Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 2.

Смуглый Кайден родился тридцать лет назад в мире Каппа, в деревушке на краю болота. Маленькому народу куфти, в котором чаще обычного рождались дети с магическими способностями, с одной стороны повезло, а с другой не очень. Повезло в том, что страшное несчастье, называемое в народе Падением и превратившее Каппу в радиоактивную пустыню, покрытую редкими оазисами цивилизации, обошло деревню стороной. Что до утраченных технологий, то их и так отродясь не водилось в деревне, живущей, как тысячу лет назад, скотоводством, землепашеством и примитивными ремеслами. А невезение заключалось в проклятом болоте, с каждым годом все ближе подбиравшемся к околице и грозившем рано или поздно поглотить и вспаханные поля, и огороды, а на закуску и саму деревню. Болото было поистине необъятным, и никто не знал, где оно кончается и кончается ли вообще. Бродить по нему смельчаков находилось немного - один-два на поколение. Во-первых, полезных лекарственных растений можно было набрать и на твердой земле, во-вторых, в топях водились крокодилы и всякая пакость помельче, а в-третьих, милях в пяти к северу над болотом возвышалась жуткая древняя пирамида, о которой в деревне курсировали разнообразные слухи. Старики из совета старейшин говорили, что это гробница умевшего несколько веков назад великого колдуна и шамана, чье имя забылось за давностью лет. Шаман всю жизнь бился над разгадкой великой тайны, суть которой старики тоже не могли припомнить - не столько за давностью лет, сколько из-за почтенного возраста. Жили в деревне долго, и потому совет почти сплошь состоял из столетних старцев, мирно дремавших на заседаниях. Те старики, что были помоложе, излагали более свежие новости. Дед Кайдена, когда был жив, утверждал, что лет триста назад в деревню заявился очень интересный чужестранец. Гости у народа куфти, живущего в изоляции от соседей, появлялись редко и потому ценились. Чужестранец был принят в доме совета с максимальным почетом. По окончании трапезы он сказал "спасибо" и изложил старейшинам цель своего визита. Услышав его слова, старейшины от потрясения даже проснулись. Гость собирался пересечь болото, добраться до ужасной пирамиды и ни больше ни меньше как войти внутрь, потревожив почтенные останки давно почившего шамана. Он сказал, что был бы чрезвычайно благодарен, если бы ему предоставили проводников. Чужестранца отговаривали всей деревней, приводя все доводы против гуляния по болоту, перечисленные выше. Ему красочно описывали гиблые топи, огромных хищных рептилий и не менее хищных кровососущих насекомых. Его запугивали мстительной тенью покойного колдуна, обитающей в пирамиде, и древним проклятьем, висящим над всем этим нехорошим местом. Убедившись, что самонадеянный гость полон решимости воплотить свою затею в жизнь, старейшины махнули рукой и как могли описали идиоту более или менее надежные тропы, проходящие по болоту. Гость выступил в поход на рассвете. Провожали его тоже всей деревней. Куфти стояли у околицы и махали чужестранцу вслед. Они были уверены, что больше его не увидят.