Когда ярости нет предела

— Я… Не хочу тебя разочаровывать, но… Ты человек. — Что?- удивилась я и осмотрела себя. К сожалению, беда случилась. Мне было горько смотреть на моё маленькое и худенькое тело в чёрном платье из перьев. Тело юты лучше. Куда лучше. Рекси заворочалась и проснулась. Она сначала испугалась меня, но потом успокоилась. Пухлая шатенка спросила: — Дарк, ты в порядке? — Вроде как да…- ответила я и посмотрела в лужу. Там отражалось лицо брюнетки с пышными чёрными ресницами, длинными волосами, красными глазами и овальными зрачками. Я вздохнула: — Ну, хотя-бы когти есть и возможность понимать Ли. Если пристанут, отбиться будет возможно. — Не переживай, Дарк. Скоро мы всё исправим любой ценой!- подбодрила меня Рекси. Вдруг в коридоре зажегся свет. Я прикрылась рукой и зашипела, маскируясь. Это оказалась та самая девушка, которая пыталась нам помочь. Она осмотрела всю клетку и спросила: — А где Дарк? Или как там её?..- Я встала из угла и подошла к решётке: — Вот я, а что такое? — Ого… Какая ты красивая! — Лично я так не думаю. В чём польза таких длинных волос, худобы, ресниц? — Ну… Я не знаю ответа. — Вот-вот, о чём я тебе и говорю!- завершила я разговор, и уже собралась было отойти от решётки, как она сказала: — Постой! Меня зовут Вики. Со мной что-то происходит, и я не знаю, что именно! — Зато я знаю. Скоро ты станешь ютой. — Но как… — Доказательство номер один – ты понимала меня, когда я с тобой говорила на наречии ютарапторов. Доказательство номер два – пусть это и не заметно, но у тебя овальные, как у меня, зрачки. Доказательство номер три – у тебя есть маникюр, как у меня или у Рекси. Очень скоро ты превратишься в ютараптора, причём светлой песочной окраски со светло-карими глазами и золотистыми перьями. У меня в стае такого окраса не было. — Ничего себе! Вот это да. Как-то… Неожиданно,- ответила она, но вдруг схватилась за голову и упала в обморок. Я быстрее пули выломала дверь и бросилась к ней. Рекси тоже выскочила в коридор и помогла мне затащить её в клетку на сено. Ли подошёл к Вики и обнюхал её, в его карих глазах светилось беспокойство. Нам было страшно. Мы поспешили лечь спать, пока нас не заметили. Ночь – моё любимое время, но именно ночью случается всё страшное. И непонятное…