Моя жемчужина

Два дня пролетели слишком быстро для всех, но не для Сано Манджиро, который не спал ни минуты. Время будто сжалось, и всё происходящее вокруг него казалось размытым и несущественным. Все его мысли и действия были направлены на одно — вернуть то, что было утрачено. Упущение, которое стоило ему Такемичи, стало для него личным поражением, и это чувство не отпускало его ни на секунду. Головная боль, которая не оставляла его уже несколько часов, стала постоянным спутником, но он не обращал на неё внимания. Он не мог позволить себе слабость, не мог позволить себе отдых, пока не найдёт своего русала. За эти два дня он отдал все силы на поиски, проверяя каждую зацепку, каждый слух. Его люди были на грани, понимая, что любые промедления или ошибки могут стоить им жизни. Манджиро не прощал ошибок, особенно теперь, когда на кону стояло нечто большее, чем просто власть или деньги. Коконой и Санзу работали слаженно, несмотря на личные разногласия. Они знали, что в этот раз на кону стояло нечто большее, чем их собственные амбиции. Им удалось сузить круг подозреваемых, но истинного виновника они пока не нашли. Они оба понимали, что их время истекает и, если они не смогут найти Такемичи, последствия будут катастрофическими. Вечер второго дня в кабинете, который заливался тусклым светом ламп, собрались все те, кому было поручено расследование исчезновения русала. Тяжёлая тишина повисла в воздухе. Майки сидел за массивным деревянным столом, лицо скрывалось в полумраке, но даже сквозь темноту можно было почувствовать его ледяной взгляд. Санзу, несмотря на своё обычное поведение, сейчас выглядел более сосредоточенным, чем когда-либо. Его обычно ленивые и безразличные черты лица теперь выражали что-то близкое к ярости, смешанной с чувством вины. Он понимал, что Майки винил его за провал, и это только подстегивало его желание найти виновных. Коконой, стоя в тени, нервно теребил ткань рукава. Какучо, напротив, сохранял спокойствие. Его мысли были направлены на Кисаки — человека, которому он никогда не доверял. Всё указывало на него, и в этом он был уверен. Но для того чтобы предъявить обвинения, нужны были доказательства, которые могли бы удовлетворить босса. Вакаса и Такеоми, стоявшие чуть поодаль, наблюдали за происходящим. Наконец, Манджиро нарушил тишину, его голос прозвучал как ледяной ветер, пронизывающий каждого из присутствующих: — Что вы нашли? — короткий вопрос, но в нём ощущалась вся сила его гнева. Коконой шагнул вперёд, стараясь говорить уверенно, несмотря на напряжение: — Мы проверили все возможные следы, которые могли бы привести нас к Такемичи, но все они пока не дают результата. Однако... — он замялся, но затем продолжил, чувствуя на себе пристальный взгляд Майки, — есть подозрения, что к этому причастен Кисаки. Его люди стали активнее действовать в последнее время, и несколько свидетелей утверждают, что видели подозрительную активность в районах, которые контролирует Кисаки. Сано молчал, переваривая услышанное. В его голове складывался пазл, в котором каждый кусочек указывал на Кисаки. — Доказательств мало, — холодно произнёс глава. — Но нам нужно его проверить. Эти слова заставили всех присутствующих насторожиться. Манджиро редко принимал решения так быстро. — Вакаса, Такеоми, — продолжил тот, обращаясь к стоящим в стороне мужчинам. — Подготовьте людей. Мы идём к Кисаки. Вакаса кивнул, его лицо оставалось невозмутимым. Такеоми тоже молча подтвердил приказ, быстро обдумывая в голове план действий. Коконой и Санзу переглянулись. Харучиё нервно провёл рукой по волосам, понимая, что в этот раз никаких ошибок быть не должно. Хаджиме, с другой стороны, обдумывал возможные последствия этой операции. — Мы должны действовать быстро, — добавил Майки, его голос прозвучал решительно и жёстко. — Если Кисаки действительно замешан, он может уже готовиться к ответным действиям. Взгляд Манджиро задержался на Какучо: — Убедись, что наши люди готовы к любому исходу. Было понятно, что Сано не оставит никаких шансов своему врагу. Какучо кивнул. — Мы скоро закончим эту игру, — тихо добавил глава. Его слова прозвучали как приговор.

