Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 2.

(В этой главе использован текст оригинала. Приношу свои извинения.) Брат Шеллар и брат Чань как раз вплотную приблизились к разрешению загадки, в которой фигурировали труп с ножом в спине, пустая комната и полное отсутствие каких-либо следов, когда посреди кабинета заклубилось серое облачко. Перепуганный храмовый телепортист с вытаращенными глазами, заикающийся от испуга (насколько уместнее был бы в этой ситуации невозмутимый брат Лю!), проблеял что-то невнятное о дворцовой кухне, погроме и реках крови. Советник и глава департамента молча переглянулись и без слов согласились, что источник информации ненадежен, сама информация противоречит здравому смыслу, а чтобы уяснить, что там происходит на самом деле, надо идти самим и проверять. В главном зале их встретила толпа таких же перепуганных священнослужителей. К счастью, паника, блеяние и заикание поразили не всех поголовно, и нагрянувшему начальству сумели объяснить, что наместник спустился вон оттуда и побежал вон туда, насчет погрома они не уверены, но жертвы точно есть, как минимум одну все видели. Начальство окинуло взорами зал, на пару мгновений задержавшись на злополучных постаментах, опять переглянулось и опять поняло друг друга без слов. — Проводите, — приказал брат Чань, выбрав из трясущейся толпы наиболее, как ему показалось, вменяемое лицо. Святой отец сделался белее своего капюшона, но смиренно поклонился и попросил следовать за ним. По мере продвижения брат Шеллар и брат Чань переглянулись снова. Конечно, насчет кровавых рек любезный брат наврал с перепугу, но след, оставленный наместником по дороге от зала до кухни, исключал всякие сомнения: кому-то сегодня очень не повезло. А учитывая, что невменяемый демон крошил не кого попало, а сосредоточил весь свой пыл на одном объекте, можно было без труда догадаться, кому именно. У дверей кухни топталась еще одна группа бледных напуганных людей. Они уже достаточно осмелели, чтобы приблизиться к кухне, которую наместник покинул с минуту назад, но еще не настолько, чтобы туда входить. Шеллар решительно распахнул дверь, уже представляя себе, что там увидит, и шагнул через порог. Брат Чань не отставал от него ни на полшага. Увиденное настолько выходило за рамки ожидаемого, что братья остановились у порога и целых три или даже четыре секунды промедлили, прежде чем в очередной раз переглянуться. — Как вы полагаете, брат Шеллар, — с сомнением произнес глава департамента, — это можно опознать? — О, я полагаю, брат Чань, — отозвался советник, — что в этом нет необходимости. — Меня тоже посетила такая мысль, — признался хин. — Но не должны ли мы ее проверить? — Вне всяких сомнений, — заверил Шеллар. — Проверять надо всегда, даже если кажется, что сомнений быть не может. Они одновременно развернулись и вышли, так как оба в равной степени понимали, что проще вернуться по следам и найти, откуда начался славный путь господина наместника, чем пытаться что-то опознать в обнаруженной кучке фарша. — Кажется, мы не ошиблись, — произнес брат Чань. Шеллар сообразил, что в задумчивости позабыл с ним переглянуться, и согласился, изучая висящую на одной петле дверь: — Насколько я помню, это кабинет брата Аркадиуса? — Совершенно верно. — Войдем? — Думаю, осмотреть кабинет в состоянии и мои сотрудники. Нам потом доложат. Лучше вернемся во дворец и поищем господина наместника. Шеллар кивком выразил свое согласие. — Во дворец, — скомандовал брат Чань, и Шеллар уловил во взгляде телепортиста завистливое восхищение. Дескать, вот же бесстрашные люди — ничего не боятся. На кухню сходили — даже не побледнели, а теперь и вовсе отправляются прямо в пасть наместнику и хоть бы дрогнули. Покинув гостевую комнату, бесстрашные люди первым делом прислушались. Ни паники, ни беготни, ни криков о помощи до них не донеслось — дворец жил своей жизнью, и никакие посторонние звуки не нарушали его обычный рабочий шум. — Разделимся? — скорее спросил, чем предложил Шеллар. Ясно, что на любое его предложение брат Чань ответил бы отказом, а вот услышав вопрос, пусть поломает голову — чего хочет от него коллега, с какой целью, и как лучше на это ответить. — Нет, — отозвался глава департамента пару секунд спустя. — Пойдемте вместе. Долго искать не пришлось — первые же опрошенные подданные (по странной случайности ими оказались сотрудники департамента Безопасности, просто удивительно, откуда они взялись во дворце в таком количестве), изловленные по дороге, доложили, что господин наместник засел в кабинете, и беспокоить его дураков пока не нашлось. На этот раз господа не стали даже переглядываться. Вернее, Шеллар не стал. Брат Чань, может, и взглянул на него в надежде засечь какую-нибудь реакцию, а вот сам советник решил не подставляться. То, что он встревожился, — реакция естественная, наверняка сам глава департамента подумал о том же и встревожился не меньше. А вот встречаться с ним взглядом советник не рискнул. Он не был уверен, что где-то в самой глубине его глаз не отразится нечто большее, чем простое беспокойство. Нечто такое, чего не следует видеть проницательному хинскому разведчику. У двери в приемную нервно переминались с ноги на ногу несколько охранников и вездесущих подчиненных брата Чаня. Полномочий вламываться в кабинет наместника бедняги не имели, а проявлять инициативу опасались. Неизвестно еще, нужны ли они там, внутри, и могут ли быть полезны, а вот примерный список неприятностей за проникновение в рабочий кабинет правителя без достаточных на то оснований представляли себе вполне четко. А если в этом кабинете еще и пропадет что-нибудь, последствия из категории неприятностей быстро перейдут в категорию смертельно опасных несчастий. При виде высокого начальства мающиеся подданные с видимым облегчением расступились, и на их лицах отразилась готовность доложить быстро, четко и ясно обо всем, что бы у них ни спросили. Спрашивать их никто ни о чем не стал. Начальство решительно пересекло приемную, не издав ни звука, и рывком распахнуло дверь кабинета. Наместник неподвижно сидел за столом с запрокинутой назад головой. Рот его был открыт, пальцы закостенели на рукояти пистолета. У его ног на полу сидел Серхио, обхватив голову руками.