Если я останусь...

Тест на беременность показал отрицательный результат. Чимин понимал, что это даже не его результат, но на душе все равно было больно. Сколько раз он уже видел эту одну полоску за все время своего брака — уже и привыкнуть должен, но все равно каждый раз собирались слезы в глазах. — Тэхён, ты не видел моей рубашки? — не стучась, распахнул дверь ванной комнаты Юнги и осекся на пороге. Чимин не успел даже спрятать улики. — Ты… — Видеть Юнги таким шокированным уже становилось привычкой. — Нет, — Чимин попытался незаметно стереть слезы рукавом. Он неловко улыбнулся, показав результат — «не беременный». — А ты ожидал другого? Мы же предохраняемся, — нервно хмыкнул Юнги. Чимину уже хотелось закрыть уши руками. Он больше не хотел знать ничего о чужой жизни. Хватит. С него и вчерашних откровений достаточно! Он уже не хотел ничего знать о жизни Тэхёна и Юнги. Это их личная жизнь, личное дело. — Ты плачешь? — еще сильней поразился альфа. — Черт, Тэ, что с тобой происходит вообще в последнее время? — прикрыв за собой дверь, Юнги отрезал ему путь к отступлению. Они остались одни в маленьком, тесном пространстве ванной комнаты, и запах альфы стал насыщенней. — Ничего. Прости, — застуканный врасплох, Чимин никак не мог собраться. — Ты ведь сам сказал, что не хочешь пока детей. Эй, посмотри на меня, — ласково попросил Юнги. Его нежность ударила прямо в сердце. Слезы снова собрались в глазах. Черт. Да что он за слабак такой! Не может даже справиться с этим! Каждый чертов раз его накрывает этой дурацкой истерикой, стоит только начаться течке или увидеть эту гребаную одну полоску. Чимин ненавидел производителей этих тестов! — Все ведь хорошо? — кажется, Юнги начал всерьез волноваться за него. Нет. Ничего не хорошо. Чимин не мог поднять глаза на альфу. Он хотел детей. Черт возьми, он хотел детей! В своем теле! В своей жизни! И он не понимал, почему всю ночь думал о том, как бы сложилось все, если бы они с Юнги… — Да. Да, прости, — остановив вновь беспорядочные мысли, Чимин неловко отвел глаза. Ему было стыдно даже смотреть на альфу. Он не имел права даже погружаться в нелепые фантазии. — Малыш, почему ты решил, что можешь быть беременным? — аккуратно заглянув ему в лицо, спросил альфа. — Не знаю. Я просто. Мне приснился сон, — выпалил Чимин первое, что пришло на ум. Откуда было ему знать, что Тэхён с Юнги предохраняются?! Тэхён, рассказывающий ему даже о том, как в туалет сходил, почему-то не говорил о действительно важном. — Извини. Я в последнее время, наверное, веду себя странно, — попытался Чимин выглядеть немного адекватней. — Не знаю, что со мной. — Иди сюда, — Юнги мягко притянул к себе и спрятал в своих объятиях. Чимин невольно снова всхлипнул, уткнувшись ему в грудь. Его никогда так тепло не обнимали, никогда так не утешали, даже не зная толком о причине дурацкой истерики. Господи, сколько же раз он вот так плакал в ванной комнате, ненавидя себя и свое тело, отказывающееся выполнять одну из своих функций, сколько раз чувствовал себя ущербным и бракованным. Но Чонгук никогда не обращал на это внимание, не видел и не понимал — просто расстроенно вздыхал, видя его опухшие глаза, и уходил на работу. И только сейчас, в руках другого мужчины, Чимин понял, как ему не хватало этих объятий все время. Он снова всхлипнул, силясь удержать слезы, и беспомощно вцепился в кофту альфы. — Ну, тише-тише, — Юнги погладил его успокаивающе по спине. — Все в порядке. Если тебе трудно справиться с этим самому, мы можем сходить к тому психологу, что рекомендовал доктор Ли, — предложил заботливо альфа. — Эта авария и ситуация с Чимином сильно на тебя повлияла. Чимин согласно закивал, шмыгнув носом. Наверное, Юнги прав. Две жизни накладывались друг на друга, и Чимин уже начал теряться в них. Напряжение, в котором проходили эти дни, сказывалось на нем, выливаясь в такую внезапную истерику на пустом месте. Надо быстрее выбираться из жизни