Адская лестница

Операция в пустынных предгорьях под кодовым названием “Марда” проходит успешно. Особенно успешно выступили наши бойцы седьмой роты под названием “Псы пустыни”. Их героическая оборона уже вошла в аналы истории как “Новые Фермопилы”. Мы будем держать вас в курсе событий… Опять журналюга в своем репертуаре, он может написать что то менее пафосное? Фермопилы блять, ебучие пироги, до слез смешно. - говорил седой капитан Медведев читая свежую сводку о своей роте. Не думаю, что это что то пафосное товарищ капитан, просто он очень умный по ходу. - отвечал капитану рядовой. Волков! Тебе кто то разрешал говорить? Думаю что нет, вот и смотри за линией фронта, не отвлекайся. - резко отчеканил капитан. Рота окопалась на новом месте, как объяснило капитану командование, они направлены на усиление дивизии полковника Берестова, которая должна была пойти в наступление и разрезать линию фронта, поддерживаемые  бригадой Полковника Разина они должны взять в окружение группу армии противника. Капитан не сильно вдавался в тонкости, ему было достаточно полученной задачи, но понимал что исход атаки предрешен: Берестов и Разин это лучшие из лучших, их формирования самые образцовые и не раз доказали свою боеспособность в этой операции. Для Медведева было большой честью биться с такими людьми, что греха таить, он мечтал с ними познакомиться и увидеть их талант в действии: непререкаемый авторитет и героизм Берестова, что как Чапаев  идет впереди войск и непревзойденный тактик Разин, что выходил без потерь из самых темных и кровавых мясорубок трех войн: Чегемской, Сарматской и Карпатской. Но чего он ждал не меньше, это встретить журналюгу, что прославился среди бойцов своим героизмом и твердостью духа так же, как и  талантом слова, не считая его крайнего боя, где он собрав горстку новобранцев и стальным кулаком из огня продавил линию обороны противника.  С такими мыслями он стоял в карауле с рядовым Волковым - не особо умным, но стойким и надежным.  Песчаная буря внезапно принесла под утро войска противника. Бой начался. Капитан отдавал сотни приказов, перекрикивая стрекот автоматов и гул пулеметов. Никто не ожидал, что противник задействует одну из своих танковых групп, но Медведев был готов, недаром его мальчишки зовутся “Псами войны”.  Так же им на поддержку подоспела группа танков Лейтенанта Зачкова, и при поддержке трех танков они заставили атаку захлебнуться и выиграли время для Берестова, что скомандовал всем группам в атаку. Медведев летел со своими “псами” по горячему песку и пытался высмотреть огневые точки врага, Берестов был уже на острие и попал в западню, Разин скомандовал стягиваться, но Берестов его резко остановил и элегантно вышел из окружения, оказавшись рядом с ротой капитана. Весь в песке и крови Берестов казался песчаным дьяволом, выкрикивал приказы и прицельно стреляя летел вперед неумолимой силой. Рядом с ним по правую руку мельком капитан увидел седую голову, что пролетев к соседнему камню, прицельно подавила огневую точку и двинулась в окоп перехватывая лопатку и нож. Товарищ полковник, атака буксует, что будем делать? В штыки мы их не возьмем. - прокричал Медведев подбегая к Берестову. Что за настроения солдат! Продолжать атаку, сынок, покажи чего стоят твои псы, а я поддержу. В АТАКУ!!!! С криком солдаты пошли в безумную штыковую атаку, заливая кровью окопы и траншеи врага. Это был безумный танец смерти, где свист летящих голов был ему аккомпанементом. Медведев за все годы службы не был в такой мясорубке. Его бойцы, как бешеные псы рвали солдат врага: многие потеряли оружие, многие взяли трофейные сабли, кто то зубами разрывал итак уже отступающего и бегущего врага. Когда бой стих, то бойцы выглядели изможденными и испуганно смотрели на плоды своих трудов: ноги, руки и головы, пальцы и выдавленные глаза, хлюпающая под ногами кровь. Медведев заметил как Берестов стоял рядом с седовласым парнем  и что то говорил ему пока тот старался стереть кровь с сабли. После боя капитан собрал своих. Пять двухсотых и 10 трехсотых, много. Он надеялся обойтись малой кровью. Молодой командир всегда старался беречь бойцов, они были ему как братья, знал каждого и их смерть оставляла в сердце жуткую, кровоточащую рану.  