Этот мир можно изменить?

С наступлением лета легче в кадетском корпусе Эл не стало. Каждое утро зверские тренировки продолжались на жаре, а пот лился и попадал всюду, куда не надо. Волосы, которые к этому времени уже свободно заплетались в небольшой хвостик или бойцовскую косу, прилепали к лицу и неприятно развивались на ветру во время бега. Оказалось, что бегать в сапогах тоже очень неудобно, и ноги Эли часто покрывались мозолями. Но бег — это ещё полбеды; страшно, когда капитан решает поиздеваться над нами и на бой вызывает одного слабого противника, а второго сильного. Так уже несколько дней Бенетт валяется на песке, который неприятно хрустел на зубах. Её парой всегда был один и тот же человек — Райнер. Обычно боролись до первой крови, но сегодня стало исключением. — Я сдаюсь, — девушка вновь упала и поставила перед собой руку, закрываясь от удара. Блондин остановился, и капитан закричал как не в себя. — Забудь это слово, борись. Гелиотт Морет был очень строгим… — Борись, если не хочешь сдохнуть. Ты могла схватить Райнера, видела, что он замешкался, но всё равно не стала. Глупая. Тонкая рука бинтовала костяшки, параллельно обдумывая всё сказанное в её адрес. На самом деле, как бы Лин ни было тяжело, она всегда старалась улыбаться и не показывать грусти, да и некогда. Могла бы по ночам, пока никто не видит, но единственное, что она успевает, — это поспать до следующего удачного дня. Оплакивать себя было некогда, да и не за чем: слезы не льются, словно им всё равно, что Эли теперь без родителей, вдали от сестры, да и вовсе в другом мире. Подумать только: другой мир, свои правила, другие люди, другое время. Всё другое, и она другая. Когда кровь из носа перестала течь, как раз начался обед. Солдаты могли на минуту поболтать и не быть солдатами. Девушка раньше любила много болтать, но сейчас не могла. Разбитая губа болела, так что оставалось только есть и пытаться жить. С ней чаще сидела Энни, которая не была её подругой, но тренировала и иногда помогала. В столовой, на удивление, царила тишина. Многие устали, и шума не было — лишь стук ложек, чашек и тарелок. Девушка со скуки встала, чтобы выйти на воздух. На следующий день всё повторилось. Эл правда хотела его побить избить и причинить тоже боль, но не могла. В этот момент её остановили и положили на плечо руку. Эли испугалась и резко повернулась. -Привет, - сзади как ни в чем не бывало стоял Райнер, зачем пришёл и что от неё хотел, было непонятно. -Что случилось? - Где-то в груди зародился животный страх, Эли знала обо всём, и хранить тайну было тяжело. Страх, что они когда-то поймут, одолевал её с каждым днём всё больше. Плюсом ко всему стало ежедневное избивание. -Нет, ничего. После он развернулся и ушёл. Многие смотрели на это и задавались вопросом, зачем он приходил, но ни Эл, ни толпа зевак, скорее всего, так и не узнают, какую цель он преследовал. Так и оставшись на полпути к выходу, девушка скрылась. Скоро уроки, нужно подготовиться и хоть где-то не ударить в грязь лицом. На следующий день всё повторилось. Эл на самом деле хотела его побить и причинить боль, но не могла. Все замечали, что она мешкает перед ударом, не знает, как ударить, и что-то её останавливает. Но что — даже ей не понятно. На этот раз бой остановили сразу, после того как девушку опрокинули на песок. Опять неприятный треск на зубах и боль раздались по всему телу. "На этот раз я толком не сражалась и только отражала удары, но это не помогло." Думая об этом, она начала потихоньку вставать. -Бенетт, ты сражаешься с одним и тем же человеком, а победить не можешь. - К этому моменту она встала и продолжила движение в сторону от полигона. Наблюдать со стороны и, возможно, извлекать уроки. Капитан её не остановил, а лишь проводил взглядом до ближайшего дерева, куда и села Эл. Перед сном капитаны всех отрядов предупредили подчинённых встать пораньше, и когда всё разошлись, Геллиот подошёл и остановил её. -Завтра на задании тебе выдадут ответственную работу. Не подведи. - Почему именно ей? Она знала: несмотря на плохие результаты в физическом плане, она обладала каким-никаким умом и ответственностью. Это было видно по её показателям