Возвращение домой

Лютер, сколько себя помнит, всегда был один. Он боролся за свою жизнь, окруженный чужими существами, которые были вовсе не против его скорейшей смерти. Он никому не мог довериться в этом мире, будучи абсолютно одиноким. Ему всегда приходилось полагаться только на свои собственные силы. Так было на протяжении всей жизни. Более двух тысяч лет. И двигался он вперёд только ради мимолётной надежды найти хоть кого-то, кто смог бы стать для него близким. Уильямс прекрасно понимал, что тот, кого он искал всё это время, не обязан был принимать его. Он чётко осознавал, что может быть брошен этим человеком, как и всеми остальными, но всё равно стремился его найти. Хотя бы увидеть того, кто подарил ему право на эту жизнь. Парень не мог и подумать, что это будет один из тех самых Героев двух континентов, которые когда-то нарушили планы Бога Отчаяния, уничтожили Белую Звезду, а так же полностью разгромили Охотников. Чхве Хан. Мастер Меча, известный как наставник Первого Императора и верный рыцарь Кейла Хенитьюза. Самый юный Мастер Меча того времени и самый сильный из всех известных в этом мире. Лютер не мог тогда и подумать, что атрибутом одного из Героев на самом деле являлось отчаяние. Хотя оно было вовсе не обычным. В нём было что-то ещё. Что-то светлое и тёплое. Что-то, что заставляло Уильямса удивляться всякий раз. Это была надежда. Такое искреннее чувство, которое смогло появиться в этом чёрном и мрачном отчаяние. Это было действительно удивительно. Или всё-таки нет? Может это было естественно? Осмотревшись, юноша лишь слегка измученно улыбнулся. Он видел ту самую картину, которая позволила этой надежде зародиться в душе Мастера Меча. Здесь было так много разных созданий, что это даже удивляло. Но, несмотря на все различия, они были сплоченными. Это казалось для юноши очень необычным. В мире демонов в принципе не было принято рассчитывать на кого-то. Каждый был сам за себя, хотя цель у всех и была общая. Лишь приказы правителя их объединяли. Но здесь всё было иначе. Люди, в принципе, часто зависели друг от друга, это демон понял, пока жил в людском обществе. Однако же даже так у этих людей, и не только, была связь намного крепче. Удивительно. И эти создания не отвернулись от него, демона, даже несмотря на то, что он помог врагам проникнуть в академию. Они… Приняли его? Лютер не мог точно сказать, но не чувствовал с их стороны неприязни. На удивление, они казались достаточно открытыми. Да, сколько себя помнит, Лютер действительно был одинок. Поэтому сейчас он чувствовал себя будто бы не в своей тарелке. Он не знал, как ему стоит себя вести. Что делать, что говорить, а о чём лучше промолчать. Поэтому юноша запутался сам в себе, наблюдая за окружающими. Все эти создания, казалось, были очень обеспокоены состоянием красноволосого парня, который лежал на кровати и никак не просыпался уже долгое время. Он мог видеть лица трёх детей, что вечно находились рядом с Кейлом. Они действительно были опечалены. Тем временем дворецкий, которого звали Роном, каждый день заботился о бессознательном господине, постоянно обновляя чашку с водой у кровати, будто бы желая, чтобы юноша после пробуждения, смог смочить горло. Хотя то, что внутри чаши была вода являлось исключительно предположением Лютера. Золотой дракон, что был достаточно юным на вид, тем временем располагался в кресле, попивая чай, поданный этим самым дворецким. Пусть он и казался самым спокойным из всех, с кем Лютер успел здесь познакомиться, но всё же его раздражение ощущалось, когда он замирал и невольно начинал хмурится, посматривая на время. Его, как и остальных, заставляло беспокоиться долгое бессознательное состояние Хенитьюза. Кейл Хенитьюз. Он всегда собирал вокруг себя множество людей. Его харизма, ум и доброта так и привлекала других. Об этом говорилось во множестве историй о великом