halcyon days/безмятежные дни

      Рождественским утром Нил проснулся в пустой постели.       Он огляделся, но Эндрю и Кевина в комнате не было. Когда он проверил свой телефон, на часах был почти день. Они позволили ему выспаться.       Снизу доносилась Рождественская музыка, и до него доносился запах готовящегося завтрака.       Нилу пришлось на несколько минут остаться лежать и осознать, насколько сюрреалистично было жить такой жизнью. Если бы кто-нибудь сказал ему десять лет назад, что сейчас он будет женат, у него в скором времени родится ребёнок, он будет жить в собственном доме с мужем и их партнёром и праздновать Рождество как счастливая семья, он бы подумал, что этот человек сумасшедший.       Он ухмыльнулся и встал, накинув клетчатый халат поверх длинных красных домашних штанов, в которых спал.       Спустившись вниз, он обнаружил, что Эндрю выкладывает порцию печенья на большую тарелку. Запах привлёк Нила к нему, и он стащил ещё тёплого глазированного пряничного человечка.       — Печенья на завтрак, — констатировал он. Его глаза чуть не закатились от вкуса. — Боже, они такие вкусные. Что ты в них положил?       — Корицу, ваниль, немного какао, — сказал Эндрю, раскладывая печенье.       — Так вкусно, — повторил Нил, прикончив первое и взяв ещё одно. — Где Кевин?       — Забирает твой подарок.       — Что? Я думал, мы уже положили их все под ёлку.       Эндрю покачал головой. — Мы хотели, чтобы это стало сюрпризом.       Мы. Эндрю участвовал в этом. У Эндрю никогда не было секретов от Нила. Кевин всегда готовил романтические сюрпризы; Эндрю никогда не утруждал себя тем, чтобы что-то скрывать от своих партнёров, не видя смысла в отговорках.       — Ты знаешь, что там, — сказал Нил, на что Эндрю просто пожал плечами. Нил ухмыльнулся. Волнение затрепетало в его животе. — Дай подсказку.       — Нет, — сказал Эндрю.       — Подлый, — сказал Нил.       — Нетерпеливый, — парировал Эндрю. Секунду спустя на кухонном столе зазвонил телефон Эндрю, и он вытер руки о кухонное полотенце, чтобы ответить. Он прочитал сообщение, посмотрел на Нила и изогнул бровь. — Иди, сядь под ёлкой и закрой глаза. Перестань есть моё печенье.       Нил показал язык, но сделал, как ему было сказано, расположившись на диванчике возле их высокой рождественской ёлкой. Они оставили все подарки от своих друзей и семьи под ним, в стороне, и осталось только несколько неоткрытых — те, что они подарили друг другу. Нилу стало интересно, что Эндрю и Кевин могли подарить ему такого, за чем Кевину пришлось уйти, чтобы забрать, и что они не могли положить под ёлку. Может быть, что-нибудь большое для ребёнка или какое-нибудь новое оборудование для домашнего спортзала, который они сделали в подвале.       Нилу не пришлось долго ждать, прежде чем он услышал, как открылась и закрылась дверь в дом, и звук шагов Кевина, идущего по коридору. Он почувствовал присутствие Эндрю в гостиной рядом с ним, и вздёрнул подбородок, не открывая глаза.       Он почувствовал, как Кевин поцеловал его. — Доброе утро. Мы собирались подождать, прежде чем подарить тебе это, но я был слишком взволнован и не хотел ждать, пока мы откроем остальные подарки. Готов?       — Да, — сказал Нил, сопротивляясь желанию подглядеть. Он протянул руки.       Ему в руки вложили коробку. Она была довольно большой, и на ней не было подарочной обёртки — Нил чувствовал картон под пальцами. И там были… отверстия сбоку?       — Открой глаза, — сказал Эндрю.       Он так и сделал. Кевин сиял, его лицо было светлым и открытым. Выражение лица Эндрю выглядело так, словно он пытался скрыть мягкость.       Нил открыл коробку, и его поприветствовали два крошечных любопытных мяу.       Внутри были два котёнка. Один был пушистым и белым, с кисточками на ушах, розовым носиком и прищуренными голубыми глазами. Другой был разноцветным и таким же пушистым, хотя и немного гуще: серый и коричневый, с чёрными полосами на мордочке, дымчатыми лапами и коричневатым хвостом.       — Погодите, — сказал Нил, когда котята немедленно выпрыгнули из коробки и начали карабкаться к нему на плечи. — О боже мой. Вы подарили кошек? Я думал, мы подождём!       Он знал, что Кевин хочет завести животных, но эта тема не поднималась целую вечность. Нил думал, что общее согласие состояло в том, что они подождут, пока не родится ребёнок и, возможно, немного подрастёт, прежде чем они подумают о том, чтобы пустить в дом каких-либо животных.       — Счастливого Рождества, — сказал Кевин с широкой улыбкой. — У них пока нет имён, но им обоим около двух месяцев. Они связанная пара, и женщина в приюте сказала, что их нельзя разлучать.       Эндрю закатил глаза. — Она вынудила тебя усыновить их.       Кевин пожал плечами, как будто у него вообще не было с этим проблем, и с обожанием наблюдал, как котята лазили по Нилу. Нил почувствовал, как один из них лёг ему на макушку, и протянул руку, чтобы осторожно снять его. Это был белый, и он издал ещё одно короткое мяу, от которого сердце Нила мгновенно растаяло.       — Вот тот взгляд, которого я ждал, — сказал Кевин, улыбаясь, когда подошёл, чтобы забрать второго котёнка. — Мы с Дрю уже купили всё необходимое. Женщина, с которой я разговаривал, сказала, что им потребуется время, чтобы привыкнуть, но, похоже, им уже довольно комфортно. — Он поднёс более тёмного котёнка к лицу и уткнулся в него носом, и сердце Нила растаяло ещё больше. Белый котёнок ударил его по носу, и он рассмеялся.       — Как мы их назовём? — Спросил он, ставя белого на пол, чтобы тот освоился. Он мгновенно метнулся к ёлке и, встав на задние лапы, начал колотить лапой по низко весящим украшениям.       — Так, как захочешь. Белый — мальчик, а это — девочка, — сказал Кевин, опуская серого котёнка. Она осторожно подошла к Эндрю и некоторое время нюхала его носки, прежде чем Эндрю медленно наклонился и протянул руку. Кошка лизнула её, и Эндрю нежно провёл пальцем по её крошечной головке. Сердце Нила в тот момент забилось с удвоенной силой. Оно могло не выдержать.       Он достал телефон, сфотографировал котят и отправил это во всё ещё активный групповой чат Лисов с надписью: Счастливого Рождества. Предлагайте имена       Он не ожидал быстрого ответа, поскольку знал, что все, вероятно, проводят утро, наслаждаясь временем вместе в своих собственных домах, но всего минуту спустя его телефон завибрировал.       ОООООООО БОЖЕ МОЙ, прислал Ники, добавив эмодзи с сердечками.       Ого! Омг! Такие очаровательные, пришло сообщение с номера Аарона, за которым, кстати, последовало: Привет, это Кейтлин секунду спустя. И Аарон тоже желает вам счастливого Рождества, ребята!       Спасибо, прислала Дэн. В этом году Дэйви чёртовски хотела завести домашнего питомца. Я говорю ей нет, потому что она ещё недостаточно взрослая, чтобы заботиться о ком-то другом. ОНА ВОЗНЕНАВИДИТ МЕНЯ, ЕСЛИ УВИДИТ ЭТИХ КОШЕК, НИЛ       Детка, ну же, давай заведём щенка, ответил Мэтт. А ещё, Нил, тебе следует назвать их Мэтт и Бойд       О, они прелестны! Рене прислала гифку, на которой человек плачет и обнимает кошку.       Ничто из этого не является именем, ответил Нил на все из них. И нет, Мэтт, твоё не в счёт       Грубиян, немедленно ответил Мэтт.       Гуччи и Версаче, написала Элисон. Просто шучу. (Если ты не хочешь так их называть. Думаю, это фантастические имена.)       Ты хочешь кошек, дорогая? От Рене. Мы можем спасти нескольких и назвать их так.       Я не потерплю, чтобы кошки рвали когтями образцы моих тканей и покрывали мехом всю мою студию, почти сразу написала Элисон. Но мне нравится, что ты предложила :)       Есть ли у кого-то что-нибудь стоящее, чтобы внести свой вклад в этот разговор, пришло от Эндрю, что заставило Нила поднять на него глаза и рассмеяться.       