работы в классе. Единственное, что было непонятно — это капитан, который то приказывает избить её, то помогает. Но думать об этом не хотелось. Вернувшись в комнату к девочкам, Эл решила сегодня не писать заметок и просто вырубилась, как только голова коснулась подушки. Ваша задача — доехать до места, изображённого на карте, обменяться сведениями с другим отрядом и отправиться назад, каждый по своему пути. На всё про всё у вас два дня! - примерно так началось утро у 104 отряда. Мешкать командиры не стали, распределили ребят на два отдельных отряда, выдали небольшую провизию, УПМ и назначили капитанов. В нашей группе это был Марко, затем отдали небольшой блокнот и карандаш Армину для заметок, а Эли — карту. "Мать вашу, карту мне дали, человеку, который ничего не знает о местности, гениально," думала Эл, но быстро разобралась, и труда в маршруте быть не должно было. Просто сорок миль в одну сторону, объехать пару лис, потом в одном из них остановиться. В принципе, задание показалось лёгким не только Эл, но и стальным ребятам, поэтому все как-то не напрягались. До одного момента. -Нет, Жан, ты нарушишь строй! -Зато эта дурацкая ящерица будет у нас. Во время выполнения задания на местности были обнаружены большие ящерицы, и после слов Саши, что они вкусные, Жан захотел их поймать, но Марко был против. -Мы будем вынуждены об этом доложить. -Ну так и пишите, Жан хотел добыть пищи на ужин, а его останавливает Егер и Капитан.-После этих слов лошадь Жана скрылась в направлении ящерицы. В догонку поехал Эрен, пообещав вернуть его, в то время как отряд остановился в ожидании. В него входили Кони, Саша, Армин, Марко, Жан, Криста и Мина. Компания, что надо, думала Эл. Спустя время они продолжили путь, который был долгим и весьма утомительным. Особенно из-за жары, которая буквально испепеляла всё на своём пути. Ребята придумали накрывать головы и чаще ездить через лес. Спустя весь день, когда солнце уже начало заходить за горизонт, был разбит лагерь. Все были чем-то заняты. Каждый помогал друг другу, поэтому это не заняло много времени, несмотря на то, что они были весьма голодными и нужно было приготовить ещё и похлёбку. Не обходилось без ссор Жана и Эрена, но Эли не хотела даже думать и вмешиваться. Всё тело зудело, и было жутко страшно в лесу. Передвигалась девушка крайне тихо, даже дышать старалась тише. Лес пугал своей темнотой, а лишние звуки только всё усугубляли. Когда стемнело окончательно, все уселись пить похлёбку и пугать друг друга. Девочкам и без того было страшно, а мальчишки как специально старались напугать ещё больше. Эли сидела и старалась не слушать бред, который нёс Эрен, и так страшно. — Так, ребята, отбой. — Приказ Марко был как спасательный круг. Наконец-то тишина. — Нужно, чтобы кто-то не спал и сторожил. Кто первый? — Эл знала, что не уснет, поэтому предложила себя. — Давайте я, спать не хочу, да и не смогу, а после разбужу кого-то, поменяемся. — Спорить никто не стал, да и не за чем. Ребята вообще говорили, что нам не нужно меняться, мол, кто на нас нападёт? Но позиция девушки была иной: "Бережного, Бог бережёт." На том и порешили. Все улеглись в небольшие мешки, любезно предоставленные начальством, и потихоньку засопели. Лошади ходили рядом, некоторые были привязаны, а Криста вообще лежала неподалёку от своей лошади, настолько они любили друг друга. Вообще здесь каждый любит своего коня, ведь они тоже отправятся с ребятами в разведку или в гарнизон, может, в военную полицию. В зависимости от того, кто что выберет. Конь Эли тоже был с ней, клал свою большую голову на плечо, прося погладить его. Именно этим она и занялась. Весь лес ночью не спал, светлячки летали неподалёку от озера. Костёр тихо потрескивал, совы и ночные жители леса тоже давали о себе знать. Тихая летняя ночь, чего же так боится Эл? Резкий шум отвлек не только Эли, но и коня. Тот неспешно прошёлся к казалось бы его источнику, наклонился и стал прислушиваться. Беннетт сама тоже вся сжалась. Хруст был как от шага; Эл могла бы свалить это на собственные иллюзии, но конь, как известно, не может ошибаться. Подойдя к нему и переглянувшись, они пошли дальше. Так они и