Любовь с ноткой безумия

На данный момент Санзу волнуют две вещи: его Король и банда, точнее, обязанности в ней. Такемичи был для него всем, самым важным человеком, на которого он чуть ли не молился каждый вечер. Каждый его взгляд, каждое прикосновение вызывало в нём бурю эмоций из неподдельных счастья, преданности и возбуждения. Он готов костьми лечь ради выполнения любого приказа, лишь бы получить хоть немного ласки и внимания, но Король готов ему дарить свою любовь просто за то, что тот находится рядом. Два искалеченных подростка, нашедшие друг друга, готовые делить любовь и безумие на двоих. С другой же стороны находилась банда, в частности, Мучо, его капитан, который в этот раз лично попросил проследить за Сунеку. Это было нетипично, обычно он просто молча ожидал доклад своего заместителя, не торопил и давал достаточно времени на сбор информации, но с приходом новичка, в банде началось движение. Санзу честно подготовил отчёт, предварительно согласовав его с Королём, Такемичи подошёл к делу обстоятельно, выделил какие моменты можно смело раскрыть, о каких лучше умолчать до определённого времени, а также с тяжёлым сердцем позволить рассказать о своей прерванной карьере гимнаста, но не вдаваясь в подробности, с пометкой «мутная тема». Харучиё оставалось лишь отдать бумаги капитану. Теперь же появилась другая проблема. Братья Хайтани не на шутку разволновали его любимого, за одно это он уже хотел, как минимум, оставить им по подбитому глазу, но Такемичи может расстроиться. Для него это друзья детства, названные братья, самые близкие люди, и Харучиё приятно от того факта, что он тоже стал дорог для Короля. Что ж, хотят того эти двое или нет, но они возобновят общение с Ханагаки, будут на цепи ходить, если понадобится и лелеять его господина просто потому, что он существует. Уж Санзу об этом позаботится. Найти дуэт, для него, как ищейки, было нетрудно, они в открытую могли гулять по улицам своего района, да ещё и с такими надменными лицами, будто они лидеры целого города, но, увы, нечасто и в сопровождении нескольких крупных амбалов. Санзу понимал, что лезть с кулаками – самый конченный вариант из возможных. Позволят ли ему просто подойти? Это возможно, если он сразу завяжет разговор о Ханагаки, последний с планом оказался согласен. Оставалось сменить форму банды на обычную одежду и выждать нужный момент. - У меня есть информация о человеке, которого вы ищите, - сходу объяснил Санзу зачем он здесь, подловив братьев на выходе из кафе. - Неужели? – Недоверчиво спросил Риндо, поправив очки, пока Ран с хитрой улыбкой просто смотрел. - Я могу прямо сейчас позвонить ему, чтобы ты убедился лично, Ринни, - выделил последнее слово альбинос, замечая, как собеседники вздрогнули. - Откуда ты… Санзу молча протягивает свою раскладушку, на которой уже открыт контакт с номером телефона, пришлось правда имя изменить, иначе было бы трудно объяснить этим двоим, почему Такемичи подписан, как Король и кучей смайликов вокруг. Ран приходит в себя первым, резко выдёргивая телефон из рук, внимательно всматриваясь в экран, охрана впервые видит его таким нервным, Риндо не лучше, замерший мрачной тенью подле брата. Если это правда братец Мичи… Младший хватает зеленоглазого за руку, утягивая в переулок, куда ушёл и старший, подальше от чужих глаз. Гудки неумолимо долгие. - Алло? – вскоре доносится из трубки. - Мичи? – Звучит неуверенно, с робкой надеждой. - Братец Ран? Или Ринни? Голос изменился, но я рад тебя слышать! – Радостно восклицает брюнет. Они усаживаются на какие-то картонные коробки, по громкой связи наперебой общаясь с человеком, которого так давно искали. Санзу