Берестов и Разин вызвали его к себе. Ну что сынок, твои псы и правда хороши, седьмая оказалась злее и крепче чем я думал. Молодец так держать. - похвалил капитана комбриг Разин. Служу отчизне! - отчеканил командир псов. Ты служишь бойцам родной, отчизна далеко, а ребята трут тебя плечом. - сказал уставшим голосом Берестов. Вить, ну ёмаё,  опять двадцать пять… - улыбнувшись ответил Берестову Разин. Что? что опять… - нахмурив бровь ответил старый комдив. Ну вот это вот все… Где там твой писака, он там интервью брать должен. Вороненок идет, он всегда опаздывает…  а вот и он. В палатку вошел парень не старше капитана, тоже совершенно седой и  жутко сгорбленный, в тельняшке, что открывала жуткий шрам на груди в районе плеча и татуировку кинжала что оплетала змея на правой руке, прям как у Волкова, подумал Медведев. Здравия желаю Товарищ полковник! Сержант Воронов по вашему приказанию прибыл! - отчеканил писатель. Как всегда, сколько раз говорил тебе… по первому зову ты тут, я тебя точно в наряд поставлю, ты меня доведешь. - улыбнувшись и нахмурив брови сказал Берестов. Полковники отошли к карте, а Капитан и журналист сели и начали интервью. Итак, капитан, я слышал что вы несколько раз отказывались от звания майора, расскажите почему?  Не хочу бросать свою роту и не достоин я еще звания майора, пока рано. Интересное мнение, как и название вашей роты. Почему именно “Псы пустыни”? Долгая история:  все началось с операции в горах Махрада. Нам был дан приказ окопаться и создать укрепленный плацдарм для будущего наступления и проезда колонны гражданских из Маритена и Кабрака. Никто тогда не думал что будет настолько массированная атака: они шли и шли, тысяча за тысячей, мы теряли солдат, одного за другим. Поняв что они не смогут нас продавить живой силой так просто, они решили перегруппироваться. Я решил сделать очередную перекличку, хотел понять кто еще остался: а осталось то,  уже от силы половина  в боеспособном состоянии, а тут очередная атака. Они шли как зомби, им было совершенно пофиг на все, мины взрывались, а они шли и шли дальше. Тогда я начал выть и кричать гимн роты, да у нас есть гимн, Сережка Васин придумал, он у нас поэт знаменитый, хе хе. Так вот мы начали выть и петь. Сначала с левого края, потом правый подключился, центр долго молчал, но жиденько подпевал. Представь как мы охуели, когда эти смуглянки дрогнули, сука, их мины не пугали, а вой моих пацанов напугал до усрачки. Ну мы и решили начать стрельбу. Тут они окончательно обосрались. Мы еще долго выли и стреляли, почти весь боезапас истратили, но было похер уже: птички начали ковровую и войска подходили к нам. Так мы и стали “Псами пустыни”. Очень интересно и захватывающе, но я вот не понял про гимн… Мне можно задать вопрос? Эммм.. конечно, давай. Вы же знаете про это,  писал же про “Новые Фермопилы”, вот и вопрос у меня: нахера спрашиваешь о том что знаешь и, ебаные пироги, почему блять Фермопилы то, при чем тут мы и спартанцы? Мы совершенно не настолько сильно прославились, чтобы называть это так. И… Я понял, прости что перебил, но я так не писал. Это редактор сволочь все переиначил. Я с ним еще долго ругался недавно из-за этого. Он половину выкинул, а про то что ты рассказал я не знал. Мне таких вещей не предоставляют, все сухо: был бой, столько наших, столько чужих, да потери и место пишут. Я тебя понял, могу на ты? Конечно, я что важная шышка какая - улыбнувшись ответил сержант. Ты Воронов так? Но я знал Воронова, ты не он ведь друг. Как ты это обьяснишь? Выйдем расскажу - ответил опешивший Воронов шепотом. Ну хорошо, секреты блять одни вокруг. Они еще долго бесседовали, полковники так же подсели, на столе