Чёрный трилистник

      С глубоким шумным вдохом Рейа сжала его руку. Несколько мгновений не происходило ничего, и соприкосновение с нежной девичьей ладонью оставляло лишь тактильный уют, а вместе с ним волнительное ожидание. Вассаго услышал тихий выдох. И тьма рассеялась, словно он открыл глаза после долгого сна. Вначале всё показалось размытым. Неясным пёстрым пятном, от которого резко захотелось зажмуриться. Но лишь секунда, в которую краски стали мрачнее, и он уже увидел чётко. Как раньше, на Небесах.       Большая зелёная поляна, будто забором окружённая невысокими кустами с мелкими розовыми цветами. По её периметру тут и там разбросаны группы камней, на некоторых из которых сидели длинноволосые существа со сложными причёсками, в пышных вычурных одеждах разнообразных расцветок. Посверкивали украшения на кончиках ушей и среди прядей волос, а также на рогах мужчин. Кожа женщин слегка светилась, а по центру лба ярко мерцали сложные символы, напомнившие Вассаго собственные знаки на теле.       Поодаль, на камнях, сидели музыканты — мужчины-шеру с диковинными инструментами. В самом центре под то ускоряющуюся, то замедляющуюся мелодию танцевала гибкая девушка в лёгком длинном светло-зелёном платье с разрезами по бокам до самых бёдер. В свете расставленных повсюду магических светильников её смуглая кожа мерцала бронзой. Заплетённые в тонкие косы с золотистыми пластинками на концах волосы взмывали веером, когда она кружилась и изгибалась, и опадали тёмным каштановым пологом до середины бедра после. Несколько десятков, а то и сотня соцветий синей, жёлтой, красной, фиолетовой и розовой окрасок опадали к ногам Шесс, закручиваясь кольцом магии, когда мелодия замедлялась, и взмывали вверх вихрем разноцветных пятен, когда под ускорившийся ритм девушка двигалась со стремительностью и страстью, сохраняя плавность и грацию кошки.       — Потрясающе… — восторженно выдохнул Вассаго.       И говорил он далеко не о танце. Пусть и тот впечатлял. Но едва ли мог затмить тот факт, что Вассаго видел. Прямо здесь и сейчас. Настоящее, а не обрывки прошлого или будущего. Демон и сам не верил в происходящее. Захотелось протереть глаза, убедиться, что это не сон. Но вместо этого он невольно сильнее сжал ладонь Рейи, совершенно забыв о просьбе не отвлекать. Но со стороны девушки, в самих её эмоциях проскользнула волна радости. Она теплом прошла через их сомкнутые руки к груди. В удивлении Вассаго отвлёкся от созерцания поляны и танца. Забылся и повернул голову, чтобы опустить взгляд на их ладони. Сначала картинка не изменилась, напоминая, что смотрит Вассаго сейчас не вполне своими глазами, но вскоре послушно сместилась в сторону и вниз. Демон увидел свою руку с чёрными острыми когтями и крохотную смуглую девичью, чьи закруглённые коготки отливали тёмной бронзой, а кожа мерцала оттенками меди. Расшитый цветочным узором широкий рукав почти скрывал их, а вместе с тем и Вассаго.       Ритм мелодии ускорился. Взгляд вернулся на поляну, где Шесс всё сильнее изгибалась и крутилась на месте, в то время как цветы вращались не только вокруг, но и опоясывали спиралью руки и босые ноги с бледными витками тёмно-золотых узоров. Радость и восторг, излучаемые Рейей ослабли, но не ушли полностью, оставшись тёплым фоном. К ним вскоре прибавились чувство уюта, защищённости, привязанности и ещё чего-то столь же тёплого.       Заворожённый зрелищем и окружённый чувствами, Вассаго догадался, что вместе с подобной магической связью чувствует эмоции Рейи, как собственные. От того, как много его окружило, от возвращения, пусть и на краткие мгновения, зрения, он почти не шевелился и больше ничего не говорил.       На завершающем аккорде Шесс вскинула руки вверх и цветы, вращаясь в вихре, поднялись над ней и рассыпались по поляне. Едва отдышавшись, она направилась обратно к подруге с довольной улыбкой. По её быстрому взгляду Вассаго понял, что она заметила их сцепленные ладони. На задворках сознания мелькнули предостережения угольного и Сета: о слухах, о близости. Вспыхнули воспоминания о надвигающейся опасности. Но демон не смог заставить себя разорвать контакт. Казалось, вот-вот, ещё мгновение… Ещё хотя бы секунда зелени поляны и пестроты цветов в ровном синеватом свете кристаллов. Пусть Рейа сама решит, когда лишить его этого. Но та, однако, его руку отпускать не спешила.       — Как вам? — танцующе подошла Шесс.       Взгляд её светящихся в полумраке салатовых глаз с вертикальными зрачками уже более выразительно скользнул по их сомкнутым рукам, но тут же спокойно вернулся к лицу подруги.       — Была бы мужчиной, уже у твоих ног лежала, — игриво сказа Рейа со смутно донёсшейся до Вассаго весёлостью.       Все прочие её эмоции вмиг потускнели и пропали, а через мгновение смазалась и потемнела картинка перед глазами. Рейа утратила концентрацию. Воодушевление демона вмиг разбилось вдребезги. Слишком стремительно он вновь погрузился во мрак. Казалось бы, столько лет привычный, но теперь ещё более неуютный. Замерев, демон попытался собрать все силы, чтобы не приняться тереть глаза в бесполезной попытке вернуть зрение. Как тысячелетие назад, когда только его утратил.       Увлечённые разговором подруги не ничего заметили.       — Конкурентов тогда бы пришлось потеснить, — с лукавством подыграла Шесс.       Вновь зашуршала ткань. Звук показался неприятным. Тем, что вновь пришлось предугадывать, что он мог означать.       — Ничего, у меня есть явное преимущество, — ответила Рейа с показной серьёзностью.       — Если ты про красоту, то знаешь, не пройдёт. Я на подобное не падка.       — Нет, про то, что я — твоя дорогая подруженька, — вернулась к откровенно игривому тону Рейа. — А раз в этом поладили, то почему и в другом плане не сойтись?..       — А было бы неплохо, — задумчиво протянула Шесс. — Эпатировали бы наше замшелое общество. Нынешние слухи точно бы перебили. Ещё много лет только о нас с тобой и говорили.       Обе подруги весело зафыркали.       — Давай помогу, — предложила Рейа, отсмеявшись, и ткань зашуршала уже в её руках. — С причёской как?       — Хсин поможет. Ты не отвлекайся. Отца ещё не слушала.       — Точно. Сразу к музыкантам пойдём или ещё на один танец останемся?       Вассаго не сразу понял, что обращаются к нему. Демон всё ещё пребывал в своих эмоциях и размышлениях. В кратких воспоминаниях об увиденном и чувствах, которыми окружила его Рейа. Он едва смог уловить смысл беседы.       — К музыкантам, — ответил Вассаго, поспешно поднявшись. — После танца твоей подруги в остальных нет смысла.       — Правильно. Дальше Девэйс из мраморных танцевать будет. Замёрзнете, — ехидно заметила Шесс.       — Ты просто её недолюбливаешь, — возразила Рейа.       — Она холодно отзывается о том, как я танцую, — наигранно возмутилась Шесс, и подруги вновь засмеялась.       — Мраморные — это снежные, далеко на севере живут, — пояснила Рейа, повернувшись к Вассаго. — По характеру столь же холодные, как их владения. И очень молчаливые — слова не вытянешь. Пойдём?       — Конечно.       — Шесс?..       — Идите, — ответила подруга Рейи задорно. — Позже увидимся. Передам Девэйс твоё восхищение её мастерством.       — Не поймёт она сарказма, бросай это, — смешливо фыркнула Рейа.       — Посмотрим. Я настойчивая, — ответила Шесс, прежде чем направиться в другую сторону поляны.       Рейа, фыркнув ещё раз, повела Вассаго за собой. Прийти в себя после подобного открытия было тяжело. Но Вассаго усиленно старался. Очень хотелось погрузиться в раздумья, возможно, побыть одному и посмаковать увиденное. Поддаться дару и повторить этот момент в прошлом. А потом ещё раз, снова и снова. Но это было бы не то… Как выразился однажды один из демонов-князей на собрании: «вся сладость момента в его мимолётности и неповторимости». Вассаго готов был согласиться. И тем слаще становилось соприкосновение рук, чем дольше он думал, что за ним последовало.       Осознав, что молчит слишком долго, а Рейа не спешит заводить диалог, Вассаго поспешил это исправить.       — У тебя забавная подруга. Редко услышишь в общении столько тепла и света. А в том, чтобы слышать искренность в беседах, я разбираюсь.       — С Шесс весело, — сразу радостно отозвалась Рейа. — Мы с ней сразу подружились. На празднике встретились. Но у нас большинство так и знакомятся. Кстати, помнишь ту историю, что я тебе при первой встрече рассказывала: как я совсем крохой через границу миров провалилась и очутилась в соляной пустоши?       — Как эту историю забыть…       — Мы с Шесс около полувека назад провалились туда же, когда она погостить оставалась. Оказалось, это не случайность была, а червоточина. Маленькая совсем дыра в границе Полога. А не заметил никто, потому что среди густых зарослей. Но сейчас заделали.       — В порядке были обе, когда провалились? — поинтересовался Вассаго.       От размеренного голоса Рейи, полного юного восторга и девичьей ласки, её сладковатого приятного запаха волнения отступили, давая возможность вновь проживать настоящее и не цепляться за прошлое. Демон отогнал, наконец, мрачные мысли и сосредоточился на её голосе, как на маяке, благодаря свету которого не видно тьмы.       — Да, всё в порядке. Одним приключением для Нири теперь меньше. Хотя странно, что он сам эту червоточину не нашёл — как и я ведь всё болото облазил. — Рейа свернула в сторону, противоположную той, откуда они изначально пришли — Там, в пустоши по ту границу Полога, никто не живёт, животных почти никаких, но всё равно случиться может всякое. В общем, хорошо, что мы с Шесс эту червоточину нашли.       — С непоседливым ребёнком действительно может всякое случиться, — многозначительно заметил Вассаго. — И ты ведь, убегая от дома, не думала, что на демона наткнёшься.       — Тут, видимо, мой магнит для неприятностей и сработал, — хмыкнула Рейа. — А он такой один, уникальный, только у меня. Да и неприятности в итоге не вышло — наоборот.       Вассаго тихо рассмеялся с её слов, вслух не желая признавать их правдивость. Рейа мягко зафыркала вместе с ним. Они всё ближе подходили к озеру, от которого повеяло запахом воды и тины. Рейа, увлечённая внезапными воспоминаниями об их первой встрече, всё говорила об их беседах на холме и совместном сборе растений. Вассаго слушал с улыбкой, не перебивая и всё больше подмечая, как чарует её голос. Но когда к окружающим их ароматам прибавился сладковатый запах цветов, похожий на жасмин, Рейа неожиданно застыла на месте.       — Сет тебя ищет, — пояснила она через несколько секунд тишины.       — Позовёшь его? — спросил Вассаго.       За прошедшими волнениями и успокаивающим разговором он успел забыть, что воин, в отличие от него, усиленно собирал информацию. Демона вновь одолели мрачные мысли о главной причине этой приятной прогулки у озера.       — Хорошо, — тут же ответила Рейа. — Скажу, чтобы шёл на поляну мурайи, где выступают музыканты. Мы как раз почти пришли.       — Мне стоит в очередной раз восхититься тем, как ты развила дар. Сколько всего ты теперь можешь сделать, — сказал Вассаго, по большей части вспоминая своё видение, чем имея ввиду неограниченную возможность связываться с родственниками. Хоть и на этом празднике она оказалась особенно полезной.       — С Сетом у нас связь прочная, — с лёгким смущением пробормотала Рейа. — В некотором смысле попрочнее, чем с Фиором и Феем. Я с ним в основном способности тренировала, и как-то сама собой связь возникла, когда я взрослой стала.       — Сет — куда лучший вариант, чем твои братья, — заметил Вассаго.       — Да, Сет очень надёжный… Он должен был стать моим тессир. Говорит, очень хотел. Но тогда с Фиором несчастье произошло, и Фей убедил родителей его взять в надежде, что связь с нами ему поможет.       — Не самое разумное решение. Сет был бы для тебя защитником куда лучше.       — Я порой тоже об этом думаю. Фиор с Феем мне, конечно, дороги, но… Порой мне кажется, что самим по себе им лучше.       Кустарник, полосу которого они миновали, едва достигал колена, но сразу за его чертой послышалась громкая музыка. Два струнных инструмента играли тягучую минорную мелодию.       — Должно быть, из-за них ты чувствуешь себя одинокой временами, — высказал Вассаго мысль, возникшую у него ещё в во время знакомства с Рейей. Когда сущность стремилась исполнить её желание.       — Может быть, иногда… — Рейа повела их мимо рядов камней в другую часть поляны, откуда веяло запахом стоячей воды. — Но с Нири всё ещё много возни, хоть он и утверждает, что уже взрослый. Да и Сет рядом, когда нужен.       Обойдя несколько валунов с сидящими на них парами и группами шеру, Рейа нашла уединённый уголок под небольшим деревом, недалеко от округлой запруды озера. К тому моменту, когда они устроились на лежащем бревне, медленная мелодия закончилась, сменившись одиночным струнным инструментом, и по поляне разнеслось чарующее пение девушки.       — Твой отец играет? — поинтересовался Вассаго.       — Нет, он, наверное, следующий. Это из воздушных госпожа, из золотых. Воздушные очень любят петь, как и музыку в целом.       — Мне тоже она нравится. Остальное, увы, оценить сложно.       — И мне музыка нравится больше всего. И танцы. Театр не так трогает, а поэзии после дриад мне ещё надолго хватит. Папа вообще нас с малых лет к музыке приучил, хоть у нас в кланах земли её не очень ценят. Над болотами акустика хорошая — лес вокруг.       — Да, музыка чудесна. У нас, дома, как ни странно, её тоже любят. И на болотах можно услышать. Правда, пение утопленниц довольно своеобразно… Но и за пределами болот оно много где есть. Вот если бы можно было её с собой носить и слушать, когда вздумается…       — У нас есть подобная магия — кристаллы памяти, — рассказала Рейа под звуки баллады, которую пела золотая на шеруане. — В них можно записать или воспоминание, или то, что вокруг происходит. Музыку, например. А потом, если импульс магии пропустить, то, что записано, можно услышать или увидеть. Только они редкие и дорогие. Их в нашем верховном клане делают. И никому не рассказывают, как. Но подобный секрет у всех кланов есть — чтобы конкурентов не было.       — Надо же…       — Ты бы такой хотел?       — Возможно.       — Сет может попробовать достать, — сказала Рейа после недолгих размышлений. — У него много приятелей в разных кланах. Среди аметистовых. Или через папу — он с несколькими магами переписку ведёт.       — Не стоит утруждаться. — Вассаго качнул головой. — Я ведь всегда могу послушать музыку… где-то ещё. — Он замолк и прислушался, выпрямившись. — Слышу шаги Сета.       — Быстро он нашёл нас, — довольно сказала Рейа. — Как раз к выступлению папы.       Сет не только быстро нашёл их, но и довольно ловко пересёк поляну и уже вскоре опустился на бревно рядом с Вассаго. Демон почувствовал тепло его бока, исходящий привычный аромат, а вместе с ними усилившуюся тревогу.       — Развлекаетесь? — спросил он, стараясь звучать непринуждённо.       — Ты танец Шесс пропустил, — ответила Рейа с напускным укором. — Теперь не раскрыть тебе тайну мешка цветков ветреницы.       — Буду терзаться этим всё следующее столетие, — хмыкнул Сет. — Или придётся подключить искусство следопыта, — продолжил он в шутливой манере. — Осмотреть место, опросить свидетелей… И лучше по горячим следам, пока не затоптали… — начал он демонстративно медленно подниматься с бревна.       Позади Вассаго скользнула тонкая рука в широком рукаве и потянула Сета обратно, ухватив за одежду.       — Сиди уж. Я и так всё расскажу, — задорно сказала Рейа.       — Что, вот так просто, без допроса с пристрастием? — уточнил Сет, садясь обратно.       — Ты и без допросов умеешь убеждать.       — Вы ненадёжный свидетель, моя госпожа, — зацыкал Сет. — Лазутчика из вас бы не вышло. И что она? — спросил он, отсмеявшись. — Цветы для танца нужны были?       — Да, она их магическом потоком вокруг себя закручивала. Наверное, лучший танец вечера будет.       — Хорошо придумала. А тебе как вечер? — спросил Сет, повернувшись к Вассаго.       Вассаго замешкался. Танцы, музыка, поэмы. Смех и веселье. Знакомства с необычной расой. Всё меркло перед тем, что подарила ему Рейа.       — Он точно мне запомнится, — ответил демон.       — Из всех праздников, на которых я бывал, наши самые впечатляющие, — сказал Сет. — У рэйки ещё интересные фестивали, и у сенти их ритуальные празднества. Но у сенти они больно развратные. Больше от местных отбивался, чем наслаждался зрелищем. Да и музыка однообразная — тут уж нашему народу вообще нет равных.       — Развратные? — полюбопытствовал Вассаго.       — У сенти культ удовольствий. Помнишь, я рассказывал тебе про них и кицуне? Что самые греховные. Праздник сам по себе-то у них пышный. Украшено всё интересно: ярко, но со вкусом. У нас-то больше к природе и естественности тяга. И представления необычные. Но, кхм… Благовоспитанным там лучше только до заката оставаться. Ближе к полуночи танцы без ничего, как мать родила, а песни специальные, особые… Толкающие на публичные непристойные развлечения. На наш народ они не действуют, но приятного мало, когда все вокруг… — Сет многозначительно замолк.       Вассаго рассмеялся. И вновь на мгновение промелькнула мысль, насколько дружелюбие Сета граничит с любвеобильностью.       — Весело ты время проводишь. Синтаун бы наш тебе точно понравился. Кто знает, и с его своеобразным Хранителем бы общий язык нашёл.       — Да не, это я так, — неопределённо ответил Сет. — Когда-то нравилось к ним заглядывать: парад с танцами посмотреть да выпить. Но как-то неудачно попал на их эти песнопения ритуальные посреди площади… Пока из толпы вылез, всю одежду сорвали, паразиты сладострастные. А сколько этих сенти об меня потёрлись и какими местами, я вообще промолчу. Больше к ним не заглядывал.       — Тяжёлое испытание для молодого воина, — усмехнулся Вассаго.       — Ты смеёшься, а их ведь не оттолкнуть толком — не атакуют же, неудобно, — заметил Сет со сдерживаемым весельем. — Сам про суккубов рассказывал. Вот представь, что их вокруг сотня плотной стеной, все без одежды и хотят тебя потрогать. В самых разных местах.       — От этих похотливых спасения только искать. С меня, может, одежду и не срывали, но представь, каково среди них без зрения, — заметил демон.       — Ещё и с хвостами этими. Не понятно, с какой стороны подкрались, — понимающе согласился Сет и, не выдержав, тихо зафыркал.       Рассказ Сета и шутки помогли ненадолго забыться в атмосфере праздника. Но вскоре мужчины замолчали, каждый погружённый в собственные, возможно, схожие раздумья. Вассаго уселся поудобнее, выпрямился и отбросил через плечо мешающие волосы. Послышались шаги, отзывающиеся тихим плеском, будто кто-то шёл по поверхности воды.       — О, папа выступать собирается, — сказала Рейа в наступившей тишине. Через мгновения раздались первые аккорды струнного инструмента. — Показать тебе, как с танцем Шесс? — тихо предложила она. — Папа смешивает магию звука с водной. Будут струи, арки из воды и прочее.       Вассаго замер. Он не ожидал, что Рейа сама предложит подобное во второй раз. Не верил, что счастливый миг так легко повторить. Ответ его был очевиден, и в этот раз не заставил ждать себя долго.       — Да, покажи, — попросил демон и сам перевернул ладонь, что лежала у него на колене.       Рейа взяла его за руку, и темнота вновь расступилась. Сначала в поле зрения мелькнула поляна, погружённая в полумрак в окружении кустов с белыми бутонами и пучками мелких белых соцветий среди травы. Затем затон озера, подсвеченный кристаллами со дна, где местами проглядывались пучки водных растений. Рейн сидел на поверхности воды в кольце светильников. Сине-зелёные свободные одежды стелились по поверхности вместе с прядями светлых волос. В одной руке он держал небольшой золотистый предмет в форме листа гинкго, которым задевал многочисленные струны крупного продолговатого инструмента на коленях, пальцы другой скользили по очень широкому грифу. Звуки, которые он извлекал, были низкие и тягучие, с долгим эхом. Вода вне круга кристаллов реагировала на них, как клубок змей на дудку заклинателя. Поначалу робко задрожала и пошла усиливающимися волнами, затем поднялась вверх стеной водоворота, так что скрыла Рейна почти по плечи. От этой стены тонкие закрученные струи поднялись вверх и сомкнулись над головой играющего ажурным куполом. Затем, рассоединившись, струи выгнулись змейками наружу и расширились, образуя подобие прозрачного слабо мерцающего цветка с вращающимися по кругу лепестками. Мелодия ускорилась, и вода, опав, принялась выстреливать сначала вверх простыми струями, затем дугами, образуя арки разных форм. Затем потоки уплотнились, расширились и взвились в небо водными змеями с оскаленными клыкастыми мордами, которые сначала кружили вокруг друг друга, после чего сплелись в танце.       