вышли к небольшому озеру, отовсюду раздалась пугающая тишина. Настолько тихо, что Эл слышала дыхание четвёроногого друга, который особо не переживал и спокойно пил воду, как ни в чём не бывало. — Не могло же нам с тобой показаться, — произнесла она. Конь лишь фыркнул в ответ и продолжил пить. Эли присела недалеко от воды и прислушивалась. Как только она вновь услышала шум за спиной и тут же повернулась, её огрели по лицу. Растерявшись, она упала в озеро, конь испугался и отбежал подальше. Поднявшись в воде, она заметила странного мужчину, который двигался к ней. Нога сама прилетела ему в колено, сбивая с ног. Забравшись на него, Эл замахнулась, но рука, как и в драке с Райнером, не послушала и остановилась возле лица бандита, давая момент противнику ударить и в этот раз вырубить девушку. Темнота поглотила её. Почему не ударила? Почему!? Ребята проснулись от шума, издаваемого их лошадями. Не успев подняться, они направили ружья на троих бандитов. Каждый был растерян и не понимал, что делать; страх и ступор обуяли всех и сразу. Но не Эрена. Мальчишка подскачил и удирал одного из них. Ребята проснулись от шума, издаваемого их лошадьми. Не успев подняться, они увидели троих бандитов, направивших на них ружья. Каждый был растерян и не понимал, что делать. Страх и ступор обуяли их, но не Эрена. Мальчишка подскочил и ударил одного из них. — Давайте, всё вместе, сейчас! — только Жан встал с ним и напал на второго бандита. Прозвучал выстрел, и сердце у всех пропустило удар. Пуля пролетела, задев щеку Кирштейна. — Заткнулись! — раздался второй выстрел в небо, пробуждая птиц. — Живо снимайте ваши УПМ, а не то ей не поздоровится! — в руках высокого светловолосого бандита была Эл, без сознания. Ребята понимали, что лишнее движение может навредить девушке, но никто не знал, зачем она им. — З-зачем им она? — голос Кристы дрожал. Все стояли с поднятыми руками и наблюдали, как грузили их мечи и ремни. — Чтобы мы не отправились за ними, — спокойно ответил Армин. Армин был впереди всех, стоял с поднятыми руками. Когда первая телега тронулась в противоположную от их пути сторону, мужчины всё ещё наводили на них оружие и поднимали Эл, направляя нож в её сторону. Никто не мог даже представить, что их простая миссия закончится именно так. Как только обе телеги скрылись, и минуту они не были слышны, ребята всё ещё стояли в ступоре. — Марко, что нам делать? — первым заговорил Эрен, которого хорошо приложили ружьем во время нападения, и опустил руки. — Я не знаю, нам нужно доложить об этом полиции. — Да, что она сделает? Они уже будут далеко! — Что ты предлагаешь? — Марко говорил тихо, почти шепотом, вероятно, до сих пор находясь в трансе. — Спасать её! Она же наш товарищ, мы не бросим своих! — Все молчали. Как? Как спасать? — Эрен, у нас ничего нет, ни оружия, ни УПМ, а если они нас увидят, мало ли что сделают с Эл. — Жан был прав. Что они могут сделать? У них ничего нет. Если они сейчас отправятся назад, то нарушат приказ, пойдут по следу преступников и тоже уйдут с маршрута. Они находились в самом плохом положении. — Полиция даже жопу не поднимет, чтобы это расследовать. Нам нужно что-то делать! — после своих слов Эрен направился к лошадям, за ним последовал Жан. — Не останавливай меня, придурок. — Я и не собирался. Я с тобой. От такого поворота событий все опешили. Вслед за ними вышел Марко и остальные ребята. Все были настроены решительно. Из-за отсутствия разбежавшихся лошадей Саша предложила подняться в гору и оттуда найти преступников. — Мой отец говорил, что если потерялся в лесу, нужно найти дерево или гору повыше- Каждый шёл друг за другом, поднимаясь всё выше. Первым начал выдыхаться Армин, но его крепко держал Эрен, и на достаточной высоте они остановились отдышаться. — Смотрите, огонь! — И правда, недалеко от группы был виден небольшой огонёк и дым. Подойдя ближе и рассмотрев, ребята смогли с точностью сказать, что это были те самые воры УПМ. — Что нам делать? Нападаем в лоб? — Нет, Жан, это глупо, они вооружены.