У него его улыбка и её глаза

Небо заслонило чёрными тучами. Некогда шумный лес стал тихим, будто каждое живое существо в нём готовилось к грозе, лишь ветер продолжал усиливаться, сгиная верхушки деревьев. В последний раз посмотрев наружу из небольшого окошка мужчина перевёл взгляд на девочку, которая теперь удобно расположилась на импровизированном футоне из куртки Джирайи и спокойно спала уже около 20 минут. Шиноби провёл рукой по лицу, сжав переносицу. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы успокоить ребёнка. Возможно, это была одна из самых сложных задач, которые ему приходилось выполнять... и опасных. Когда он взял ранее девочку на руки он и не подозревал, что у ребёнка достаточно сил, чтобы задушить его, просто обняв за шею... Если бы не появление Гамы, который почувствовал изменения в его чакре, в мире стало бы на одного шиноби меньше, так как отвлёкшись на жабу ребёнок наконец ослабил свою хватку. Его друг и верный соратник на поле боя был сильно взволнован, увидев рядом с известным ловеласом ребёнка, но, к счастью, Джирайя сумел успокоить его и даже попросил приглядеть за малышкой, пока он будет готовить место, где могла бы спать девочка. Однако, стоило ему отвернуться, как ребёнок вновь обхватил его ногу в крепкие объятья. Мужчина вздрогнул, вспоминая ощущения и чувствуя фантомную боль от ранних событий. Девчушка вполне могла сломать ему кости, да что там, он явно слышал, как они трескались! В результате, поняв, что девочка не хочет оставаться одна, ему пришлось взять ребёнка на руки, благо в этот раз обошлось без удушения. Попросив у Гамы платок, который для ребёнка по размеру был как раз как одеяло, мужчина отозвал земноводное, сославшись на напрасную трату чакры для его нахождения в этом мире. На самом деле он уже достаточно восстановился, но не был готов отвечать на очевидные вопросы о появлении ребёнка. Видимо, плач вымотал девочку, потому что к тому моменту, когда шиноби вновь обратил на неё внимание, ребёнок уже спал, удобно устроившись на его руках. "Удивительно, как быстро дети переключаются из одного состояния в другое" - подумал мужчина, почесывая свободной рукой затылок и улыбаясь широкой улыбкой, а главное впервые за долгое время искренней. В следующий миг Джирайя юркнул в укрытие, чтобы уложить девочку в более удобное положение. Из-за грома неподалёку, девочка начала ворочаться, а на её лице появилось беспокойное выражение. Всё это привлекло мужчину, поэтому, поправив платок Гамы, который теперь служил одеялом и проведя по голове малышки рукой, мужчина задумался. Сколько ещё будет длиться эта война? Сколько ещё жизней она оборвёт? Сколько ещё таких же детей породит? Детей, которых никогда не воспитают их родители, которые не узнают тепла родного человека... Джирайя почувствовал ком в горле: слишком хорошо он знал какого это, быть ребёнком войны. Таких как он, потерявших всё и не знающих даже имени клана, обычно отправляли в приют. Казалось бы, что объединённые общим горем, дети должны сплотиться и найти утешение в друг друге, но нет. В действительности приют представлял собой холодное и безжизненное место, воспитателями там чаще всего становились какие-нибудь трусы, старающиеся скрыться от боя, либо такие же побитые войной взрослые, которые часто напивались за закрытыми дверьми. Конечно, были и те, кто искренне старались помочь детям и верили, что у них будет всё хорошо, но большинство из этих людей угасало через несколько месяцев и от этого становилось лишь хуже. "Да уж" - подумал мужчина с грустной улыбкой - "моё детство было тем ещё дерьмом, да?". Шиноби лёг на землю, рядом с девочкой, продолжая размышлять: "Но были и хорошие моменты. Через некоторое время война закончилась и многие стали проявлять больше внимания таким как мы, стремясь "Вырастить из нас достойных шиноби!". Джирайя тихо засмеялся и закрыл глаза, вспоминая какого-то старика из клана Акимичи, который постоянно повторял этот лозунг. Воспринимать такое от человека, который внешне больше походил на шар, у него не получалось, поэтому часто ему приходилось убегать от старикашки за проявленное неуважение. К счастью, проёмы были достаточно узкие, чтобы сдержать человека-шара. Другим хорошим, даже отличным событием, которое случилось с ним в приюте была встреча с его учителем. " " Уж не знаю, чем я привлёк к себе внимание нынешнего Хокаге, а тогда сенсея Сарутоби." - подумал Джирайя, открыв глаза и смотря в потолок. Мужчина был искренне благодарен