Perfect Blue

Не прошло и минуты после её слов, как в дверь постучали. Открыв её, Се Лянь изобразила некое подобие улыбки. Похоже, Хуа Чэн и не думал оставлять её одну, во всяком случае, не в такой ситуации. Поэтому, несмотря на то, насколько ей был необходим перерыв для того, чтобы переварить информацию и собраться с мыслями, всё же отходить далеко тот не рискнул. Так что сейчас он напряженно вглядывался в её лицо, явно ища признаки того, что за время его отсутствия она могла с собой что-то сделать, будучи в столь подавленном состоянии. И Се Лянь бы соврала самой себе, если бы сказала, что её не тронуло это беспокойство. — Цзецзе, ты в порядке? — с тревогой спросил он. — Да, всё нормально. Благодарю за беспокойство, Сань Лан. — И, видя нервное выражение лица Хуа Чэна, поспешила его успокоить: — Если ты опасаешься, что за время твоего отсутствия я могла попытаться покончить с собой, то можешь не волноваться, я давно переступила эту стадию. Он едва заметно вздрогнул, а в глазах промелькнул страх. — Цзецзе, раньше пыталась?.. — севшим голосом произнёс он. - А, это было давно. — максимально беззаботно махнула она рукой и рассмеялась. — И, как видишь, неудачно. Лучше проходи в гостиную, надо обсудить мою идею. Похоже, попытка Се Лянь свести своё состояние к шутке, чтобы успокоить Хуа Чэна, не совсем удалась, поскольку тот выглядел ещё хуже, чем в начале разговора. И так бледное лицо теперь стало каким-то серым, а губы сжались так, что рот выглядел тонкой ниточкой. Тот тяжело опустился в кресло и сцепил руки в замок, продолжая сверлить её напряжённым взглядом. Се Лянь вздохнула. Всё-таки попытки успокоить кого-то всегда не были её коньком. Даже в разговоре с тем несчастным ребёнком-самоубийцей она с трудом подбирала слова, скорее бормоча что-то бессвязное и малоосмысленное, чем пытаясь вести разумный диалог. Хотя в иных, менее стрессовых ситуациях она была способна продемонстрировать всё своё красноречие. Она жалела, что тогда и впоследствии уделила этому ребёнку так мало внимания. Сначала, поддавшись нравоучениям родителей, которые, пусть и были довольны её добротой и некоторым волонтёрством по отношению к сироте, всё же отговорили её от последующих встреч и чрезмерно активной переписки с ним, поскольку это означало взвалить себе на плечи слишком большую ответственность за случайно встреченного ребёнка. А после основания группы "Сяньлэ" она со временем и вовсе забыла о нём, погрузившись в музыку с головой и успокаивая себя тем, что в своих письмах он выглядел уже весьма бодрым и счастливым. А жаль, ведь продолжи они то общение, кто знает, может, у неё был бы тот, кто понял бы её чувства в тот момент, когда весь мир сначала рухнул, а потом сузился до одной петли. В общем, признав, что эту часть их с Хуа Чэном разговора она провалила, Се Лянь попыталась зайти с другой стороны и, решив показать себя гостеприимной хозяйкой, протянула ему уже давно остывший сэндвич. - Будешь? А то пока там курьер с едой приедет. - Нет, что ты, цзецзе, это для тебя. Ты же ещё не завтракала. - он вежливо отстранил протянутую ею тарелку. - Ой, да бери, я не настолько голодная, и не такие перерывы в еде были. А тебе явно нужнее. - Тогда тем более цзецзе нужно хорошо питаться, - хмуро ответил он. - Я крепче, и от этого не загнусь. Видя, что диалог принял не менее неловкое положение, чем предыдущий, Се Лянь решила пойти на компромисс, аккуратно разделив сэндвич руками на две части, и довольная протянула ему вторую половину. - Вот теперь не отвертишься, Сань Лан. Его лицо приняло какое-то особенно беспомощное выражение, но он покорно взял этот злополучный сэндвич и начал медленно его жевать. Удовлетворённая полученным результатом, она сама откусила кусочек и только сейчас осознала, насколько была всё это время голодна. Впиваясь зубами в несчастный хлеб, она не могла не осознать всю