Я вырву своё сердце

            Пламя раннего заката бушевало на небесах. Ветер слегка покачивал ветви деревьев, что мирно, словно рыцари стояли на охране наших душ. Кабинет озарился сияющей алой краской, внушая сердцу непередаваемые чувства, а глазам — наслаждение.       Я покинула кабинет заведующего и направилась по кроваво — бордовому коридору к лестнице, желая наконец покинуть эти стены и вернуться домой, чтобы наконец остаться в одиночестве. Странно, что мне хотелось уединиться, ведь наяву рядом не было ни души. Только птицы — величавые и свободные, парили над поверхностью земли не понимая о чувствах, рвущих сердце на куски.       Звук моих шагов стучащих по старенькому паркету эхом отражался от стен и возвращался ко мне. Еле слышное поскрипывание досок дополняло этот дует и придавало душе чувство одиночества. Я остановилась и посмотрела на свои всё ещё дрожащие руки. Губы судорожно заиграли. — Я люблю тебя, Эли… — слёзы навернулись на мои глаза, боль давила на моё женское сердце. — Как бы я хотела тебе это сказать вживую. Как бы я хотела…       Оторвав взгляд от лихорадочно трясущихся ладоней, я обратила внимание на зеркало, висящее на стене возле стендов. Мои слёзы всё лились ручьями из глаз, а зрачки расширились, рассматривая в тусклом свете отражение. — Позор…       Я подошла немного ближе и накрутила на палец локон фиолетовых волос. Мои зелёные глаза бегали, стараясь избежать изъянов, которые мне не нравились, но я прекрасно знала, что они есть. Я знала, что избежать их не удастся. — Амалия, надо идти… — прошептала я сама себе.       Я отвернулась от зеркала и сделала первый шаг, но в этот же момент застыла намертво: моему взгляду открылась она… Эли стояла у окна, сияя своим величием и красотой, заставляя моё сердце снова ускорятся. Я прижалась к стене, наблюдая из-за угла за ней, впиваясь ногтями в холодный бетон и прикусывая губы. — Элеонора. — незнакомый юношеский голос раздался из глубины коридора. — Ты… Ты прекрасна. Я… Я хотел сказать тебе…       В мою душу будто бы загнали тысячу игл, промоченных ядом. Этот дрожащий голос, полон волнения и страсти означал только одно: мою Эли хотят увести. — Тварь. — строгий, шипящий, полон ярости звук вырвался из моих уст. — Ты хочешь сказать… — голос Элеоноры светлым лучиком прорвался сквозь тишину коридора. — Да! Я влюблён в тебя! Стань моей девушкой, прошу! — парень выстрелил словами как из пистолета. — Я думаю о тебе каждый день и не могу найти себе места.       В этот момент между ними нависла неловкая тишина. Я видела, как моя прекрасная Эли прикрыла губки ладонью, явно поражаясь происходящему, в то время как я почти не дышала.       Пульс откликался в ушах плотным стуком, сердце болело в ожидании ответа, а ноги предательски подкашивались, угрожая мне упасть. — Прости… — раздался её голос. — Мне нужно немного времени. Я могу подумать? — Да… Да! Конечно! — его голос показался мне жизнерадостным и счастливым, однако меня это не радовало. — Сколько угодно. — Тогда… Мне нужно идти. Прости ещё раз.       В секунду он ответил ей что-то, но я не расслышала, впрочем, это было и не важно. Камень спал с души после её ответа и мне стало чуточку легче.       В этот момент я поймала взглядом его силуэт: среднего роста парень, даже, вероятно ниже меня, не стриженные волосы и обычная школьная форма. Он не выделялся абсолютно ничем, что давало бы ему право заговорить с моей Эли, поэтому ярость и ревность во мне закипели снова.       