вместо карт появился чай и скудный ужин. Чуть позже и фляга появилась и звякнули железные рюмки. Когда все изрядно подпили,  ребята решили выйти покурить, пока полковники начали горланить старые песни и вспоминать "славные деньки". Закурив капитан открыл было рот чтобы заговорить, но сержант начал первым: Я тоже знал Воронова, хороший сержант был, и друг неплохой. Правда и падлой он был редкостной: я дружил с ним по детству, пока в рабочий лагерь не попал, потом и он туда загремел. Правда если я и мои друзья были в самых жутких условиях третьего барака, то этому подхалиму  повезло больше - он попал в первый, самый свободный из всех: они могли спокойно выходить за территорию, могли звонить, их часто снимали для роликов и они работали в местной администрации. Я не знал,  ебучие  пироги…. Подожди, это ещё не все. Закурив   ещё по одной Воронов продолжил: Так вот, и когда мы наконец подняли бунт, эти черти  были на стороне лагерных охранников.  И я лично перерезал ему горло когда нашёл тут, этот трус сбежал как только появилась возможность, и именно он сообщил о бунте. Он это заслужил.  Ты видел его фотографии? Он у нас был фотографом от бога, природу снимал, гранты выигрывал… хуйня, садист он ебаный,  снимал он как насиловали и убивали  лагерных, он запечатлел сотни издевательств…. Ты все еще считаешь, что я убил и отобрал личину у хорошего человека? Тем более это предложил не я, у Волка своего спроси, он тебе тоже много интересного расскажет.  Он один из нас.  Кого вас? - спросил капитан. Держи. И сержант протянул ему листок, на котором была нарисована змея оплетающая кинжал с надписью на латыни " immortalitatis in saecula saeculorum", а над ним красовалась корона из четырёх коней. Что это? - Спросил Медведев, но парня уже и след простыл.  - Куда он делся? Ебучие пироги, как сквозь землю провалился.    На утро его снова позвали в палатку для проведения брифинга. Итак, мы хорошо начали, продвинулись почти на километр,  но меня пугает что мы остаемся в тылу войск противника, а для выхода у нас небольшой коридор в 300 метров шириной. Можем и сами попасть в окружение. - резюмировал их положение Разин. Прошу прощения, я могу стать со своей ротой в этом проходе. Для нас это не впервой,  мы на этом собаку съели. - высказался Медведев.  Иронично, мне нравиться ваш подход, так и поступим… - ответил Берестов.  Вить, погоди. А тебе они разве не пригодились бы, твоя дивизия потеряла много бойцов…. - отрицательно качая, взволнованно говорил Разин. А кто прикроет нас  в тылу? Андрей твои тоже мне нужны, причем сильнее чем его псы. У тебя лучшие саперы на три ближайшие армии. Мне как прорваться то? Согласен, но так ли нужны сапёры, мы же можем карту составить, отправить разведку из одного отделения. Так что делаем то? Мне своих распределять по карману или поддержать огнем вас, полковник?  Так, Андрей,  отправляем капитана и его роту охранять проход. А мы займёмся котлом. - резюмировал Берестов.  Зря ты так Вить, опасно без поддержки… Я все сказал, ты и есть поддержка если ты не забыл, так что давай не будем. Что не будем? Ну вот это вот все… Полковники переглянулись и улыбнувшись скомандовали сбор на позиции.  Утро началось с обжигающего солнца в купе с артобстрелом ближайших позиций. Песок рвало на куски, а капитан безмолвно наблюдал, как дивизия Берестова готовилась выдвигаться.  Он же, копавший всю ночь с ребятами укреп точки и чиня уже имеющиеся надеялись на скорую победу, так как все понимали что авантюра комдива, может провалиться, да и сама мысль о защите коридора длиной всего в триста метров, без поддержки выглядела суицидальной. Надеюсь вы знаете что делаете Виктор Сергеевич,  очень надеюсь… какое безумие,  ну на самом деле… тут уже и правда Фермопилы, интересно, о чем думал царь Леонид? Понимал ли он что они все идут на смерть? Или он до последнего верил в свою победу?  