Если я останусь...

Ему хотелось немедленно поехать к Чонгуку, но время уже оказалось поздним и надо было забирать детей. Во второй раз найти детский сад оказалось легче. Воспитательница в саду удивилась тому, что он приехал вовремя, напомнив о том, что детей вечно забирали последними. Чимин решил сделать Тэхёну выговор за такие опоздания, когда все утрясется, а пока он лишь продолжал извиняться и кланяться. Забрав детей, Чимин заметил, что мальчики выглядели как-то понуро и расстроенно. Но на вопросы, что случилось, они лишь качали головой и говорили: «Ничего». Поэтому Чимин не сразу поехал домой. Сначала он заскочил в продуктовый магазин, где настойчиво вовлекал детей в процесс покупок. Мальчишки немного оживились, когда им позволили выбирать продукты и катить тележку. В магазине они закупили столько всего, что у него едва хватило средств на карте, чтобы расплатиться. Но Чимин не расстроился. Он загрузил пакеты с едой и остановился возле сквера с детской площадкой. Они покатались с детьми на качелях, поели рыбных палочек. И все это возымело свое действие: мальчишки начали говорить. — Ты раньше с нами так не гулял никогда, — внезапно произнес Мёнсу, когда они устроились за столиком одного из детских кафе. — Да, — обмазавшись кремом пирожного, поддержал брата Ухён. — Никогда. — Но теперь мы все изменим и будем гулять вместе чаще, — пообещал Чимин. — Обещаешь? — Обещаю, — Чимин выпрямил два мизинца, предлагая скрепить их договор. Ухён, довольный, первым протянул свою ладошку. Мёнсу с короткой заминкой тоже дал свой мизинец. Их маленькие пальчики коснулись его, и Чимин, вспомнив о разговоре в библиотеке, мысленно попытался заполнить невидимые знаки-капли. Он почувствовал легкое щекотание в левой и правой ладонях, когда получил ответ. Любят. Любят и Тэхёна, и его. Чимин со счастливой улыбкой смотрел на малышей, желая стиснуть их в объятиях. — Спасибо, мальчики. Скрепив обещание, они отпустили руки. — Ты ведь не бросишь нас? — с надеждой спросил Ухён. — Конечно нет. Что за разговоры? — удивился Чимин. — Сегодня Минхо сказал, что ты нас тоже бросишь, как и наш о-па, потому что мы тебе не родные, — поделился Мёнсу. Так вот в чем дело. — Кто такой Минхо? — Чимину хотелось немедленно вернуться в сад, найти эту сволочь, что посмела такое сказать детям, и оторвать ему язык. — Альфа из нашей группы, — ответил Ухён. Этот альфа наверняка нахватался от своих родителей. — Послушайте, — Чимин снова взял мальчиков за руки. Ему было больно за детей. Их папа-омега бросил малышей, когда те только родились. Но Юнги справился, не отказался от мальчишек, он растил их в одиночку, пока не вышел замуж за Тэхёна. И Чимина это всегда восхищало. — Ваш Минхо просто маленький дурачок. Не надо его слушать. И я, и ваш а-па — мы вас очень любим. И не важно, что мы с вами не одной крови, для меня вы самые родные. Я очень-очень люблю вас обоих и всегда буду рядом с вами. Запомнили? Мёнсу и Ухён закивали. — Если он еще раз так скажет, зовите меня. Я надеру ему уши! — заявил Чимин пылко, чем рассмешил детей. Радуясь, что на милых мордашках снова появилась улыбка, Чимин подумал о том, что надо бы рассказать потом все Тэхёну. Дети нуждались в нем больше, и они бы не стали верить какому-то мальчишке, если бы были уверены в муже Юнги. Тэхён наверняка не догадывался о переживаниях детей, и хорошо, что они выяснили все сейчас, пока их страхи не пустили корни. После легкой прогулки они возвратились уже в приподнятом настроении и ввалились домой хохочущими комочками счастья. В коридоре их встречал Юнги, на него и обрушилась волна эмоций детей. Мёнсу и Ухён, мешая раздевать друг друга, наперебой рассказывали о том, как они здорово погуляли после садика, какую белку увидели в парке у кафешки и как делали покупки в магазине. — Кажется, вы хорошо повеселились без меня, — улыбался Юнги, принимаясь за пакеты с продуктами. Дети убежали играть с новыми машинками, которые Чимин купил в супермаркете, оставив их одних. — В следующий раз возьмем тебя с собой, — пообещал Чимин, раскладывая овощи в холодильнике. — Эм. И прости. Я там немного потратился, — признался он. — Они были такими расстроенными, что хотелось их порадовать чем-то. Чимин пересказал разговор с детьми о Минхо. — Надо поговорить