Ребята, у вас есть 10 секунд, чтобы написать настоящие имена, или это будет что-то связанное с экси, пригрозил Кевин, печатая на своём телефоне рядом с Нилом. Нил ухмыльнулся и сказал: — Нападающий — неплохое имя.       — Нет, — сказал Эндрю с другого конца комнаты. Теперь он был полностью погружён в игру с серой кошкой, которая перевернулась на спину и забарабанила лапами по руке Эндрю.       Не смей так издеваться над этими бедными котятами, написала Элисон.       РЕБЯТА, ПОДОЖДИТЕ, сказал Ники, который всегда был более более воодушевлён этой затеей, чем остальные. БЕЛЫЙ БУДЕТ: КОРОЛЬ ПУШИСТИКОВ       Нил вздохнул, а Кевин рассмеялся и наклонился к нему, когда они смотрели, как на экране появляются три точки, Ники снова печатает. СЕРАЯ БУДЕТ: СЭР ТОЛСТЫЙ КОТ МАККАТТЕРСОН       Поддерживаю, ответила Дэн, добавив несколько эмодзи с поднятыми пальцами вверх и смеющимся лицом.       Она не толстая, она просто ребёнок: ( Нил был немного оскорблён за своего нового котёнка.       Глупо, написал Аарон, на этот раз определённо он, а не его жена. Кейт одобряет. Не знаю почему       Один, отправил Кевин, затем, Два…       Конец, закончил за него Нил. Ты победил, Ники       КОНЕЧНО, Я ПОБЕДИЛ       Нил положил телефон и посмотрел на Кевина, затем на Эндрю, который покачал головой. Улыбку Кевина было невозможно скрыть.       — Король Пушистиков и Сэр Толстый Кот, — официально объявил он. Он обнял Нила за плечи и поцеловал в макушку. — Счастливого Рождества, детка.       — Это определённо подарок для нас обоих, — сказал Нил, что рассмешило Кевина.       — Да, так и есть. Но посмотри на них. Они очаровательны!       Белый — Король Пушистиков — теперь тоже добрался до Эндрю, и он сидел на полу, играясь с ниткой мишуры, которую он откуда-то вытащил. Кевин и Нил обменялись понимающими взглядами. Они оба знали, что Эндрю скучал по коту Роланда больше, чем показывал.       — Давайте откроем остальные подарки. — Нил опустился на пол, скрестив ноги перед диванчиком. Кевин присоединился к нему и потянулся к ёлке, чтобы подтащить к ним нераспечатанные подарки.       Эндрю получил от Кевина красивое зимнее пальто (в его старом было несколько дырок, но он никогда бы не заменил его — в нём всё ещё было тепло, а значит, оно всё ещё выполняло свою функцию), а Кевин и Нил подарили ему стопку новых книг: кулинарные книги и фантастические романы, а также книгу по приготовлению коктейлей и несколько модных кухонных приборов, которых у них ещё не было.       Кевину всегда было легко угодить. Эндрю и Нил достали ему билеты на исторический фильм, который скоро должен был выйти в прокат — вообще-то, они арендовали кинотеатр, так что это будет частный показ только для них троих — вместе с упаковкой нового нижнего белья (Кевин постоянно говорил, что ему нужно больше, хотя у него их было предостаточно) и носки. Нил также распечатал одну из фотографий, которые они сделали во время медового месяца в Ирландии, увеличил её и вставил в рамку.       Кевину, очевидно, пришла в голову та же идея, что и Нилу, потому что он подарил ему их первый ультразвук ребёнка, помещённый в красивую чёрную рамку, которая гармонировала с остальной обстановкой в их доме. Нил не плакал. Он этого не делал.       Номер журнала с фотосессией Кельвин Кляйн, которую они сделали, вышел около недели назад, и Кевин взял из него их любимую фотографию и тоже вставил её в рамку. Нил понял после того, как посмотрел сам журнал — он даже не обратил на него особого внимания, когда он вышел, и знал, что он был опубликован, только благодаря электронному письму, отправленное ему журналом (на котором он не заострял внимание), и сообщений в социальных сетях от заядлых фанатов, обсуждавших это — что фотография, которую выбрал Кевин, была откровенной, а не частью конечного продукта. На чёрно-белом снимке Нил стоял в центре в трусах, которые надел для съёмок, обхватив руками Кевина за талию. Он прислонился спиной к Эндрю, который положил подбородок на плечо Нила, обнял его руками, слегка уткнувшись лицом в шею. Его руки были сцеплены под животом Нила, баюкая небольшую выпуклость. Кевин обнимал их обоих, улыбаясь им сверху вниз, положив одну руку на затылок Эндрю, а другую — на покрытую шрамами щеку Нила.       