Моя радость

Волшебница сидела в неверном свете костра, полностью погрузившись в магическую книгу. Белая рубашка открывала изящные ключицы, пепельно-русые пряди подбитые сединой, выбившись из прически падали на лицо, мерно вздымалась грудь. Но в планах Астариона сегодня было нарушить столь идиллическую картину. Проклятые земли не располагали к их ночным встречам, особенно учитывая, что пока они не нашли, наконец-то, Лунные башни, кишащие культистами, вампиру приходилось сидеть на диете, довольствуясь тем, что могла предложить Кейт. После же было не до того, они в очередной раз спасали тифлингов и гномов, пытались отыскать Песню Ночи, чем бы она ни была, и то, что интересовало Астариона больше всего - успешно выполнили свою часть сделки с Рафаилом, убив Ортона. Теперь когда вампир узнал о тайных планах вознесения Касадора, ему жизненно необходимо было, чтобы волшебница ему помогла - идти против своего бывшего хозяина в одиночку было почти равносильно самоубийству, даже сейчас. А значит, самое время напомнить об их небольшой интрижке. Тем более что Гейл, чем ближе они были к Кетерику Торму и тому, чтобы героически взорваться по воле своей богини, тем более жалостливые и двусмысленные взгляды бросал на Кейт. И даже как-то в очередную их вылазку, набравшись смелости, сообщил как его возбуждает преодолевать опасности в обществе волшебницы. Она конечно отшутилась в ответ, но Астарион прекрасно знал, что от жалости до влюбленности бывает не так и далеко, а болезненный маг, с неудавшейся историей любви, и готовый пожертвовать жизнью ради общего блага, как раз идеально для этого подходил. Поэтому вампиру необходимо было первым позвать полуэльфийку на их ночную встречу, пока этого не сделал волшебник из Глубоководья, чтобы показать ей свой "магический трюк". Как только полуэльфийка пообещает помочь ему с его возвышением, тогда уже может жалеть Гейла, сколько ее душе будет угодно. - Ну, привет, моя... - прошептал Астарион, подойдя к полуэльфийке почти вплотную и наклонившись к ее уху. Не успев договорить, он сложился пополам от резкого удара электричеством. - Какого дьявола ты творишь?! - стоя на коленях, зло прошипел вампир. - Это ты, дьявол тебя дери, что делаешь? Зачем ты выскочил на меня из темноты? Я решила, что на меня нападают проклятые тени! - Кейт вскочила на ноги и зло помотрела на мужчину. - Я надеялась, что мы уже прошли тот этап отношений, когда ты пытался меня убить! - Я просто хотел прошептать тебе на ухо пару милых глупостей и позвать отметить удачное окончание сделки с Рафаилом, - эльф, придя в себя, сел у костра и показал небольшую сумку, в которой угадывались пара бутылок вина и какие-то закуски. - Так и знал, что пригодится когда обчищал кладовую в Лунных башнях. - То есть мы спасали пленников, а ты в это время обносил кладовую? - волшебница неодобрительно посмотрела на мужчину. - От тифлингов и гномов все равно нет никакого проку, ты мне даже есть их не разрешаешь, я хотел найти хоть что-то полезное, - Астарион картинно оскорбился. - Ты невозможен, - Кейт закатила глаза, но все же улыбнулась. - Хорошо... извини, что ударила током, но ради всех богов, не нужно внезапно подкрадываться сзади! Ты вампир, и с тенями почти сливаешься! - Договорились, моя через чур боевая подруга, а то у тебя уж очень хорошо работают рефлексы, - вампир поморщившись потёр то место, куда ударила волшебница. - Теперь можем уже идти?