старшему. Сенсей был терпелив к нему и по-настоящему помогал развивать свои навыки, в отличие от других преподавателей в академии. Может от почувствовал родственную пошлую душу? Мягко засмеявшись от этой мысли, шиноби вновь закрыл глаза: "А потом было распределение по группам... Ха, для того, кто никогда не попадался, подглядывая на источниках, этот экзамен был слишком простым! Человек-шар явно не ожидал, что я войду в топ-10 студентов." Именно благодаря высоким результатам, а также черноволосому умнику с передней парты, который не счёл нужным закрывать ответы, Джирайя смог попасть в команду к самому Хокаге. К сожалению, вундеркинд, у которого он списывал стал его сокомандником. И быть в группе с Орочимару, гением, которому стоило 5 минут посмотреть на свиток, чтобы не только выучить технику, но и запомнить рисунок печати для дальнейшего воспроизведения, было непросто. В свои 6 лет Джирайя испытывал ужасную зависть к ребёнку, обладающему врождённым талантом ко многим ниндзюцу, на изучение которых у Джирайи уходило в три, а то и четыре раза больше времени. Подливало масло в огонь и отношение Сарутоби-сенсея к змеёнышу, как его любил дразнить седоволосый. Конечно, любой учитель был бы счастлив имея самого умного ученика их поколения в подмастерье. Впрочем, мужчина не забывал и о нем, постоянно вылавливая его у горячих источников и таща на тренировку. Со временем, а также через несколько неудачных попыток Джирайи подшутить над Орочимару, впрочем, часто это заканчивалось попаданием седоволосого в свои же ловушки, дети смогли сдружиться. Именно Джирайя был первым, кто придумал прозвище для черноволосого "Великий большой восьмихвостый змей Орочимару из Конохи", правда прижилось в повседневности простое Оро. Почувствовав шевеление, мужчина перевернулся на бок, слегка обняв ребёнка, как бы давая понять, что он рядом. Девочка обладала невероятной силой для своего возраста, что, по опыту мужчины, было показателем того, что в будущем она станет великим шиноби. Осторожно перебирая блондинистые волосы, мужчина мягко улыбнулся, вспоминая ещё одного человека, чьё присутствие в его жизни делало его счастливее... Цунаде... Мужчина прикрыл глаза и улыбнулся чуть сильнее, чувствуя, как на щеках появился небольшой румянец. Его подруга была поистине невероятной женщиной. Он до сих пор помнил их первую встречу: это началось как обычная тренировка и вот, в тот момент, когда Сарутоби-сенсей в очередной раз отчитывал Джирайю, на тренировочной площадке появилась она. Красивая, одетая в простое светло зелёное кимоно, с сияющими блондинистыми волосами и добрыми светло карими глазами... Будет преуменьшением сказать, что просто её приход в команду позволил беловолосому мальчику увидеть мир с другой стороны. Джирайя провёл рукой по волосам, зачесав их назад и вспомнив, как незадолго до той тренировки стащил у учителя одну из извращённых книг, которые лежали у него в столе "конфискованными". Это была самая красивая история из прочитанных им ранее, повествующая о печальном ниндзя Тито, чья жизнь полностью изменилась, когда он встретил свою возлюбленную Цубики. Они познакомились сразу после академии, девушка была мила и сострадательна, поэтому много поддерживала Тито в трудные моменты, а он её. С репутацией Джирайи многим было бы сложно в это поверить, но он был романтиком, поэтому, после прочтения, мальчик был уверен, что и ему так повезёт, в их команде не зватало одного человека, и уже было двое юношей, а значит, был высок шанс, что недостающее место займёт девушка. Именно поэтому стоило Цунаде появиться он сразу пригласил её на свидание и ... впервые отправился в полёт от её ответных чувств, которые, к его несчастью, были далеки от любви. Так спасительница его печальной жизни оказалась резкой и невнимательной к его чувствам, но... и он тоже не был молчаливым и замкнутым Тито, не так ли? Всё это привело к тому, что они достаточно долгое время вступали в споры, которые Цунаде-гладильная доска лёгким ударом (в её системе сил) переносила на уровень драк. После этого принцесса, как дразнил её беловолосый, хоть и оставалась в его глазах красивой, потеряла всю его "любовь" на несколько лет, став лишь девчонкой, которой он хотел показать, чего она лишилась, отвергнув его. За это время он успел приобрести звание извращенца и сильно продвинуться в своих исследованиях и всё бы так и продолжалось, если бы не день рожденье Сарутоби-сенсея, которое заставило юношу вновь обратить внимание на девушку.