От тревожных мыслей капитана отвлекла атака Берестова и внезапный контакт с противником. Небольшая группа хотела зайти в тыл наступающим войскам, однако они не учли окопавшуюся роту псов.  Контакт на 10! Два трехсотых, веду бой, сынок,  как там тыл? Справляешься? Так точно, один трехсотый, но они лезут из всех щелей, как продвигается наступление.  Хуже чем ожидалось,  но мы почти у цели.. Связь резко оборвалась и капитан понял почему: радист и рация были неисправны - очередь из крупнокалиберного и от человека ничего не осталось, только мясо и кровь на Медведеве. Но бой не останавливался. Все новые и новые части подходили к карману, а полковники неумолимо продвигались вглубь линии фронта. Товарищ капитан, что будем делать? Они все прут и прут. - крикнул из соседнего окопа рядовой Сербов. Не знаю Серёг, выполняем задачу. Приказов других не было. - резко выкрикнул Медведев и в глазах потемнело.  Капитан был резко выброшен из окопа. Он лишь мельком увидел как дрогнул противник и побежал, но неумолимая тень что выбросила его, молниеносно переместилась к группе солдат и разорвала их на части. Проходя от окопа к окопу, от человека к человеку она рвала всех: "псов" и их противников одинаково. В конце концов оба отряда объединились, пытаясь отбиться, но все было тщетно. Пули застревали в теле и лишь рык был ответом,  да ещё большая ярость к защитникам. В конце концов Медведев был ранен в живот и нянчил свои кишки в руках теряя сознание от боли, изредка видя как безумный пир зверя подходил к концу.  Кровь и песок, остатки тел: оторванные головы и руки, обглоданные ноги и выпущенные кишки, все что осталось на месте бойни. Медведев увидел лишь выползающего Волкова с огромными ранами от ножа или когтей и зубов (это точно так? Мне не кажется?), что медленно двигался в его направлении. Товарищи капитан! ВИТАЛЯ! КУДА РАНИЛО? Ебаный рот,  сука! Я соображу носилки… Нет смысла, я уже не жилец.  Есть кто ещё живой? Никак нет товарищи капитан! Эта хуйня собачья всех порвала в ласкуты! Собачья? Что за хуйня тут живёт.  Господи, посмотри на это, посмотри! Это уже даже не бойня. Он охотится на нас, нахуй мы вообще сюда пришли! Сколько ребят лежит. Тут ведь не только наши,  ему вообще было насрать на все. Берегите силы капитан я вас вытащю… только… Да заткнись ты блять, все, отвоевался….единственное что скажу - найди эту суку и убей. Убей её к чертям собачьим её! Они все мертвы? Точно?  Точно, никто не выжил. Слеза Покатилась по лицу умирающего капитана и он испустил дух, отдав Волкову серебряную саблю,  что ему подарил Берестов после прошлой атаки.  К рассвету Волков хромой и израненный дошёл до позиций Берестова. Удивлению бойцов не было предела, Разин и Берестов тут же вызвали врача и отправили часть солдат на место бойни. Что там произошло, сынок? - спрашивал испуганный Берестов. Там был ад… он… или оно… псиная морда…убила всех Псиная морда? Ты уверен? - комдив недоуменно смотрел на солдата. Вызовите Воронова,  мне нужен его экспертный взгляд.  Живо! На Этих словах изможденный солдат провалился в сон. Во сне он видел все туже бойню, как бойцы безуспешно пытались бороться с ужасной напастью, что неумолимо двигалась, маневрируя и уворачиваясь. Он все ещё не понимал как это возможно, потом его плечо пронзила боль и он потерял сознание, придавленный телом рядового Сербова.  Последнее что он услышал это душераздирающий крик поэта Васина… Тем временем Берестов собрал консилиум из Разина, Воронова и врачей, вызвали и капитана Грабова, как знатока местных легенд и суеверий.  А теперь ответьте мне что это за раны и вообще что за ужасы произошли с нашими бойцами? Вдумайтесь,  боеспособная и образцовая рота лежит всем составом с командиром залитая собственной кровью в песке, обглоданная и пожеванная. Кто на такое способен? - полковник Разин не скрывал своей злобы и негодования. Раны нанесены как будто бы волком или очень крупной собакой, когти из той же оперы. Я не могу понять, если он говорит что он был один, то не вяжется у меня.  