Однажды в лесу...

Пыль от колес несущегося впереди велосипеда не успевает осесть обратно на дорогу, как взметается снова. - Хён, хён! – ЧонИн старательно крутит педали, чтобы успеть за старшим, но его велосипед пропадает за очередным поворотом дороги. – Ты куда, хён? Хён! ЧонИн еле вписывается в поворот на сумасшедшей скорости и поздно замечает, что старшего впереди нет. Он тормозит и спрыгивает с велосипеда, задыхаясь. Куда он мог деться за несколько секунд? Пропажа обнаруживается недалеко от обочины – велосипед стоит, прислоненный к дереву, но совершенно пустой. - Хён! – снова зовет ЧонИн, осматривая двухколесного друга. Вроде нет повреждений, значит СынМин просто куда-то ушел. Но куда? - Да тут я, не кричи, - раздается откуда-то из-за кустов, разросшегося в подлеске шиповника. - Ты чего там делаешь? – ЧонИн идет на голос и выходит прямо на СынМина… с приспущенными шортами и бельем. ЧонИн останавливается. – Думал, до дома дотерплю, но сил моих больше нет, - говорит СынМин, запрокинув голову и поливая золотой влагой куст шиповника. Капли падают на листья, собираясь в маленькие озера, которые переполнившись, срываются вниз, смачивая сухую землю, давно не видевшую дождя. Правда, дождь нужен был совсем не такой. ЧонИн закрывает рот и шумно сглатывает. Он вообще не понимает, что с ним такое происходит. Они с СынМином вместе буквально с пеленок, и, пожалуй, нет ничего такого, что они друг у друга не видели. Так почему же увиденное сейчас, так сильно действует на него? СынМин заканчивает и пару раз встряхивает член, чтобы последние капли упали на землю, а не в трусы. Он оттягивает резинку белья одной рукой и другой собирается заправить внутрь, но возглас ЧонИна его останавливает: - Стой! – раздается в тишине леса как-то слишком громко. СынМин замирает и пялится на младшего с немым вопросом в глазах. - Могу я… - начинает ЧонИн и замолкает. Он не знает, как сказать старшему такое. Это же бред! – Могу я… взять его… в рот? – ЧонИн сам в шоке с того, о чем именно он просит СынМина. - Что? – кто-нибудь скажите СынМину, что ему это снится и его лучший друг (читать как «почти брат») не просит взять его член в рот. - Ты слышал, - бубнит ЧонИн, все еще не отрывая взгляда от предмета своего желания. – Можно? СынМин не знает, что сказать и просто кивает. Он надеется, что это шутка и ЧонИн сейчас над ним посмеется и назовет легковерным идиотом, но этого почему-то не происходит. А происходит то, что СынМин никогда не думал увидеть собственными глазами. Да он вообще о таком не думал никогда, если честно. ЧонИн опускается голыми коленями на влажную траву, игнорируя факт того, что именно её намочило. Он убирает руки хёна от белья и немного приспускает трусы, чтобы они не давили на мошонку. На кончике вялого члена еще висит последняя желтая капля, которую СынМину не удалось стряхнуть. ЧонИн высовывает язык и слизывает ее, ныряя кончиком под мягкую кожицу. СынМин вздрагивает и втягивает воздух сквозь сжатые зубы. Искры удовольствия от ласки щекочут позвоночник. ЧонИн поднимает глаза. У старшего взгляд шальной и расфокусированный, но младший еще не закончил. Он снова касается губами члена и втягивает кожицу, закрывающую головку, в рот. Почему-то кажется, что этого мало и ЧонИн погружает член в рот полностью. В паху начинает скапливаться напряжение. Ощущение чужого органа во рту настолько приятно, что ЧонИн стонет от удовольствия. Он перекатывает его языком и посасывает как леденец, пока кровь не наполняет его и не увеличивает в размерах настолько, что он перестает помещаться во рту полностью. Крайняя плоть натягивается, оголяя головку. ЧонИн начинает давиться и пытается отстраниться, чтобы не вызывать спазмы, но на голову ложится рука. СынМин пропускает пряди между пальцами и сжимает их на затылке, притягивая голову ЧонИна обратно к паху. Младший поднимает удивленный взгляд и встречается с расплавленной похотью в карих глазах старшего. Вид ЧонИна с его членом во рту – это какая-то слишком невероятная мечта СынМина. Такая, которую он даже в мыслях своих не мог представить, потому что это слишком. Но сейчас и представлять не надо, достаточно смотреть. Он толкается немного на пробу, так, чтобы не доставить ЧонИну дискомфорт и ждет реакции. Либо тот отстранится и убежит, либо… Тут как раз второй вариант. ЧонИн улыбается. И это выглядит совершенно по-блядски, потому что он улыбается с сынминовым членом во рту. Он отклоняется немного назад, так, чтобы на языке осталась только головка и толкается в щелку уретры языком. СынМин вздрагивает. ЧонИн хмыкает и вновь вбирает член в рот, посасывая. Помещается почти полностью, но все же не до конца. ЧонИн снова отстраняется, выпуская орган совсем и ловит его рукой, приподнимая. Он скользит языком вниз, играясь, и спускается к мошонке, втягивая яичко в рот. Рука скользит на смоченной в слюне плоти, пока ЧонИн вылизывает мошонку. Головка скрывается под кожицей и показывается вновь, блестя размазанным прекамом и естественной смазкой. Не зная куда деть вторую руку, СынМин кладет ее на щеку ЧонИна. Тот снова берет член в рот и толкается им в щеку, ровно туда, где находится рука старшего. СынМин чувствует, как под кожей скользит головка и это становится последней каплей – живот скручивает спазм и оргазм захлестывает СынМина. Пальцы в волосах сжимаются и он пытается отстраниться, чтобы ЧонИн не подавился, но тот явно против. Он сжимает руки на бедрах старшего и глотает то, что тот ему дает, выплескиваясь бурно и долго, крупно вздрагивая. ЧонИн выпускает плоть изо рта и поднимается с колен, облизывая губы. Он выглядит так, будто получил свой рождественский подарок задолго до Рождества. - Ты невероятный, - говорит СынМин и впивается в губы младшего, притягивая к себе за шею обеими руками. Тот забирается ладонями под майку старшего, обхватывая его и прижимаясь к нему своим членом, скрытым под одеждой, толкается пару раз сверху вниз и обмякает, почти повисая на нем. По шортам младшего расплывается мокрое пятно. СынМин отрывается от распухших алых губ и переводит взгляд вниз. - Ты кончил? ЧонИн не смотрит ему в глаза. Вместо этого он снова опускается на колени. Член СынМина уже мягкий и не должен привлекать внимание ЧонИна, тем более, что сейчас он явно не способен на повторение, но ЧонИн думает, что тот все же может кое-что ему дать. ЧонИн поднимает смущенный взгляд и, неожиданно для СынМина, просит: - Пописай мне в рот, хён. СынМин открывает рот. Закрывает. Открывает снова и в конце концов произносит неловкое: - Я же вот только недавно… - Ну, пожалуйста, хён, попробуй еще разок. Ну хоть чуть-чуть. Кто-то может отказать этому мелкому? Ну, уж не СынМин точно. Тот кивает, соглашаясь, и закрывает глаза, чтобы сосредоточиться. ЧонИн наклоняется и берет сынминов член в рот. Тот так приятно ложится на язык, что ЧонИн замирает, наслаждаясь моментом и выжидая. На язык падает первая капля и ЧонИн жмурится. Он всегда получает, то, что хочет.