с родителями этого мальчика, — закончил он. — Ты будто в первый раз это услышал, — хмыкнул Юнги, не принимая всерьез ситуацию. — И что? Оставим это так, как есть? Чимин недовольно нахмурился, поворачиваясь к альфе. — Ну, ты вроде как этим и занимался последние полгода, — пожал Юнги плечами небрежно. Чимину хотелось возмутиться. Тэхён знал, что мальчикам приходится терпеть подобное, и ничего не делал? Почему? — Я не могу заставить тебя любить их, как своих. Юнги произнес это спокойно, без упрека, словно уже давно смирился с этим глупым, неверным фактом, будто подобный разговор проходил у них не впервые. — Но я люблю их! — от возмущения Чимин чуть не задохнулся. Что за бред? Как можно было подумать иначе. Чимин знал, что Тэхён любил детей. Он никогда дурного слова про них не сказал, всегда с особой тщательностью выбирал им подарки. Он присылал ему фотографии, где они вместе гуляли. — О чем ты говоришь, черт возьми? — О том, что ты каждый чертов раз забываешь забрать их из детского сада, когда я занят, — раздраженно произнес Юнги. — О том, что ты даже забываешь об их днях рождения и никак не можешь запомнить, что у Мёнсу аллергия на… — Клубнику, — перебил его Чимин. Если даже он сам помнил об этом, Тэхён уж точно не мог забыть. Юнги смотрел на него пару мгновений, выглядя по-настоящему удивленным. — Что ж. Радует, что хоть это ты запомнил. Тэхён, давай не будем, ладно? Дети сегодня выглядели такими счастливыми, и я рад, что ты нашел возможность провести с ними время. Мне приятно, что ты так стараешься, — терпеливо продолжил Юнги, явно воздерживаясь от грубых слов. — Но не надо притворяться: они это тоже почувствуют, понимаешь? Когда тебе в очередной раз надоест играть идеального папу, им будет больнее. Чимин ошарашенно смотрел на альфу, совсем не ожидая услышать подобное. Как он может так думать? — Ты… — Не надо, — резко, колко оборвал его Юнги. Чимин даже не ожидал, что альфа может быть таким. Омега глупо хлопал ресницами, пытаясь уложить в голове все услышанное. — Мы уже обо всем этом говорили сотню раз. Давай просто поужинаем и не будем портить им вечер, хорошо? Юнги забросил пакеты с раменом в шкаф с такой подавленной злостью, что Чимин вздрогнул. — Схожу проверю детей, — сообщил альфа сухо. Чимин вообще не ожидал, что этот день может закончиться вот так. Что это вообще все значит? У Тэхёна с Юнги были проблемы? Почему друг ничего такого не говорил ему? Да и как он может не любить детей Юнги? В голове стало так много вопросов, что Чимин не знал, что и думать. На автомате он принялся за приготовление ужина. Помня в этот раз, что Тэхён не отличался кулинарными талантами, ему пришлось специально сделать запеканку подгоревшей, но так, чтобы начинка оказалась вкусной. Он пересолил специально салат, но подготовил то, чем это можно исправить. В результате ужин прошел без проблем. Никто не удивлялся его косякам, Юнги выглядел как ни в чем не бывало, улыбался, разговаривал, и Чимин расслабился. Они даже вместе посмотрели мультик по телевизору, но укладывать детей снова вызвался Чимин. Ему нравилось заботиться о малышах, несмотря на напряженный взгляд альфы и недавний разговор на кухне. Закончив с делами, Чимин сварил какао и вышел на веранду, где сидел Юнги. Альфа покачивался в старом кресле, задумчиво смотря вдаль. Вид впереди был не особенно радужным: виднелись одни лишь застройки и темные тени соседних деревьев, зато отсюда можно было наблюдать за звездами на небе, наслаждаясь тишиной окраины города. — Мир? — Чимин с улыбкой протянул одну кружку альфе. Юнги ответил ему тем же, принимая подношение. — Спасибо. Чимин занял второе кресло, с удовольствием потягивая горячий напиток. Ночь была ясной и теплой, такой мягкой и приятной, что действовала магически, сглаживая все проблемы. Несколько минут Чимин просто наслаждался моментом, вдруг осознав, что уже очень давно ему не было так спокойно и легко на душе. И было странно, что это умиротворение он нашел в теле Тэхёна и в его семье. Почувствовав взгляд Юнги на себе, он повернулся к нему. — Что ты так смотришь? — Любуюсь. Ты так изменился после аварии, — произнес Юнги, обхватывая кружку двумя руками. — У нас были проблемы в последнее время, да? — догадался Чимин. Возможно, Тэхён даже и сам не