он даже оставил в маске специальное отверстие для этой трубки. Старик извергал кольца дыма в ядовитый туман, и очки маски отражали немного света. Они не могли ясно видеть глаза старика, не говоря уже о поле зрения противника. Оформление ресторана Li Ji Noodle House было очень «ретро». С дальнейшим развитием технологий виртуальной реальности меньшему количеству компаний придется работать вместе в реальности. Люди начали работать удаленно, гнездясь в привычных для них местах. За исключением отдаленных районов со слаборазвитой экономикой, под влиянием чрезмерно развитого бизнеса по доставке дронами древняя форма магазинов постепенно исчезла — поскольку большую часть повседневных потребностей можно было удовлетворить, не выходя из дома, значительное количество людей не стали бы этого делать. даже выйти из дома, найти небольшой магазин и медленно съесть тарелку лапши. В густонаселенных центральных городах земля была дорогой. За исключением крупных брендов, которым нужно было поддерживать витрины в деловом районе, частные небольшие магазины становились редкостью. Насколько помнил Жуань Сянь, так было и в сфере общественного питания, не говоря уже о том, что несколько лет спустя технологии стали более продвинутыми. Жуань ь Сянь медленно выдохнул через знойный противогаз. Лапшница Ли Цзи перед ним больше походила на своего рода магазин, изображенный в произведениях того времени. В углу, поддерживаемом стальными решетками, горели неоновые огни. Вывеска из пластиковой ткани телесно-красного цвета была слегка выцветшей, а белый шрифт был предельно простым, без малейшего ощущения дизайна. Перед дверью висела жирная толстая занавеска, а меню было написано на доске флуоресцентным маркером и было случайным образом размещено у входной двери. Тан Ибу с интересом смотрел на все, что было перед ним. Железная бусина на его плече наклонила голову так же, как и он. Цзи Сяомань принес ему из угла пару очков с цветным фильтром. В тусклом свете эти золотистые глаза больше походили на обычные светло-карие. [Половина лапши с мясом, фрикадельки, нарезанные ножом, и вегетарианский суп с лапшой. Начинки дополнительные. Поддерживается бартерный обмен.] Описание на доске было перемешано с несколькими опечатками, но размер самих слов был примерно одинаковым. В магазине поставили воздушный фильтр, и ядовитого дыма не было, но был удушливый масляный дым. Столы, стулья и табуреты, казалось, были подобраны из разных руин, поскольку они ни капельки не совпадали друг с другом. Трудно было найти даже два похожих по стилю. Цзи Сяомань первым ворвался в магазин. Она прикрыла свои протезы перчатками и плохо сидящим пальто. Она подошла прямо к самому темному углу и затем устроилась поближе к нему. После того, как остальные трое сели, стройная фигура девушки была почти полностью закрыта. Никто из обслуживающего персонала не пришел их поприветствовать. Рядом со столом появился размытый световой экран, который из соображений качества постоянно мерцал, а разрешение было довольно плохим. В магазине играла громкая музыка, и услышать, что говорят за соседним столиком, было практически невозможно, если бы это были обычные люди. В ресторане было не так много людей. Большинство из них сбились в кучу, что-то бормоча, с торчащими из поясов различными пистолетами. Их явно не очень интересовали окружающие их люди. «Выбирай все, что хочешь». Цзи Сяомань заказала себе тарелку вегетарианского супа с лапшой и указала на световой экран. «Я привез достаточно деталей». «Я понимаю мясо, но что это за мясо — эта котлета?» Ю Лэ коснулся своего подбородка. «Всего понемногу. Ты не хочешь знать». Цзи Сяомань ответила тихим голосом, глядя на кусок грязи на столе. «Но это вкусно». — …Затем лапша с мясом. Бывший лидер пиратов стал осторожен. Увидев торжественное выражение лица Тан Ибу перед вопросом о судном дне, Жуань ь