Моя жемчужина

В холодном и тёмном кабинете царила гнетущая тишина. Воздух был пропитан напряжением, которое, казалось, можно было ощутить физически. За массивным столом, занимающим центральное место в комнате, сидел Сано Манджиро. По правую руку от него сидели братья Хайтани, их лица сохраняли спокойствие, но в глазах была заметна настороженность. Рядом с ними — Какучо, погружённый в свои мысли. С другой стороны стола — побитый и измождённый Санзу. Его взгляд был устремлён вниз, но в нём читалось отчаяние и чувство вины. Чуть дальше от стола, словно стараясь не привлекать к себе внимания, сидели Такеоми и Вакаса. Они понимали, что ситуация критическая, и каждое неосторожное слово или движение могли вызвать ещё больший гнев Майки. Гнев Сано был крайне ощутим. Он потерял нечто драгоценное, то, что стало для него светом в бесконечной тьме, окружавшей его душу. Прекрасная жемчужина, что сумела осветить его потерянный путь, снова была потеряна, и это терзало его изнутри. Она вывела наружу самые тёмные и разрушительные эмоции, которые Майки так долго сдерживал. Он потерял больше, чем просто какого-то русала — он потерял часть самого себя. — Какого чёрта? — наконец раздался голос, прерывая тишину. Его голос был холоден как лёд и полон ярости. — Ответь мне, Санзу, кто посмел? От твоего ответа зависит и наказание, которое ты можешь получить. Санзу поднял голову. Взгляд Майки пронзил его, словно холодный стальной клинок. Он знал, что любое оправдание будет тщетным, но промолчать было ещё хуже. В голове хаотично проносились мысли, а сердце сжималось от ужаса. — Мною было проведено расследование, но выйти на того, кто это сделал, я не смог, Майки, — опустил глаза в пол. — Могу сказать лишь одно: этот человек — крыса, что работает у нас. Многое указывало на то, что похититель определённо знаком со структурой «Бонтен». Но тогда кто? Кто же посмел прямо из-под носа у Майки выкрасть этого русала? Какучо решил вмешаться в разговор между Майки и Санзу. — Я думаю, что это Тетта Кисаки. Кисаки никогда не нравился Какучо, но последний понимал, что он был крайне выгоден для «Бонтена». Кисаки Тетта, Коконой Хаджиме и Сано Манджиро — все эти три человека буквально владели криминальным миром Японии. Они составляли союз, благодаря которому каждый получал выгоду: Кисаки — власть, Коко — деньги, а Майки — авторитет и влияние. Но что, если Кисаки теперь против них? Или он никогда не был с ними? Смогут ли они так легко разорвать эти путы кукловода? — И вообще, почему ты, Какучо, такие претензии выдвигаешь против Кисаки? Он мог вообще и не видеть этого русала, а теперь ты на него нагоняешь, — Коко повернулся к Майки, ища одобрения с его стороны. Коконою крайне не нравилось, что Какучо выдвинул такое обвинение. Если Сано и Тетта разругаются, то денег ему не видать. — Довольно, — резко произнёс Майки. — Если Кисаки действительно за этим стоит, я разберусь с ним сам. Но если ты, Какучо, ошибся… последствия будут такими же суровыми. Комната снова погрузилась в тишину, но теперь это была тишина, полная напряжённого ожидания. Все понимали, что эта ночь станет поворотным моментом для «Бонтена» и что от решений, принятых здесь и сейчас, будет зависеть будущее всей организации. Какучо, услышав приговор главы, почувствовал холодный пот на лбу. Он знал, что сделал рискованное заявление, и теперь вся ответственность за его слова лежала на нём. Если его догадка окажется ошибочной, последствия будут катастрофическими не только для него, но и для всей организации. Майки, наблюдая за своими подчинёнными, не спешил говорить дальше. Его мысли были сосредоточены на возможных последствиях, и он тщательно взвешивал каждое решение. — У нас нет права на ошибки, — продолжил он. Его голос звучал тихо, но каждое слово проникало в сознание собравшихся, оставляя за собой ледяной след. — Такеоми, Вакаса, — обратился он к своим наиболее доверенным людям, — разберитесь в этом. Найдите доказательства, кто осмелился украсть моё сокровище. Они коротко кивнули, понимая, что на них возложена важная миссия. — Время не на нашей стороне, — подытожил Майки. — У вас два дня. С этими словами собрание было завершено, но никто не двигался с места, пока Сано не вышел из кабинета вместе с Санзу. Коко повернулся в сторону Какучо и тихо цыкнул. — «Ведёт себя как псина, покуда его «истинный» король Курокава Изана уже давным-давно гниёт в земле, давая себя пожирать червям», — подумал про себя с раздражением Хаджиме. Если сейчас внезапно выяснится, что Кисаки действительно имеет к этому отношение, мало чего хорошего ожидается в будущем. Слишком многое связывало их с Кисаки, они не могут так просто взять и перерезать эти нити. — Чего так злишься? Деньги не сможешь зарабатывать без Кисаки? — Какучо посмотрел на Коко и ухмыльнулся. — Я думаю, что это действительно Кисаки. Он постоянно забирает всё, что дорого для Майки. — До сих пор