***

В это время Хината отдыхала у себя в личных покоях. Кисаки по работе отлучился из их особняка ненадолго. Сердце девушки взволнованно стучало каждый раз, когда она думала о том парнишке в их бассейне. Ни она, ни Кисаки после того раза его не посещали. — Нужно его всё же проведать, — Тачибана собрала всю свою волю в кулак, решив пойти к русалу. — Вдруг ему плохо? Его же не кормят? А если он... умер? Маленькими, но быстрыми шажками она дошла до того злополучного бассейна. Поначалу ей показалось, что там ничего нет. Её сердце забилось быстрее, когда она решилась наклониться ближе, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Холодный ветер прошёлся по её коже. Она хотела протянуть руку и потрогать воду, что уже помутнела. Внезапно кто-то из воды хватает её за руку. Хината едва успела вскрикнуть, когда из воды вынырнула рука, мёртвой хваткой схватив её запястье. Первое, что она видит, — светящиеся ярко-синие глаза. Русал крепко держал её за запястье и, понемногу выплыв, стал смотреть на неё со злобой. Их короткого контакта хватило, чтобы тот ослабил хватку и освободил её руку. — А, это ты, — узнав Хинату, взгляд Такемичи смягчился. — Ты как? — встревоженно проговорила Тачибана. — Выжидаю очкастое чудовище, чтобы его утопить, — ответил с довольно невинным тоном, словно говорил о чём-то обыденном. — Я хочу освободить тебя! — Вряд ли у тебя получится. Я не хочу, чтобы он и твою жизнь загубил, — с сожалением в глазах смотрел Такемичи на Хину. — Кисаки ничего не сделает мне. Он не имел права вылавливать тебя из океана. Я положу конец этому ужасному поступку, — протянула решительно руку. — Только я не знаю, как буду тебя перетаскивать с хвостом, но ты же умеешь становиться человеком? Такемичи вдохновила решимость этой девушки. Майки явно не находил себе места. Если он сам не будет стараться как-либо сопротивляться очкастому монстру, то никогда не сбежит от него. Русал схватил Хинату за руку и вылез из бассейна. Девушка присела рядом с ним, удивлённо разглядывая хвост. — Хина-чан, прошу прощения, моё сердце принадлежит лишь Майки-куну, но без этого я не смогу перевоплотиться, — притянул к себе девушку и поцеловал её. Свет озарил участок возле бассейна. И Такемичи предстал перед Тачибаной в чём мать родила. Она покраснела не только из-за поцелуя, но и оттого, что перед ней сейчас стоял парень без одежды. — А-ааа! — крикнула она и быстро отдала ему свою кофточку, чтобы он прикрылся. — Нужны эти неудобные штаны, — закатил глаза черноволосый. — Хорошо, пойдём к нам в дом, и я отдам тебе одежду и штаны, в которых уже давно не ходит Кисаки. Они вместе направились в дом.

