staff

Я не буду больше плакать, Обними меня ненароком Только капельки стекают — Это будет для тебя уроком Liza Sadrieva — The Way Of Kiss

      Сердце болезненно сжималось в груди, мешая делать полноценные вдохи, заставляя глотать воздух жадно, словно бы кто-то мог резко перекрыть кислород, лишая шанса на жизнь. Время медленно и тягуче тянулось, как будто издеваясь над девушкой. Почему, когда мы счастливы, оно летит так неумолимо быстро и так отвратительно замирает, когда ты пытаешься избавиться от гнетущего состояния и понять, как же поступить дальше и что предпринять для облегчения ситуации?       Ливий словно тень ходил по квартире, изредка подавая голос, чтобы предложить поесть или попить. Пусть Эва и молчала на все его попытки улучшить ее настроение, но была безмерно благодарна другу за то, что не оставил в одиночестве справляться со всем. Он только казался немного инфантильным и несерьезным, на деле же на парня можно было положиться, главное не забывать, что он тоже всего лишь человек.       Слова Амена все еще эхом звучат в ее голове, будто и не собираются дать свободу для разума. Неужели и правда можно быть настолько глупым и разглядеть в ее общении с другими мужчинами какие-то намеки на симпатию? Даже если она и нравилась кому-то из них, саму ее они не интересовали, разве этого недостаточно?       Благодарна Томпсон была и тому обстоятельству, что выходной сотрудников помог ей избежать неприятной ситуации при большем количестве зрителей.       Захотелось устало улыбнуться от осознания того, что аноним больше не потревожит ее, ведь их контакты с альбиносом будут максимально ограничены теперь. Более нет смысла пытаться найти сталкера, угрозы не будут выполнены, Уайт официально свободен и может сам выбирать, кому достанется. Не то чтобы Эва активно претендовала на него, но нахождение других девушек вблизи мужчины немного нервировало ее, особенно если вспомнить, что за слава ходила за ним еще недавно.       От того еще непонятнее ей была реакция на появление Рэймсса в окружении ассистентки, блондин никогда не казался ей лицемером, почему же так повел себя?       Как бы не напрягалась девушка, перестать думать не выходило. С такими мыслями сон ее был беспокойным и неприятным. Куча незнакомцев стояли вокруг нее и тыкали пальцами, злобно высмеивая. От этого стажерка часто просыпалась и пугала своими вскриками Ливия, что постоянно прибегал к ней, успокаивал и шептал что-то о том, что все пройдет и будет хорошо.       Утро не заставило себя долго ждать, да и с частыми пробуждениями в пять утра Эва сдалась, окончательно поднимаясь и отправляясь в душ с надеждой, что сможет хоть часть своей усталости смыть теплой водой. В зеркало на нее смотрела вымотанная девушка с темными кругами и мешками под глазами, на руке виднелись темные следы похожие на очертания пальцев. Может и к лучшему, что все у них закончилось, если мужчина не может контролировать себя настолько, что может оставить ей увечье?       Одно было ясно точно, у Амена много демонов и страхов внутри, возможно, даже больше, чем у нее самой. И уж точно не она должна спасать его.       Выйдя из ванной, девушка четко задает себе позицию не обращать внимание на модель, просто делать свою работу и не пересекаться без лишней надобности. Не стоит теребить свою ноющую и без того рану, да и испытывать удачу тоже не хочется. Рэймсса, к слову, она тоже решила избегать, предпочитая общество единственного оставшегося друга в лице Ливия. Сталкер увидит это и оставит ее в покое, а она в комфорте доработает испытательный срок и станет полноценным работником лейбла.       Не ожидает девушка, что друг ее окажется рядом сейчас, заставляя обернуться к нему и посмотреть в глаза. Не понимает сначала причины его тревоги и даже злости? Пока, конечно же, не замечает, куда же обращен взгляд парня и это не ее лицо вовсе.       — Это он сделал? — хмурится, касаясь расцветающих понемногу синяков на смуглой мягкой коже. — Эва, скажи, что это было впервые, иначе я за себя не ручаюсь. Да даже если и впервые, мне плевать, я готов набить ему его идеальное лицо, пусть уволят, если захотят, он не имел права!       Терять единственную поддержку в фирме не хотелось, поэтому стажерка заставляет парня посмотреть выше, встретиться с ее мягкой улыбкой и недоумевать, почему же та так спокойна и будто бы не хочет никаких действий со стороны своего друга.       — Ливий, успокойся, пожалуйста, это лишь недоразумение и такого больше не повторится. — на удивление голос ее тверд и мягок, хотя изнутри ее словно разрывало на части, сама себе поражается, откуда столько сил в ней вдруг? — Давай просто забудем обо всем, ты же знаешь, все кончено.       И пусть парень не выглядел так, будто полностью и безоговорочно верил ей, но хотелось надеяться, что без ее просьб и желания тот не станет что-либо делать. Не хотелось разочароваться в еще одном дорогом сердцу человеке, что стал близок в столь короткий срок. Оставив подругу одну, световик уходит в сторону кухни, из которой приятно пахнет свежим кофе. Взбодриться и правда сейчас вовсе не помешает, впереди долгая трудовая неделя.       Возвращаться к вопросу о поступках мужчины они не стали, время позволяло добраться до офиса на общественном транспорте, максимально прокрутить манеру поведения, с теперь уже, чужим человеком, морально подготовиться к лицезрению его лица в ближайшие несколько часов. В этот раз холл был забит людьми, что сновали в разные стороны, сбивая всех неосторожных зазевавшихся работников на своем пути. Это уже стало таким привычным делом, что можно было, не глядя по сторонам, уворачиваться от каждого тычка по пути к лифту.       Дверь такой ненавистной сейчас студии уже была в нескольких метрах от нее, когда девушку окликнул незнакомый мужской голос. Ливий не заметил его по какой-то причине, но сейчас это было маловажно, хотелось зацепиться хоть за что-то, что поможет оттянуть момент встречи с блондином. А звал ее мужчина с длинными волосами, что чем-то напоминал ей породу кошек сфинкса, подведенные светло-карие глаза словно отливали золотом, пугая и завораживая одновременно. Взгляд у него был какой-то хищный, но при этом спокойный, словно бы он знает, что жертва из его цепких рук никуда не денется.       — Доброе утро, мисс Томпсон, меня зовут Реммао, и я очень много слышал о вас от своего подопечного, — мягко жмет ее руку, давая почувствовать теплую чуть шершавую кожу ладони. — Теперь, когда я вижу вас воочию, могу сказать, что он не ошибся, когда сказал, что роль ассистентки вам совсем не подходит, — улыбаясь, мужчина отводит Эву чуть в сторону, как бы скрывая собой собеседницу от любопытных глаз. — Я хотел бы предложить вам участие в съемке и, если она возымеет успех, то я бы порекомендовал руководству дать вам стажировку в качестве модели.       — Но… — все возможные возражения прерываются поднятой рукой нового знакомого, чья кисть выглядит достаточно изящно для простого мужчины. Хотя Эва уже не очень разбирается, кто здесь есть кто, может он тоже своего рода модель, которая рекламирует часы, например.       — Не переживайте мисс Томпсон, с вашим руководителем я договорюсь и это оплачивается, конечно же, — чуть хмурит свои густые, но при этом аккуратно уложенные брови, задумываясь о чем-то. — Скажем, тысяча долларов за сессию, вам, наверняка, не так много платят, как ассистентке, а это будет неплохим разовым заработком, если вдруг вы решите, что роль модели не для вас.       И вот тут Реммао был прав, платят ей пока не так уж много, а возможность заработать чуть больше денег была бы очень кстати, ведь ссоры и распри будут всегда, как и желание хорошо покушать. Прикинув все возможные риски в голове, которые только могли сейчас вспомниться, девушка кивнула больше сама себе, нежели собеседнику, молчаливо соглашаясь на предложенную авантюру.       — Вот и замечательно, всю информацию вы получите в ближайшее время, только напишите мне на почту. — тонкие пальцы протягивают визитку, которая оказывается в ее руке через мгновение. — Вам обязательно понравится, вы с Рэймссом будете отлично смотреться в кадре.       Мужчина улыбается, а сердце девушки на миг замедляет свой бег, когда она понимает, с кем будет работать и что теперь у нее нет дороги назад. А впрочем, разве это так важно? Амен уже сделал свои выводы насчет нее, что она теряет? Больше абсолютно ничего. Свободная девушка свободно распоряжается своим временем и потенциалом, который разглядел один из продюсеров. А если ей понравится, то она сможет перестать быть девочкой на побегушках и не будет более унижаться перед высокомерными манекенщиками.       