Нил не думал, что вообще видел эту фотографию, когда они просматривали корректуры после съёмок, и он больше не плакал. Он этого не делал.       Это и их недавнее интервью с Дарси для Exy National были опубликованы, и Нил стал реже появляться в социальных сетях, потому что фанаты продолжали засыпать его тегами и комментариями. Большинство из них были хорошими; за последние несколько недель протест трансфобов против его беременности (который ему в основном удавалось игнорировать) утих, и его подписчики выражали поддержку. Он вспомнил одну статью, написанную о съёмках Кельвин Кляйн — о том, что тот факт, что он был без рубашки и демонстрировал свой живот, свои шрамы, был «смелым и отважным, Джостен-Дэй не побоялся полностью обнажиться, и это знаменует начало дивного нового мира для спортсменов-трансгендеров.»       Нилу понравилось, как была написана эта статья, даже если он считал, что описывать его как «смелого и отважного» было глупо. Он просто был самим собой. Это не было чем-то необычным. В любом случае, этого не должно было быть. Хотя он привык к людям, которые вели себя так, будто быть трансгендером — рекорд. Он годами справлялся с этим.       Но, несмотря на это, ему понравилось, как большинство его фанатов выражали свою радость за него. За их семью. И Нил пожалел, что фотография, которую Кевин вставил в рамку, не была той, которую они использовали для журнала — если не считать чёрно-белого фильтра, она была нетронутой, неотредактированной. Это были они.       — Давай поставим всё это рядом, — сказал Нил, аккуратно ставя фотографию в рамке рядом с двумя другими. — Мы можем воспользоваться тем коридором рядом с спальней. Мы до сих пор там ничего не разместили. — Большинство остальных их семейных фотографий были в гостиной или разбросаны по всему дому; стена воспоминаний Нила, запечатлённых на полароид, находилась на кухне. После того, как они закончили обустраивать детскую для ребёнка, они считали, что окончательно и бесповоротно обставили новый дом. Но коридору рядом с детской и их спальней не помешали бы некоторые личные штрихи.       — Конечно, — сказал Кевин, целуя Нила в макушку.       — Вот. — Эндрю встал и достал из-под ёлки подарки, которые он сделал для каждого из них. Это были последние. Он поставил их на колени Нилу и Кевину и принялся собирать выброшенную обёрточную бумагу, чтобы выбросить. Котята прыгали по кучкам бумаг, ударяя Эндрю по пяткам, когда он старался не наступать на них.       Нил и Кевин обменялись взглядами; если Эндрю был занят уборкой, это означает, что он не хочет видеть их реакцию на подарки. он подарил им что-то особенное.       — Давай одновременно, — сказал Нил, беря свой подарок. Он был плоским и квадратным, и он был осторожен, чтобы не погнуть его, потому что он был хрупким. Кевин кивнул и тоже взял свой.       Они одновременно открыли свои подарки, и когда Нил оглянулся, он увидел, что его и Кевина подарки были идентичны — листки бумаги с напечатанным на них текстом. Нил перечитал свой, и с каждым словом ухмылка на его лице становилась всё шире.       Он посмотрел на Кевина, который выглядел совершенно счастливым.       — Дрю, — мягко сказал Кевин. — Ты работал над этим, не сказав нам?       Эндрю кивнул, повернувшись к ним спиной. — Это произошло пару дней назад. Уотерхаус помог потянуть за кое-какие ниточки.       В бумагах, которые держали Кевин и Нил, было подтверждение даты судебного заседания с подписью Уотерхауса.       