Тэхёна, ведь он не имел права быть здесь, не имел права наслаждаться объятиями чужого мужа. Чимин заставил себя отстраниться. Он поспешно стер слезы рукавом, стыдясь поднять глаза на альфу. Это было все так неправильно. Вчерашнее откровение все еще занозой сидело в груди, а дикие мысли продолжали биться в голове, рождая новое напряжение. А могло ли у них с Юнги что-то получиться, если бы много лет назад он не был таким слепым? Чимин ненавидел себя за эти мысли. Ненавидел за то, что, находясь в чужой жизни, он смеет думать о чужом муже. Это все принадлежало Тэхёну. Это тело, к которому Юнги испытывал вполне очевидное влечение. Этот дом, наполненный смехом и теплом. Эти дети, которые вот-вот проснутся. Этот альфа. Чимину стало тошно от самого себя. Он не имел права искать утешение в руках этого мужчины. Ему стало стыдно и за свои мысли, и за слезы. Симпатия Юнги к нему уже в прошлом, осталась воспоминанием, и сейчас альфе нужен его собственный муж, а не только его тело. Чимин не понимал, почему так грустно от этого, почему он чувствует себя вором, который так нагло занимает чужое место. — Прости. Ты прав, — согласился Чимин, отступая на пару шагов. — Я, наверное, никак не могу смириться, что я здесь, а он там. — Если хочешь, можем съездить к нему сегодня, — Юнги снова проявил поразительное понимание. — Да, — улыбнулся Чимин. — Спасибо. — Вот и отлично. Выше нос, детка, — щелкнул он его по носу. — А теперь помоги мне найти рубашку. Чимин засмеялся, сбрасывая нервное напряжение. Они вместе отправились на поиски, и постепенно Чимин успокоился, твердо решив для себя, как можно быстрее вернуться в свое тело и изменить свою жизнь с Чонгуком, сделать их отношения с мужем похожими на те, что у Юнги и Тэхёна. Чимин верил, что может все исправить. После завтрака за Юнги снова заехал Хосок. Чимин хотел остаться с ним наедине, чтобы расспросить о том, что именно он хочет рассказать Юнги, ведь теперь стало ясно — это не про беременность Тэхёна. Чимин теперь вообще не понимал, как эта мысль пришла ему в голову; наверное, сказывались собственные тараканы в голове. Поговорить с Хосоком не получилось: они с Юнги уехали довольно быстро. Может, и к лучшему. Чимин подумал о том, что, наверное, не имеет право лезть в жизнь Тэхёна глубже. Если друг чего-то не рассказал ему, возможно, на то были свои причины. Поэтому, отвезя детей в детский сад, Чимин решился заняться тем, чем должен. И для начала ему нужно было встретиться с Чонгуком, только вот как сделать это в теле Тэхёна, он никак не мог решить. Придумывая предлог зайти к альфе, Чимин едва не пропустил сообщение, пришедшее на телефон. «Надо встретиться». Номер, подписанный как «репортер Кан». Чимин устало вздохнул. Вот и работа Тэхёна пожаловала. Он не слышал от него никогда о репортере Кане, но это наверняка кто-то с телестудии. Тэхён работал младшим ассистентом на одном из ведущих телеканалов. Друг всегда мечтал стать репортером новостного канала, но пока ему приходилось довольствоваться лишь ролью помощника. Чимин много раз предлагал ему воспользоваться связями своей семьи, чтобы продвинуться по карьерной лестнице, но друг всегда отказывался. И что теперь делать? Чимин знал, насколько Тэхёну была важна его работа. Только вот он не мог там появиться и притвориться Тэхёном. Он, конечно, многое знал о его несложных обязанностях мальчика на побегушках, как говорил сам Тэхён, да и о своих коллегах друг рассказывал много. Но это все равно было опасно. Он не хотел испортить Тэхёну начинающуюся карьеру, поэтому проигнорировал сообщение. Однако репортер Кан был весьма настойчивым. «Я не могу так больше» «Пожалуйста, давай встретимся» «Я не могу без тебя» Простые фразы печатными буквами звучали так надрывно, отчаянно, что Чимину стало неуютно. В них словно было слишком много откровенного, личного. «Буду ждать тебя на нашем месте». Чимин нахмурился. Что это за «наше место»? Какое-то нехорошее подозрение