с удивлением наблюдает, как просто оказалось сорвать маски надменности с этих двоих, лишь одним звонком. Ран, похоже, вспоминает, что они тут так-то не одни, впиваясь острым взглядом в хозяина телефона. - Отведи нас к нему, сейчас, - требует он, подойдя ближе, возвышаясь над невысокой фигурой. - Если он позволит, - без эмоционально отвечает альбинос, уверенный, что его не тронут. - Позволяю! – Доносится из динамика радостный голос Такемичи, после чего завершает вызов. Риндо возвращает ему телефон и приказывает охране разойтись, пока Ран с интересом наблюдает за зеленоглазым. - Как тебя зовут хоть? - Санзу Харучиё. Братьям этот парень казался подозрительным, появился непонятно откуда, весь такой спокойный и загадочный, откуда Мичи его знает? Как вообще познакомились? Как давно? Спрашивать было бесполезно, как бы Ран не донимал его вопросами, тот лишь грубо отвечал, что это не их дело, Такемичи сам расскажет, если пожелает. Однако, оба заметили, что стоило ему произнести имя брюнета, как тон голоса изменился, стал мягче и преданнее, что вызвало ещё больше вопросов. Это интриговало, им не терпелось увидеть их младшенького, что сумел подружиться с таким угрюмым парнем.

***

Хайтани ожидали чего угодно, но не этот потухший взгляд, не маску на лице, и точно не мешки под глазами, ярко выделяющиеся на бледной коже. Или это от нервов из-за встречи? Если не обращать на это внимания, то Такемичи сейчас казался очень домашним, с пучком на голове и в белом фартуке на теле. Санзу вежливо пригласил их за стол, когда брюнет подал порции карри с рисом, и встал подле него, уже коршуном смотря на гостей. - Хару, дай им поесть, - тихо просит Ханагаки, усаживаясь напротив братьев. Альбинос послушно кивает, забирает свою порцию и усаживается на диван, приступая к обеду. Такемичи просит не отвлекаться и тоже приступить к еде, и уже после поговорить. Ничего не остаётся, кроме как прислушаться к совету, да и еда оказалась вкусной, не на что жаловаться. Общение вышло информативным. Братья поведали, что начали поиски, когда случайно увидели выпуск новостей пару лет назад, в котором ведущий вскользь упомянул о завершении его карьеры гимнаста, примерно тогда же они стали лидерами на районе. Сначала отыскали его родителей, но не успели и слова сказать, как те начали угрожать вызвать полицию, если Хайтани не уйдут, а уже после подключили своих людей, приказав периодически прочёсывать район, и по возможности соседние, но видимо искали спустя рукава, иначе это объяснить невозможно. - Получается, мы три дебила, - выносит вердикт Такемичи, пока Санзу моет за всеми посуду, что вызывало вопросы у гостей. - Чё это мы все дебилы? – Недовольно спрашивает Ран, переключая внимание на хозяина квартиры. - А кто мы ещё, если не удосужились более качественно искать? – Отвечает вопросом на вопрос Риндо, хмуря брови. – И вообще! Младший встаёт с места и целенаправленно подходит к Ханагаки, заключая в объятия, за что моментально получает мокрой ложкой по лбу от злого Санзу. - Тебе не разрешали обнимать его, - чуть ли не рычит он. - А тебе не разрешали бить моего брата, - не менее грозно говорит Ран, поднимаясь со своего места. Они сверлят друг друга взглядом, чуть ли не метая молнии. - А ну, тихо, блять! – Рявкнул Такемичи, тоже встав на ноги. Харучиё быстро ретировался в гостиную, чтобы не мешать. – Мы тут собрались не драться, а спокойно поговорить, это, во-первых. А во-вторых, решить, что делать дальше. Слышали о Сунеку? - Только слухи. Сильный, ловкий, в битвах вертится, как змея, вроде вступил в Свастоны, - ответил Риндо, поправив очки. – А что? - Это я, - Такемичи расплылся