Герое. Действительно, возле красноволосого даже сейчас сплотились сильные существа, которые готовы ради него на всё. Он обладал поистине ужасающими способностями. Вовсе не удивительно, что демоническая раса его остерегалась. Однако, к удивлению самого Лютера, ему было спокойно рядом с этим человеком, который будто бы мирно спал. Он не знал почему. Хотя нет, юноша догадывался. Его взгляд упал на черноволосого парня, который до этого казался обычным учителем в Академии. Он был очень привязан ко всем находящимся тут существам. Было прекрасно видно, как сильно он переживает за Кейла Хенитьюза, а так же как пытается успокоить нервничающих детей. Лютер прекрасно видел, что Чхве Хан полностью расслаблен в кругу близких. Демон будто бы подсознательно это ощущал. Вероятно, это спокойствие в его душе было как раз от Мастера Меча. Лютер всё ещё не мог себя почувствовать полностью комфортно среди такого количества людей, и не только, которые относятся друг к другу с неким теплом и трепетом. Было сразу видно, что между ними очень крепкая связь. Их соединяли семейные узы. Однако Уильямс понятия не имел, что такое семья. Для него всё это было в новинку, поэтому парень молча следил за происходящим вокруг, чувствуя себе не в своей тарелке. Юноша просто не привык к этому, поэтому пока решил наблюдать, размышляя над тем, что он все же чувствует. Ведь демон наконец-то нашел то, что искал. И его даже не отвергли. Человек, которого он так старательно пытался найти не сказал ему о том, что Лютер ему не нужен. Уильямс часто думал, что ему, возможно, и не стоило появляться на свет, он чистое отчаяние, то чего не должно существовать. Но Чхве Хан ему такого не сказал. Парню было в принципе сложно понять, что творилось в голове у Мастера Меча. Но он точно ощущал одно, что Хан не испытывает по отношению к нему отвращения. Лютер бы почувствовал, ведь он рожден из эмоций этого человека. — О чем ты так задумался? — прозвучал юношеский голос, и Лютер наконец-то поднял глаза от пола, смотря на источник этих слов. Сейчас Уильямс стоял в углу комнаты, чтобы не мешать остальным, но не далеко от него располагалось кресло, в котором спокойно пил чай юный на вид эльф, что сейчас был одет не как слуга, в отличии от дней, когда он сопровождает Хенитьюза. Разумеется, это вовсе и не эльф, поскольку демон отчетливо чувствует его ауру. Это существо является драконом. Эти создания — повелители магии, которым нет равных в обращении с ней. И такой дракон находился с Кейлом Хенитьюзом. А ведь он был даже не один. Прямо сейчас юный черный дракон лежал на кровати рядом с двумя котятами и красноволосым. Лютер осмотрелся вокруг, видя, что остальные люди в комнате находятся достаточно далеко. Он не был уверен, что этот вопрос был действительно адресован ему, поэтому сначала замешкался. — Вы это мне? — всё же уточнил демон, которому вдруг стало немного неловко, будто он говорил не с юным драконом, которому от силы чуть больше сотни лет, когда как самому Уильямсу было уже за два десятка веков, а с кем-то более старшим. — Разумеется, — дракон вздохнул, будто бы был вымучен происходящим вокруг, а слова его были произнесены так, словно здесь именно Лютер был ребенком, который многого не понимал. Золотой дракон, который всё ещё сидел в кресле, взял стоящий на столе чайник и обновил напиток в своей кружке, попутно наливая чаю ещё в одну. Он рукой указал на диван рядом, намекая, чтобы демон сел именно туда. Уильямс сначала застыл, неловко посмотрев на юного «эльфа», после чего все же направился на указанное место, присаживаясь. К нему пододвинули чашку с чаем, и Лютер в душе почувствовал ещё большее замешательство, поскольку даже банальная забота была ему не знакома. — Ну и о чем же ты задумался? — всё же повторил свой вопрос Эрухабен, отпивая из чашки. Демон же посмотрел на чашку перед собой и, тяжело выдохнув от