Там должна быть стая не меньше и… Вы мне расскажите что за стая такая неизвестная? Вы издеваетесь, думаете я поверю что стая волков или койотов разорвала целую роту наших и почти две роты смуглянок? Конкретнее доктор, что это? Что скажет наш литературный подряд? - резко оборвал врача Берестов и обратился к Воронову и Грабову. Мы перелопатили не так много информации как хотелось, извините мало времени было, но пришли к выводу что это Биальдхуб - ужас пустыни в виде огромного волка… То есть вы хотите сказать что это оборотень? Так, кто завалил нашу роту, что за шутки?! Вы мне можете сказать что то конкретное, а не мистические байки, что вы льете нам в уши! - переходя на крик негодовал Разин. Перепалку остановил Волков,  войдя в палатку командиров. Все были в шоке: на нем не было ни одной открытой раны, укус и порезы затянулись, оставя лишь белеющие шрамы,  глаза стали янтарно жёлтыми, с каким то звериным огнем, а рот был более похож на смазанную пасть, клыки увеличились, голос стал более резким и рычащим. Его тело стало ещё более крепким, не было заметно что он прошел несколько десятков километров после нескольких изнурительных боев. Он был свеж и готов кинуться в новый бой с какой то звериной свирепостью. Уважаемые полковники, могли бы вы нас оставить на пару слов. - попросил капитан Грабов. Это ещё зачем? - начал было протестовать Разин,  но Берестов его резко схватил за локоть и вышел из палатки под предлогом осмотра позиций. Грабов начал: Итак ребятки, у нас сложилась хуевая во всех смыслах ситуация. На стороне врага дерётся нечисть. Я не берусь утверждать что это до конца так, потому что я видел это все лишь номинально. Главное, нам нужно найти эту тварь и убить. Изучив место боя я пришёл к выводу, что эта волчья падаль почуяла кровь и прискакала поживится трупами, как и было уже несколько раз. Мы со Спицыным уже несколько месяцев пытаемся его поймать или убить. Но до этого дня он появлялся лишь на местах прошлых сражений,  что приводит нас к выводу что он начал борзеть,  что усложняет ситуацию на фронте. После вчерашнего он больше не боиться вступать в открытый бой. И подходит он всегда с подветренной стороны и знает эти  горы как свои пять пальцев. Главное что необходимо сейчас… Это понять что с Волковым,  судя по его виду он стал Биальдхубом, как и наш кровожадный волчок.  - перебил капитана Воронов. - Теперь нам необходимо это проверить и использовать. Именно, поэтому Спицын проверит что с ним по врачебной, и вы вместе  будете отправлены выслеживать эту тварь. Так точно товарищи капитан. Спасибо конечно, но я выслежу его сам - резко с рычанием ответил Волков. Нее друг, я тоже хочу сломать пасть этой твари. Твой капитан был очень хорошим и умным человеком, я помогу отомстить за него. Рядового почему то сильно разозлила фраза сержанта. Его это ужасно раздражало, так же как зуд вокруг шрамов.  Чем бы не смазывали и обрабатывали кожу зуд не проходил. Как будто кто то пытается откусить от него кусок… Зуд начался с его первого шага после бойни  по этой гиблой пустыне. Мрачное напоминание о чем-то незаконченном, обещание, которое его воображаемый палач или вернее сказать отец и вожак должен сдержать. Песок был повсюду, бесконечный океан перемещающихся песчинок, выбеленных беспощадным солнцем, протянулся до самого размытого горизонта. В его снах песок был черным от шерсти и красным от крови… Их поход в пустынную пучину не был легок. Из-за постоянно движущихся барханов и пагубного воздействия песка на двигатели большая часть техники Армии слишком быстро теряло боеспособность. Гусеничные машины увязали возле вершин,  наполовину погрузившись в песок.  