*4 года назад*

Джирайя опаздывал, чёрт, кто знал, что муж Кито-тян вернётся так рано? Эх, у него был реальный шанс стать настоящим мужчиной сегодня, а в итоге пришлось бегать по всей деревни от сумасшедшего мужа. Наконец достигнув резиденции Хокаге, шиноби отработанным движением запрыгнул в открытое окно, оказавшись в просторном зале, который в честь дня рождения был украшен цветами и лентами. Стараясь привести своё кимоно в порядочный вид, мужчина поднял взгляд на дверь, когда раздался стук, предвещающий приход очередного гостя. Первым влетел Наваки, который быстро поздравил Сарутоби, не забыв намекнуть о своих планах сместить его с должности в будущем, и помчался к беловолосому шиноби. - Джирайя-сенсей! - весело поздоровался мальчишка - "Ты выглядишь так, будто бежал с другой страны, всё в порядке? - Ах, Наваки-чан, давно не виделись! Хе-хе, поверь мне, всё, что привело к моему неряшливому виду того стоило и, если твоя строгая сестра позволит мне показать тебе мою следующую книгу, ты скоро сможешь убедиться в этом лично! Джирайя не заметил приближение той самой сестры, поэтому немного вздрогнул при появлении нового собеседника: - Конечно же нет. Что хорошего может быть в книгах человека, который известен на всю деревню, как извращенец? - пренебрежительно произнёс женский голос. - Во-первых, Великий извращенец, а во-вторых... Остальная часть предложения вылетела из ума шиноби, когда он посмотрел на подругу и завис от увиденного. Девушка решила приодеться в честь дня рождения: голубое кимоно с чёрными узорами казалось простым, но в то же время придавало утончённость девушке, а тёмно-синий пояс эффектно подчёркивал грудь, волосы девушки были собраны в аккуратную причёску с вплетёнными мелкими голубыми цветами в тон кимоно, которые мужчина часто видел на лугу, лёгкий макияж дополнял образ. Не получив ответа от друга, девушка закатила глаза, презрительно фыркнула на поведение мужчины и потащила Наваки обратно к Сарутоби, чтобы вручить подарок. Первой связной мыслью, пришедшей в голову юноши был вопрос "Когда плоскодонка-девчушка превратилась в такую привлекательную девушку?". В результате монолога Джирайя пришёл к выводу, что даже такая красота не заставит его вновь опуститься до ухаживания за злобной девчонкой из команды. Кивнув самому себе, Джирайя направился к учителю, чтобы наконец передать свои поздравления, но вновь был поражён увиденным. Его учитель как раз заканчивал принимать поздравление от своей ученицы. Цунаде улыбалась всем своей самой яркой улыбкой, которую когда-либо видел юноша, подшучивала над братом, тыча в бока, пока мальчишка заливисто не рассмеялся, а в конце поцеловала брата в лоб, пообещав, что он обязательно станет самым лучшим шиноби деревни, и как бы невзначай поинтересовалась у Сарутоби и его жены придумали ли они чем займётся сенсей, когда это произойдёт. Вроде бы, пара как-то прокомментировала поведение молодёжи, но Джирайя не обратил на это никакого внимания, с любовью продолжая наблюдать за этой музой, которая решила почтить своим присутствием сегодня смертных. Да, у девушки был тяжёлый характер, но она однозначно обладала чистой душой и огромной любовью к своим близким. Поджав нижнюю губу, шиноби с завистью подумал, что хотел бы быть в числе этих достойных людей, которые могли видеть Химе такой. - Химе... - прошептал мужчина, наслаждаясь новым прозвищем с вернувшейся улыбкой. - Если ты и дальше планируешь смотреть на Цунаде щенячьими глазами и пускать слюни, то я предпочту уйти сейчас - сказал малоэмоциональный голос справа от Джирайи. - Чёрт, Оро, не подкрадывайся так. И я не пускаю слюни! - Значит ты признаёшь, что смотрел на неё как голодающий щенок на кусок баранины? Ещё немного и я подумаю, что ты влюбился. - язвительно уточнил собеседник. - Я её не люблю! - Пф, если ты станешь ещё более красным от смущения, думаю, мне придётся вылить на тебя свой напиток, чтобы охладить. - Ты! Да что... - Джирайя никак не мог подобрать слова из-за смущения - Я просто ждал, когда освободится учитель! Эй, Сарутоби-сенсей, настал мой черёд не так ли?