в улыбке, прикрыв глаза. - ЧТО?! Санзу тихо сидел на диване и чуть ли не светился от счастья, гордясь своим Королём, было приятно видеть вытянутые лица Хайтани в этот момент. После началось бурное обсуждение, как же так вышло, Такемичи честно признался, что родители просто-напросто выгнали его из дома, отправив жить в эту маленькую квартиру, повезло лишь в том, что от него не отказались полностью и в детский дом он не пошёл. Поведал, что подружился с Харучиё почти сразу после переезда, решив сохранить в секрете их настоящие отношения, хотя Риндо начал что-то подозревать, кидая в сторону альбиноса странные взгляды, пока Ран был довольнее некуда, когда ему разрешили сделать две косички, повторяя свою причёску. Также признался, что в Свастоны пришлось вступить вынужденно, не только потому, что так заявил Майки, но и это было меньшее из зол, к тому же о банде он знал к этому времени многое, братья сразу поняли, что этот беловолосый тоже оттуда, что замер в расслабленной позе, словно изваяние, но готовый в любой момент выпрыгнуть, если почувствует опасность, напоминая хищника. Хайтани к банде были настроены скептично, они знали, что Майки силен, да и остальные ребята не промах, но они хотели сначала увидеть их в деле, при серьёзной разборке, и они были уверены, что такая в скором времени будет. Нужно только подождать. А пока можно и с братиком провести время, навёрстывая упущенное.

***

Поздним вечером того же дня, когда Ран и Риндо вдоволь почесали языками и, наконец, потопали домой, Такемичи закрыл входную дверь на все замки, после обращая внимание на альбиноса, что подошёл ближе. Он обнимает его за талию, прижимает к себе, позволяя стянуть маски, и внезапно шлёпает по заднице, вырывая стон с его уст. Санзу сразу же краснеет, не ожидав таких действий со стороны брюнета, удивлённо хлопая глазами. - Что это было сегодня, мой милый? – Широко улыбается Ханагаки. – Ты ревнуешь? - Я… Они так смотрели на тебя… - попытка оправдаться с треском проваливается. - Тебе не нужно волноваться об этом, мой хороший, - голубоглазый смотрит с хитринкой, уводя паренька в спальню. – Мы только братья, и ничего более. Ты же… Ох, что же ты вытворяешь, так и хочется прижать тебя к ближайшей поверхности… Такемичи шепчет ему на чувствительное ушко с пирсингом, что он хочет сделать в ближайшее время, опаляя горячим дыханием, а Санзу уже готов стонать в голос его имя, прося о большем. Щёки пылают, ноги дрожат, но сильные руки придерживают за талию, прижимают к горячей груди, и он чувствует, как чужое возбуждение проходит плавным движением между ягодиц. Харучиё льнёт сильнее, трётся пятой точкой, тихо поскуливая от приятных ощущений, пока брюнет с безумной улыбкой просто наблюдает за его действиями, ловя дикий кайф от вида своего парня. Но уже через минуту альбиноса опрокидывают на кровать, откуда он заворожённо следит, как голубоглазый снимает с себя одежду, недолго думая, делает то же самое. Поцелуй влажный, сразу переплетая языки, с пошлым причмокиванием и томными вздохами, никто не желает сдерживаться, оба хотят получить сполна. Зеленоглазый ложится на подушки, открывая вид на бледную шею с заметными дорожками вен, Такемичи не может удержаться, покрывает кожу укусами после зализывая, оставляет багровые засосы, получая в награду за старания сладкие стоны. Партнёр выгибается на встречу ласкам, оставляет свои собственные метки на чужих плечах, слыша довольное рычание, что приводит в ещё больший экстаз. Спускается ниже, к розовым соскам, и задерживается надолго, пока маленькие горошины не затвердеют, пока не оставит достаточно, по его мнению, меток и укусов вокруг, заставляя