считаешь, что это Кисаки убил Изану пару лет назад? Крайне глупо. Это было спланированное убийство. И вот как раз-таки ты и облажался, не сумев выяснить, кто же подстроил всё это, — вытащил язык и показал его, желая подразнить оппонента. Слушать этот бред было утомительно, нужно решать, как же переубедить Майки. Коко развернулся и пошёл прочь из комнаты, желая поскорее догнать Майки. Какучо посмотрел в окно. Там перед ним предстал ночной Токио. Всё это напоминало о том, как же они пришли к тому, кем сейчас являются. Были две банды — Свастоны и Поднебесье. Два брата, что не были кровными, но являлись ими духовно, объединились. Так была создана нынешняя преступная группировка «Бонтен». Немногие из оригинального состава смогли дожить до нынешних событий. Большая часть командиров и заместителей Свастонов разругалась с Майки и ушла, а состав Поднебесья, наоборот, чувствовал себя прекрасно, как рыбы в воде. Затем внезапно убивают Сано Эму. Никто не мог понять, как такое могло произойти. С этого момента все друзья Майки покинули организацию, кроме верного пса Санзу. Изана и Майки на этом фоне ещё сильнее начинают промышлять в преступном мире, пуская корни зла, желая отомстить за погибшую сестру. В процессе к ним присоединились и остатки первого поколения Чёрных Драконов — Вакаса, Бенкей и Такеоми. Последний пришёл лишь ради наживы: он был прекрасным оратором, и братья использовали его талант в умении договариваться по полной. Вакаса и Бенкей пришли ради того, чтобы защитить наследие Шиничиро, ведь мальчики были дороги ему. Впоследствии на одной из очередных миссий убивают Бенкея, и Вакаса остаётся один. Майки приблизил его к себе, и тот начал руководить охраной наравне с Санзу. А потом произошло то, чего никто не мог ожидать. На Курокаву Изану было совершено покушение, в результате которого тот не выжил. Он прикрыл собой Какучо, поэтому последний и выжил, решив, что посвятит всю свою жизнь Майки. Но оставался в тени ещё один участник — тот, кто был в Свастонах и перекочевал в «Бонтен» — Тетта Кисаки. Также умелый оратор и гений в составлении различных планов и махинаций. Хаджиме Коконой получил своё положение в результате захвата 10-го поколения Чёрных Драконов. Но Инупи ушёл вместе с основателями Свастонов; сейчас он вместе с Рюгуджи Кеном открыл магазин по продаже байков, который Коко тайно спонсирует. Коко быстро нагнал Майки с Санзу, розоволосый пытался донести, что давать Такеоми такую работу — крайне плохое решение. — Да эта свинья, что дома никогда не убирается, сам ни черта сделать не может. Нельзя ему и Вакасе такое поручение давать! — с недовольством бурчал Санзу. Он ненавидел Такеоми за то, что тот позволил их младшей сестре Сенджю умереть. Эта глупышка решила возглавить банду, а тот захотел поддержать её и пойти против Майки. Ну что за дура! В итоге её кто-то застрелил. Харучие с содроганием вспоминает её труп с пулевыми ранениями в больнице. Хоть она и была надоедливой, но она же его родная сестра. Он не хотел, чтобы она так умерла. Глубоко в душе Санзу понимал, почему Сенджю решилась на создание банды: она хотела вытащить его самого из этого болота, но не понимала, что он уже давно посвятил всю свою жизнь Майки. Ему нет дороги назад с ней. И когда Санзу принимает препараты до состояния прихода, он видит перед собой погибшую сестру, что разговаривает с ним. А в самых страшных кошмарах Сенджю начинает обвинять его самого в её смерти. И этот грех видела чёртова русалка. Коко согласно кивнул. Его беспокойство было вызвано не только личной неприязнью к Такеоми, но и тем, что дело было слишком серьёзным, чтобы доверить его кому-то ненадёжному. — Майки, ты знаешь, что Такеоми не всегда действует рационально, — добавил Коко, стараясь говорить убедительно. — Если он провалит это задание, последствия могут быть ещё хуже. Майки остановился, раздумывая над словами своих подчинённых. — Я понимаю ваши опасения, — наконец ответил Сано. — Но сейчас важно, чтобы все действовали сообща. Если Такеоми допустит ошибку, он ответит за это. Но у него есть навыки, которые могут быть полезны в этом деле. Санзу хотел было ещё что-то сказать, но увидел, что Майки не собирается менять решение. В конечном счёте они все зависели от приказов главы, и их задача — выполнить их любой ценой. — Я не собираюсь доверять такое важное задание только одному Такеоми, даже несмотря на то, что у него в напарниках Вакаса, — продолжил босс «Бонтена». — Коко, я также доверяю тебе это задание. Санзу — на подмогу. В конце концов, это ты не смог защитить моего Такемучи. — Я понимаю, босс, — тихо ответил Коко, склоняя голову перед главой. — Не подведу вас. — Исполню ваш приказ любой ценой, мой король, — добавил Санзу. Майки посмотрел на своих подчинённых и кивнул. — Напоминаю, у вас два дня, — напомнил мужчина, прежде чем продолжить путь, оставляя их в коридоре наедине с собственными мыслями.

