Секрет

      Тело будто тонуло в небитые, распадалось на мелкие хрустальные кусочки.       Тойя еле раскрыл глаза, устремляя взгляд в белый потолок. Он ощущал себя так, будто его убили несколько раз и днями напролет пытали самими жестокими способами.       Но лучше бы было так. Он чувствовал себя еще ничтожнее, чем раньше. Самочувствие было откровенно отвратительным, потому что у него ничего не получилось. Снова.       Он устало осмотрел комнату, и, по всей видимости, это была больничная палата. Ну, это было очевидно. К руке была присоединена капельница, а слева от больничной койки стоял столик, на котором были аккуратно сложены его вещи. Телефон, конверт, букет с цветами, в котором лежала записка и его сумка.       Он осторожно протянулся к букету из белоснежных лилий, доставая небольшую записку, которая лежала между цветов. Он развернул ее, глазами пробегаясь по тексту, но сначала, он сразу глянул вниз, там, где было написано имя того, кто оставил ее ему.       Акито…       «Я не хочу тебя терять. Выздоравливай поскорее, хочу тебя увидеть.»       Тойя отчаянно выдохнул, положив записку обратно на ее место. За то Тойя не хотел никого видеть. Особенно Акито. Он стал первым, кто увидел его таким. Может, сейчас он вообще думает, что Тойя наркоман.       Он опустил взгляд на свои бледные, дрожащие руки. Лучше бы он этого не делал, потому что выжил. Лучше ведь не стало.       Если бы Тойя умер — было бы лучше. Никаких больше забот для других, а Акито мог бы наконец зажить счастливо без этого тяжелого груза на своей спине, который с каждым разом становился больше и больше, когда Тойя навешивал на него еще одну свою проблему, которую он, конечно же, не мог решить сам.       А ведь зачем он кому-то нужен? Он все только усложняет. Он не заслужил жизни. А также его достало терпеть все страдания, все унижения и ненависть к себе и своему телу.       Он больше не мог снимать свои видео, и не только в связи с его физическим состоянием. Тойя больше никогда не сможет этого сделать, ни морально, ни физически.       Ему хотелось бы начать жизнь с чистого листа, забыть обо всем том, что случилось ранее, но он не может. Боль разрасталась и равномерно распределялась по всему его телу, неприятно пульсируя, напоминая каждой частице его тела о том, что ему пришлось пережить до этого.       Его жизнь поделилась на «до» и «после». Он не уверен точно, с какого момента. Может, когда он начал снимать эти порно-видео, или тогда, когда совершил попытку самоубийства. Но, в любом случае, везде он потерпел неудачу. Видео хоть и набирали кучу просмотров, но потом он получал тонну критики, которая разбивала его напополам, напоминая, что Тойя — ничтожество, и ему не стоит этого забывать.       Да, он уже отлично вбил себе в мозг этот факт. Что он бездарный, жалкий, ничтожный, трусливый.       Никогда ничего не может нормально сделать, постоянно просит помощи у всех, но только сам не старается себе помочь, ничего не умеет. Это уже не было чьим-то «мнением», это уже стало фактом.       Он устало повернул голову и решил взять свой телефон с тумбы.       Первым делом он решил посмотреть, сколько раз ему звонили за то время, пока он лежал в отключке. Он даже не знал, сколько времени прошло с того момента, когда он отключился из-за передоза.       Было много пропущенных от его друзей и знакомых, но самое единственное, ни одного звонка от Акито.       Он резко поднял голову, когда услышал звук открытия двери палаты. Он надеялся, что это он, Акито, пришел его проведать, но нет, это была всего лишь медсестра. Да, он, все-таки, очень хотел увидеть Акито. Но он не хотел говорить про то, что случилось.       — О, ты уже проснулся, — она мягко сказала, улыбнувшись, — нужно поменять тебе капельницу. Как себя чувствуешь? Тошноты или головной боли нету?       — Нет, мне уже лучше… — Тойя опустил голову. — Сколько я здесь пролежал?       — Два дня. — Она надевает на себя стерильные перчатки.       Тойя, удивившись, резко подскочил с койки, — что?! Но…       — Подождите, не нервничайте, вам нужно расслабиться. — Она осторожно ладонью надавила ему на грудь, чтобы тот обратно улегся, — у тебя в организме было найдено куча эффективного препарата. Можешь не волноваться, мы уже все тщательно вымыли, но в следующий раз тебе нужно быть предельно осторожным. Это тебе не игры с едой.       Тойя кивнул, опуская глаза.       Медсестра после смены капельницы сняла с себя перчатки и открыла дверь, чтобы выйти, но развернулась, чтобы сказать еще кое-что, — кстати, вас снаружи ждет ваш молодой человек.       — Что? Какой молодой человек?       — Ну, как же, один рыжеволосый мужчина представился как ваш парень. Он каждый день приходил сюда, расспрашивал, как вы. Вот, сейчас как раз сидит, и ждет вас.       Акито… сказал, что он парень Тойи? Нет, он, конечно, понимал, может это для того, чтобы узнать самочувствие пациента, ведь кому попало они этого не разглашают, но… разве он не мог сказать что он брат или просто друг, как оно и есть?       — Если хотите, я могу его позвать сюда.       