метаться по всей постели от удовольствия, хвататься руками за мускулистую спину, оставляя красные полосы от ногтей. - Мой хороший, нужно поменять позу, - спустя некоторое время говорит Такемичи, ненадолго отвлекаясь от манящего тела, - давай, становись вот так. Змеёныш выуживает из ящика тумбы небольшой тюбик, прежде чем лечь на подушки, помогая парню встать на четвереньки. - Я делаю правильно? – Смущённо спрашивает Санзу, чувствуя крепкие ладони на своей заднице. - Да, мой милый. Удели внимание другому месту… Альбинос заправляет волосы за уши, переключая всё своё внимание на стоящий колом член, маняще истекающий смазкой. Он уже делал минет, он знает, как сможет доставить удовольствие партнёру: собрать, как можно больше, слюны во рту, после перемешивая с естественной смазкой и размазать по всей длине. Харучиё с каждым движением вверх-вниз старается брать глубже, дополнительно лаская языком внутри, и руками снаружи – одной надрачивает ствол, пока второй ласкает яйца – получая неимоверный кайф от собственных действий. Такемичи в долгу не остаётся, вновь кусает, оставляет багровые засосы на ягодицах, и только после переходит к главному. Горячий язык медленно проводит мокрую дорожку по инстинктивно сжавшейся розовой дырочке, заставляя выгнуть спину, вилять задницей, таким образом прося ещё. Брюнет даёт, припадает губами, ласкает круговыми движениями, пока мышцы не расслабляются, и проникает внутрь, сталкиваясь с не менее горячим нутром. Довольное мычание вибрацией проносится по члену, заставляя вздрогнуть, Санзу берёт в рот с особым усердием, насаживаясь на раздвоенный язык. - Скажи, если будет больно. Зеленоглазый только начал поворачивать голову, уточняя, о чём тот говорит, но прерывается собственным стоном, чувствуя палец, проникающий внутрь. Ощущение непривычное, но приятное, это ведь Такемичи, он может доставить удовольствие даже своим взглядом, по мнению Санзу. Растяжка занимает достаточно времени, пока брюнет точно не убеждается, что всё будет в порядке, когда второй уже чуть ли лужицей не течёт от ощущений. - Только посмотри какой вид, - Ханагаки облизывает губы в предвкушении. Харучиё переворачивается на спину, чуть привставая на локтях, заворожённо наблюдая, как партнёр покрывает член обильным количеством смазки, призывно раздвигает ноги в стороны, когда в него, наконец, входят, не спеша, давая время привыкнуть. Санзу обхватывает его талию ногами, цепляясь ногтями за спину, оставляя новые царапины, оба стонут в голос от получаемого удовольствия, двигаются друг другу на встречу, снова оставляют засосы и укусы, целуются, переплетая языки. Альбинос кончает первым, пачкая собственный живот, он тяжело дышит, наблюдая, как следом кончает Такемичи и заваливается рядом. Проходит некоторое время, пока они просто смотрели друг другу в глаза, медленно восстанавливая дыхание, брюнет утягивает его в ленивый поцелуй, постепенно перерастающий в страстный. Харучиё льнёт ближе, зарываясь пальцами в мягкие тёмные волосы, томно дышит во влажные от слюны губы, закидывает ногу на талию, тем самым позволяя Такемичи обхватить вновь вставшие члены рукой, плавно двигая вверх-вниз. Он толкается ему в руку, тихо постанывая от удовольствия, пока вскоре партнёр не разрывает поцелуй, ставя его на четвереньки. - Ножки пошире, мой хороший, - Ханагаки ещё раз использует смазку под внимательным взглядом Санзу, - да, так достаточно. Он медленно погружается в горячий проход, с особым удовольствием наблюдая, как собственный член плавно входит в растянутую дырочку. Двигается не спеша, наращивает темп с каждым новым толчком, придерживая парня за талию. Вскоре он