Детство Кости

Костя стоит посреди комнаты в осколках любимой маминой статуэтки, которую та привезла под новый год из какой-то долгой командировки несколько лет назад, когда Костик ещё не ходил в школу, и сокрушается. Ему кажется, что теперь мама точно расстроится и снова закроется в спальне, где будет долго плакать, как это обычно бывает, когда сын огорчает её. В такие моменты маму лучше не трогать, иначе можно нарваться на крики, что Костя и отец пытаются свести её в могилу. При воспоминании о последнем, Костика передёргивает. Он надеется, что разбитую вещь ещё можно склеить, или хотя бы сперва рассказать о случившемся папе. Он-то точно придумает, что сделать, чтобы не расстраивать маму. Но не успевает. Анастасия заходит в их спальню с мужем, как раз в тот момент, когда Косте почти удаётся безопасно выбраться из осколков её большого снежного шара, и даже не удивляется тому, что сын снова испортил её любимую вещь. Костик всегда всё портит. И делает это нарочно. — Мам… — Сын тут же противно пищит, пытаясь оправдаться, и едва не вызывает у Анастасии острый приступ мигрени. — Я случайно. Я просто хотел его посмотреть! С каждый новым словом Костик говорит всё громче и противнее, отчего мама морщится, мечтая, чтобы тот, наконец, замолчал. Сын мнётся на месте и рассматривает свои тёплые носки. Ему хочется, чтобы мама сказала ему, что всё в порядке, и он важнее, чем этот снежный шар, но Анастасия молчит. Она резко дёргает Костика за руку, легко оттаскивая его от осколков подальше, и брезгливо отталкивает сына от себя. Костя смотрит в её зелёные глаза своими большими голубыми, и она не выдерживает этот его виноватый взгляд. — Маленькая дрянь! — Единственное что произносит мама, когда понимает, что сын не испарится из её жизни, если на него не смотреть. — Ты хоть знаешь, что для меня значил этот шар?! Анастасия повышает голос на малыша и сама не понимает, почему её так взбесила эта потеря какого-то дешёвого сувенира. Она убеждает себя, что дело не в ребёнке, а в его желании сделать ей что угодно на зло. Разбить этот шар. Промочить ноги и заболеть. Упасть в лужу по пути в школу… — Прости, мамочка! — Всё тем же писклявым голосом просит прощения Костя, изо всех сил стараясь сдержать подступающие слёзы, чтобы не огорчать маму ещё сильнее. Ему обидно, что шар оказался важнее, чем он, но Костик больше не говорит ничего. Анастасия тяжело вздыхает, когда сын пытается обнять её и уткнуться своим грязным носом в её любимое платье, и вновь отталкивает его от себя. Прикосновения Кости действуют на маму неправильно. Они её злят, а не успокаивают. Анастасия не выдерживает своих эмоций и почти бессознательно бьёт сына ладонью по щеке, сама не ожидая, что пощёчина окажется такой сильной, и Косте будет не просто удержаться на ногах. Сын тут же прижимает руку к горящей щеке, а на его глаза наворачиваются злые слёзы. Костик жмётся на ковре и с трудом сдерживается, чтобы не заплакать в голос, глядя, как вновь ставшая молчаливой мама собирает осколки руками. Анастасия будто полностью теряет интерес к происходящему и думает совершенно о другом. Она бессознательно сгребает мелкое и мокрое стекло руками, как песок, ожидаемо причиняя себе острую боль. Костя смотрит, как мама режется об осколки, собирая их в ладонь, и не может не плакать. Костик думает, что в том, что маме плохо, виноват только он. Ведь он совершенно плохой, и это всё случилось из-за него. Громко всхлипывая, сын виснет на руке мамы, пытаясь стряхнуть стекло на пол. — Мам! Мама! — Громко зовёт Анастасию Костя, не на шутку пугаясь её стеклянного взгляда. Настя вздрагивает, бросая осколки на пол, и удивлённо смотрит на собственные ладони в крови, вновь ощущая злость. Она до боли сжимает руки на худеньких плечах