***

Вернувшись в реальность, мужчина вспомнил, как тогда решил, что пора бы сыскать с девушки "обещанное" свидание, поэтому при каждом правильном и неправильном моменте старался пригласить её, одаривая девушку самой широкой улыбкой, которая могла поместиться на его лице. Впрочем, кажется, Химе воспринимала возвращение к подкатам, как своего рода издёвку, поэтому либо игнорировала действия мужчины, либо отправляла его в полёт на ближайшие 200 метров, если он был слишком приставучим и делал, как она любила говорить, извращённые комментарии. Мягкая улыбка на лице мужчины сменилась твёрдо сжатыми губами... Он любил эту девушку, за её свет и способность любить, но были и другие причины, почему он восхищался ею. Это её сила. Не только физическая, нет, об этой силе девушки он узнал ещё когда был генином, а потом ощутил её полную мощь незадолго после повторной влюблённости на дне рождении учителя, когда решил подсмотреть за подругой на горячих источниках. Эти воспоминания одновременно вызывали и румянец на лице, и холодок по спине. Да... в тот день он был на полпути к тому, чтобы встретиться с покойными родителями... Очередной удар молнии, сопровождающийся более сильным громом, заставил девочку ворочаться от страха. Переместив ребёнка к себе на грудь и легонько похлопывая по спине, мужчине удалось вернуть ей мирный сон. У девчушки были такие же белые волосы, как у него, но в то же время более прямые, собранные в небольшой хвостик на затылке, точно такой же, как у его Химе в детстве. Ах, он же рассуждал о том, почему любит эту женщину. Что ж, настоящей силой Цунаде он считал её способность и желание защищать то, что ей дорого. По-настоящему разглядеть он смог эту сторону девушки во время войны, когда она посылала куда подальше начальство, отказываясь оставлять шиноби без медика, когда оказывала помощь вражеским шиноби в плену и старалась обеспечить пленным какие-никакие условия для нормальной жизни. "Именно из-за подобного поведения старики закрыли её в главной больнице Конохи, но они явно недооценили силу моей Химе" - с ухмылкой подумал мужчина. Даже работая в тылу, она умудрялась знатно потрепать нервы главам кланов, Хокаге и старейшинам, борясь за каждую копейку в бюджете больницы. Улыбнувшись в волосы девочки Джирайя вспомнил их последнюю встречу.