Вассаго восторженно вдохнул. Пальцы стиснули ладонь Рейи сильнее. Она сжала его руку в ответ, и демон вновь ощутил, как его окружают её эмоции, полные теплоты, восторга, радости и приятного волнения с трепетом. Когда Вассаго наклонил к ней голову, эти чувства усилились, и от этого ощущения сладко сжалось сердце. Это не было похоже на тягу предвкушения, когда демон чувствовал аромат грехов или любых других негативных эмоций. В отличие от обычного запаха, чужие чувства проникали глубоко под кожу, в самую сущность, ощущаясь как свои. А от того, какими тёплыми и яркими они были, кружилась голова. Демон не думал, что положительные эмоции способны взволновать его настолько сильно.       Мелодия тем временем достигла своего апогея, и водяные змеи, переплетаясь высоко над головой Рейна, взмыли в небо и опали единым грандиозным фонтаном с финальными аккордами.       — Очень красиво… — прошептал Вассаго.       — Красиво, — заворожённо отозвалась Рейа. — В этом году ещё удивительней, чем в прошлом, — добавила она более осознанно, когда поток эмоций ослаб и оборвался.       Картинка тоже начала тускнеть и пропадать, но Рейа моргнула несколько раз, вдохнула поглубже, и Вассаго чётко смог рассмотреть, как Рейн поднимается с места с инструментом. Увидев их с Рейей, он замер ненадолго. Из-за расстояния Вассаго не различил его выражения лица, но повеяло от Рейна чем-то мрачным. Однако задержался маг ненадолго и вскоре уже направился к центру поляны.       Отпускать Рейю Вассаго не спешил, хоть выступление и закончилось. Рейа проводила отца взглядом до места, где его на камне ждала нарядная и величественная Арноэ в зелёном платье с очень широким поясом и объёмной богато украшенной причёской из косичек и дред. Взгляд вернулся к берегу затона, куда вышел новый музыкант — мужчина со светлыми длинными волосами в переливающихся разными цветами одеждах.       На несколько мгновений в поле зрения попали их переплетённые руки. Вассаго вновь поразило, насколько маленькой и хрупкой кажется девичья рука в широком обхвате собственной. Снова он накрыл её ладонь в трепетном, оберегающем жесте и провёл кончиками пальцев, едва задев коготки. Что именно вызвало этот порыв, демон затруднялся понять, но, скорее всего, то, насколько много значило для него применение её дара. За одно это он был готов защитить её, оберечь от любой беды. От этой мысли отвлекло то, как Рейа несмело, одним пальцем, погладила его в ответ. На пару мгновений Вассаго вновь накрыло волной её эмоций, усилившихся чувством защищённости, признательности и нежности.       Эмоции схлынули, едва новый музыкант заиграл на инструменте в форме луковицы с длинным грифом. Мелодия отдавала чем-то сказочным, полным приключений и магии, а спустя десяток звонких нот от тех мест, где инструмента касался музыкант, стали разлетаться светлые, отливающие перламутровыми оттенками бабочки. Однако представление Вассаго уже волновало мало, несмотря на всю поразительную красоту. Он не мог отвлечься от их с Рейей соприкосновения, пытаясь прислушаться к её ускользающим эмоциям. Было в них что-то… совершенно необычное. И в то же время отдающее чем-то очень знакомым. Но, что именно, демон никак не улавливал.       От напряжения Вассаго заёрзал на месте, и Рейа, почувствовав его движение, обернулась со вспышкой интереса и лёгкого беспокойства. Внезапно Вассаго увидел самого себя её глазами. Тени полумрака подчёркивали черты лица, выделяя высокие скулы, свет кристаллов бликовал в прядях аккуратно заплетённой косы на виске, переходящей в хвост, выделяя насыщенный красный цвет, с которым контрастировала бледность кожи.       Увидев своё отражение, Вассаго смутился и резко отвернулся. Восхищение и нежность Рейи сразу заглушились раскаянием и смущением, а поляна вновь расплылась от потери концентрации.       — Извини… Не стоило… — пробормотала она. — Забылась.       — Не извиняйся.       — Показать ещё? — предложила Рейа и вновь сфокусировалась на поляне.       — Не стоит. Пожалуй, слишком… яркое впечатление. Хватит на первый раз.       По эмоциям и вздоху, полному сомнений, чувствовалось, что Рейа хотела уточнить, но не решилась. Всё так же показывала, как играет переливающийся музыкант, и в его руках инструмент постепенно разгорается бледным мерцающим светом.       — Скажи, если захочешь на что-нибудь посмотреть, — в итоге тихо предложила она.       Радужное свечение со струн перекинулось на гриф, и тот замерцал серебристым, а вслед за ним и весь инструмент. Однако на этом музыкант не остановился. Мелодия сменила темп, и сияние разгорелось на кончиках травы, распространяясь всё дальше по поляне.       — Это звёздный, — шепнула Рейа, чем отвлекла их обоих. — Они из воздушных. Могущественные. Особая способность — заставлять предметы светиться.       Слева от Вассаго раздалось покашливание до этого всё время молчащего Сета. Он разбил эту осторожную атмосферу, и Вассаго напрягся, погружаясь в кокон мрачных эмоций. От Рейи донеслось беспокойство.       — Что-то не так?..       — Всё в порядке, — пробормотал Вассаго и сам ослабил хватку, нехотя выпуская девичью ладонь из своей. Прерывая чудесное мгновение и прекрасную сказку. — Думаю, достаточно…       Рейа напоследок сжала его руку и отправила волну тепла, прежде чем отпустить и отстраниться. Вновь окунувшись во тьму, Вассаго стиснул челюсти. Второй раз это далось ещё тяжелее. И это только усиливало горечь от осознания того, насколько кратковременна эта поистине светлая магия.       