сына, пачкая его светлую пижаму своей кровью, и вновь кричит на Костю, обвиняя его во всём. Костик не понимает и половины её истеричных фраз кроме одной — «я жалею, что ты у меня появился». Он ожидаемо громко ревёт от обиды и пытается вырваться из маминой хватки, пугаясь её такой. Костю спасает папа, который по счастливой случайности раньше приходит домой с работы. Алексей слышит крики жены и рёв сына ещё в подъезде, поэтому даже не раздевается, когда попадает в квартиру. Он хватает Костика на руки, прижимая сына к себе, а тот только утыкается носом в папин пуховик, который пахнет холодом и безопасностью. Алексей замечает припухший след на щеке сына и хмурится, отчего-то запрещая себе злится на жену. Он утешает Костю, поглаживая его по спине, и пристально смотрит на Настю. Жена продолжает сидеть на полу на коленях в россыпи блестящих в лучах зимнего солнца осколках, и в таком положении Алексей разговаривать с ней не хочет. — Встань! — Приказывает Анастасии он, когда молчание затягивается. Алексей не сразу замечает, что говорит это излишне холодно и сурово. Жена вздрагивает, но подчиняется. Он видит, что Настя совершенно не хочет этого делать, потому что единственное, чего она бы хотела сейчас — горевать над снежным шаром; но тем не менее жена выполняет его приказ, и ему становится неприятно. Алексею требуется минута, чтобы успокоиться и напомнить себе, что он — не его отец, и в его семье всё закончится хорошо. Хоть и с трудом, но ему удаётся сменить тон, когда он дежурно повторяет жене свою просьбу, прилагая все усилия, чтобы на этот раз его приказ прозвучал, как просьба. Костя пугается тона отца не меньше матери и тут же пытается за неё заступится, заставляя Алексея морально страдать. Сын клянётся ему, что мама ни в чём не виновата, и этот проклятый шар разбил он, а Анастасия вдруг искренне улыбается. — Ты что, с ума сошла? — Спрашивает жену Алексей, догадываясь, что произошло в квартире, пока его не было. — Он же ещё ребёнок. Папа целует притихшего Костю в лоб, жалея сына, но ему не становится легче. Костик думает, что родители вновь ругаются только из-за него. — Ну кто-то же должен заниматься его воспитанием. — Насмешливо отвечает Анастасия. — Если отец не может взять на себя эту функцию, значит придётся быть «мужиком» в семье мне. Алексей открывает рот, чтобы что-то сказать, но быстро понимает, что это бесполезно. Настя просто не будет его слушать, а ему абсолютно не хочется кричать на свою женщину вообще, и при маленьком сыне особенно. Анастасия слишком хорошо знает о детстве мужа и каждый раз, когда тот пытается её отругать, умело напоминает Алексею об этом, и ему не остаётся ничего другого кроме, как отступить. От отчаянния он хочет сказать жене, что она ведёт себя, как чудовище, но Алексей вновь выбирает молчание. Он выходит из спальни, унося с собой Костика. Папа механически раздевается, бросая куртку в проходе корирода на пол, а после открывает дверь комнаты Кости и усаживается с сыном на кровать, не зная, что ему говорить. Алексей гладит сына по голове, а затем включает ему мультики, делая звук телевизора громче, чем обычно. Но Костя слишком внимательный и замечает, что делает папа, и понимает, зачем ему это. — Ты будешь ругаться? — Грустно спрашивает Костик, полагая, что это несправедливо. — Но ведь шар разбил я… Алексей вымученно улыбается сыну, не зная, как убедить его в том, что этот шар — ерунда. Трепет его по волосам, а затем говорит первое, что приходит ему в голову: — Смотри мультики, пока мама не видит. И выходит из спальни, оставляя Костика без ответа на основной вопрос. Костя сдаётся и остаётся сидеть на месте, болтая ногами в воздухе. Он тянется к пульту и делает звук телевизора тише, прислушиваясь к происходящему за стеной.