***

Кисаки, придав своему лицу спокойное и невозмутимое выражение, прибыл вместе с Ханмой в кабинет Сано Манджиро. Его удивление от внезапного вызова он старался скрыть. Но на первый взгляд он не видел причин для волнения — он тщательно замёл все следы, оставшиеся после похищения русала. Значит, его вызвали по обычной работе, как он сам себе объяснял. Когда дверь за ними закрылась, Кисаки увидел перед собой собравшихся людей: Вакасу, Такеоми, Санзу и Коконоя. Их лица были спокойны. Глава сидел за массивным столом, глядя на Кисаки с непроницаемым выражением лица. Он долго молчал, прежде чем заговорить: — Кисаки, — начал Майки холодно, его голос был ледяным. — Ты знаешь, зачем тебя вызвали? Тетта улыбнулся, стараясь сохранять уверенность: — Босс, вы ведь знаете, что, если бы я сделал что-то против вас, то вы давно бы об этом узнали. Но я здесь — значит, всё под контролем, верно? Сано не сводил с него взгляда. — Не всё так просто, Кисаки, — сказал он, его голос стал ещё холоднее. — Такемичи исчез. И многие указывают на тебя. Что скажешь? Ханма бросил взгляд на Тетту, но продолжал молчать, как и все остальные в комнате. Теперь он понимал, что это был не просто вызов «по работе». Кисаки замер на долю секунды, прежде чем снова взять себя в руки. — Это недоразумение, — ответил он уверенно, сдерживая внутреннее напряжение. — У меня не было никакого интереса в вашем... питомце, если можно так выразиться. Да и времени на подобные игры у меня не было. Уверен, это кто-то другой пытается посеять раздор, — стоя перед Манджиро, внешне спокойный, в его мыслях бушевал план, как выкрутиться из этой ситуации и не потерять контроль. Какучо с невозмутимым лицом проговорил: — Поступила информация, что ты и твои люди стали интересоваться чёрным рынком. Поговаривают, что, упустив кое-какой важный лот, ты решил во что бы то ни стало заполучить его. — Верно, этим лотом оказался русал мужского пола, — с ноткой иронии протянул Вакаса. — Совпадение? Не думаю. Кисаки спокойно выслушал язвительное замечание Вакасы, не проявив ни малейшей тени раздражения. Его лицо оставалось каменным, только взгляд стал чуть острее. Коко с раздражением наблюдал за этой ситуацией. Его партнёра по бизнесу пытаются прижать. — «Разве эти обвинения можно считать обоснованными?» — сокрушался про себя Коко. Майки внимательно наблюдал за каждой эмоцией, отражающейся на лице Кисаки. — Кисаки-сан, у нас к вам предложение, — поклонился ему Санзу. — Дабы снять с вас эти обвинения, не могли бы вы пригласить нашего короля, меня и ещё нескольких людей к себе в особняк? Мы осмотрим его и убедимся лично, что у вас дома отсутствует русал. После этих слов Санзу взглянул на Кисаки серьёзно: — Вам же нечего от нас скрывать, не так ли? Тетта перевёл взгляд на Санзу, сдерживая раздражение, хотя его улыбка оставалась неизменной. Внутри него бурлили мысли — просьба Санзу была не просто проверкой, а откровенным вызовом. Майки явно не верил ему полностью, и ситуация становилась всё опаснее. — Конечно, — вежливо ответил он, скрывая под маской спокойствия бушующую тревогу. — Мне действительно нечего скрывать. Вы всегда можете прийти ко мне в дом, когда захотите. Мой особняк всегда открыт для вас. Он взглянул на Майки, пытаясь поймать его реакцию, но тот сохранял молчание, а его выражение лица ничего не выражало. — Это разумное предложение, — продолжил Кисаки, удерживая ровный тон. — Таким образом, мы раз и навсегда снимем все подозрения и продолжим работать вместе, как раньше. — Отлично, — наконец произнёс Манджиро. — Мы наведаемся к тебе сейчас же. С этими словами он слегка поклонился и повернулся к выходу. Внутри него начал выстраиваться план — необходимо было выиграть время и как можно скорее избавиться от улик. Ханма, обычно расслабленный и с ухмылкой на лице, на этот раз выглядел сосредоточенным. — Черт, они собираются всё обыскать, — тихо выругался Ханма, засунув руки в карманы. — Как же мы собираемся скрыть русала? — Мы сделаем всё так, как и должно быть, — холодно ответил Тетта, уже выстраивая план действий. — Я сделаю звонок, и к тому моменту, как они появятся, в доме не останется ни единого следа. Он достал телефон и быстро набрал номер. Секунды тянулись мучительно долго, пока на другом конце не раздался ответ. — Это я. Немедленно переместите «товар». На другом конце коротко подтвердили его приказ. Кисаки положил трубку и обернулся к Ханме. Ханма хмыкнул, снова вернувшись к своему привычному расслабленному виду. — Что ж, отлично. Надеюсь, ты прав, и всё пройдет гладко. Иначе... — он улыбнулся. — Иначе нас ждут неприятности. — Неприятности уже начались, — ответил Тетта, его глаза сверкнули. — Но я всегда выигрываю, когда ставки высоки.