Внезапно им пришлось укрыться за ближайшим барханом, они наткнулись на  врага. Под ними прокладывали туннели, быстро приближаясь к линии соприкосновения с дислокацией полковников, буквально в нескольких километрах. Атаку они решили начать с наступлением темноты, и перерезав глотки Часовых и саперов-копателей, лобовую атаку предвещала серия подземных взрывов. Пока смуглянки перегруппировались  чтобы наступать стойкими рядами черного и стального ада, из клубов песка появилось оно –  лунная тварь  — быстрая, звероподобная, абсолютно непохожие на человека. Определить истинную природу этих мерзости было сложно, как и угадать в ней, как ни странно, человека!  Рядом с Вороновым с рыком появилось ещё  одно существо и полетело в атаку оскалившись рыком. Пустыня окутала зверей  частичной пеленой из поднявшейся бури, но сверкнувший из ближайшего блиндажа,  потрескивающий залп трассеров был заметен. Воронов нахмурился, и его  тело окаменело. Он видел, как его врага стирают с лица пустыни, он крепче сжал автомат и погладил ножны с саблей. Звери начали свое ужасное противостояние, вдоволь насытившись человеческой кровью. Вокруг них полыхнули залпы легкой артиллерии арабов. Сержант поднявщись, вскинул автомат и попробовал прицепиться в пасть чудовища. Но кто из них кто? Оба чёрные, оба жилистые и мускулистые, их шерсть обильно покрывала кровь людей и их собственная из рваных ран. Они не переставали рычать и прыгать друг на друга изредка расходясь на дистанцию прыжка и кружа глядя друг другу в звериные желтые глаза полные крови. Зверь, чьи длинные когти пронзили врага вдруг прорычал слова: слишком молод, предсказуем… слишком глуп… И бросив наземь тело черного волка, прикрывая глубокие порезы на туловище, бросился на сержанта, намереваясь откусить ему руку. Тот ловко уклонился от выпада и рассек ему спину и плечо, пролив тягучую темно красную жидкость на еще холодный на рассвете  песок. Вторым ударом, после перката был выстрел серебряной пули  с гулом вылетевшей из дула его верного пистолета ТТ-37, модификации "Пустынный хищник" , что отсек верхнюю часть уха, вызвав пронзительный вопль из сморщенной пасти твари. Зверь издал рычащий смех и снова заговорил: интересно, я не вижу тебя, но я могу тебя учить.  Доброй охоты вестник. И прежде чем  сержант смог сделать выпад или выстрелить,  он растворился в буре.               – Для победы над ним потребуется большее усилие, мы не нанесли ему никакого ущерба.  Я еще  не сражался с подобными вам прежде, — сказал Воронов подойдя к раненому волкову и осматривая его раны. — Мы  просто обязаны  убить его брат. Так эффективно, как умеем, как получиться. Мы должны найти способ — бросил легкий упрек рядовой сжав зубы от боли, регенерируя раны. Почему он обратился к тебе тем странным прозвищем. Вестник? Что за вестник?             – Он же все таки человек, может натыкался на мои статьи или сводки. Или… – он резко оборвал предложение – хотя нет, это вряд-ли, не могла эта тварь знать, никак.            – Не могла знать что? – спросил рядовой, медленно вставая, все ещё не до конца восстановившись.           – У меня есть интересная способность - я могу раствориться в темноте, если сосредоточусь,  он сказал что не может увидеть, но он меня чуял. Я ведь не просто забрал личину Воронова, в древности люди считали что вороны это вестники,  и не всегда с хорошими новостями. Почти всегда  несли весть о смерти.     – Серьёзно?    – ну вот так. Через несколько дней они набрели на лагерь "Номадов". Кровь впитывалась в барханы, привлекая падальщиков. Они спускались к убитым, паря на восходящих потоках воздуха; под ногами солдат шевелился и вспучивался песок, указывая на приближение порывистых ветров.  