прижимается всем телом, одновременно лаская подтянутые бёдра и соски руками, и языком чувствительное ухо, то и дело задевая пирсинг. Харучиё громко стонет, закатив глаза от приятных ощущений, весь его разум полностью захватил Такемичи, и он совсем не против, лишь шире раздвигая ноги, чуть ли не умоляя, просит «засадить» глубже, на всю длину. Реальность перемешалась с фантазией, и он уже не понимает, то ли его парень действительно раздвоился и сейчас берёт его не только сзади, но и в рот, то ли это просто пальцы, которые он с большим усердием сосёт, лаская языком, настолько ему хорошо. Все мысли обрываются резко, когда Такемичи кончает, войдя на всю длину, надавив головкой на чувствительный бугорок, заставляя громко застонать и достигнуть оргазма следом, даже не прикасаясь к себе. Харучиё тяжело дышит, наблюдая как парень откидывается на подушки, собрав волосы в пучок, он забирается на него верхом, прижавшись к горячей груди, его немного потряхивает от приятного чувства, когда тёплая сперма медленно вытекает наружу. Брюнет сразу обнимает за талию, прижимает ещё ближе, целуя раскрасневшиеся щёки, и не может не улыбаться, получая ласковые поцелуи в ответ. - Ещё разок? – Игриво спрашивает Санзу, облизав припухшие от укусов губы. - Читаешь мои мысли, - ухмыляется Такемичи, сжимая в руках упругие ягодицы, помогая сесть на вновь вставший член. Они оба настолько хотели друг друга, что выдохлись только после пятого раза, слишком долго сдерживали свои желания и порывы, и во что это вылилось в итоге. Харучиё моментально вырубается, не находя сил даже перебраться на подушку. Голубоглазый на это только устало улыбается, целует в лоб и всё делает сам. За тряпку подошла его же кофта, которую после кидает обратно на пол, аккуратно укладывает спящего парня на свою грудь, накрывая обоих одеялом, после чего тоже засыпает. Прекрасная ночь.

***

Утро следующего дня началось паршиво, если не сказать хуёво. Кто-то очень настойчиво барабанил по двери и насиловал дверной звонок уже около 15 минут, разбудив обоих парней. Такемичи сначала был просто недоволен, собираясь послать нарушителя покоя на три буквы и дальше лечь спать, но посмотрев на сонного Харучиё, сейчас напоминавшего маленького котёнка, что ещё не разлепил глазки, он взбесился, мысленно проклиная незваного гостя всем, чем только знал. - Спи, мой хороший, я разберусь. Он до невозможности нежно целует его в щёку, получше укрывая одеялом, а после встаёт с постели, нацепив на тело только трусы, маска обнаружилась на полу в коридоре, вместе со второй, которую он пока положил на журнальный столик у телевизора. Входную дверь продолжали портить, так что пришлось резко распахнуть её, это оказались Хайтани. Ран звонил, пока Риндо навалился на дверь и стучал, из-за чего упал на пол, теряя равновесие, не ожидав, что сейчас откроют. Стало тихо, братья застыли на месте, удивлённо хлопая глазами от вида Такемичи, который даже и не думая скрывать следы ночной страсти, недовольно смотрел на них. - Охо~хо~хо, - первым в себя пришёл Ран, расплываясь в лисьей ухмылке. – Неужто мы помешали? Извини уж, Мичи. - Звучит неубедительно, - скептично отозвался брюнет. – Заходите, раз уж припёрлись. Гости проходят внутрь, Риндо закрыл за ними дверь, но оба с интересом смотрели на накачанное стройное тело, покрытое яркими отметинами, пока их обладатель не скрылся в комнате, на всякий случай заперев дверь на замок. Ханагаки пришлось быстро одеться в просторную белую футболку и синие шорты, замечая шевеление на кровати. Санзу хотел встать, но его укладывают обратно на подушки тёплые руки. - Кто пришёл? – Голос тихий, ещё сонный. - Не