Сянь не мог не рассмеяться. Возможно, это те немногие моменты, когда Тан Ибу откладывает свой интерес к наблюдению за людьми и полностью сосредотачивает свое внимание на чем-то другом. Всего за несколько недель он, естественно, смеялся больше раз, чем за первые два десятилетия своей жизни, настолько, что его лицевые мышцы даже чувствовали себя немного некомфортно и окоченело. Осознав это, Жуань ь Сянь сузил улыбку и очень естественно похлопал Тан Ибу по спине, создавая иллюзию утешения большого животного. «Выберите тот, который вам больше всего не нравится». «Вегетарианский суп с лапшой.» Тан Ибу наморщил нос, и его голос звучал немного убитым горем. Тарелку вегетарианского супа с лапшой, приготовленную Цзи Сяоманом, подал на стол механический робот ростом с полчеловека. Лапша была серо-желтой, а суп немного мутным. Жуань Сянь узнал нарезанную капусту и грибы. Он покачал головой и проверил оставшиеся два предмета на световом экране. Лапша Ю Ле с мясом пришла одновременно с дополнительным заказом. Запах двух тарелок лапши не был таким уж плохим. Искусственное мясо квадратной формы было уложено поверх коричневой лапши, смешанной с небольшим количеством зеленого лука и нарезанным луком-шалотом. Владелец магазина, видимо, не собирался предоставлять палочки для еды, так как в лапше застряли две пары очищенных твердых веток. Фрикаделька, нарезанная ножом, казалась относительно нормальной, хотя Жуань Сянь учуял в ней запах как минимум четырех видов животных. «Ты не умрешь, съев это. Не волнуйся.» Цзи Сяомань хлебнула лапшу. «По крайней мере, палочки для еды… Ну, на них сейчас скидка. Этот магазин здесь открыт уже давно». Тан Ибу торжественно взял недоеденное мясо, разорвал его на мелкие кусочки и понемногу окунул немного в суп с лапшой янтарного цвета, словно совершая какую-то священную церемонию. Затем он взял палочки для еды и радостно отпил, как будто пробуя первоклассную еду. Похоже, он не привык к очкам на переносице. Тан Ибу обкурился горячим супом с лапшой, и его линзы запотели. В одной руке он держал палочку для еды, а в другой — железную бусину, пытаясь быстро стереть конденсат. Жуань Сянь снова захотелось рассмеяться. — Почему ты такой настойчивый? Он отодвинул в сторону миску с лапшой Тан Ибу и обнял железную бусину, которая почти спала у него на коленях, не собираясь есть. «Большое спасибо.» Тан Ибу был занят лапшой. Андроид надул щеки и невнятно поблагодарил, а затем постарался выразить свои сомнения одним словом. «……Хм?» «Еда.» Беспрепятственно прочитав мысли собеседника, Жуань ь Сянь небрежно снял луковую стружку изо рта Тан Ибу. Теплые кончики пальцев прошлись по его щекам, когда Тан Ибу моргнул. «В этом мире не существует двух одинаковых блюд». Андроид проглотил лапшу во рту, лизнул угол, который только что почистил Жуань ь Сянь, и наклонился к уху Жуань Сянь. «Даже если это сделано одним и тем же человеком или машиной, будут различия в материалах, окружающей среде или состоянии. Каждый кусочек еды уникален в мире. Разве это не здорово?» «Может быть, они по-своему неприятны». Жуань ь Сянь расслабленно постучал по столу кончиками пальцев. «…Но для подобных вещей не существует стандарта». Тан Ибу еще раз вздохнул, осторожно поставил перед собой две миски и сделал глоток из каждой. «Пока я не попробую это сам, я не могу сказать, неприятно ли это. Господин Жуан, вы когда-нибудь ели сосновую малину?» «Нет.» Жуань ь Сянь даже не слышал об этом. «Могу вам сказать: на вкус он мягкий и восковой, немного напоминает сочетание граната и персика, средней сладости, а мягкие семена в его мякоти можно есть. Я могу сказать вам его цвет, форму, размер, запах и даже перечислить питательные вещества в таблице, а подробности записать в книге». Тан Ибу поднял лапшу своими грубыми ветками. «Но вкус вы все равно не узнаете, потому что вы его не нюхали, не