Волков словно бы не замечал этой активности: он то и дело переводил взгляд с одного человека на другого, очень недолго изучая каждого из них. С наступлением полудня они направились дальше в пустыню, оставив позади тела несчастных. Беспощадная жара  постепенно набирала обороты на протяжении их движения. Когда закончился очередной перерыв на сон, путники начали готовиться к рассвету, на приближение которого указало ослабление ветра. Над пустыней медленно вставало солнце. До горизонта тянулись барханы оттенков ржавчины, пепла и засохшего пота. Даже удушающая жара не изгнала отсюда жизнь: колючие кустарники и деревья, кактусы и суккуленты с яркими цветами росли в тенях скал, похожих на колонны. Подпитывали их глубоко залегающие остатки исчезнувшего оазиса. Повсюду среди растений можно было заметить движение — скорпионы и бронзовки сновали по опаляющему песку, жужжащие мухи перелетали с одного кактуса на другой. Высоко над ними, среди тонких облаков, несущихся по бледно-голубому небу, кружили на холодных ветрах пустынные стервятники. Глазами они обшаривали землю в поисках пищи. Пылевые смерчи, скользя вдоль дюн, заносили следы вокруг лагеря пустынных кочевников и наметали груды песка у стен тринадцати больших тканевых палаток. Они настороженно подошли к ним и выдохнули лишь когда один из местных пригласил их в дорого украшенный шатер. Близится вечерний покой – вместо приветствия сказал седой старец–  мы на рубеже его. – На рубеже? Что это значит? – спросил Волков, но сержант, ткнув его в плечо, показав жестом что стоит помолчать.  Пришло время спокойных раздумий. – продолжил старик.  – Пора осмыслить дневные деяния и то, что предстоит нам ночью. Ледяные звезды сменяют палящее солнце. Силы отводят дневное око, но не засыпают: из вышних чертогов они указывают нам путь, по коему нужно следовать.  Повернувшись к бойцам он вытянул руку ладонью вперед. К удивлению обоих он был слеп.  – Сейчас, на рубеже дня и ночи, жара и холода, действий и размышлений, мы можем обрести Истину. — Истину. На сей раз сержант, на ломанном аракитском,  спросил , но старый номад не понял его, или сделал вид что не понимает. – Сегодня вы  увидели ужасающее чудо. — он  жестом велел подойти. Повинуясь, они подошли. – Силы ниспослали нам этого демона за ваши грехи. Он избавит нас от неизвестной судьбы, отданной на откуп пустынным, безумным дикарям, сто забыли свои корни. Возможно, его  облик  вызвал у вас страх, но знайте: он и подобные ему – Отвергнутые, недостойные даже входить в самый бедный шатер. Прокляые, чье ееверие коснулось их душ, поэтому они вынуждены искать смысл и Истину в убийстве и поедании плоти, пытаясь утолить свой ужасный голод. Обдумайте это в час размышлений. Не забывайте: Силы определили, что в вечернюю пору нам следует разгадывать секреты их вселенной, и одна из таких тайн сегодня появилась в нашей жизни. У Волкова было много вопросов, но ответы на них, как сказал старец, он  отыщет, только путем учения, мук и соблюдения заповедей пустынных народов.  На этом разговор был окончен и Волков отправился спать, оставив сержанта у шатра. Тот все пытался снова попасть внутрь и спросить слепого старика о произошедшем. Открыв глаза, он почувствовал, как из его тела вновь заструилось могущество животных сил, будто сам природа привнесла благословение свыше. Номады с опаской и благоговением обходили его, некоторые кланялись.  Его окликгул Воронов и тот остановился. Подошедший боец сбивчиво начал говорить, что ему удалось пообщаться с местными и кое что узнать о звере пустыни.  Местные кочевники до сих пор верят в то, что, чтобы защититься от злобной богини Ламашту, они вынуждены взывать к помощи повелителя засухи и саранчи. Их бог Пазузу слетает на землю на орлиных крыльях, его львиный рев отзывается громом в облаках, а скорпионье тело источает яд, губящий посевы. А его дети – дьяволы пустынь или Биальдхуб – защищают сами пустыню и праведных детей последней от ложных богов и пастырей,  от мороков пустыни и помогают найти оазисы, даже в кромешной тьме пустынных бурь. Но есть и проклятые Биальдхуб: те, кто предали клятву и вынуждены утолять свой голод и поедать и поедать плоть снова и снова, не в силах насытиться. Они всегда появляются внезапно и скоротечно. Но где бы они ни были они оставляют кровавый пир для стервятников. Разговор оборвался от внезапного движения у ближайших барханов.  