Помня о том, кто вырвал его из чудесной иллюзии покоя, Вассаго повернулся к Сету.       — Узнал что-то? — едва слышно шепнул тот ему на ухо.       — Да.       — Отойдём? — так же тихо предложил Сет. Дождавшись согласного кивка, он слегка помедлил, встал с бревна и положил ладонь Вассаго на плечо. — Мы скоро вернёмся. Заскучать не успеешь.       — Далеко вы? — удивлённо спросила Рейа.       — В поле зрения будем.       — А?..       — Чисто мужские дела. Ерунда.       — Вы ведь ничего не затеваете? Скандального?.. — с подозрением спросила Рейа.       — Ничего дурного, — заверил Сет.       — Ладно, — всё ещё неуверенно ответила Рейа. — Здесь подожду.       Вассаго поднялся следом и спешно отправился за Сетом, когда тот оставил сестру. Под ногами тревожно шелестела листва, горько напоминая о том, что совсем несколько мгновений назад демон мог видеть её, наслаждаться игрой оттенков в отражении озера. Казалось бы, в том забвении он провёл совсем недолго, но этого хватило, чтобы утратить годами выработанную способность ориентироваться в пространстве. Несколько раз Вассаго сбился с прямого пути и споткнулся. Даже так, что Сет остановился и беспокойно спросил, всё ли в порядке. Когда они отошли подальше, Вассаго нашёл импульсом магии ствол ближайшего дерева и прислонился к нему спиной. Стало досадно, что спустя столько лет ему вновь потребовалась опора. В особенности, когда он не один.       — Риэ мне толком ничего не выдала, как и ожидалось, — сразу перешёл Сет к делу. После теплоты разговора с сестрой сейчас его голос казался особенно нервным, а речь слишком быстрой. — Про слухи сказала, что от других слышала. Испугалась и посоветовалась с подругой, что делать. По мне, враньё полное. С подругой советоваться о семейных делах, вместо матери… Зачем? Но и для чего ей самой слухи распускать, придумать не могу. Странно это уж очень. Вис — муж её — всё время при ней. Выглядит как обычно. И странного ничего не говорил — поздоровался и всё.       — Рейа сказала, что в последнее время Риэ стала её куда больше цеплять, — поделился Вассаго тем, что услышал от Рейи.       Когда он закончил пересказ разговора, Сет недолгое время задумчиво молчал.       — Печальный семейный секрет, который было бы важно знать в клане?.. Сразу и не придумать, что это может быть… — рассудил вслух Сет со скребущим звуком когтей о кожу. — Сын младший у них странный. Глуповатый. И толком ничего не умеет, ни как воин, ни в сфере знаний, хотя скоро взрослый будет. Риэ его старается дома оставлять под разными предлогами. Стыдится, — неодобрительно цыкнул он. — Но не сказать, что это для клана важно, насколько малец умел. Мало ли воинов у нас…       — Нет, про сына явно всем известно, — покачал головой Вассаго и продолжил задумчиво. — Может, в муже дело? Раз Рейа про него не сказала. Со мной она ни слова о нём не упомянула. Совпадение?       — Попробовать найти того, кто через иллюзию увидит? — предложил Сет.       — И такие есть?.. — удивился Вассаго. — Кстати, что сказал твой знакомый?       — Что от Верховной можно всякого ждать. Говорит, она, вроде бы, не из мстительных, но и дорогу ей особо никто не перебегал, чтобы знать наверняка. Боятся все с ней связываться — могущественная очень. Но к тому он добавил: если с Рейей что случится, не удивится никто. Кто побеспринципней, скорее всего, уже и ставки на это собирает. Слухи по всем кланам разойтись успели, — под конец рычаще добавил Сет.       — Какие вы… — устало выдохнул Вассаго. — Ладно… Что будем делать с полученной информацией?       — Надо хорошо продумать следующие действия — у нас около полутора часов осталось. После Песня будет — нам всем там надо быть. Не поговоришь ни с кем — только тихонько между собой разве что. А потом все по домам засядут, а женщин и вовсе до вечера не будет.       — Да, дело плохо. — Вассаго нахмурился. — Как думаешь… — спросил он через несколько минут размышлений. — Будет какой-то толк, если поговорить с Верховной?       — Смотря о чём, — засомневался Сет. — Если она что-то имеет против Рейи, то вряд ли сознается. Наоборот. Разве что попробовать узнать, что ей от тебя понадобилось. Но ведь просто и не спросишь… Да и, если она что-то хочет, не значит это обязательно, что Рейю с дороги убрать ей надо…       — А если это всё же Риэ? Что делать? Уверен, твои родители усомнятся в словах чужака, да и любые действия внимание привлекут… И, как я понял, Риэ, будучи леди, преимущество над нами имеет.       — Скорее всего не поверят. Возможно, и Рейа усомнится, как бы она нам ни доверяла… Да и действительно как-то зыбко всё выглядит. А если вскроется, и доказательства будут, что Риэ другую женщину убить пыталась… Конец это будет для её семьи. Это серьёзнейшее преступление. Ради чего рисковать?       — Значит, и нам это раскрывать не нужно… Если это она. Чтобы тень страшного деяния на семью не кидать. Стало быть, и с тем, чтобы к Верховной пытаться идти, вдвойне опасно, — заключил Вассаго.       — И что тогда будем делать? Про первую попытку-то мы знаем, сможем отвести. Не так уж сложно день не давать ей ничего пить или есть, не проверив. А что дальше?       — Избавляться от наёмников — не вариант, она новых будет искать, — согласился Вассаго. — Надо решать что-то с той, кто Рейю заказал. Либо с Риэ, либо с Верховной. Других предложений нет.       — Может, после, завтра или через день, попробовать сделать вид, что покушение удалось? Посмотреть на реакцию. С Риэ, правда, это не сработает — она почувствует, жива сестра или нет. Да и Верховная, наверняка, вычислит какой-нибудь обман. Информацию добывать-то она чуть ли не лучше всех умеет… Да и это сразу докажет, что мы в курсе… Нет, отпадает, — сам ответил на свой вопрос Сет с досадой. — И к тем, кто сквозь иллюзии способен смотреть, тоже лучше не обращаться, раз секрет серьёзный… Что вообще могло случиться с Висом, чтобы из этого тайну делать? Важное для клана и печальное для семьи… Разве, что Виса и правда нет. Но тогда бы и Риэ не выжила. А если увечье, то у нас целители самые серьёзные лечить умеют. Разве что не физическое, а магическое, но это, хоть и плохо для семьи, но не трагедия. Нет нужды прятать, тем более ценой жизни сестры. И подобные недуги без всяких иллюзий скрывают причёсками. Да и раскрылось бы за десяток лет: слышал, калеки второй облик принимать не могут, а в конце праздника это обязательно.       — Увечья не обязательно магические или внешние, — возразил Вассаго. — Внутри могут быть, за… заслонкой. Так, что и не поймёт никто. И скрывают от сородичей, потому что стыдно, разоблачить себя бояться… Неполноценность показать, уязвимость.       — Это конечно, правдоподобней всего звучит. Хотя… Думаешь, она настолько стыдится увечья мужа? Из стыда всей семьёй рисковать, сыновьями? Что-то не складывается, друг. Чего-то мы не учитываем, — вздохнул Сет, покачав головой. — А ту же уязвимость… От семьи-то зачем скрывать? Мы ведь не выдадим, не в наших это интересах. Тут что-то должно быть практически равноценное наказанию за покушение. Секрет, который или всю семью уничтожит, или Риэ статуса лишить… Вот, если бы она действительно мужа потеряла, а при этом сама как-то выжила, и сумела это скрыть — тогда, да, поверю. Например, бросил её Вис или разлюбил. Ей бы тогда пришлось к нам обратно вернуться, к матери, потому как наследницы у них с мужем ещё нет. Но не тот случай — Вис из наших, из скальных. Это кто другой расы мог бы. Да и как это иллюзией скрыть? — Сет задумался на полминуты. — Может, конечно, и не в Висе дело, и Риэ убила кого-то. Тогда скрыть убийство другим убийством попытается. Но Рейа бы тогда сестру жалеть не стала — рассказала бы. А тут даже мне она не упоминала, что какой-то секрет Риэ раскрыла. Когда спрашивал, чего сцепились, отмахивалась словами, что Риэ — гадюка.       — Значит, не бросил, не разлюбил. И не убила она кого-то, — проговорил Вассаго. — Другой вопрос, что Риэ не мешало десять лет знание Рейи, но именно сегодня она решила столь скоро от неё избавиться… Что-то произошло сегодня, стало переломным моментом?       — Ты появился, — ответил Сет, почти не думая. — Про то, что с заколкой — обман, Риэ не знает. Рейа об этом мало кому сказала. Она могла решить, что… — Он ненадолго замолчал, подбирая слова. — Что Рейа тебе тот самый секрет раскроет, как своему избраннику или супругу. А ты вряд ли с Риэ церемониться станешь…       — Как вариант… — раздосадовано пробормотал Вассаго. — Я мог и спровоцировать… Но с чего ей думать, что я с ней церемониться не буду? Это нелогично. Может, она чего-то другого испугалась в том, что Рейа… станет общаться со мной. Она ведь и тебе доверяет больше, чем тессир своим, сама говорила. Значит, и тебе рассказать могла, равно как и мне.       — Если мыслить стратегически, то эти слухи могли бы стать хорошим прикрытием. С точки зрения Риэ, — предположил Сет. — Случись что, подумают на Верховную. А к ней никто с претензиями не пойдёт. Даже отец с матерью, при всём горе, не решились бы. Можно, конечно, в Верховный совет обратиться — за убийство женщин они судят, но это веские доказательства надо иметь. Да и… Наша Верховная и её дочь — это четверть того самого совета. А ещё она вторая по старшинству и могуществу в нём.       — Да, сходится. Получается, вся беда в секрете и том, что Рейа знает его. Решать проблему однозначно надо через Риэ. Или её мужа.       — Предложил бы разоблачить прилюдно, чтобы больше не было смысла к Рейе цепляться, но вдруг это действительно что-то для семьи опасное. Что мне просто в голову не пришло. Дядя Ассинир, мой наставник по стратегии, любит говаривать, что всё когда-то происходило впервые. Возможно, у них с Висом что-то невиданное произошло. Лучше по-тихому сначала решить. Узнать бы точно, в чём секрет…       — А если… если он всё-таки что-то утратил в плане увечья… Мы могли бы предложить решение этой проблемы, чтобы она отстала от Рейи. Но это в лучшей перспективе.       — Надо максимально мирно решить, — согласился Сет. — Риэ мне не жалко, если она виновата, но с ней несколько наших с Рейей братьев ушли. Пусть редко общаемся сейчас, но всё же родичи. Да и сыновей их с Висом жаль. Похоже, действительно остаётся только до завтра ждать и рассказать всё Рейе, когда в себя придёт. Может, конечно, ещё что прояснится до того… Паршивая ситуация: знаешь, но бездействовать приходится…       — Да, ты прав…       Беседа приобрела совсем невесёлый посыл, и мужчины замолчали, каждый по-своему переваривая выводы. Для Вассаго особенно тяжёлой стала мысль, что именно его появление в этом мире спровоцировало цепочку событий. Возможно, не открой он портал, чтобы вмешаться и предотвратить своё видение, и Рейе бы ничего не грозило ещё долгие годы. Но радовало то, что у них с Сетом хотя бы появились зацепки и план. Они больше не действовали вслепую.       — Родители, кстати, тоже слухи уже слышали во всех возможных вариантах. Посматривают на нас… — сказал Сет, прерывая затянувшееся молчание. — Не знают, сколько в слухах правды, думаю.       — Как посматривают?       — Обеспокоенно. Но едва ли решатся подойти, пока думают, что ты действительно можешь быть приближённым Верховной. Не бери в голову. Не сегодня уж точно.       — Приближённым, — хмыкнул Вассаго. — А пока, не будем давать Рейе пить и есть?       — Сегодня это и не надо — всё равно она будет пить только напиток особый, который на празднике подаётся. Его отравить, конечно, можно, но нет смысла — рядом с Рейей будут целители, которые смогут помочь. Когда с праздника вернётся, она будет малость… рассеяна. Но я проверю еду и напитки, прежде чем дать ей. Если ты всё правильно увидел, то с ядом завтра должно решиться… — Сет вздохнул, его стало слышно лучше — видимо, развернулся к Вассаго лицом. — Пойдём к ней? А то родители и на неё выразительно смотрят — могут подозвать и головомойку устроить.       — Да, конечно. — Вассаго оттолкнулся от дерева. Он вновь привык к слепоте, и дорогу находить импульсами магии удавалось без труда. — Уверен, мы с тобой довольно подозрительно смотримся весь вечер. Скрывать интриги и прочее не по мне.       — Я тоже больше мечом махать приучен. А если какую информацию из кого и добывать, то в приятной обстановке со стаканчиком горячительного в руке.       — А, вот, значит, каким подлым методом ты пользуешься для добычи информации — хмыкнул Вассаго.       — Насчёт подлого возражу, — фыркнул Сет. — Вполне открытый и взаимоприятный, — Он остановился и едва слышно выругался. — Они решили вмешаться. Родители подозвали Рейю к себе. Это не грозит ничем хорошим. На неё и так дварговы слухи давят, если ещё и родители к тому добавят, вместо того, чтобы встать на её сторону…       — Думаешь, будут давить?       — Попытаются образумить — это точно, — буркнул Сет недовольно. — Сам посуди: слухи ходят, что она у Верховной приближённого отбить пытается, а тут вы сидите у всех на виду, за руки держитесь… Их можно понять — они беспокоятся. Хотят, как лучше для неё. Любят. Но сейчас могут только усугубить ситуацию. Это пока она по большей части расстраивается. Винит себя, переживает. Но надави ещё сильнее, и разозлится… — Сет нервно вдохнул.       — Хочешь пойти и вмешаться? — спросил Вассаго удивлённо.       — Возможно, стоит, — засомневался Сет. — У нас поперёк родительского слова не принято идти, но сейчас лишнее внимание и скандалы ни к чему. Может, увести её как-то мягко?.. Предлог бы придумать…       — Что тебе плохо стало? Обезболивающее попросить?       — Точно, — оживился Сет, сделал шаг вперёд, но тут же замер и раздражённо цыкнул. — Поздно — она разозлилась.       — Что?       — Через связь чувствую, — пояснил отрывисто Сет, нервно переступая по шуршащей траве. — Как подёргивание.       — Но из-за чего? Что они могли сказать?..       — Например, пытаться убедить её с тобой не общаться. Похоже, так и есть — к нам оборачивалась. Хоть не шумят пока. Как бы чего не вышло… Может, не подумав, сделать что-то… Сюда идёт… — всполошился Сет через пару мгновений.       Слышалось приближающееся резковатое шуршание одежды. Уже успев углубиться в размышления о том, что его появление снова влечёт вред целой семье и Рейе в частности, Вассаго проигнорировал слова друга. На шаги и шорох он тоже внимания не обратил, как и на то, что Сет обеспокоенно позвал сестру по имени. Сладковатый, с терпкими нотками отчаяния запах Рейи совсем рядом отвлёк от переживаний, и Вассаго отмер, когда его на удивление сильно дёрнули вниз руки, уцепившиеся за воротник. Почувствовав Рейю, защитные инстинкты не проснулись, и от неожиданности демон наклонился, следуя за этим движением. Губы согрело тёплое дыхание с запахом имбиря и облепихи, а за ним последовало мягкое прикосновение с тем же вкусом.       Вассаго издал сдавленный изумлённый звук и застыл, пытаясь осознать происходящее. И так неясные мысли спутались сильнее, и демон ухватился за Рейю, смяв пальцами мягкую ткань платья. Давление на воротник ослабло, а потом и вовсе исчезло. Одна рука Рейи скользнула на плечо Вассаго, другая накрыла щёку. Её губы шевельнулись, прихватывая нижнюю.       На мгновение Вассаго ответил на поцелуй, охваченный эмоциями, но почти сразу отстранился и ошарашенно прошептал:       — Рейа, что происходит?..       Она подалась снова к его губам, как зачарованная, но замерла. Начавшая передаваться через прикосновение отчаянная нежность с толикой едва зарождающегося желания схлынула, сменяясь чем-то отчаянным и горьким. Девичья рука на плече сжала ткань.       — Всё же не нравлюсь?..       — Рейа, здесь полно шеру… Стоит поговорить наедине?..       Её ладонь сползла с его плеча, зашелестела ткань, когда она прятала её в рукав, словно защищаясь. Но второй не отняла. Эмоции, доносящиеся отголосками, смешались в бурю.       — Тут рядом грот есть, — тихо, но твёрдо ответила Рейа.       — Тогда пойдём.