пробовали, поэтому можете только воображать». Жуань ь Сянь перестал стучать по столу. «Каждый может попробовать только ограниченное количество вещей за ограниченное время. Хорошо убедиться, что это не вредит твоему здоровью, но ты многое упустишь, если будешь грубо это отрицать». Тан Ибу откусил кусок мяса, подумал несколько секунд, отломил половину и зажал ее палочками для еды. «Я согласен с мисс Джи. Это очень вкусно. Хочешь попробовать?» — …Ты можешь это съесть. Голос Жуань ь Сяня стал ровным. «Кроме того, эмоции также могут влиять на суждения людей о вкусе еды». Тан Ибу неумело поправил очки. «Например, если бы вы дали мне эту миску, я бы нашел ее более вкусной». После этого он приподнял уголок рта и попытался изобразить несколько отрывистую улыбку. Жуань ь Сянь тихо выдохнул и отвернулся с некоторой неловкостью. Цзи Сяомань осторожно поставил миску. Дно ее миски издало тихий звук. Девушка усердно ела, тихо запихивая себе в желудок большую миску лапши, в то время как в тарелке Ю Лэ еще оставалась треть ее. «Шепот.» Ее металлические пальцы были обернуты перчатками, что придавало им странную форму. «…Я хочу поговорить о сделке». «Пожалуйста.» Жуань ь Сянь сразу же нашел для себя великую цель, чтобы отвлечь его внимание, даже если бы он мог догадаться, что хотел сказать Цзи Сяомань. «Я не хочу доводить ситуацию до крайностей». И действительно, поколебавшись несколько секунд, она выбрала для себя вступительное слово. «Изначально это была обычная транзакция. Вы получаете иглу доступа к разуму; Я починю твою машину. Теперь я также… хочу сохранить это в таком же объеме. Я имею в виду…» Она подняла глаза на Жуань ь Сяня, который молча ответил на ее взгляд, в то время как Тан Ибу приглушил звук, когда он ел лапшу. — Ну, я тебя совсем не знаю. Устранить Цянь Игэна? Неважно, получится ли у вас, но если потерпите неудачу, давайте не будем говорить о том, что делать с устройством в мозгу моей матери. Нам придется спрятаться, пытаясь зарабатывать на жизнь на глазах у Цянь Игэна, или полностью покинуть этот район». Цзи Сяомань откашлялась и немного увеличила громкость. Она нервно потерла край миски. «Подземный город большой. Цянь Игэн — всего лишь небольшая роль. Отказ от контактов здесь и поспешное переезд в незнакомое место ничем не отличается от самоубийства… Я бы ничего, но мама точно не выдержала бы. Как новичку, все, что вам нужно сделать, это уйти отсюда и найти кого-нибудь с хорошими навыками, чтобы отремонтировать вашу машину». Она снова начала кусать губы. «Разница в цене слишком велика, не так ли?» Ю Лэ изо всех сил пытался доесть лапшу и дважды кашлянул. «Пока вы остаетесь здесь, Цянь Игэн всегда будет заставлять вас создавать высококачественные имитации мозга. Вы знаете это.» В тоне Тан Ибу не было никакой тенденции. «Как я уже сказал, я нехороший человек. Если бы мне пришлось выбирать между матерью и этими кибернетическими мозгами, я бы выбрал мать». Цзи Сяомань слегка вздрогнул. На этот раз она никому не смотрела в глаза. «Я нахожусь на этом уровне. Я не могу быть благородным. Как бы я мог продержаться долго, если бы я был таким?» Жуань Сянь все еще не сказал ни слова. Он просто продолжал смотреть на нее. «Все знают, что страдают. Никому нет дела, понимаешь? Я даже не могу спасти себя». Цзи Сяомань глубоко вздохнула и наконец подняла голову. Казалось, она пыталась кого-то убедить, но не знала, кто это. «Либо сохраняйте исходное состояние, либо транзакции не будет. В любом случае, однажды мне придется помириться с Цянь Игэном. Хэ Ан на его стороне, а это значит, что Защитники города на его стороне. Надежды нет». Девушка схватилась за тяжелую ткань своих брюк, ее плечи слегка тряслись, как будто она находилась под сильным давлением. Она очень сильно сжала руки, и острые металлические кончики пальцев пронзили перчатки, прошли сквозь комбинезон и вонзились