***

- Не думала, что ты обрадуешься узнав о планах Касадора, он все таки хочет тебя убить, - полуэльфийка, задумчиво посмотрела на мужчину, вертя в руках бокал с вином. - О, моя прелесть, я и без сделки с дьяволом знал, что мой бывший хозяин хочет сделать со мной что-нибудь садистское, жестокое и извращенное, - поморщившись ответил вампир. - Вопрос был лишь в том, что именно он задумал, и можно ли это использовать против него. И ритуал вознесения это то, о чем я и мечтать не мог! Я избавлюсь от Касадора, от вечного голода и даже солнечный свет больше не будет для меня проблемой! - Астарион хищно улыбнулся. - И тебя не смущает, что в жертву нужно будет принести других отродий? - волшебница изучающе посмотрела на эльфа. - Не особенно. Мы знаешь ли, не были любящей семьёй, даже если не брать в учёт Касадора. Мы скорее были голодными израненными озлобленными животными, запертыми в одной клетке. Поверь мне, никто не будет переживать об их смерти, - вампир в один глоток осушил бокал. - Но ведь ты был таким же, - тихо ответила Кейт. - О нет, я совсем не такой как они! У меня есть силы, есть информация, есть возможности и самое главное есть ты, моя радость! - эльф снова улыбнулся, обнажая клыки. - Пока что у нас очень неплохо получалось преодолевать, все то безумие, что творится вокруг. Так представь, чего ты смогла бы добиться если бы у тебя в союзниках был высший вампир! Я даже мог бы поделиться с тобой даром вечной жизни, - вампир сверкнув красными глазами, лукаво посмотрел на девушку. - Я не осуждаю тебя за твой выбор, но сама становиться вампиром не хочу, - полуэльфийка покачала головой. - Ты пока сама не понимаешь от чего отказываешься, моя прелесть, так что свое предложение я не отменяю. Если хорошенько попросишь, то мои клыки всегда к твоим услугам, - томно ответил эльф. - А ты не боишься измениться? - вздохнув, волшебница внимательно посмотрела на мужчину. - Не в смысле физически, а измениться самому, - Кейт уточнила, поймав недоуменный взгляд эльфа. - Вряд ли Рафаил стал бы называть это столь инфернальным обрядом, что его никто и никогда прежде не совершал, если бы он не имел последствий. Ну и ты и сейчас для меня ценный союзник, такой какой есть. В конце концов, ты же не определяешься только той пользой, которую другие могут извлечь из тебя... Астарион на секунду застыл, не найдя что ответить. Слова вроде бы совершенно наивные и банальные, почему-то нашли отклик где-то внутри. Захотелось ослабить оборону и контроль и немного погреться в том мире, в котором жила волшебница, где ещё не были разрушены все надежды, вера в людей и светлое будущее. Захотелось потянуться к ней и взять ее за руку... Вампир встряхнул головой, это было бы сейчас абсолютно ни к чему. - Я в любом случае помогу тебе убить Касадора, но насчёт помощи с ритуалом, я подумаю, но ничего обещать не могу, - тихо продолжила полуэльфийка. - О большем я и не прошу, моя радость, - так же тихо ответил вампир. Ему стоило бы сейчас радоваться и ликовать, план сработал, Кейт сама предложила помощь, так что ему даже спрашивать об этом не пришлось. Но почему же тогда на душе было так паршиво? Он веками использовал людей для своих целей, а они пользовались им, это было так же естественно как дышать когда-то. В этот момент продолжать спектакль не хотелось. Почему-то поступая так с ней, он чувствовал будто тонет в болоте, из собственных пороков и грязи, накопившихся за две сотни лет. Но как жить по другому вампир уже не помнил, да и не хотел вспоминать, так что самым простым и естественным сейчас было ее соблазнить, надо просто поглубже засунуть эти дурацкие чувства...  - К дьяволу Касадора! Мы в конце концов собирались отметить и хорошенько развлечься, - Астарион мотнул головой, и разлив остатки вина, протянул бокал волшебнице. - За нас, и за эту ночь, - осушив бокал одним глотком, вампир впился в губы Кейт в резком поцелуе. Но почему-то все шло не так. Напор перешёл в нежность, место страсти сменила тоска. Хотелось только целовать эти губы, и ощущать прикосновения этих рук, как будто ему последнее время отчаянно этого недоставало. Но почему? Какая разница эти или другие, это ведь все лишь средство, для достижения цели... - С тобой все нормально? - волшебница, заметив столь резкую перемену настроения, прервав поцелуй обеспокоенно посмотрела на мужчину. Невыносимое странное ощущение от этого лишь усилилось. - Конечно, моя радость! Просто воздержание видимо негативно на мне сказывается, - Астарион фальшиво улыбнулся. - Уверен? Можем не продолжать, если... - начала Кейт. - Нет, мы все таки продолжим, - вампир, повалив полуэльфийку на спину, склонился над ней. - Но ты не против если сегодня у нас все будет более... медленно? - Если успеем до рассвета, то не против, - усмехнулась Кейт. - Я бы с удовольствием, закрылся с тобой где-нибудь в "Эльфийской песне" и на неделю, но как скажешь, - соблазнительно улыбнулся Астарион. Раз не получалось пересилить, вампир решил воспользоваться непонятным ощущением, если оно не мешает его цели. На этот раз он медленно приблизился к шее Кейт, начал покрывать ее еле-ощутимыми поцелуями, рукой поглаживая талию. Давно не