знал, что эти проблемы существуют. — Но такое есть в каждой семье, верно? Мы ссоримся, ругаемся, не договариваем важное, прячем свои настоящие чувства, считая их не такими уж нужными, — вспоминая свою жизнь с Чонгуком, Чимин по-новому стал смотреть на свой брак. Может, у них с мужем тоже просто кризис, который они смогут преодолеть? Может, нужно просто лучше объяснять свои желания, открыться? — Но мы все равно одна семья, мы любим друг друга и сможем найти решение в любой ситуации. Я ведь прав? — Ты меня пугаешь, — вдруг сообщил Юнги. — Откуда в тебе взялась такая мудрость? — Может, мои мозги встали на место? — шутливо предположил Чимин. Юнги посмеялся хрипло и покачал головой. Он выглядел таким красивым в этот момент, что Чимин невольно засмотрелся. На альфе вроде бы простая куртка, он в растянутых домашних брюках и тапочках на босу ногу, но его буквально окружала аура надежности и силы. Чимин удивился тому, что раньше не замечал, какой альфа красивый и… уютный? Чимин не мог подобрать точного слова, просто смотреть на Юнги вдруг стало очень приятно. Легкий ветерок теребил его и так взлохмаченные волосы, делая мужчину таким притягательным в этой небрежности. — Я рад, что ты в порядке, — произнес Юнги, поймав его взгляд. — И верю, что мы сможем преодолеть все проблемы. Чимин улыбнулся ему и снова посмотрел на небо. Он тоже был рад. Он желал Тэхёну и Юнги счастья, но в груди отчего-то зашевелился маленький червячок зависти. — А помнишь, мы в молодости вот так же смотрели на звездопад? На крыше обсерватории, — вспомнил он тот памятный день, когда они еще учились в университете. — Не помнишь? — расстроился Чимин, видя недоумение на лице альфы. Это же был такой красивый момент! — Мы вчетвером забрались на крышу в день звездопада, едва не загремев в полицию потом. Тебе еще тогда нравился Нам Боми, помнишь? — Прекрати, — внезапно грубо произнес Юнги. — Ты прекрасно знаешь, что он мне не нравился. Чимин точно помнил, что нравился. Они тогда с Боми учились в одной группе и частенько зависали вместе. Он, Боми, Тэхён и Юнги. Боми был хорошеньким омегой, им многие тогда увлекались. Поэтому Чимин даже не удивился, когда Юнги запал на него, ища с ним встреч всюду и ведя себя как глупый влюбленный дурачок. Чимин, увидев эту симпатию, пытался брать с собой Боми на их совместные встречи. Они все ждали, когда Юнги наберется решимости и признается в своих чувствах омеге, но альфа все медлил. В тот день звездопада Чимин был почти уверен, что Юнги украсил крышу обсерватории, чтобы признаться, тем более и Тэхён сказал, что альфа готовил «нечто особое». Чимину тогда показалось это очень романтичным. — Ты собирался предложить Боми встречаться, — поддразнил Чимин. Уже столько лет прошло, сейчас-то уже можно посмеяться над нерешительностью альфы. — Тэхён, прекрати. — Ты все еще расстраиваешься из-за того, что не решился? — осторожно спросил Чимин, видя, как изменился мужчина в лице. — Нет, я просто… — Юнги внезапно замолчал, смотря в свою кружку. — Не важно. Все сложилось, как сложилось, и я рад этому. Чимин нашел свое счастье, и я нашел тоже. — Чимин? В голове образовался какой-то затор. При чем здесь он? Разве они говорят не о Боми? — Не делай такое лицо, — хмыкнул Юнги смущенно. — Ты ведь знаешь, как он мне нравился. Зря я тогда вообще тебе об этом рассказал. — Чимин, — повторил он собственное имя, стараясь не потерять челюсть. О Господи. — Тебе нравился Чимин, — произнес он в ступоре. Какого черта? Он нравился Юнги?! — Но… — у него не находилось слов. Он с трудом удержался от восклицаний. Разве не Боми? Чимин быстро пытался прокрутить все события прошлого, все время их учебы, которое они провели вместе. В голове словно заело «не Боми». Черт возьми, да как это возможно? Это казалось еще более нереальным, чем то, что он сейчас в теле Тэхёна! Он не мог нравиться Юнги! Это просто… Чимин ошарашенно вцепился в свою кружку от такой внезапной новости. — Забавно, что он так и не догадался ни о чем, — с грустью произнес Юнги, качнувшись в кресле и смотря на звезды. — Ты устроил замечательный вечер в тот день, но Чимин привел Боми. Снова. — Потому что он думал, что тебе нравится Боми! — заступился Чимин за себя. — Господи, да как можно было подумать на что-то другое? Юнги