напряжения внутри, тоже взял её в руки, сделав глоток. Горячий напиток приятным теплом разлился по горлу, будто бы действительно согревая парня изнутри. Он бы и не подумал, что чай может быть когда-то таким вкусным и согревающим. Раньше этот напиток казался юноше менее замысловатым. Быть может его просто нужно пить в хорошей компании? — Я не совсем уверен в том, насколько мне место здесь, — проговорил всё же Лютер, смотря в чашку, заполненную янтарной жидкостью. — Всё это не совсем привычно. Не говоря уже о том, что из-за меня пострадали люди. Эрухабен четко видел терзания парня, который, несмотря на возраст, будто бы ещё был совсем подростком. Хотя это и не было удивительным, ведь у этого демона рядом не было никого, кто мог бы помочь и поддержать. Было ли у него вообще время и возможность оставаться ребёнком? Получается, что этот юноша настолько рано был вынужден нести за себя ответственность, что в итоге внутри так и остался тем самым подростком. А сейчас парень и вовсе винит себя за всё случившееся, хотя из того, что он рассказал, следует лишь то, что помогал он демонессе только в первом проникновении. Безусловно, тогда пострадал Альберу, который был для них дорог, поэтому за то происшествие вины с него никто не снимает, однако демон взваливает на свои плечи намного больше. Но главная проблема заключается в том, что с каждым днем это чувство вины внутри Уильямса растет. Юноша среди них уже 2 недели, и его это всё больше терзает, потому что он буквально испытывает тоже, что и Чхве Хан. — Хаааа, могу тебе сказать лишь то, что для нас всех здесь изначально были непривычны такие крепкие отношения со столькими людьми. Мы буквально учились всему. Я дракон и большую часть своей жизни прожил один. Эти дети, — Эрухабен указал на малышей, который сейчас были рядом с красноволосым. — Никогда не знали, что такое настоящая любящая семья. Альберу всегда мог полагаться на очень ограниченный круг лиц, а Чхве Хан, — при упоминании Мастера Меча демон напрягся, внимательно вслушиваясь в слова дракона, что не ускользнуло от Эрухабена. — И вовсе больше века прожил в Лесу Тьмы, в кромешном одиночестве, вынужденный выживать там ещё совсем подростком. Поэтому для всех нас всё это было чем-то новым. Даже для Кейла… Золотой дракон посмотрел на красноволосого юношу, который лежал в кровати, не просыпаясь. Он отлично помнит поведанную Ким Рок Су историю его жизни. И прекрасно понимает, что до попадания в тело Кейла этот парень так же не мог ни с кем сблизиться. Ведь он терял всех своих дорогих людей на протяжении жизни. Его судьба была не завидной. — Ну а насчет того, что из-за тебя пострадал кто-то… Здесь ты винишь себя намного больше, чем кто-то другой, даже сам пострадавший, — Эрухабен вздохнул, вспоминая, что Альберу, когда услышал историю Лютера, нахмурился, назвав демонов ублюдками. Наследный принц легко мог понять, что именно чувствовал юноша, будучи чужим в месте, где он появился на свет. В конце концов и сам Альберу во дворце был таким же. Он не могу довериться никому. Но у него хотя бы были тёмные эльфы. У Лютера же не было никого. Древний дракон смотрел на задумавшегося юношу, который ничего ему не отвечал. Было видно, что парень всё ещё погружен в сомнения. Оно и понятно, просто так это всё не улетучится. Но и не только Эрухабен смотрел на демона. Чхве Хан, что находился у окна, тоже мельком наблюдал за юношей, который был рождён из его сильного отчаяния. Мастер Меча всё ещё не знал, что он чувствовал, но в душе уже было некое беспокойство за младшего, за жизнь которого он оказался в ответе. Хан принял для себя решение, что чтобы Лютер для себя не решил, он не станет ему препятствовать, а наоборот, поддержит. В любом случае этот парень никогда не чувствовал банальной поддержки, а Чхве Хан хочет её ему дать. Странное ощущение, но так требует сердце Мастера Меча.