иронию происходящего. Было время, когда ей буквально приходилось заставлять себя поесть хоть немного. А теперь, несмотря на случившуюся с ней только что истерику, она была готова съесть хоть целого слона. Только доев последний кусочек, она заметила, что соседнее кресло пустует, а сам Хуа Чэн чем-то гремит на кухне. Она уже было встала, чтобы пойти вслед за ним, когда он вернулся с кухни, неся в руках поднос с ещё одним сэндвичем и стакан сока. — Держи, это тебе. Чай уже остыл, так что пока выпей это. — Заметив, что Се Лянь хочет что-то сказать, он мотнул головой. — Даже не вздумай отказываться или делиться. Мы оба прекрасно знаем, что именно тебе сейчас необходимы силы. В этот раз она возражать не стала. Тем более что и впрямь была весьма голодна. Пока она утоляла свой голод, Хуа Чэн смотрел на неё, тихо улыбаясь, и, дождавшись, когда она отложит пустую посуду, спросил: — Так всё-таки, что за идея пришла в голову к цзецзе? - О, всё просто, - моментально сосредоточилась она. - Как ты сам понимаешь, вывести Цзюнь У на чистую воду не так уж и легко. Эта папка на самом деле мало что значит. Во всяком случае, он сам будет всё отрицать, как и его адвокаты. А надежды разузнать о его причастности к уничтожению бизнеса моей семьи и вовсе крайне малы. Тебе и самому это пока не удалось. Так что нужно сделать так, чтобы он сам всё рассказал. В идеале на камеру, а не только диктофон. - Что ты предлагаешь? - Я предлагаю ловить на живца. В данном случае конкретно на меня. Видя, какое мрачное выражение лица стало у Хуа Чэна, она поспешила его убедить: - Сам посуди, я явно являлась самым важным объектом его махинаций. Независимо от причины, по которой он так поступил, так или иначе всё сводилось именно ко мне. А значит, и сейчас я, скорее всего, быстро привлеку его самое пристальное внимание, и более чем вероятно, что он подпустит меня близко к себе. Понимаю, что у нас не шпионский детектив, так что я и не надеюсь найти документы, подтверждающие его преступления. Я просто хочу спровоцировать его на признание. - Хорошо, понимаю. - Он тяжело вздохнул - Ты уже решила, как это сделаешь, цзецзе? - Да. - Утвердительно кивнула она - Я просто начну, как и планировала, снова заниматься пением. И если у меня получится вернуться в строй и выйти на сцену, рано или поздно это привлечёт его внимание. И я сильно сомневаюсь, что он останется в стороне и не попытается наладить со мной контакт. - Это опасно, ты же это понимаешь? - Во взгляде Хуа Чэна вновь стала заметна тревога. - А разве ты не будешь меня подстраховывать? — подмигнула ему Се Лянь - Уверена, что для тебя не составит труда обеспечить мою защиту. - Разумеется, можешь в этом не сомневаться. Я просто боюсь за тебя и за твоё состояние. Сможешь ли ты выдержать его присутствие? - Не переживай. Я сильнее, чем ты думаешь. Но за то, что волнуешься обо мне, большое тебе спасибо. Хуа Чэн нежно улыбнулся: - Я не сомневаюсь в том, что цзецзе обладает большой силой воли. Я лишь хочу донести до тебя мои опасения, что встреча с Цзюнь У причинит тебе слишком много боли. Но если ты всё для себя решила, то мне остаётся лишь принять это и помочь. Располагай мной и моими ресурсами на своё усмотрение. В этот момент раздался дверной звонок. От неожиданности они оба подскочили на месте. — Похоже, курьер прибыл. Надеюсь, что цзецзе всё ещё достаточно голодна и не откажет мне в удовольствии приготовить для неё что-нибудь вкусное? Он отвесил ей галантный поклон на европейский манер и направился к двери. Се Лянь с любопытством гадала, что же её Сань Лан приготовит на этот раз. Хоть первый голод она и удовлетворила, но она ни за что бы не отказалась от очередного кулинарного шедевра своего милого друга. Се Лянь потянулась, выгнув спину дугой. Сегодняшнее утро выдалось крайне тяжелым, а впереди предстоит много работы, но сейчас можно немного расслабиться.