приятный подарок

Антон сидел на кровати и смотрел в одну точку. Ему пришла мысль, чтобы слегка порадовать своего возлюбленного, потому что настроение у Ромы было не из лучших, так как его подвели партнёры по бизнесу. Поднявшись, он подошёл к шкафу и начал рыть его в поисках одного пакета. Петров быстро отыскал его, он ухмыльнулся и распаковал его. В пакете находился целый набор сексуального костюма, а именно – короткая и красивая юбка со своими кружевами. Женские трусики нежно-персикового цвета, которые Антон бы и в жизни не надел, но он делает это ради своего любимого. Изюминка этого костюма – белый лиф с отверстиями на сосках. Ох, как же сойдет с ума Рома, когда Антон наденет это.. — Ох, как стыдно.. — и вот, Антон уже стоит у зеркала в этом костюме. Было стыдно, но они так долго этим не занимались, что у Петрова начался полноценный недотрах и желание. Белокурый в заключение немного поправляет свои волосы, взъерошивая их. Антон поплелся в комнату Ромы, с каждым шагом краснея и забывая как дышать. Сделав глубокий вдох, Петров входит в комнату, где Рома сейчас делал важный проект на своём компьютере. — Да, моя сладость? — Рома поворачивает свою голову и видит своего самого милого и невинного возлюбленного в таком развратном костюме. Он перестаёт думать, а Антон улыбается и только-только входит во вкус. — П-подожди, Тош... Приложив указательный палец к губам, мальчишка оттянул нижнюю часть губы вниз, попутно подходя к шесту, который стоял напротив кровати Ромы. Взявшись за него руками на нужном и удобном месте, младший слегка задрал ножку вверх, проводя по ней рукой, и слегка задирая и так без этого короткую юбку. Увидев в глазах любимого искорки возбуждения, Антон слегка вильнул задницей, становясь спиной к любимому, всё ещё держась за шест. Взявшись покрепче и поудобнее, Петров красиво и легко подпрыгнул, обвивая ножками шест, прокручиваясь вокруг, не сводя пристального взгляда со своего партнера. Рома удивился такому приятному подарку от Антона, на что он возбужденно прикусил губу, следя за своим парнем на шесте. Он возбуждался с каждой мучительной секундой, а беловолосый всё так же крутился на этом шесте, хитро смотря на своего парня. Ноги подкосились, а член Пятифана уже затвердел от одежды младшего и его возбуждающий "танец" на шесте. Рома очень хотел схватить его и трахнуть как последнюю сучку, но он продолжил смотреть, как Тоша крутился на этом шесте. — Малыш, ты чертовски возбуждающий. – произнёс Пятифан, прикусывая свою губу, и в то же время с большим удовольствием наблюдая за своим сексуальным малышом. Антон от таких слов ухмыльнулся, и продолжил крутиться на шесте, иногда виляя своей попкой. Но старшему уже надоело ждать. Он схватил младшего за талию, заставляя его пугнуться от неожиданности. Старший усадил его на колени, затем тихо, но прямо в ухо, шепнул ему: — Ну что-ж, малыш, ты меня возбудил, а теперь отрабатывай. – прошептал шатен, касаясь своей рукой внутренней части бедра белокурого. Антон смущённо посмотрел в пол. Он забыл как двигаться. «Чёрт, что же я наделал..» – это единственное, что крутилось в голове Петрова. Ну как он мог такое совершить? Он совсем забыл, что если возбудить своего возлюбленного, будет очень худо. Он громко сглотнул, с каждой секундой смущаясь и жалея о том, что он пошёл на такой отчаянный, но огромный шаг. — Куда же делась вся твоя храбрость? – передразнил Рома своего малыша, гладя его ножки. От нахлынувшего удовольствия и адреналина он откинул голову назад, полностью отдавая себя своему возлюбленному. — Хм-м, Тош, как думаешь, как ты можешь искупить свою вину? Антон знал ответ. Хоть и минет он делал впервые, но он хотел, чтобы его возлюбленный почувствовал себя хорошо. Усевшись на пол, он встал на колени перед Ромой. Антон расстегнул ширинку джинс Пятифанова и с полной любовью в глазах взглянул на член своего возлюбленного – блять, и это действительно сумасшедший размер... Он наконец взял в его в рот, немного помешкавшись. Антон движется плавно, работая языком и облизывая каждые венки горячего члена. Сосёт его словно приятный на вкус чупа-чупс, иногда образуя ниточки слюны, возбуждая Пятифана ещё больше. — Блядь, да, да-а, двигайся в таком же темпе, малыш мой. — Рома, наслаждающийся этим моментом, вальяжно растягивает слоги от нахлынувшего удовольствия. Пятифанов берёт того за голову и начинает его двигать, нежно гладя его белоснежные волосы. От рвотного рефлекса у Антона в глазах образуются небольшие капельки слёз, но он держится. Антон немного ускорил темп, вбирая в себя член Ромы почти до основания, и слушая его тихие