***

Чхве Хан вздохнул, смотря через устройство для связи на Чхве Чон Су, который, открыв рот, молча на него уставился, обдумывая то, что произнёс его дядя. — То есть, этот Лютер появился из твоего отчаяния? — спросил Ли Су Хек пока его младший товарищ всё ещё переваривал информацию, пялясь на Мастера Меча, который неуверенно почесал затылок. — Да?.. — ответил Чхве Хан, раздумывая. Он прекрасно понимал, что ощущения от Лютера ему знакомы. Он чувствовал от него ту же самую энергию, что и от своей ауры. Мастер Меча не мог отрицать очевидного. Демон не врёт. — Что?.. — спросил Чхве Чон Су, который уже произносил это несколько раз. Он уже трижды задал один и тот же вопрос из трёх букв. Су Хек рядом с ним лишь вздохнул, потерев переносицу. Всё же Чон Су был иногда слишком… Просто слишком… И даже не иногда, а очень часто. Будь Рок Су тут, то понял бы прекрасно, что чувствует сейчас лидер отряда. — У твоего дяди появился можно сказать ребёнок, — пожал плечами Ли Су Хек, на что уже оба Чхве посмотрели на него ошарашенно. — Я не прав? — усмехнулся кореец, который выглядел крайне уверенным. Чхве Хан ему на это ничего не ответил. Всё же он ещё не до конца понимал их взаимодействия с Лютером. Формально этот юноша рождён от его отчаяния, но они настолько мало знают друг о друге, что обоим сейчас слишком неловко даже поднимать данную тему. — Не знаю, — ответил Мастер Меча, вздохнув в ответ. Ему в любом случае было больше нечего добавить. — Как же с вами непросто, это отличительная черта семьи Чхве? — пробормотал задумчиво Су Хек, хотя оба юноши его прекрасно слышали, однако лидер отряда лишь улыбнулся им в ответ, на что у Чон Су пошли мурашки. Он ничего не произнес, вновь повернувшись к своему дяде. — А вы что об этом думаете? — спросил младший Чхве у Мастера Меча, который призадумался. — Я пока даже не знаю, что мне думать, слишком много вокруг происходит событий, но я хочу узнать Лютера ближе. В конце концов я не могу его просто оставить… Чон Су серьёзно кивнул на слова своего дяди и улыбнулся, обдумывая то, что у него, получается, появился ещё один интересный родственник. Лютер Уильямс. Демон рожденный из отчаяния Чхве Хана. Значит они были так называемыми двоюродными братьями? Эта мысль заставила Чон Су усмехнуться. Он определенно хочет увидеть этого любопытного парнишку, которого скоро затащат в огромную семью. Младший Чхве уже прекрасно знал, что испытав любовь, которую дарит семья Кейла, парень не сможет просто исчезнуть или уйти. Ему захочется остаться, как было и с другими. Чхве так же прекрасно понимал, что Рок Су слишком добрая душа, чтобы выкинуть несчастного юношу с трудным прошлым, даже если из-за того пострадал его близкий. Он будет ворчать, может притворяться, что ему всё равно, но никогда не прогонит мальчишку. Слишком уж Кейл слаб к чужим судьбам.

***

Лютер сидел на диване, пока на столике перед ним расположилось трое детей, которые хитро улыбались. Юноша точно не знал, почему эти малыши решили проявить к нему такой сильный интерес, но не так давно он был вытащен из своего угла и расспрошен этими тремя любопытными мордочками, которые не умолкали, обсуждая с ним самые разные темы. Эти три хитрых ребёнка даже выяснили, что Лютеру тоже нравится печенье, которым теперь его угощают каждый день. Эрухабен лишь с усмешкой наблюдают, как трое детей, кажется, нашли себе четвертого товарища, что смотрел на них любопытными большими глазами. Всё же Лютер пусть и казался изначально хитрым юношей, но чем ближе они его узнавали, тем больше находили сходств с Чхве Ханом. Его любовь к владению мечом, его некое смущение или же незначительные улыбки, которые появляются неосознанно на лице парня. Маска, которую раньше носил Лютер, будучи Президентом студенческого совета, постепенно покрылась трещинами и упала, обнажив настоящие эмоции демона. За неделю, которая прошла с момента диалога с древним драконом, Лютер очень сблизился с тремя детьми, поэтому решил их как-то порадовать. Ему было очень неловко, когда он надумал всё же принести им печенья. Но юноша не пошёл покупать их в лавку, решив, что будет лучше сделать самому. Так сказать, от чистого сердца. Сам парень для себя не готовил ничего практически. Когда ему приходилось выживать на улице, то он не брезговал даже выкинутым хлебом. Мальчику приходилось самому