Он направлялся по коридору в мою сторону. Его лицо сияло красным цветом, волнением, смущением и небольшой долей счастья. Я быстро отошла от угла и тихими шагами удалилась от того места, где была только что. — Я не позволю тебе так улыбаться. — процедила я сквозь зубы и мигом спряталась в тёмном углу на лестничной клетке, где обычно стоят хозяйственные инструменты.       Эти чувства… Они будто были мне чужды. Распирающая изнутри ревность разрывала душу на куски и перерастала в злость. Кулаки сжались и судорожно желали задушить виновника волнения, но я была слишком слаба для этого.       Шаги приближались. Эхом раздавалось звучание какой-то весёлой мелодии. Я всё так же неподвижно стояла в волнении, разминая клочок юбки между пальцами. Он проходил мимо и не заметил бы меня, но что-то внутри заставило его окликнуть. — Эй… — это прозвучало от меня смущённо, будто бы я невинное создание, которое хотело попросить о помощи.       Парень остановился и повернулся ко мне. Он явно не сразу заметил источник звука, но затем произнёс: — Да… Привет. Что ты здесь делаешь?       Актриса внутри меня вдруг начала проявляться, в такой идеально подходящий момент. — Прости… — слова почти шепотом вырвались из моих уст. — Я шла по коридору… А там… А там ты.       На моём лице отобразилось правдоподобное расстройство, будто бы девушка перед ним вот вот начнёт рыдать. — Ты стоял с Элеонорой…       Бедняга находился в полной растерянности, хлопая глазами и не понимая ситуации происходящего. — Да… Стоял, но… — Она тебе нравится? — я перевела взгляд зелёных глаз на него, впиваясь в его сердце своим невинным видом.       Неловкое молчание нависло над нами. В данный момент настала такая тишина, что стук наших сердец можно было услышать и ощутить. — Я так и знала… — мой взгляд отвернулся от него, а слёзы наигранно навернулись на глаза. — Нет! Ну, всмысле… Ты не правильно поняла… — выпалил он. — А как же я должна понять?       Его дыхание участилось, а зрачки были широкими, словно пуговицы. Наверняка он сейчас выбирает между двумя прекрасными девушками, стараясь найти выгоду, и возомнил себя чуть ли не самым прекрасным на земле, однако, его ожидало совсем иное.       Я изобразила сильное волнение, начав массировать ладони и опустив смущённый взгляд вниз. — Ты мне нравишься… — с этими словами я сделала маленький шаг вперёд. — Я влюбилась в тебя ещё в начале года, но Эли… Видимо, она опередила меня.       Мой голос сделался настолько тоскливым, что мог довести до сочувствия и слёз самых чёрствых из людей. — Нет, подожди. На самом деле… Я… Ты мне нравишься, да. Но я… Боялся тебе сказать, вот… «Вот ты тварь… Купился. Сначала ты признаёшься в чувствах девушке, которая не даёт тебе ответ сразу, а потом поддаёшься на самый доступный вариант…»       Его слова и эти мысли окончательно выбили меня из колеи. Мне было жаль Эли, мою прекрасную и любимую Эли. Такой человек как тот, что стоит напротив, мог воспользоваться ею, разбить сердце и оставить мучаться долгое время, но я не позволю ему так поступить. Её душа и чувственное сердечко должны остаться невредимыми, под защитой моей любви. — Так выбери же меня… — томный женский голос, охмурявший мужские сердца лёгким ветерком вырвался из моих уст. — Да… — тихо произнёс он глядя прямо мне в глаза.       Сердца забились ещё быстрее. Дыхание перекрывалось, будто бы на груди лежал огромный камень. А ноги и руки дрожали от волнения.       Мы смотрели друг на друга не отрывая взгляда, и в момент наши губы соприкоснулись. По началу это было немного неловко, однако потом стеснительный поцелуй перерос в жаркий и страстный акт притворной любви. Он взял меня за талию и нежно прижал к прохладной стенке, всё ещё не отрываясь от моих губ. Мои руки крепко обвили его шею и прижимали к себе, а сердце всё так же вылетало из груди.       