закралось в голову. Эти сообщения напоминали скорее не рабочую переписку, а любовную. Да ну бред. Чимин тряхнул головой и хохотнул в машине. Надо же было такое подумать. Он уже совсем с ума сходит. Чимин отложил телефон в сторону и завел машину, намереваясь поехать прямо к Чонгуку на работу. Плевать на повод, скажет, что решил проведать его. У них, конечно, отношения в последнее время не то чтобы тепло-дружеские, но не прогонит же Чонгук его, в конце концов. Да и надо всего лишь коснуться его рукой, заполнить метку и двинуться дальше. Чимин взглянул в зеркало, видя в нём лицо Тэхёна. Взъерошенный, не накрашенный, с темными кругами под глазами. Да уж. Тэхён ему спасибо не скажет, когда вернется. Телефон снова ожил. Да что нужно этому репортеру Кану? «Пожалуйста». Чимин буквально слышал эту мольбу в чужом сообщении. Казалось, там, на другом конце, сейчас кто-то умирает без Тэхёна. — И что мне делать с тобой, репортер? — прошептал Чимин. — Как я вообще должен узнать о «нашем месте»? Чимин пытался найти прежнюю переписку с этим абонентом, но ничего не нашел. Казалось, всю историю просто очистили. Осталось лишь одно, отправленное в день аварии. «Готово» и фото авиабилетов на рейс до Пхукета с бронью в одной из самых знаменитых гостиниц курортного городка на двухместный номер с одной кроватью. Чимин нахмурился, ничего не понимая. Чимин вспомнил, что друг говорил о какой-то рабочей поездке в Тайланд. Это об этом тут? Это же как скряги из компании могли раскошелиться на номер в отеле, стоимость суток которого была как полугодовая зарплата самого Тэхёна? И… одна кровать? Какого черта? Не было других номеров? Чимину вся эта история совсем не нравилась. Он не хотел думать о Тэхёне плохо, но как-то уж слишком подозрительно все это выглядело. Да и слова Хосока подливали масло в огонь. У Тэхёна есть любовник? Да ну нет. Нет, конечно. Чимин снова хохотнул себе под нос. Что за дурацкие мысли? Бред. Наверняка этому всему есть какое-то объяснение. «Куда мне подъехать?» — набрал он сообщение неизвестному репортеру Кану. Лучше он съездит туда, убедится в нелепости своих подозрений и поедет к Чонгуку. А то так и будет думать глупости. «Отель «Лоут Плаза», номер 305» — незамедлительно пришел ответ. Лоут Плаза? Серьезно? Люксовый отель в центре города? Да кто этот репортер Кан? Директор KBS? Чимин отбросил телефон в сторону и решительно завел машину. Он не хотел подозревать друга в чем-то постыдном и неправильном, но все это выглядело как-то скверно. Зачем ему встречаться с коллегой в номере отеля? Чимин оживился от вдруг пришедшей в голову идеи. Да они же наверняка там какой-нибудь репортаж снимают! Ох, и о чем он только думал?! Любовник? Тэхён бы его убил за такие мысли. Наверное, все это напряжение и правда сказывается на нем. Чимин уже хотел было развернуться и поехать в компанию Чонгука, но подумал о том, что, может, там действительно нужна помощь Тэхёна. Может, после этого репортажа Тэхёна повысят? Лишать друга шанса на карьеру Чимин не хотел, поэтому все же добрался до указанного места. Он бывал тут раньше, учитывая, что это один из отелей его отца, но эта показная роскошь ему никогда не нравилась. Едва он подъехал к главному входу, к машине тут же подбежал услужливый паренек, который удивленно окинул взглядом не вписывающийся в обстановку старенький автомобиль, но быстро с собой справился и предложил помощь в перегоне на парковку. Чимин привычно отдал ключи и окинул взглядом высокое здание отеля. Внутри ничего не изменилось. Все та же элегантная, холодная роскошь, рассчитанная на состоятельных постояльцев. Проигнорировав дружелюбные улыбки персонала в холле, Чимин сразу направился к лифту и поднялся на двадцатый этаж. Расположение номеров он тоже тут знал неплохо. Отец вообще по одному принципу все отели строил. Выйдя на нужном этаже, Чимин вдруг ощутил нелогичное волнение. В коридоре было пусто, никаких следов других репортеров, камер