Волков тут же учуял смрад своего врага и с рыком бросился в сторону врага. Сержант старался не отставать перекидывая свой оц-25 "Сармат" в удобное положение для стрельбы. Через несколько минут в лагере раздалась стрельба. Тяжелые снаряды обрушивались на невидимого врага, давя или пронзая тех, кто попал под горячую руку и навлек на себя гнев. Оторвав взгляд от кровавого зрелища, Воронов увидел, как отреагировал на внезапную бойню Волков. Сержант ждал, что тот броситься с безумной яростью, но тот безмятежно наблюдал за истреблением изредка лишь втягивая носом воздух, В миг последнего дуновения самума, словно бы возвестившего его о чем то или о ком то, он снова ринулся в атаку. После недолгой схватки зверь начал отступать израненный и рычащий в сторону дальних барханов. Бойцы последовали за ним. Его было тяжело не терять из вида, в начавшейся песчаной буре,  но Волков был ослепляет местью и чуял своего кровавого врага. Внезапно нырнув в какую то яму зверь остановился. Через мгновение потолок небольшого храма разлетелся на миллионы фрагментов от удара прибывшего Биальдхуба.  Волков приземлился с оглушительным грохотом, его зубы блеснули мерцающими белыми изгибами, как рассветные лучи. Он уже не был тем неопытный щенком, он излучал абсолютную силу воли, величественную и бесконечную. В этот момент он был полной противоположностью той пелене ненависти и ужаса, которая пустила корни в душе его врага . казалось, словно сама вселенная решила выразить свое отвращение обоим этим демонам . Волков поднялся, как черный шторм, воплощенная месть, на кончиках его пальцев потрескивала праведная сила убитых боевых  братьев и смертью отца - командира. Он бросился вперед как молния, его когти и зубы сверкали,  рассекая бронзовую пыль. Он резким движением кисти резанул по морде чудовища, который с ужасающим ревом сметения и боли отпрянул в сторону, но в миг перегруппировавшись зарычал на соперника. Еовый удар Волкова рассек воздух, устремившись к черному демону. Острие клыков пронзило мускулистое плечо проклятого с такой силой, что пробило насквозь, добравшись до мышц спины. Тварь, отшвырнув бойца к стене храма бросилась на него, сражаясь уже лишь одной рукой. Все произошло в мгновение ока. Жаждущий Крови Волков поймал врага на противоходе и обрушил на землю, но оступился  и в последний момент, враг воспользовался этой оплошностью.  Он, схватив его за лапу зашыырнул в стену и засмеялся. Внезапно с небес спустился странный серебристый свет. Из него выходили "Псы пустыни" полным составом, вместе со своим командиром. Капитан Медведев, в золотой броне,  Не колебался ни секунды, его левое крыло прикрыло лицо, и выпрямившись он стремглав полетел к демону пустыни.  — Ты вернулся, — проскрежетал проклятый. — Мы не могли оставить брата в беде. — Это ничего не изменит, маленький ангел, — Убьём его! Тварь щелкнула языком. Внезапный рык сбил с толку и он снова пропустил удар Волкова.  Псы замыкали круг…  Воронов взглянул на заходящее солнце, прикрывая глаза ладонью. В другой руке он держал голову Биальдхуба по имени Аркам. Выдохнув, он пошёл в сторону позиций полковника Берестова, напевая песню: Вновь застряв в песках пустынь Узрев  себя,  среди картин Разбив свой меч о стан врага Где кровь зальет чужие берега Вы вложили в наши руки тысячи мечей Вы прикрывали свою жадность бликами свечей Вы говорили нам о чести, смертью пред  нас преклонив Вы отдали нас на потеху, сними с креста.  Ауууу аууу сними с креста.  Создав в своих сердцах врагов Несем, мы крест, под звон цевья  Корысть слепа, рота семья  Густая кровь вновь обогрит песков поля Вы вложили в наши руки тысячи мечей Вы прикрывали свою жадность бликами свечей Вы говорили нам о чести, смертью пред  нас преклонив Вы отдали нас на потеху, сними с креста.  Ауууу аууу сними с креста.  Вы отпускали нас с цепи,мы возвращались к вам назад. И бродит стая, дорогой, вымощенной в ад Вы вложили в наши руки тысячи мечей Вы прикрывали свою жадность бликами свечей Вы говорили нам о чести, смертью пред  нас преклонив Вы отдали нас на потеху, сними с креста.  Ауууу аууу сними с креста.