в бедра. Темно-красная кровь постепенно просочилась на темные штаны, и вокруг них появился слабый запах крови. Она была в страхе, и Жуань ь Сянь была знакома с этой эмоцией. Девушке перед ним было не больше двадцати лет, она обладала отличными навыками, умным умом и спокойным характером по сравнению со своими сверстниками. Если бы это был бой один на один, у Цянь Игэна не было бы шансов. Но это было не так. В ядовитом тумане была закинута тонкая сеть, и Цзи Сяомань была в лучшем случае крепкой рыбой, но в конце концов она могла лишь медленно задохнуться в сети. Когда человек сталкивался с неизвестным количеством враждебно настроенных людей, он всегда инстинктивно паниковал. В случае с презренным противником эта паника разрасталась бы до бесконечности. Она была еще слишком молода; это утомило бы ее и в конечном итоге раздавило бы ее. Жуань Сянь знал это очень хорошо, но он не хотел быть чьим-либо духовным наставником. Он знал, как тяжело оставаться наедине с устоявшейся сетью «порядка». Красивые слова не смогли решить проблему, а утешение ничего не изменило. Точно так же, как нельзя было сказать человеку с ножом в спине: «Не унывайте и живите активной жизнью, и это больше не будет болеть». «Я понимаю ваше беспокойство, но я недооценил степень вашей ненависти к Цянь Игэну», — аккуратно ответил он. «В таком случае, вы сами решаете». Цзи Сяомань посмотрел на него с удивлением, наполовину ожидая, наполовину разочарованный. «Если вы хотите, чтобы мы украли иглу и быстро ушли, тогда боритесь в течение десяти с половиной дней в одиночку, а затем слушайте Цянь Игэна, когда вы не сможете этого вынести. У меня нет мнения». Жуань ь Сянь погладил железную бусину в своих руках. «Нам не обязательно с вами сотрудничать». Тан Ибу только пожал плечами: «Когда ты это сделаешь? Господин Жуан, в любом случае ремонт машины займет некоторое время…» Цзи Сяомань перевела взгляд на Ю Ле. Казалось, она пыталась получить от собеседника что-то более понятное или более спокойное. Выражение лица Ю Лэ стало серьезным. Он скрестил руки на груди, и насмешка и равнодушие в его глазах исчезли без следа. — Возможно, вы что-то неправильно поняли, маленькая мисс. Ю Лэ не улыбнулся. «Мы не разозлили Цянь Игэна, поэтому можем заключить с тобой сделку. Это произошло потому, что мы хотим принять меры против него, поэтому мы хотим заключить с вами сделку. Разве ты не должен быть взрослым? Взрослые сами принимают решения». Он замолчал, поднял брови, и неортодоксальная аура вернулась. «Конечно, тебе полезно найти уютный уголок и подождать, чтобы посмотреть, куда дует ветер *». *(见风使舵) Метафора, обозначающая выяснение или понимание определенного положения дел, особенно перед тем, как предпринять какое-либо решительное или определенное действие. «Но у тебя нет причин…» Цзи Сяомань выглядел немного смущенным. «Я не думаю, что Цянь Игэн приятен для глаз», — ответил Ю Лэ. «Мне редко кто-то по-настоящему не нравится, но пока он мне не нравится, я не против рисковать своей жизнью, чтобы создавать проблемы другим». «Потому что это очень интересно». Тан Ибу ответил искренне. Девушка посмотрела на Жуань Сянь. Молодой человек напротив имел элегантную и красивую внешность и выглядел наименее агрессивно. «Может быть, другая сторона раскроет немного свою истинную мотивацию», — подумала она. В противном случае такой подход был равносилен самоубийству и даже абсурден — эти люди не собирались нести какое-либо знамя справедливости, а были ближе к другой группе злодеев. «Нужна ли мне причина?» Однако он дал такой ответ. Цзи Сяомань посмотрел в темные глаза собеседника. Выражение лица мужчины было спокойным, из-за чего она на мгновение задохнулась, прежде чем поняла, что это произошло из-за страха. Это было все равно, что увидеть неизвестную ядовитую змею или огромного паука с раздвинутыми ногами. Он был серьезен.