фыркнул на его возмущение. — Уверен, он бы отреагировал так же. Ты лучше меня знаешь, каким наивным порой может быть твой друг. Только такой наивный омега, как Пак Чимин, мог не заметить моих глупых чувств. У Чимина голова шла кругом. Да он и представить подобного не мог! Юнги — это друг детства Тэхёна из Дэгу. Когда альфа приехал в Сеул и поступил в СНУ, он стал и его другом. У Чимина тогда было очень мало друзей, но Тэхён позаботился о том, чтобы им было комфортно втроем. И когда это началось? Чимину захотелось задать так много вопросов, но он не мог, ведь Тэхён, оказывается, обо всем знал! Этот жучара знал, но молчал! — Почему ты не сказал ему прямо? — все же сорвался с губ вопрос. — Ты знаешь, — хмыкнул Юнги. — Тогда я представлял собой жалкое зрелище. Нищий студент, приехавший покорять столицу. Что я мог ему дать? Вокруг Чимина всегда терлись популярные альфы из его круга, те, что приезжали на дорогих тачках и могли позволить себе сводить его в дорогой ресторан. Он был не моего уровня, и все это понимали. — Уверен, он не гнался за популярностью, — тихо произнес Чимин, все еще ошарашенный запоздалым признанием. — Теперь это уже не важно. Юношеская влюбленность в прошлом, — Юнги посмотрел на него с такой искренностью, что Чимин верил: для альфы все осталось в прошлом. — Знаю, ты тогда хотел, чтобы мы с Чимином были вместе, пытался мне помочь, и я благодарен тебе за все, но рад, что ты сдержал обещание и ничего ему не рассказал. Иначе мы бы не смогли оставаться друзьями, верно? Чимину отчего-то стало грустно. Почему он был так слеп? Почему не замечал очевидного? — Чимин нашел свое счастье с другим альфой, а я нашел свое счастье с тобой. Кто бы мог подумать тогда, что мы будем женаты, — улыбнулся Юнги, касаясь ладонью его коленки. — Да, — выдохнул Чимин. Он никак не мог перестать прокручивать в голове мысль о том, как все могло сложиться, если бы Юнги тогда все же признался ему, если бы он сам заметил, увидел чужое сердце. Он бы ответил взаимностью тогда? Смог бы увидеть альфу, а не друга? У Чимина не было ответа, но это теперь и в самом деле не важно. Юнги отпустил свою юношескую влюбленность, продолжил жить дальше, вышел замуж на последнем курсе университета, но не сложилось. Его муж сбежал, бросив с детьми. А потом они как-то все больше времени стали проводить с Тэхёном. У Тэхёна тогда тоже была несчастная влюбленность в альфу, который не ответил ему взаимностью. Когда его лучшие друзья объявили о том, что встречаются, Чимин порадовался за них. Юнги и Тэхён словно ожили в тот момент, нашли опору друг в друге. И, хоть и было странно видеть своих лучших друзей в новом статусе, Чимин пытался смириться и подстроиться под новые отношения самых близких ему людей. — Тебе не тяжело видеть Чимина в нашем доме сейчас? — спросил омега осторожно. Он вдруг подумал о том, что, даже если чувства ушли, он все еще остается напоминанием о прошлом. — Я уже тебе миллион раз говорил: все осталось на той крыше обсерватории, — честно признался Юнги. — Когда он сообщил, что «кажется, влюбился». Чимин нервно хохотнул. Он тоже вспомнил, как поделился с друзьями новостью о своей симпатии к альфе с факультета бизнеса, амбициозному первокурснику Чон Чонгуку. — Сейчас он для меня лишь друг нашей семьи, Тэ. Я люблю тебя. Ты мой муж. Это единственное, что важно, — искренне произнес Юнги, коснувшись его руки. Чимин почувствовал, как закололо в ладонях. Любит. Когда Юнги отстранился, Чимин взглянул на свои руки. Левая капля заполнилась больше, чем правая. Чимин знал, что это означает; он интуитивно понимал, что любовь Юнги к нему сейчас, как любовь к родственнику. Он не стал для него чужим человеком, но больше не станет кем-то большим. И от этого как-то странно неуютно и нелепо ноет в груди. — Там появилась карта сокровищ? — шутливо бросил Юнги, отвлекая его от мыслей. Чимин вопросительно взглянул на него. — Ты смотришь на свои руки так, будто там появилось что-то очень важное. Чимин неловко улыбнулся. — Задумался просто. Хорошая сегодня погода, правда же? — Да. Тепло. И звезды видно. Они оба снова посмотрели на небо, где видны были редкие яркие вспышки в темноте. И Чимин вдруг ощутил это зыбкое чувство неуверенности. А все ли он знает о людях, которые были ему семьей?