Спустя пару мгновений он наконец разорвал поцелуй и посмотрел на моё покрасневшее лицо и тихо произнёс: — Я… Я люблю тебя.       После этих слов его губы и горячее дыхание приятным потоком обвили мою шею, и стон непроизвольно вырвался наружу. Ноги подкосились, но крепкие юношеские руки не дали мне упасть, придерживая за талию с такой силой, что я могла полностью довериться и отдаться ему. — Амалия… — моё имя пикантной теплотой прозвучало между нами. — Да…       Нежным движением руки он забрался ко мне под юбку и прикоснулся мягкими пальцами к сокровенным местам, вырвав ещё один полон наслаждения стон. От полученного удовольствия я вовсе размякла и закатив глаза обрушилась ему в объятия, но мне нельзя было терять самообладание. — Ты… Ты… Допустил ошибку. — тяжёлое дыхание перебивало мою речь.       На момент он остановился, и взяв меня за подбородок тихо спросил: — Что я сделал не так? — Ты обидел мою Эли. — всё ещё томно отвечала я. — Но… Но, как? Я же выбрал тебя, а она… Она не дала ответа.       Не смотря на дикое желание, я всеми силами старалась подавить возбуждение, которое вызвал во мне этот парень, но получалось у меня это плохо. Однако, боль за Элеонору и страшная ревность всё ещё оставалась внутри меня, а глядя на то, как он хотел воспользоваться моим телом — ярость снова возросла, отражаясь агонией в моём сердце. — Ты поцеловал меня, не говоря уж о большем, хотя только несколько минут назад признавался ей в чувствах. — мой взгляд и голос стал немного строже, что немного его напугало. — Но мы же объяснились друг другу... — Нет! Объяснился ты белокурой девушке... А мы с тобой разгадали небольшую загадку.       Парень совсем опешил и ослабил хватку рук, которые были уже на бёдрах. — Какую же? — его голос начал дрожать, будто бы он сейчас расплачется. — Это вовсе неважно. Просто знай, что я люблю Эли и готова отдать ей своё сердце не раздумывая. Эту принцессу буду оберегать только я. Только мне суждено вкусить плоды её сладкой любви.       Глаза на его лице округлились, а руки отпустили меня. — Прости меня. — тихо прозвучал мой голос.       Я лёгким движением руки извлекла из волос спицу - заколку, и они размеренной гладью спустились на плечи, закрыв собою поясницу. — Я бы хотела на прощание, поцеловать тебя последний раз.       Он молчал. Вероятно, он не мог подобрать слов, чтобы ответить мне. Впрочем, это было и не нужно.       Я приблизилась к нему поближе, но уверенный недавно в себе человек, в смущении отвернулся от меня. — Эй... — мой голос в этот раз прозвучал мягко и любя. — Что?       Я замахнулась, и в момент когда он всё же повернулся, спица в моей руке почти целиком встряла ему в глаз. Раздался истошный крик, но я постаралась моментально закрыть ему рот своей рукой. Зубы искусали мою ладонь, утробный вой страдающего не стихал, а кровь плотным потоком лилась на пол. Сердце сжималось от воплей и мне становилось страшно, поэтому я вытянула застрявшую спицу и вонзила ему в целый глаз. Зверский крик закончился, сменившись хрипотцой. Ему уже не хватало воздуха, но периодически он начинал орать снова. В этот момент, я будто бы потеряла рассудок, и в целях заткнуть его —начала вонзать в него спицу снова и снова, пока он не испустил последний вздох в попытках тщетного бегства вслепую.       Кровь стекала по моим рукам, а я дрожа стояла и смотрела на бездыханный труп только что целовавшего меня парня. Я хотела прикоснуться к нему, но пришлось моментально развернуться... Меня вырвало. — Прости меня, но ты сам виноват.       Переступив тело, я ещё раз взглянула на искажённое от ужасной боли лицо, а затем бегством пустилась вдоль по коридору.