На доли секунд даже представила, как Уайт кусает локти после того, как увидит ее снимки, понимает, что потерял такую прекрасную девушку и приходит молить о прощении. Одернув себя от немного больных фантазий, стажерка улыбается, понимая, что в любом случае сделает альбиносу достаточно больно, чтобы тот прочувствовал, каково это, когда кто-то дорогой вытирает об тебя ноги. Возможно, это с самого начала была какая-то игра и она просто наивно верила, что у нее могут быть отношения с кем-то, вроде него, но Эва все еще считала, что не заслужила такого отношения к себе, как бы там ни было.       — Вот ты где, Эва! — друг разворачивает ее к себе лицом, замечая немного странную улыбку. — Ты чего тут стоишь и что такого случилось, что ты так зловеще чему-то скалишься? Неужели этот шкаф приходил прощения просить?       Девушка мотает головой, усмехаясь и замечая, как из лифта выходит тот, о ком они только что говорили. В их сторону Амен не смотрит, игнорирует максимально, но по рукам его, сжимающим сумку и толстовку, видно, как напрягается тот, периферийное зрение все же тот отключить никак не может. Приятно наблюдать, как сложно не только ассистентке, что модель совершенно не спокоен в происходящем, хоть именно он и отказался от будущего с девушкой.       Фотосессия проходит вся в каком-то напряжении, Эрик скачет вокруг блондина с камерой, желая найти тот самый ракурс, в то время, когда сам мужчина делает все будто механически, головой находясь в этот момент далеко от своего рабочего места. Эва замечает его несобранность, но не придает этому большого значения, мечась внутри себя между решением писать ей Реммао или нет.       С одной стороны это возможность для нее, а с другой мысли о том, что амплуа холодной расчетливой модели ей совсем не подходит. Да и не считала она себя особой красавицей, не обладала какой-то притягательной харизмой, которая могла бы вовлечь любого даже в незначительную беседу с ней. То ли дело Ливий, он заражал своим настроением, с ним всегда хотелось веселиться и быть немного безбашенной, останавливало только то, что голос разума все же должен оставаться в их компании хоть у кого-то.       Когда прозвенел звонок, знаменующий о перерыве на обед, девушка словно вынырнула откуда-то из глубины, утаскивая за собой друга, чтобы выйти из помещения одними из первых и не пересечься с тем, кого теперь стоит избегать.       Аноним не писал, что было вполне понятно и логично, пересечений с его кумиром больше не было, а значит Томпсон может расслабиться и перестать следить за каждым своим словом и действием.       Оказавшись уже в столовой, стажерка набирает еду не глядя, от чего на ее подносе в итоге образуется странное сочетание из рыбных котлет с рисом, клубничного йогурта и апельсина, а в завершении этой странной композиции стоит томатный сок, который она к слову терпеть не может. Времени на возвращение ненужных ей блюд уже нет, и они занимают угловой столик, где девушка надеется обойтись без лишних ушей.       — А теперь, когда мы сели и я, наконец, могу немного передохнуть от твоей гиперактивности, объясни мне, пожалуйста, куда ты так торопилась и не хочешь ли ты сделать тест на беременность. — отправляя в рот ложечку картофельного пюре, Ливий ждет объяснений, но продолжает, увидев замешательство в глазах подруги. — Ну просто твой набор продуктов крайне специфический, да и ведешь ты себя странно, вы же с ним не…       — Нет, конечно! — возглас оказывается громче, чем Эве хотелось бы, поэтому она цокает языком и продолжает уже тише. — Да даже если бы и да, ты же не думаешь, что я не знаю, что такое контрацепция?       Моррис прыскает в кулак от смеха, уворачиваясь параллельно от маленьких ручек девушки, желая избежать шуточных тумаков за его сарказм. Хоть обеденный набор и выглядел действительно странно, парень понимал, что Эвтида не так глупа и не стала бы перечеркивать свое будущее ребенком от человека, с которым у нее нет будущего. По крайней мере, пока они работают в этой компании, девушка рискует больше мужчины.       — А теперь выбрось из головы все эти твои шуточки и послушай меня внимательно. — то, как быстро ассистентка вновь стала серьезной, ее оглядывания через плечо, будто бы кто-то мог их подслушивать, заставили парня наклониться чуть ближе, в ожидании чего-то явно необычного. — Реммао предложил мне поучаствовать в съемке с Рэймссом в качестве модели.       То, как челюсть ее друга отвисла вниз, было достаточно забавно и было крайне трудно сдержаться от смеха над другом, но Эва очень постаралась. Все же ей нужен был совет, а не обида от Ливия.       — Так это же здорово, подруга! — глаза его загорелись, когда он представил девушку по ту сторону их команды. — Пусть я тебе этого и не говорил, но я сразу подумал, что тебе стоило бы быть моделью, а не простой ассистенткой.       — Ливий, да какая из меня модель? Ты посмотри, ни кожи, ни рожи, как говорится. — опустив голову, Эва вяло ковыряла вилкой свой рис, покусывая нижнюю губу. — К тому же как я буду сниматься с этим парнем? Мне и вчера то было очень некомфортно, я словно была не в своей тарелке. Чувствую я, что не так что-то с этим человеком…       Ее поднос уезжает куда-то в сторону, как и поднос Ливия, а руки парня обхватывают ее кисти, заставляя посмотреть на него. Мягкая улыбка на губах, поглаживающие движения по костяшкам и какое-то теплое сияние, исходящее от парня, вызывали спокойствие даже помимо ее воли.       — Эва, послушай меня внимательно. — делает небольшую паузу, чтобы убедиться в том, что все внимание и правда обращено только на него. — Ты очень красивая девушка, я увидел это сразу и считаю, что твой потенциал гораздо больше, чем быть простой ассистенткой. Это твой шанс стать кем-то большим, стать значимой. А если тебе не понравится, то мы больше никогда не вернемся к этой теме и продолжим жить так, будто ничего и не было. — отведя взгляд чуть в сторону, парень не перестает улыбаться. — А насчет Рэймсса не беспокойся, я поговорю с ним, чтобы был менее игривым и дал тебе спокойно работать.       Глядя на Ливия хотелось верить, что все и правда будет хорошо, что все задуманное выйдет так, как хочется Эве. Да и в конце концов, ее же и правда никто не заставляет продолжать, если это окажется для нее чем-то неподходящим. За один раз она точно не превратится в тех, кто неприятен ей, хамил и шпынял ее в эти пару недель. Ведь так же?       — Ладно, я напишу сегодня после работы этому Реммао, чтобы он выслал мне нужную информацию. — улыбается наконец парню в ответ, получая одобрительный кивок.       — Вот и славно, — хлопает в ладоши негромко и придвигает свой поднос обратно. — Мы сделаем из тебя звезду, подруга, вот увидишь!       Тихий смех вырывается из груди девушки, она чувствует даже какое-то небольшое облегчение, словно бы ей нужна эта встряска прежде всего ради себя самой, чтобы выбраться из этой пучины одинаковых скучных дней. Взяв апельсин с подноса, стажерка начинает его чистить, продолжая уже довольно обычный диалог о планах на вечер, и даже не догадывается о том, что их разговор не остался без слушателей.       Амен хмурит белесые брови, сжимая свой поднос в руках. Есть уже совершенно не хочется, особенно от представленных им картин, где Рэймсс прижимает к себе девушку, играя на камеру страсть и притяжение пары. Кажется, еще немного и он просто сломает поднос пополам, роняя всю еду на пол. Хотелось бы сейчас сжимать шею одного бесящего его парня, что пытается запустить свои щупальца в жизнь той единственной, что важна ему, что бы он не говорил ей или другим.       За предыдущий вечер и ночь он смог осознать, что сотворил большую глупость, но хотел дать ей время немного остыть, успокоиться, а после все объяснить и исправить. Вот только теперь у него нет этого времени, ведь его соперник предпринял более решительные действия, создав возможность контактировать с девушкой на законных основаниях. Уайт же никогда не хотел втягивать ее в эту сферу жизни, зная, чем это чревато и как ломается жизнь у многих тех, кто не готов ко всем предстоящим трудностям.       Аппетита больше не было, зато было желание найти способ отговорить Эву от того действия, на которое ее подталкивает даже друг. Да и какой же Ливий друг, если не хочет предупредить ту о возможных последствиях?       Поднос возвращается на раздачу, а в телефоне набирается уже знакомый номер Тизиана, совет которого так сейчас необходим. На крайний случай он прекрасно помнит о том, что девушка его друга является подругой Эвтиды, а значит можно будет обратиться за помощью к ней.       Ревность пожирала его, но блондин пытался усмирить ее, дабы не навредить возлюбленной еще больше, чем он сделал это вчера. Быть может, ему придется заново завоевывать ее доверие, но сдаваться тот не собирается. Не тогда, когда он почувствовал, какой бывает искренность, как нежна может быть ласка и как дорог может быть кто-то, кого ты еще недавно совсем не знал.       Неужели, это и есть та самая любовь?