охотиться, пока он изучал свои силы, после чего животные обычно приготавливались на огне, которые кое-как разводился. Но при всем при этом Лютер никогда не учился готовить, так как не было ни времени, ни смысла в этом. Сейчас же, обладая множеством знаний из людского мира, Уильямс решил, что приготовить детям печенье будет не так и сложно. Вот только он и подумать не мог, что из духовки вытащит не вкусное печенье, а сгоревшие угольки. Дети, которые не так давно прибежали на кухню и узнали чем занимается юноша, смотрели на сгоревшее печенье с таким выражением лица, будто бы этого и ожидали. Демон уткнулся лицом в свои ладони, так как был очень смущен результатом. Что ж, кажется, готовить не так просто, как он думал. Вздохнув, Лютер поднял взгляд и увидел в проходе Чхве Хана, на которого дети смотрели осуждающе. — Навыки в готовке определенно твоя заслуга, — произнесла Он, от чего теперь уже смутился Чхве Хан, что прекрасно знал о своих неудачных потугах что-то готовить. Он из-за длительного выживания в Лесу Тьмы был способен только, как и Лютер, приготовить простое мясо тех монстров, даже если оно и пригорало. Им обоим не приходилось выбирать, что есть, поэтому о вкусе некогда было беспокоиться. — Хорошо, что Бикрос сейчас в Чёрном замке, — отметил Хонг, на слова которого согласно кивнул Раон, осмотрев запачканную кухню и сгоревшие печеньки. Шеф-повар бы не стал терпеть этот ужас. Он бы вновь напал на Чхве Хана, так как Лютер его ответственность и унаследовал именно его ужасные навыки в готовке. Поэтому Бикрос бы решил выместить свою злость на Мастере Меча, а не на подростке, которым фактически Уильямс не был, ведь ему было уже более двух тысяч лет, однако все в этой семье почему-то видят в нем всё ещё ребёнка. — Бикрос? — уточнил Лютер, которые не очень понял о чём говорили малыши, на что те лишь на него посмотрели с блестящими глазами. — Да! Он Шеф-повар и готовит очень-очень вкусно! Его блюда самые лучшие! — восторженно рассказал Раон, вспоминая вкуснейшие сочные мясные колбаски или нежный стейк. Они хотели скорее попробовать еды Бикроса, которая была просто божественна. — А ещё он не любит, когда на его кухне кто-то кроме него готовит, особенно сильный Чхве Хан! — добавил с улыбкой Хонг, на что Он вздохнула, согласно покачав головой. Чхве Хан на это лишь неловко улыбнулся, отводя взгляд. Действительно, он готовил не очень хорошо, а на кухню Бикроса ему вход был заказан. Шеф-повар готов его зарезать каждый раз, когда тот появляется на его территории. Да и вообще, Бикрос не любил гостей у себя на кухне. Только Кейл мог беспрепятственно пользоваться ей, так как был их Молодым Господином, а так же тем, кому Бикрос был обязан, Кейл спас его отца. Моланы никогда этого не забудут. Они всегда будут верны своему Господину. Хотя даже так Кейл на кухне появляется лишь тогда, когда ему нужно что-то от мастера пыток. В других случаях в этом нет необходимости, ведь за еду отвечал, отвечает и будет отвечать несомненно Бикрос. Дети похлопали по ногам Лютера, который посмотрел на них удивленно. По лицам трех малышей было понятно, что они утешают парня, на что он лишь сильнее удивился, а после улыбнулся. Ему впервой получать поддержку, кто же знал, что это, оказывается, так приятно. — Ты главное не расстраивайся… — произнесла Он, которая улыбнулась. Её выражение лица казалось очень взрослым, будто бы она уже успела вырасти. Почему-то Лютеру показалось, что эта маленькая девочка и сама пережила много, особенно после слов золотого дракона о том, что эти дети не знали, что такое любящая семья. Поэтому девочка и защищает своих младших братьев, за которых она в ответе. — Правильно! Давайте просто все вместе приготовим печенье! — радостно сказал Раон, на что Хонг согласно кивнул. Детям очень понравилась эта идея, на что Лютер слегка усмехнулся. Эти ребята были такими добрыми и жизнерадостными. Такими живыми и счастливыми. От них веяло теплом, и Лютер сам тянулся к ним неосознанно. Свет всех этих существ будто бы засиял в его непроглядной тьме, показывая путь дальше. — Хорошо, давайте так и сделаем, — произнес юноша, ему всё ещё было всё это в новинку, но парень соврёт, если скажет, что он не хочет быть ближе к этим людям. Будет ли это слишком эгоистично, если он захочет тут остаться? Лютер пока не знал, но ему было слишком тепло здесь.