волнуйся, можешь спать дальше, Хару, - так же тихо отвечает второй. Альбинос ему верит, чуть кивая головой, напоследок они целуются, после чего парень окончательно засыпает, обняв одну из подушек. Такемичи тяжело вздыхает, он бы и сам не прочь поспать, да эти двое в гостиной точно тогда выбьют ему дверь, чтобы посмотреть кого он тут прячет. Сколько он вообще поспал? Часа четыре, пять? Прекрасное утро, ничего не скажешь. На выходе из спальни он встречает Рана, что пытался рассмотреть спящее тело на кровати, используя свой рост, но брюнет не позволил, поднимая рукой его голову ещё выше, чтобы тот смотрел на потолок и быстро закрывает за собой дверь. Настойчивая просьба пока не вмешиваться в его личную жизнь немного остужает пыл старшего брата. Он цепляется за слово «пока». Риндо обнаруживается на кухне, раз уж хозяин квартиры ушёл одеваться, то он взял на себя ответственность заварить чай и разложить кексы на тарелку. Ханагаки только сейчас заметил, что они пришли с пакетом со сладостями. - Ну, на дворе 7 утра, а вы уже тут. Зачем пожаловали? - На меня не смотри, это у Рана шило в жопе заиграло, - отмахивается Риндо, отпивая чай, хотя про себя признавал, что тоже хотел прийти. - Ничего подобного! – Оправдывается старший. – Хотели сделать тебе сюрприз, чай попить с кексами, до школы проводить, а тут ты в понедельник такой разукрашенный. - Я вообще не собирался сегодня туда идти, - ворчит младший, расплетая вчерашние косы. – Минимум завтра. - Мы уже поняли, - теперь улыбается и Риндо. Ран с довольной миной отбирает из рук расчёску, обещая сделать всё в лучшем виде. Под тяжёлый вздох Такемичи, Хайтани начинает расчёсывать его волосы, попутно ведя беседу на отвлечённые темы. Теперь на его голове ухоженные косички, волосок к волоску, из-за чего старший был довольнее некуда, обнимая своего младшего. Где-то на заднем плане мелькает мысль, что Санзу бы его уже избил за распускание рук, парень у него оказался ревнивым, хотя Такемичи признавал, что сам не лучше, когда хотел прибить Мучо просто за то, что тот стоял рядом на собрании. Можно считать это проверкой на актёрское мастерство и ангельское терпение? Однако, сейчас была другая проблемка. Кексы. Если с Харучиё было просто, потому что они оба носили маски до определённого момента, то с Хайтани возникли трудности, уж очень они хотели увидеть его лицо. Им было любопытно. Конечно, Ран может просто-напросто сорвать этот кусок чёрной ткани, пока Риндо будет держать его в захвате, им не впервой делать что-то эдакое, нарушая личные границы, но они понимали, что с их младшим такое не прокатит, лишь оттолкнёт, чего братья точно не хотели. - Мичи, Ран, конечно, тот ещё болван наглый, как и я, но на тебя давить на будем. Можешь снять маску, когда сочтёшь нужным. - Ну, спасибо, Рин-Рин, - недовольно буркнул старший, надув губы. Такемичи не мог не улыбнутся, он обнял обоих братьев, потрепав по волосам. - Я правда благодарен, но сейчас вам лучше заняться своими делами, окей? - Будешь ухаживать за своей страстной красоточкой? – Снова заулыбался Ран. - Да…именно это, - через несколько секунд тупняка отозвался брюнет. Старший лишь довольно улыбался, когда вышел на лестничную площадку, однако, Риндо немного задержался, выглядя задумчивым. - Я ведь верно понимаю, что там не девушка спит? – Шёпотом уточняет блондин. - Если ты… - …ничего не имею против, - перебивает его мысль Ринни, заканчивая своей, видя вспышку гнева в голубых глазах. – Главное, не обижайте друг друга. Только после этого оба брата уходят, оставляя задумчивого Ханагаки. Слова младшего наталкивали на мысли, что кто-то из них, если не оба, состояли в