Тойя на момент задумался, но потом снова пришел в себя, кратко кивая медсестре.       Когда она наконец покинула комнату, Тойя расслабился. Он боялся, что, может, начнутся расспросы по этому поводу, почему он наглотался таблеток, и все дела, но, пока что, вроде, все спокойно.       Спустя пару минут, в комнату залетел Акито, который выглядел очень взволновано.       — Тойя! — Он закрыл дверь, усаживаясь на стул рядом с больничной койкой. Он тяжело выдохнул, придвинувшись ближе к нему, — я безумно скучал по тебе.       Тойя слегка улыбнулся, посмотрев в глаза Шинономе, — привет…       После приветствия друг другу, они недолго промолчали, понимая всю неловкость ситуации. Акито не видел его два дня, а Тойя, можно сказать, только пару часов, ведь время, когда он был в отключке, у него не шло.       — Как ты себя чувствуешь? — Акито спросил первый, разрезая своим голосом неловкую тишину.       — Мне лучше. — Тойя ответил, почесав свободной рукой свою шею. — Кстати… почему ты сказал медсестре, что ты, якобы, мой молодой человек?       — Ну… — Акито смущенно отвел взгляд, и Тойя заметил, как его щеки слегка порозовели. — Я просто думал, что если скажу, что я твой парень, то мне будут доверять больше…       — Ясно… — Тойя опустил голову, и снова эта неловкая тишина вернулась. Они будто не общались не два дня, а целых два года. У них давно не было таких некомфортных моментов вдвоем.       Они около минуты помолчали, и Акито решил… задеть слегка больное.       — Тойя… почему ты это сделал?       Они вновь встретились взглядами, а Тойя удивился, — что ты имеешь в виду?       — Ну, ты прекрасно все понимаешь. Почему ты, думаешь, лежишь здесь, в больнице?       Аояги сглотнул тяжелый ком, щуря глаза. Он понимал, что он отчасти предал Акито.       — Прости, я… я просто не мог так…       — Но ты хотел оставить меня одного, — Акито перебил его, — ты это тоже прекрасно понимал.       — Нет, Акито, я не хотел… я просто не мог быть больше твоим грузом. Я ведь постоянно мешал тебе, со мной у тебя жизнь усложнилась в несколько раз. Я постоянно приходил к тебе со своими проблемами… я не хотел больше докучать никому.       — Да что ты несешь? — Акито резко вскакивает со стула, повышая тон, — да я жить бы не смог без тебя, Тойя! Ты часть моей жизни, ты тот, ради которого я, черт возьми, живу! — Он тяжело выдыхает и его взгляд смягчается. Шинономе подходит к Тойе, и осторожно усаживается возле его больничной койки на корточки, — Тойя, ты мне безумно важен.       Тойя опешил. Он не ожидал услышать подобное… разве это правда? Акито правда считал его настолько важным человеком в его жизни? В это было так тяжело поверить…       — Ты… ты ведь не злишься на меня за то, что я сделал?       Тот осторожно взял его за худую руку, поглаживая покрасневшие костяшки, — я не могу на тебя злиться. Я ведь люблю тебя, Тойя.       Черт. Это вырвалось абсолютно случайно.       — Что?       — Я что-то сказал? — Акито неловко улыбнулся.       — Нет, ты…       — Нет, это ты послушай меня. — Акито положил большой палец на чужие губы, приподнимаясь и приближаясь к тому ближе. Он тяжело вдохнул, перед тем как наконец это сказать, — да, я, черт возьми, люблю тебя. Не просто как друга, и не просто как партнера. Я держал это, оказывается, так долго в себе, и я уже просто не выдержал. Ты не представляешь, в каком аду я прожил эти два дня. Тойя, я приходил сюда каждый день, и когда тебя только забрала скорая с моей квартиры, я провел в этой больнице ночь, потому что ожидал новостей от медсестры. Я молился, чтобы ты был жив. Я засыпал и просыпался с мыслью о том, как же я хочу тебя увидеть и как же сильно я тебя люблю.       Шинономе наконец выдохнул, отстраняясь от Тойи и снова усаживаясь на стул. Аояги же не знал и не догадывался, что говорить.       Акито влюблен в него.       — Это… это никакая не глупая шутка…?       — Вот скажи мне, ты совсем дурак? — Акито тихо посмеялся, а Тойя нахмурился, — нет. Я правда люблю тебя. Безумно сильно люблю. И я хочу быть с тобой. — Акито посмотрел в глаза Тойи, взгляд которого смягчился. — Просто скажи мне, готов ли ты принять мои чувства и чувствуешь ли ты то же самое.       — Прости, Акито, я… я еще не знаю. Мне нужно тщательно над этим подумать.       — Я все понимаю, это сложно, особенно сейчас. — Он отчаянно улыбнулся, выдохнув и опустив свой взгляд вниз, — если честно, я хотел тебе признаться, когда два дня назад шел из университета домой. Но вот, как видишь, смог только сейчас.       Тойя отвел глаза, просто желая забыть о том, что тогда случилось. Ему просто хотел снова зажить той, беззаботной жизнью, когда он еще не подписывал никакие контракты и когда еще не снимал никакие видео. Когда они с Акито были простыми друзьями без никаких привилегий.       И сейчас их очень тяжело назвать «просто друзья». Акито был в него до безумия влюблен, а Тойя и сам не знал, чувствует ли он то же самое к Акито.       Все его чувства были перепутаны и завязаны в крупный клубок, который Акито обязательно поможет ему развязать.