-За Марко раздался запыхавшийся, явно уставший голос. —У меня есть план. - Все отошли подальше и стали внимательно слушать Армина. Его план заключался в том, чтобы обогнать преступников, ведь они едут с награбленным оружием явно в Орвелд, единственный город поблизости. Обогнав их, они смогут напасть; единственный изъян этого плана заключается в том, что через несколько миль дорога расходится, и если они повернут, то не смогут обогнать вторую группу Марко, которая должна понять, в какой повозке УПМ и где Эл. —Мы услышим лязг УПМ, и я дам знак. Если дерну за верёвку один раз, значит, в первой, два раза во второй, три - в обоих. —Слушайте, это чем-то похоже на план. - Над Марко стоял Жан, скрестив руки. Каждый понимал, что дороги назад нет, и несмотря на тяжесть ситуации, Армин и Марко вместе придумали хороший план. Отдав приказ, все разошлись. Эл проснулась от нескольких ударов головой и криков людей. Растерявшись она резко встала о чем конечно пожалела, когда упала и не смогла рефлекторно выставить руки, они были связаны. —Ты, сука, не мешай. - Высокий мужчина с усами замахнулся прикладом ружья на Эл, но та смогла увернуться и подставить подножку. Он упал. Воспользовавшись ситуацией, Эл встала и увидела в другой повозке Эрена и Жана, которые тоже её заметили. —Эл! Ты в порядке?! —Да, вы что вообще делаете! —Тебя спасаем! Сзади её перехватил всё тот же вооружённый мужчина, он оттолкнул её назад; сильно ударившись, Эл приземлилась на другой конец повозки, увидев, что мужчина целится в её друзей. Она рванула к нему, толкнув в момент выстрела. Пуля полетела вниз в колесо, пробив его. Молоденький парень не смог справиться с управлением, и всё перевернулось. Что было дальше, Бенетт не видела. Её грубо ударили и направили ружьё в лицо. —Стой! Не убивай, продадим её. —Точно, из-за тебя, сучка, мы упустили свой улов, и теперь тебе придется отдуваться за всех. -Удар в поддых всё равно прилетел, связанные руки всё так же ныли, и Эл старалась не делать лишних движений, чтобы не разозлить их ещё больше. Их поездка продлилась недолго; уже через некоторое время Эл услышала шум от УПМ. Телега начала заносить из стороны в сторону. Она заметила небольшой нож, который катался по полу. Эл смогла схватить его и, немного прорезав верёвку на руках, вскоре освободилась. Оказалось, ребята отрезали сцепление лошадей. Резкий толчок, и они уже на земле. Эл выбралась на траву, не выпуская из рук нож. Один из грабителей лежал без сознания, но второго не было видно. Раздались крики, и Эл выскочила к друзьям. Там стоял впереди всех Армин с поднятыми дрожащими руками, а перед ним тот самый высокий светлый бандит. Он нацелился на ребят, которые уже были готовы снять УПМ лишь бы он не напал. Бенетт обуял гнев да как он смеет бить её, а теперь угражать всём расправой Армина. Воспользовавшись тем, что её не видел этот подонок, она тихо подкралась со спины, приставив нож к горлу и напугав до чёртиков урода, от страха она надавила сильне, кровь начала медленно стекать к её пальцам. На этот раз она не струсит. —Нет, не надо. Увидев багровую жидкость, Бенетт не остановилась, а лишь надавила сильнее и резко вонзила остриё. Схватившись за горло, он упал, а последние слова были не самыми благородными. Стояла она вот так с ником долго, по крайней мере, ей так казалось; с ножа капала кровь, а с каждым вздохом дышать становилось всё тяжелее. Повернувшись в сторону ребят, она увидела и вторую группу, которые, видимо, пришли на помощь. Всё, кроме Энни и Микасы, стояли в шоке, каждый не знал, что сказать. Саму Эл очень тошнило, поэтому она отправилась подальше в надежде забыть случившееся. За ней пошёл Армин. —Стой, Эл! Она не слушала его и шла дальше, сжимая в руке злополучный нож. —Эл! Она остановилась и взглянула на руки — они были в крови, в чужой крови. Живот скрутило, а еда попросилась на волю, она вырвала. В этот момент подбежал Армин, он начал собирать её волосы и держать её за спину. Когда желудок опустел, Армин помог ей встать и дойти до ближайшего дерева. Оперевшись о него, она присела. После этого ей протянули флягу с водой, попив, она опустила руки. Блондин сел рядом. —Спасибо. —И тебе, тоже. —За что? —Ты спасла нас раньше, чем пришла подмога. Кто знает, что бы он сделал.