или чего-то подобного. Но может, они все внутри номера? На задворках сознания билось что-то тревожное, неприятное, но Чимин проигнорировал это и, добравшись до двери с золотистыми цифрами «305», постучал. Услышав шаги с той стороны, он почувствовал, как ускорилось его сердцебиение. И это было так глупо, что хотелось рассмеяться! Только когда открылась дверь, смеяться расхотелось сразу. Там стоял Чонгук. Его собственный муж. До мурашек сексуальный в своей рабочей белой рубашке с закатанными рукавами. — Ты пришел, — на его губах засияла обворожительная улыбка. А у Чимина сердце ухнуло в пятки. Грудь сдавило от тяжести этого понимания, а легкие опалило жаром. Где-то на задворках сознания он уже все понял, но отказывался принимать эту грязную действительность. Он стоял, оглушенный и дезориентированный, на пороге номера и смотрел на Чонгука. Он не мог и слова произнести, но Чонгук и не ждал. Альфа втянул его в номер и сразу набросился с жарким, страстным поцелуем, закрывая дверь. Чимин на долю секунды растерялся. Знакомый запах. Знакомые, родные губы, которые уже столько раз его целовали, но незнакомая ошеломительная страсть. Чонгук прижал его к двери, целуя до одурения агрессивно, настойчиво, так, словно умирал тут один, словно сходил с ума. Чимин, оглушенный этой страстью, радостно потянулся к альфе, прильнул — нужен, важен, желанен, — но тут же ударило осознание. Не его целует Чонгук. Тэхёна. Это отрезвило ледяной водой. Чимин замычал ему в рот и оттолкнул альфу. Тот пошатнулся и с недоумением посмотрел в ответ. — Что такое, детка? Чимин начал задыхаться от понимания. Номер в дорогом отеле. Двуспальная большая кровать. Тэхён и Чонгук. Его лучший друг и его муж. От пронзившей боли стало дурно. Нет. Этого не может быть. Он все неправильно понял, наверное. Они ведь не могли. Правда? Нет. Чимин замотал головой, отказываясь верить. — Как долго? — выдавил он из себя. Голос Тэхёна сейчас злил как никогда. Его била нервная дрожь. Он поднял глаза на мужа, ловя его непонимание. Знакомый до последней морщинки. Родной. Почему? — Ты о чем? — Чонгук выглядел растерянным. Чимину хотелось закричать. — Как долго ты уже трахаешь его… меня? — нервно поправил он, чувствуя, как рвется внутри что-то важное. — Я понимаю, ты расстроен, — Чонгук начал говорить так мягко, как никогда не разговаривал с ним. Он смотрел так участливо, как никогда не смотрел на него. И Чимин рассыпался. Прямо здесь, в этом номере с видом на город, он развалился на куски. — Как долго?! — сорвался Чимин на крик. Его начало лихорадить. Чонгук выглядел озадаченным, явно не понимая смысла вопроса. — Как долго мы с тобой предаем их? — Ты снова встал не с той ноги? Мы уже обсуждали это тысячу раз. — Сколько мы уже с тобой… — Около полугода. Господи. Полгода?! Пока он ждал его с работы и пытался что-то там наладить в их жизни, Чонгук трахался с его другом?! Почему? У Чимина голова шла кругом. На его глазах сейчас рушилась вся его жизнь, а он мог просто смотреть. Полгода. — Я скучал по тебе, — с обнаженной искренностью Чонгук снова шагнул к нему, обхватил его лицо руками. — Пожалуйста, Тэхён-и. Я с ума без тебя схожу. Чимин не мог пошевелиться, он смотрел в лицо Чонгука и, кажется, умирал. Все было ложью? Вся их жизнь была фальшивкой? Декорацией? Чимину стало холодно, по телу бежали противные мурашки. И было так больно. Но Чимин все равно протянул правую руку и дотронулся до щеки альфы. Он ждал, что сейчас заколет в метке. До последнего надеялся почувствовать там доказательство того, что их брак был настоящим, что его любили. Но в метке лишь слабо кольнуло. Всего несколько капель. В то время как левая ладонь полыхнула болью, заполняясь почти сразу до краев. Чимин почувствовал, как по щеке скользнула слеза. Он отстранился и посмотрел на свои руки. Метка на правой руке лишь слегка изменилась, а на левой знак существенно пополнился, насытившись чужой любовью. Вот значит