*Около месяца назад*

Он нашёл её недалеко от старой площадки для тренировок. Солнце уже садилось, и мужчина не мог не отметить, как красиво оно переливалось в волосах его Химе, заставляя их переливаться от золотого до оранжевого оттенков. Девушка не заметила его приближения, так как была сосредоточена на каких-то записях в тетради, поэтому Джирайя воспользовался этим шансом, зайдя со спины и наклонившись к уху девушки с приветствием: - Девушка, ваши родители случайно не Боги? - весело произнёс мужчина, ловко уклоняясь от рефлекторного удара Цунаде, к счастью, он был одним из немногих людей способных сделать это. - Какого чёрта?! Не подкрадывайся так! И какие ещё Боги? - Как какие? - удивлённо произнёс Джирайя, наклоняясь к лицу девушки и вторгаясь в её личное пространство - Конечно же те, которые смогли сотворить такое совершенное существо, как ты. Закончив, мужчина подмигнул девушке, выпрямившись с кокетливой улыбкой на губах. Сначала мужчине показалось, что он увидел румянец Цунаде, но уже в следующий момент она рассмеялась. - Ха-ха-ха... А я смотрю ты не теряешь надежды? - А ты готова сдаться? Эх, должен тебя огорчить, но придётся подождать моего возвращения с миссии, но потом я буду в твоём полном распоряжении. - Тебе дали миссию? - спросила девушка, игнорируя очевидный намёк на свидание и удивляясь новой информации. Их уже давно не отправляли на миссии, после того как она врезала какой-то там шишке, а Орочимару подлил масла в огонь, утверждая, что в случае чего его подруга и проклясть может. - Хм? Ой, сердце согревается от мысли, что моя Химе переживает за меня, однако должен сообщить, что своё самое опасное задание по подглядыванию одной божественной Химе я уже выполнил, так что нет никаких причин для волнений. - Тц, ты получил ровно то, что заслуживал - прошипела девушка, скрестив руки на груди в жесте защиты, так как явно не планировала убивать друга, даже если он был полным извращенцем. - И всё же как хорошо, что лучший медик Конохи находится в моей команде! - Ха! Как будто я собираюсь тратить медицинские ресурсы на шиноби, который не умеет оценивать риски. Не рассчитывай на многое, бака. Хотя слова жалили, мужчина понимал, что она права, было много ситуаций, когда он выбирал получить ранения вместо других, но, наверное, такова его натура. Он был рожден, чтобы защищать людей вокруг себя. - Постараюсь сделать всё возможное госпожа главный медик - произнёс мужчина, растягивая последние слова, чтобы подразнить девушку новым званием - надеюсь, вы, ребята, тоже подрастёте за время моего отсутствия - прошептал мужчина, наклонившись к груди девушки. - Ты я смотрю больно храбрым стал? - процедила медик, сломав ручку в руках. Убегая подальше от разъяренной женщины и двигаясь к выходу деревни, где его уже ждала временная команда, мужчина бросил через плечо. - Не забудь, что мы пойдём на свидание, когда я вернусь! - Только после того, как ты поцелуешь одну из своих жаб!

***

По крыше палатки начали стучать первые капли дождя... Решив, что на сегодня хватит воспоминаний, мужчина устроился поудобнее, поправил одеяло на ребёнке и закрыл глаза, готовясь ко сну. Засыпая, он видел перед глазами его Химе с найденной им девочкой на руках, возможно, так будет выглядеть его будущая семья...