-Возможно, он прав, но зачем она его убила? Могла просто дать подножку, ударить, завалить, но она убила. —Я его убила. Взяла и убила. Зачем я это сделала? - по щекам потекли слёзы. Она начала понимать, что только что сделала. —А вдруг у него есть семья… —Эл, не надо, не плачь. Ты не знала, чего от него ожидать, и, между нами говоря, я бы так не смог. —Потому что ты не убийца, а я теперь да. Эл плакала долго, и Армин сидел с ней. Она не понимала, зачем он тут, но и спрашивать не хотела. Она почувствовала, как внутри всё сжалось. Время словно приостановилось, и в тишине её страданий звучали только отголоски собственного сердца. «Кто я теперь?» — эта мысль возвращалась, как наркоз, что не отпускает, не даёт забыть. Мгновение назад она была обычной девушкой, а теперь груз несмываемой вины тянул её на дно. Армин опустил взгляд, понимая, что слова не помогут. Но его спокойствие и сила поддержали её, словно невидимая нить, связывающая их в эту тёмную минуту. Она вспомнила его улыбку, светлую и невинную, и вдруг ощутила, как заплаканное лицо Эл заботливо укрыто в его руках. Она шептала что-то успокаивающее, будто защищая свою подругу от просто жестокой реальности. Впереди не было никаких гарантий. Будущее казалось пустым и холодным, но в этот момент, среди своих друзей, она поняла, что не одна. Может быть, именно в этом и есть надежда — в искренности, в поддержке. Они соединились, даже в тьме, и постепенно эта связь помогала ей увидеть хоть какую-то тропинку через страх и ненависть к самой себе. Вернувшись к ребятам, её никто не трогал и лишний раз не подходил; ей просто дали поспать, а на утро приехала полиция. Как и откуда она не знала, но догадывалась, что ребята, скорее всего, отправили кого-то, чтобы всех оставшихся преступников отправили в тюрьму. Был небольшой допрос, но полицейские быстро поняли, что девчонка была в состоянии эффекта, но всё равно решили взять её с собой для выяснения обстоятельств. Полицейский попался очень дотошный для своей профессии, и вернули её спустя три дня. Все эти дни она сидела в камере, понемногу сходя с ума. Помог ей лишь неожиданный гость. — Что, уже законы нарушаем? — не оборачиваясь на собеседника, Эл ответила. — Не тебе судить. Какими судьбами? — на этот раз она обернулась, подтверждая свою догадку. Перед ней стоял Леви. — Я отчитываться перед малолеткой не должен. — Как и говорить со мной. — Её мучил лишь один вопрос: что он тут забыл? — Это правда? — Да. — Иного выхода не было? — На тот момент — нет. — Леви подошёл ближе, достав из кармана ключи, и, отперев решётку, вошёл. — Собирайся, тебя уже отпускают. Правда, не понимаю, зачем тебя вообще сюда тащили. — Я об этом уже третий день думаю. — Встав, Эл пошла за ним; в штабе полиции было пусто, никто не попался по пути. Так они дошли до конюшни, где Леви взял свою лошадь и в приказном тоне сказал залезть. Так они и поехали вместе: Эл обнимала его сзади, а Леви галопом мчался сквозь улицы. Не хотелось даже спрашивать, куда они едут; ей было всё равно. Ближе к вечеру, без единой остановки, они добрались к какому-то дому, где горел свет. Войдя туда, она обомлела: её встретили Эрвин и Карла, которая с порога стала её обнимать. Ничего не поняв, она просто застыла, но потом так же крепко обняла. — Мне так жаль Эли. — Всё нормально. Я в норме. — Сестра отстранилась, беря её лицо в руки. Наблюдая, она констатировала неоспоримый факт. — Ты как будто не спала несколько дней. — Оказывается, за решеткой не очень удобная кровать. Жалко, ни с кем не подружилась и татуху не успела набить. Со словами «идиотка» Карла слегка ударила её и снова обняла. Потом отпустила и пригласила к столу: за ним сидел сам Эрвин, Ханджи и Леви. — Как вы узнали, что я тут? — Эрвин немного подождав, ответил, попутно наливая чай. — Я был в столице, когда тебя привезли. — Да, потом мы узнали из письма, Карла и я тут же выехали к вам, а это, кстати, мой дом! Теперь и твой, если хочешь. Эмоциональная Ханджи на этом не остановилась и стала объяснять и описывать каждую травинку, которую они проехали. Это было даже весело. Через некоторое время Эл начало клонить в сон, и она уснула на плече у сестры с одной лишь мыслью: «Мир, остановись, пожалуйста, я сойду».