как. — Тэхён? — Твой муж лежит там в коме, на грани жизни и смерти, — прикусив губы, дрожащим голосом произнес Чимин. — А ты… Он не мог закончить. Не мог этого всего принять. Просто не мог, черт возьми! Он выскочил из номера, ду̒ша рвущийся из груди крик. Нет. Нет. Нет!!! Чимин сорвался на бег. Чонгук выбежал за ним, но не успел: двери лифта закрылись перед его носом. Чимин вжался в угол красивого лифта и зажал себе рот ладонью. Его размазывало в ошметки по стенам этого лифта. Перед глазами все расплывалось из-за душащих его слез. Как они могли? Чимин выскочил из лифта и быстрым шагом направился к выходу. У него звенело в ушах, сердце тарабанило отбойным молотком, а на губах все еще горел поцелуй Чонгука. Если бы Тэхён сейчас был в этом теле, они бы продолжили? На свежем воздухе легче не стало. Чимин вырвал ключи из рук мальчишки, что подбежал к нему с предложением помочь, и сам отправился к машине. Видеть на парковке «Мерседес» Чонгука было больно. Хотелось разбить его машину вдребезги. Хотелось вернуться и ударить, избить его до смерти за эту боль, но Чимин лишь забрался в пикап Юнги и выехал с парковки, чудом не врезавшись ни в кого. В зеркале заднего вида он заметил, как из здания выскочил Чонгук, и слезы хлынули еще сильнее. Чонгук никогда не бежал за ним, а за Тэхёном готов и на край света. Почему? Почему? Почему, черт возьми?! Чимин закричал, ударяя по рулю со всей силы. Ему было так больно, что казалось, его разрывают на части. Он ведь доверял Тэхёну. Он делился с ним всем. Так почему? Слезы застилали глаза. Он не видел дороги, а скорость на спидометре все росла, но страшно не было. Пока он лежит под аппаратом искусственного дыхания, эти двое сейчас бы трахались в номере отеля. Чимин сжал до хруста руль и вдарил по тормозам, когда на его пути неожиданно что-то промелькнуло. Машину со скрипом занесло в сторону, он едва смог справиться с управлением. Пикап сильно приложило о бордюр, но никто не пострадал, а Чимину вдруг захотелось быть раздавленным под металлом, как в той аварии, из-за которой он оказался в чужом теле. Слезы все бежали и бежали без остановки. Ему кто-то посигналил, но никто не остановился. Все объезжали машину на дороге, не замечая, как умирает внутри нее водитель. Почему? Чимин рыдал, смотря на свою правую ладонь. Не любил. Отдал все Тэхёну. От предательства близких людей хотелось выть, и Чимин не сдерживался. Свернувшись на сидении, выл раненным зверем от жизни, которая насквозь состояла из лжи. Он ведь доверял. Они с Тэхёном столько лет вместе. Еще со школы. Подружились, когда жизнь Чимина представляла собой одинокий ад, в котором он тонул. Тэхён был тем, кто спас его от терзаний вины, от одиночества. Тэхён, который всегда был рядом, всегда готовый подставить свое плечо. Они вместе взрослели. Вместе учились. Вместе гуляли. Делились самым сокровенным. Тэхён был частью его жизни, самой ценной его частью. И сейчас Чимин не мог поверить, что Тэхён мог с ним так поступить. Он был на его свадьбе, он помогал ему мириться с Чонгуком, находить компромиссы в быту. Тэхён даже пытался наладить их с Чонгуком сексуальную жизнь. И все это время лгал? Чимин был слеп, не замечая предательства. Им было весело смотреть на его жалкие попытки спасти брак, в котором были лишь догорающие угли? Зачем так жестоко? Он хоть что-нибудь для них обоих значил? Полгода. Они столько времени встречались за его спиной. Чимина еще долго душила истерика, но в конце концов слезы высохли, а в душе стало пусто. Он невидящим взглядом смотрел прямо перед собой, пытаясь справиться с болью внутри. Но она не затихала. Телефон звонил снова и снова, разрываясь от попыток Чонгука связаться с ним. Репортер Кан. Чимин безумно смеялся, сходя с ума от открывшейся ему действительности, и добавлял этого абонента в черный список, стирая всю переписку, как наверняка до этого сотню раз делал сам Тэхён. Только что теперь делать дальше, Чимин не имел представления.