бьющее сердце снова как будто то заныло, тягучая истома разлилась в груди. Ее теплые руки обнимали шею, проводили по его рукам, еле ощутимо касались лица. Астарион медленно стянул с волшебницы походную рубашку, обнажая тонкие руки и миниатюрную грудь. - Значит сегодня без магических трюков? - полуэльфийка бросила на вампира хитрый взгляд. Он в ответ лишь молча покачал головой, помогая скинуть остатки одежды. - Хм, тогда может ты будешь не против этого? - волшебница прикрыв глаза, произнесла короткое заклинание. Мгновение и эльф ощутил как упирается коленями не в жесткую землю, а в шелковые простыни на просторной кровати. - Это как раз кстати, моя прелесть, - Астарион быстро избавившись от собственной одежды, на мгновение откинулся на спину на волшебной кровати и прикрыл глаза. Много дней минуло с тех пор когда у него последний раз была такая возможность, иногда казалось, что это было уже в прошлой жизни. И шелковые простыни? Вряд-ли волшебница наколдовала их только потому, что помнила, что он про них говорил, наверняка обычное совпадение. Вампир приподнялся на кровати опираясь на одну руку, второй притянул к себе Кейт. Чем больше он к ней прикасался, тем сильнее становилась истома, и тем сильнее хотелось ещё. Руки волшебницы обвились вокруг его шеи, губы сомкнулись на его губах. Этот раз был похож на сладкую пытку, тоска и боль сжимали все сильнее, но сил остановиться уже не было, хотелось только глубже нырнуть в этот дурман. Он переложил одну ее руку к себе на спину, другую на белокурый затылок, хотя до этого сам просил к нему в этих местах не прикасаться. Кейт удивлённо посмотрела в ответ, но руки не убрала. Она медленно и осторожно пробежалась кончиками пальцев по шрамам на спине, другой рукой перебирая серебристо-белые кудри, всем телом прижимаясь к нему ещё больше. Астарион чувствовал, что разум поплыл, спектакль развалился, была только она, невыносимая волшебница, которая сейчас так же таяла в его руках, как снежинка на солнце. Он с тихим стоном, припал к ее шее, оставляя багровые следы поцелуев, и впившись холодными руками в ее бедра, начал медленно в нее погружаться. Тонкие пальцы сжались, сильнее запутываясь в его волосах, горячее дыхание полуэльфийки вперемешку с ароматом вина обжигали кожу, когда она подавшись навстречу, обхватила его ногами, заставляя проникать глубже. Эльф на мгновение остановился и, бросив затуманившийся жадный взгляд на девушку, закинул одной рукой ее ногу себе на плечо, опустив другую между ее ног и ощутив насколько влажной она уже стала. Кейт тихо застонала, прикусив губу, хватая руками шелковые простыни. Но в этот раз ему хотелось делать все действительно неспешно, насладиться моментом, заставить ее чувствовать то же, что и он хотя бы телом - сладкую муку, ненасытное желание. Медленно двигая бедрами и нежно поглаживая ее между ног, ему казалось что время остановилось, что он не выдержит этого, слишком много эмоций, слишком долго они копились внутри. Но первой сдалась волшебница, выгнувшись дугой и исступлённо застонав. Затем она обхватила его шею и прижавшись всем телом, расслабленно обмякла. Уткнувшись лицом в ее волосы, он инстинктивно прижал ее к себе покрепче, и уже не сдерживаясь начал двигаться внутри нее резкими толчками. Полуэльфийка сжалась, ее дыхание окончательно сбилось, перемежаясь короткими не то всхлипами, не то хриплыми криками, сопровождающими каждую фрикцию. Истома заполнила его до краев, от избытка ощущений можно было бы задохнуться, если бы ему ещё требовалось дышать. Эйфория накрыла резко, почти оглушила и дезориентировала. Внутри как будто что-то сломалось, как будто треснула маски, за которой можно было спрятать чувство боли, страха, стыда и отвращения к себе, и к своему телу, к тому что с ним происходило две сотни лет. А сейчас настоящее чувство чего-то... Привязанности, симпатии? Не важно... Но как будто сорвало коросту на старой душевной ране. Вампир, дрожа всем телом, откинулся на магической кровати. В памяти поплыли бесконечные лица сотен людей, эльфов и прочих, а может и тысяч, он давно перестал вести счёт. Они также делили с ним ночь, так же погружались в экстаз, иногда засыпали с ним рядом. Но он не чувствовал ничего, кроме разрастающейся ненависти и пустоты в сердце. Или просто хотел не чувствовать? Отвращение к себе и к тому кто проводил с ним эти бесчисленные ночи, накатило внезапно, почти болезненно. Астарион резко сел, обхватив себя руками. Вспомнив про Кейт, он обернулся проверить заметила ли она его странное поведение. Полуэльфийка уже мирно спала, иллюзия кровати рассеялась, они снова оказались на жесткой земле. Не совсем отдавая отчёт своим действиям, он нежно провёл рукой по ее волосам, потянулся за пледом и осторожно укрыл, после чего тяжело вздохнув, уставился в беззвездное небо. Дальше отрицать не было смысла. Его маленькие милый план развалился. Он не мог поступать так с ней и дальше. Его тянуло к волшебнице. Он хотел от нее чего-то непонятного, ни секса, ни защиты, ни того, чтобы она послужила его целям. Хотелось просто, чтобы она была с ним, рядом. И сама хотела того же. Хотелось быть с ней искренним, нравится ей, по настоящему.