неудачных отношениях. Ну, блять, приехали! У них с Санзу и так общение не задалось с самого начала, а когда узнают, что они встречаются, то начнётся самое настоящее шоу. Лишь бы не цирковое. Приходится встряхнуть головой, отгоняя мрачные мысли, сейчас Хайтани тут нет, но в спальне на кровати лежит его парень, которого стоит проверить. Харучиё уже проснулся, как оказалось, и пытался встать, но ноги совсем не держали. - Уже проснулся? – Задал риторический вопрос Сунеку, подходя ближе. – Как ты себя чувствуешь? - Как будто отымели и побили пять раз одновременно, - честно отвечает зеленоглазый, предпринимая новую попытку встать, но пресекает её уже парень, взяв его на руки. - Судя по вчерашним стонам, ты не был особо против, хотя, может быть, я и правда немного перестарался. Но в оправдание скажу, что я очень долго готовился, чтобы тебе понравилось, ты только взгляни на эту красоту, - с хрипотцой в голосе говорит Такемичи, заставляя альбиноса покраснеть и вцепиться в него руками, прижимаясь ближе. - Ты готовился? – Удивлённо хлопает глазами Харучиё, осознав сказанное. - Конечно. Не представляешь, как долго мне пришлось мотаться по городу, чтобы найти торговца, который не просит паспорт! - Он относит его в ванную, бережно моет тело, покрытое множеством отметин и очень много целует, Санзу может лишь прижаться к тёплой груди, наслаждаясь моментом.

***

В школе их, конечно, за прогул по головке не погладили, учителя то и дело кидали на них косые взгляды, но ничего не говорили, лишь тихо намекнули больше не пропускать уроки. Радовало хотя бы это. А вот, что огорчило, и даже взбесило, Сунеку – Майки. Майки, который, на пару с Дракеном, пришли к нему в школу и просто в наглую вытащили его с урока! А ведь только неделя прошла с предыдущего прогула. Нет, Такемичи не настолько фанат просиживания штанов в классе под бубнёж учителя, но сейчас-то у него нет оправдания, по типу, на соревнования уехал. Даже слова Дракена о том, что Майки тут уже знают, и никто ему и слова поперёк не скажет за увод члена банды с урока, не успокоили до конца. На него сегодня впервые не кидали укоризненные взгляды, а сейчас давай по новой! Майки ещё хотел и Санзу утащить, но того в классе не оказалось, вовремя вышел «по делам», а искать его по всей школе блондину было лень, так что сейчас они гуляют втроём. Ладно, стоит признать, что эти двое, как минимум, интересные, даже, когда они молчат, можно многое узнать. Например, Дракен человек действия, собранный и сдержанный, даже вне собраний банды, в бою его ещё не доводилось видеть, но вряд ли бы его назначили заместителем главы за красивые глазки. Майки же был полной противоположностью: шумный и энергичный, ведёт себя, как первоклашка, если не дошкольник. Ещё и ростом не вышел. С первого взгляда и не скажешь, что он – глава банды. Они гуляют по парку, название которого Такемичи не знал, да и вообще впервые тут оказался, но двое его спутников идут по дороге уверенно, показывая, что они тут всё знают, и приходят…к тележке с тайяки. Нет, он ещё с первой встречи понял, что Майки любит эту выпечку, но он её всё время покупает, что ли? Это ж сколько денег… Однако, мысли прерывает Манджиро собственной персоной, с улыбкой протягивая ему угощение, и голубоглазый действительно не понимает зачем. Дракен с удивлением подмечает, что Такемучи первый, с кем Майки поделился рыбкой, причём уже во второй раз, он даже на своего лучшего друга смотрит голодным волком, стоит ему только метнуть взгляд в сторону его десерта. Сунеку лишь принимает тайяки, обещая съесть угощение дома и прячет в своём рюкзаке. Майки в ответ на это дует губы. В целом, после