Лунный свет

Настал час встречи. Руки бесконтрольно дрожали, весь Цукаса вспотел и чувствовал себя так, будто бы его приговорили к смертной казни. Никто не должен был узнать. Но он, как идиот, решил, что отказываться было бы неприлично. Прелестно. Просто, блять, прекрасно.                               ---- Звонок в дверь. Руки начинают дрожать ещё сильнее. Настолько сильно, что он даже не может банально открыть дверь. "Успокойся." Тихонько шепчет парень себе под нос, тяжело вздыхая. В обычной встрече нет ничего плохого. Он просто слишком сильно накрутил себя. Ведь если Руи не зайдет в его комнату – все будет более чем прекрасно. Ещё один звонок в дверь. А, точно. – ПРИВЕЕЕТ!! – наверное даже слишком громкий даже для Цукасы крик раздался эхом по полупустой улице, – заходи! Камиширо лишь вздыхает. Было очевидно, что здесь что-то не так. Даже будучи актером, блондин не смог скрыть свое ужасное состояние от него. В конце концов Руи был одним из тех, с кем тот общался больше всего.  Вошедший быстро просачивается в коридор. Он знал этот дом даже лучше, чем свой, уж слишком часто ходил к Цукасе в гости. Но сегодня что-то было не так, как обычно. Проблема состояла лишь в том, что Руи не мог сказать, что именно. – ... Так вот! Все это время я был занять совершенствованием в своем актерском мастерстве! В конце концов звезда должна бы-... По крайней мере Тенма не потерял своей способности тараторить без умолку. Камиширо даже не слушает, а просто сидит на диване, обняв подушку. Изредка кивает, изучая чужое лицо. В обычное время он бы с радостью послушал рассказы того, но сейчас... – ЭЙ! Ты меня вообще слушаешь? – Да, да... – он кивает, пытаясь вспомнить хотя бы одно слово из красочного рассказа. Блондин напустил на себя злую мину, которая пропала через пару секунд. У парня уже не осталось сил делать вид, что он чувствует себя так же прекрасно, как обычно. Голова раскалывается. Ноет. Предчувствие плохое. – Пойдем в твою комнату? – Руи улыбается. Вот же... Наверное с самого начала догадался, – мне там комфортнее. Не может он отказать другу. Не может просто без причины отказать ему идти в свою комнату. Не может. Может только кивнуть и тяжело вздохнуть, плетясь за Камиширо. – ... Видимо я не зря волновался. Комната Цукасы совершенно не была похожа на комнату Цукасы. По ощущениям тут вообще не жили, а просто использовали как какой-то подвал. Во время своих волнений и раздумий о том, что он должен будет делать, когда войдёт его друг (несмотря на то, что он не спал всю ночь, пытаясь продумать все до мельчайших деталей, все пошло не по плану), Тенма ещё и сломал лампочку. Поэтому комната выглядела ещё мрачнее, чем раньше, погруженная в кромешную темноту. – Цука-.... Заплакал. Жгучие слёзы текли по лицу. Какой же он все таки бесполезный. Даже не мог сказать прямо своему другу о своем самочувствии. А он волновался. Переживал, думал о нём, беспокоился. Блондин был бы непротив, если после этого его возненавидят. Он сам виноват. Как обычно. Пытался сделать все лучше, а оказалось хуже. "Сам виноват." Эхом звучал чей-то голос. Голова раскалывалась ещё сильнее.