***

Кисаки стоял рядом с бассейном. Его обычное спокойное и хладнокровное выражение лица сменилось лёгким недоумением. Он не ожидал такой реакции от своей жены. Хината, дрожащими руками, сжавшими его костюм, едва сдерживала слёзы, глядя на него со смесью ужаса и злости. Он привык к тому, что его планы развиваются по предсказуемому сценарию, но сейчас всё пошло не так, как он рассчитывал. Он попытался успокоить Хинату, но её взгляд был прикован к бассейну. Кисаки, наблюдая за реакцией своей жены, начал понимать, что ситуация вышла из-под контроля. Но он не мог позволить себе проявить слабость или сомнение. Он мягко взял Хинату за руку, отводя её в сторону от бассейна. — Пожалуйста, успокойся, — мягко обратился он к ненаглядной. — Да, мы его встречали недавно. Как оказалось, это существо вовсе не человек, — на его лице появилась ухмылка. — И это мой подарок тебе, любимая. Девушка наблюдала за существом в бассейне. Это был тот самый мальчишка, с которым она разговаривала тогда у фонтана. Сердце невольно дрогнуло. Он вёл себя как-то странно, заторможено, что ли? В детстве мама рассказывала ей и Наото сказки о мистических существах, что обитают в океане. Будучи маленькой девочкой, ей всегда хотелось вживую увидеть русалок. Жестокая реальность разбилась о камни, когда она случайно увидела отчёт отца, который он принёс с работы: там было указано, что русалов вылавливают и продают на органы или содержат как питомцев. В дополнение к этому были приложены фотографии «трофеев», которые полицейские нашли в домах богатых мафиози. — Почему эти существа хотят контакта с человеком — по непонятной причине. Прятались бы себе и жили спокойно, а мне не пришлось бы такими делами заниматься, — произнёс отец Хинаты. Ей было искренне жаль этих существ. Она никогда не думала, что её муж, Кисаки Тетта, выловит русала и представит его ей в качестве трофея. Напрасно она тогда сказала этому мальчишке, что Кисаки ради неё даже русала поймает. Теперь она крайне жалела о своих словах. Тачибана больше не могла продолжать смотреть на русала, чувствуя вину за то, что его заточили здесь. — Извини, но такой подарок я не могу принять. Ты должен выпустить его обратно в океан, там его место, — Хината разворачивается и уходит в поместье. Кисаки лишь с недовольством посмотрел на бассейн. Если уж его жене не понравился питомец, то его можно было бы использовать в других целях. К примеру, продать на чёрном рынке или использовать его способности, чтобы пытать крыс, попытавшихся предать его. Тетта знал, что найдёт применение этому мальчишке. А что касается Майки — было весело отнять эту игрушку, так же как Эму с Изаной у него.

Насколько же глава «Бонтена» погрязнет во тьме?

Когда марионетка по имени Сано Манджиро сломается?

Кисаки остаётся только ждать, ведь спектакль всё ещё продолжается.