этого эпизода, прогулка шла нормально, ребята разместились на свободной лавочке, ведя беседу о создании банды. Оказалось, что у Майки есть старший брат по имени Шиничиро, который в прошлом был главой другой банды под названием «Чёрные драконы», сейчас же он владелец небольшого магазина, продаёт и чинит байки, где иногда ему помогает Дракен, неофициально и по секрету, так как даже подработка для несовершеннолетних с минимальными часами в стране была запрещена. Так что Кену оставалось терпеливо ожидать свой 18-й день рождения, чтобы устроиться уже официально, байки были его страстью с ранних лет. Но они отвлеклись. Шин был главой банды первого поколения, а Майки, вдохновлённый и берущий пример с брата, тоже решил создать свою шайку, зазывая друзей-одногодок, так и появилась «Токийская свастика». С Драконами же было заключено что-то вроде мирного соглашения, по которому они сидят на своих районах и не лезут к союзникам, однако, помогать друг другу, когда намечаются разборки, неважно по каким причинам, они не будут, справляясь своими силами. Майки объяснил этот странный мир уважением к брату и первому поколению Драконов, да и сам Шиничиро сыграл в этом не последнюю роль. Для Такемичи это была странная логика, но свои мысли он оставил при себе, не при нём это решалось и тем более не ему судить сейчас со своей колокольни. Теперь же настала очередь Сунеку рассказать о себе, что он не очень-то и хотел делать, учитывая из какой жопы он еле выбрался и после попал в ещё большую. Он медлит с ответом, распуская пучок на голове, чтобы потрепать волосы, а Дракен понимает, что история будет куда хуже, чем он думал. Да, он всё же захотел ознакомиться с отчётом от пятого отряда, уж слишком много вопросов вызывал этот новенький, для него было удивительным читать весь тот список конкурсов, в которых он участвовал с пяти лет, принося домой кучи наград. Вскоре Такемичи начинает говорить, рассудив, что не стоит врать об отношениях с предками, всё-таки не он первый, не он последний с такими проблемами, но намеренно утаил, что же именно послужило уходу из спорта, а также связь с Санзу. За себя он не волновался, не настолько важная шишка, выгонят так выгонят, не велика потеря будет, да и отпор дать сможет, но за своего парня действительно переживал, до дрожи в руках (как бы он перед альбиносом не храбрился, уверяя, что всё будет в порядке), не зная, как может обернуться его положение в банде, учитывая занимаемую должность. Дракен на его рассказ тяжело вздыхает, но удивлённым или возмущённым не выглядит, прекрасно зная, что у большей части банды схожая ситуация. Майки же, как уяснил брюнет за время прогулки, тема отдельная, его мысли и действия иногда сложно понять, как сейчас, например, когда он неожиданно обнял его, утыкаясь щекой в тёплую грудь. - Это так грустно, Такемучи, - чуть ли не со слезами на глазах проговорил блондин, вызывая недоумение на лицах обоих парней. Дракен действительно не мог понять, что творит этот балбес, как глава, он прекрасно знает о семейных разборках каждого, но только новенький, внезапно, удостоился утешительных объятий. А вот Сунеку уже догадывался о примерном ходе мыслей Майки, понимая в какой пиздец он попал, если всё же догадки окажутся правдивы. Рюгуджи приходится брать дело в свои руки, давая Сано ощутимый подзатыльник за эти действия, извиняется перед Такемичи, что уже хотел было потрепать блондинистые волосы и попросить соблюдать личные границы, но заместитель быстро хватает главу за руку и уводит из парка под возмущённые вопли последнего. Брюнету остаётся только глупо похлопать глазами, смотря на эту сцену и тяжело вздохнуть.