***

Отец проходится по кухне, не находя себе места. Он слышит, как в ванной шумит вода, и надеется, что непутёвая жена догадалась помыть руки после того, как хватала стекло руками. Алексей достаёт из шкафа мазь от порезов и бинт для жены, и бутылку какой-то настойки для себя, а после стучится в дверь ванной. Анастасия ожидаемо игнорирует мужа, но это не мешает ему войти. Жена устало лежит в горячей воде, закутавшись в пену, как в одеяло, и Алексею мгновенно становится жарко. Он бросает мазь и бинты на пол, а после и сам устраивается на кафеле, открывая бутылку и делая большой глоток. Настя смотрит на мужа с насмешкой, записывая настойку в его руках в слабость, но больше не игнорирует его присутсвие. — Чего тебе? — Наконец, спрашивает Анастасия, замечая, что Алексей не торопится уходить. И теперь его очередь молчать, думая с чего начать разговор. Алексею хочется спросить, любит ли его жена сына хотя бы чуть-чуть. Но вместо этого он только снова пьёт отвратительное сладкое нечто, заглушая алкоголем собственную боль. — Настя, ещё раз ударишь сына и… — Алексей начинает с главного, принимая решение. В душной ванной он пьянеет гораздо быстрее, надеясь, что хотя бы так ему удастся преодолеть свою травму и поговорить с женой в меру жёстко, так как Анастасия этого заслуживает. — И что? Что ты сделаешь? — Всё тем же издевательским тоном переспрашивает мужа Настя, продолжая плавать в своём ядовитом коконе из воды и пены. Она намеренно словесно плещет ядом Алексею на рану, смотря ему при этом в глаза. — Ремнём меня выпорешь, как твой отец твою мать? — Представляя эту картину Анастасия даже улыбается, впрочем абсолютно не находя в этом ничего забавного. — Учти, мне может и понравится. А может и тебе… Она старательно делает трагическую паузу, прекрасно зная, что мужа разозлят слова о том, что насилие может ему понравиться. Но тот привычно игнорирует жену, и на пару мгновений Алексей против воли мысленно ныряет в воспоминания из своего детства, и ему стоит больших усилий вернуться из них в реальность и не вспоминать мать, которая этого не пережила. — Я разведусь с тобой и заберу ребёнка. — Наконец, отвечает жене Алексей, когда пауза затягивается, а Анастасия думает, что победила. Он не уверен, что Настю расстроят его слова. Более того, он знает, что жене было бы гораздо проще, если бы их сын не родился. Возможно, тогда она даже была бы счастлива. — Чего тебе не хватает? — Алексей не знает, зачем это спрашивает, в принципе догадываясь чего. Анастасия на минуту ныряет в ванную с головой, чтобы послушать тишину, а не надоевшего мужа, а потом произносит, едва шевеля губами: — Мужика нормального. Алексей шумно опускает открытую бутылку ликёра на пол, замечая, что пьяным контролировать свою злость у него получается хуже. Однако успевает взять себя в руки прежде, чем сделает что-то, о чём потом пожалеет. Алексей игнорирует провокацию Насти, предлагая ей: — Разведись со мной, ребёнка я оставлю себе. Не мучай себя и нас, пожалуйста. Анастасия словно впервые задумывается о такой возможности, вновь уходя в себя. Она молчит до тех пор, пока вода в ванне не остывает, а муж не допивает ликёр до дна. — Какой же ты слабый, Лёшка. — Уже не с насмешкой, а совершенно спокойно говорит мужу Настя. — Ни ребёнка нормально воспитать не можешь, ни с женой договориться. Что из него вырастет с тобой? Алексей с минуту смотрит на Настю, пытаясь понять, что она принимает за слабость. Любовь? А потом мысленно спрашивает себя, почему он на ней женился? — С огнём играешь, Анастасия. — Предупреждает жену он, а после выходит из ванной, громко хлопая дверью. Навстречу ему выбегает из детской испуганный Костя, и Алексею ничего не остаётся кроме, как снова подхватить сына на руки, прижимая к себе покрепче, и уйти с ним в комнату. Костик лежит с папой на своей узкой одноместной кровати и никак не решается заговорить с ним. — Мама нас больше не любит? — Спрашивает он, когда Алексей почти засыпает под монотонные звуки мультиков для самых маленьких на фоне, а Косте удаётся перебороть свой страх услышать не привычное «ты что, малыш?», а честный ответ отца. — Нет. — В свою очередь искренне отвечает сыну Алексей, не выпуская его из объятий.