вздохи, перемешанные со стонами. Слезы скопились в уголках глаз от неприятных ощущений в горле, но сделать приятно своему парню ему хотелось больше. Еще немного резких и грубых толчков, и Петров почувствовал вязкую жидкость, что заполняла его полость рта и даже немного выливалась на губы. Рома тяжело вздыхал где-то вверху, поглаживая тебя по голове. — Ты так намок, пока отсасывал мне? - с ухмылкой произнес парень, обращая внимание на его мокрый стояк. Антон покраснел, но затем Рома неожиданно поцеловал Петрова, повалив его на мягкую кровать. Язык Пятифана блуждал во рту Антона, исследуя все как в первый раз. Петров отвечал ему с той же страстью и любовью, отдаваясь каждому действию. — Ляг на живот и выпяти попку. — приказал Рома, закончив поцелуй. Не сказав ни слова, Антон лёг на живот и сексуально оттопырил свою попку, краснея ещё больше. В ответ Рома ухмыльнулся. Он быстро достал смазку со своей тумбочки и нанёс на два пальца. — Малыш, сейчас я тебя растяну, не забывай про стоны. — нежно прошептал Рома мальчишке на ухо, поднимая юбку вверх и отодвигая трусики в сторону, чтобы увидеть его анальное колечко. Медленно проникающий палец, касающийся внутренних стенок, заставил Антона вздрогнуть, но почувствовать легкое наслаждение. Продолжая двигать им, Рома добавил второй, ускоряя темп и растягивая уже почти готовую промежность. Бесцветная жидкость стекала по внутренним сторонам бедер и каплями приземлялась на простыню кровати. Это была очень сексуальная картина. — Раздвинь шире, — грубо приказал Пятифанов с томным дыханием. Юноша вынул пальцы и Антон сразу же послушался приказа. Ощущая твердый член между ног и головку, Петров не мог уже сдерживаться. Желание почувствовать себя заполненным внутри становилось больше с каждым прикосновением. Как только Рома приставил головку ко входу, Антон резко шевельнул бедрами, таким образом войдя во весь размер. — Блять, малыш, ты... — Ах.. Р-Ро-ом... Умоляю, трахни меня поскорей! — Антон плачет, желая получить большего. Пятифанов в ответ ухмыляется, и толкается в Петрова, заставляя его прогнуться. — Хороший мальчик. Рома ускоряется, вбиваясь в покрасневшую от сжимания Пятифанова попку, касаясь и ударяя про простате. Его малыш скулит, утыкается лицом в подушку, трётся членом о простыню, пытаясь прийти к разрядке. Рома грубо втрахивает, уже образуя горячую сперму, которая каждый раз хлюпает при движении Пятифанова. — Да, да, да-аа... Мм, ах, ах! — скулит Антон, уже насаживаясь на приятный и большой член Ромы. Он двигается, а его возлюбленный нежно целует его в шею, гладя по мягкой груди, всё так же вдалбливаясь и втрахиваясь в него. В лифчике Антона есть отверстия на соски, поэтому Рома начинает мягко поглаживать его твёрдые из-за возбуждения соски. Антон громко и сладко стонет, иногда сумасшедше произнеся имя Ромы, что сильно возбуждало его. — Рома, Р-рома, ах, мх! — для Пятифанова это был как бальзам для ушей, он мог слушать стоны своего любимого вечно. Рома хватает белоснежные волосы Антона, хватается за них и тянет, заставляя Петрова сексуально прогнуться в спине и оттопырить свою кровожадную попку, которая так жадно заглатывала толстый член Ромы. Шатен грубо втрахивает, иногда шлёпая белокурого по попке. Худые ножки начинают дрожать, а пальчики на ножках сжимаются. Пятифанов это замечает и крепко обнимает Тошу, целуя его в шею. Антон любит это. Любит, когда в процессе секса Рома с ним хоть и груб, но всё же остаётся таким нежным и милым с ним. Оба совсем близки к разрядке. Рома хватает Антона за локти и грубо, резко вдалбливает, не оставляя ни одного сантиметра члена не войденным в Антона. — Сука, Тоша.. — напоследок говорит Рома, прежде чем глубоко кончить в него. — А-ах! — Антон обильно кончает и падает уставшим на кровать, тяжело выдыхая. Рома делает это тоже, крепко-крепко сжимая своего возлюбленного. — Устал, мой любимый? — произнёс Антон, мило целуя шатена в щёку. — Да.. Приготовишь мне вечернюю карбонару? — Рома состроил щенячьи глазки, из-за чего Антону грех было отказать. Он кивнул, тепло улыбаясь. Но вдруг, Петров почувствовал внутри себя какую то вязкую жидкость. — Эй, Рома, ты что, вошёл без презервативов?! — Ох, эм-мм, вот так не задача... — нервно смеётся Рома, после чего в него вновь прилетает мощнейший подзатыльник. — За что?! — Ты дурак! Никакой вечерней карбонары ты у меня не получишь, понял?! Это так, за моральный ущерб. — Антон встаёт и плетётся в ванную комнату, вымывать остатки после Ромы. Пятифанов сценически хнычет, оставшись одним на грязной кровати. Теперь он знает, что в следующий раз нужно покупать презервативы...