Это был день, когда они втроём смогут предстать перед судьёй и подать ходатайство на то, чтобы Нила и Эндрю сделали официальными партнёрами, пока он всё ещё женат на Кевине. День, когда они могут начать бороться за то, чтобы их ребёнку дали фамилию Эндрю.       Это было то, что они планировали сделать вместе в ближайшее время — до рождения ребёнка, зная, что суды могут занять много времени — но Эндрю действовал за их спинами и сделал это без них. Но Нил не злился. Как и Кевин. Они не могли злиться, когда Эндрю сделал это для них.       — Эндрю, — сказал Нил, глядя на него с улыбкой. Больше он ничего не сказал; только его имя. Эндрю повернулся к ним лицом, бросив уборку, и в его глазах было что-то такое уязвимое, что-то открытое и полное эмоций, что он редко, очень редко позволял им видеть.       — Я чертовски люблю тебя, — сказал Кевин, поднявшись с дивана и заключив Эндрю в объятия. Эндрю позволил себя обнять, и когда он протянул руку, Нил встал и присоединился к нему. Он прижался лбом ко лбу Эндрю и поцеловал его в щеку, пока Кевин прижимал их к себе.       — Ты великолепен, — прошептал Нил на ухо Эндрю. Он почувствовал, как у Эндрю перехватило дыхание.       Пока они стояли там, обнимая друг друга, а котята бегали вокруг и били их по лодыжкам, Нил почувствовал трепет в животе.       Это было так отчётливо и сильно, что он ахнул, а Эндрю и Кевин оба посмотрели на него с беспокойством.       — Думаю… — Он взял их за руки и прижал к своему животу, где почувствовал трепет. — Думаю, я только что почувствовал толчок.       Глаза Кевина расширились, и Нил мог поклясться, что Эндрю перестал дышать. В комнате воцарилась полная тишина, пока они ждали, что это повториться.       Спустя почти целую минуту — Нил считал секунды — это повторилось.       — О боже мой, — очень тихо прошептал Кевин. Затем он тихо изумлённо рассмеялся.       Эндрю уставился на живот Нила с чем-то вроде благоговения на лице.       — Привет, — прошептал Нил, проводя рукой по своей выпуклости. — Привет, малышка.       Кевин поднял Нила, поцеловал его и закружил, и Нил рассмеялся, увидев яркую, красивую улыбку на лице своего мужа.       — Не могу дождаться, когда она родиться, — сказал Кевин, наклоняясь для очередного поцелуя. — Я, блять, не могу дождаться.       — Я тоже, — прошептал Нил.       Кевин продолжал удерживать ноги Нила, обвивая их вокруг своей талии, когда выходил из гостиной. Нил знал, куда он направляется, и покачал головой.       — Нет, подожди! Я хочу поиграть с котятами.       Кевин застонал и прислонился ко лбу Нила. — Ну же.       — Они дети! Мы не можем оставить их одних. Им нужно освоиться, и нам нужно организовать для них еду, — настаивал Нил, сверля Кевина взглядом. — Ты бы оставил своего новорождённого ребёнка одного, чтобы заняться сексом?       — Я имею в виду, если в этот момент она спит… — Пошутил Кевин. Позади них Нил услышал сухое фырканье, которое принял за смех.       — Кевин Дэй, — Нил выходнул, ударяя его в грудь. — Отпусти меня. Ты сможешь трахнуть меня позже. Обещаю.       Он выполнил это обещание (несколько раз) после того, как несколько часов спустя котята, наконец, освоились в своём новом доме.       Когда прошло Рождество, Нил подумал, что это, наверное, лучшее, что у него когда-либо было.       По крайней мере, до тех пор, пока не раздался звонок в дверь.       Они бездельничали дома, играя с кошками, пока по телевизору на заднем плане крутили рождественский фильм, а Эндрю начал разогревать на кухне остатки рождественского ужина, когда громкий звонок напугал их. Кевин встал, чтобы узнать кто это, прежде чем Нил успел пошевелиться, а когда он вернулся в гостиную, в руках у него была большая подарочная корзина, завёрнутая в красную бумагу.       — От кого это? — Спросил Нил.       — Я не знаю, — сказал Кевин, нахмурив брови. — Там никого не было. Это было прямо на пороге.       — Без записки?       — Насколько я вижу, ничего, — сказал Кевин, снова садясь рядом с Нилом на диван. — Может внутри.       — Возможно кто-то из команды? — Некоторые из них жили по соседству, и это было правдоподобно.       Кевин пожал плечами, а Нил сел, когда Эндрю с любопытством вошёл в гостиную. Он стоял в проходе на кухню и наблюдал, как Кевин убирает подарочную обёртку, чтобы добраться до содержимого корзины.       Глаза Кевина расширились, и он полностью побледнел, когда снял обёртку и увидел, что было внутри.       Это была крошечная форма экси, размером с младенца, в комплекте со шлемом, ракеткой и даже бутсами.       Цвета были красными и чёрными, а в корзине лежало чучело плюшевого ворона.       Руки Эндрю сжались в кулаки так сильно, что Нил услышал, как хрустнули костяшки его пальцев.       Руки Кевина дрожали, когда он взял записку, спрятанную под крылом ворона.       Тело Нила онемело и похолодело.       — Семье Джостен-Дэй-Миньярд, — дрожащим голосом начал читать Кевин, и Нила чуть не вырвало, потому что он знал, что слова должны были звучать насмешливо. — Поздравляю вас со свадьбой и приближающимся рождением вашего первенца. Приносим извинения за поздний подарок, но праздники показались подходящим временем для поздравлений. Сообщите нам, когда появится ребёнок. Тогда у вас будет больше подарков. Мы с нетерпением ждём встречи с ребёнком, когда придёт время; нам всем любопытно узнать, смогут ли ваши гены произвести игрока, который окажется ещё большей ценностью, чем отцы. — Кевин остановился и тяжело сглотнул. — Счастливого Рождества, — закончил он.       Ни у кого из них не было времени отреагировать должным образом, прежде чем Эндрю сделал шаг вперёд.       Он грубо вырвал записку и корзину из рук Кевина, что было единственным признаком того, что тот был зол, и вынес их на задний двор. Всё ещё находясь в шоке, Нил и Кевин машинально последовали за ним, держась за руки так крепко, как только могли.       На заднем дворе, во внутреннем дворике, была сделана яма для костра. Эндрю высыпал в неё всё содержимое корзины, а затем бросил корзину сверху. Он достал сигареты — он бросил курить, когда Нил забеременел, но по привычке всё ещё носил их с собой — и прикурил от зажигалки, которую тоже до сих пор носил в кармане. Он сделал длинную затяжку, а затем бросил сигарету поверх стопки.       Корзина была плетёной, завёрнутой в бумагу, благодаря чему быстро сгорела. Всё, что находилось под ней, загорелось в считанные минуты, подняв пламя в небо.       Нила вырвало на траву.       Внезапно на него накатила тошнота, и он выдернул свою руку из руки Кевина и наклонился, чтобы его вырвало. Он почувствовал руку на своей спине, потирающую её круговыми движениями — он не знал, был ли это Эндрю или Кевин. От страха, от гнева, от ярости, от бешенства и беспокойства, беспокойства и скорби о своём нерождённом ребёнке.       — Думаю, Ичиро решил, что нам нужно напоминание, — сказал Эндрю, наблюдая за горящим костром. — На случай, если нам стало слишком комфортно.       Когда Нил достаточно успокоился, чтобы встать, он сплюнул и позволил Кевину поддержать его. Или, возможно, это он поддерживал Кевина. Кевин был пугающе тих, лицо всё ещё бледное, он выглядел так, словно увидел приведение.       — Мы не позволим ему сделать это, — сказал Нил, когда смог подобрать слова. — Мы не можем. Мы сказали, что не позволим этому случиться.       — Он не тронет нас, — пообещал Эндрю, всё ещё глядя на пламя. — Любого из нас.       — Кевин, — сказал Нил, потому что Кевина всё ещё трясло, и Нилу нужно было успокоить его. — Кевин, посмотри на меня. — Он встал перед ним и, взяв его лицо в ладони, опустил его так, чтобы их лбы соприкоснулись. Из правого глаза Кевина скатилась слеза, и Нил сердито стёр её. — Нет. Он, блять, не имеет права так с нами поступать. Ясно?       Кевин машинально кивнул, и его руки нашли руки Нила, прижатые к его лицу. Он закрыл глаза и сглотнул.       — Ты прав, — сказал он тихим голосом. — Я просто— я не ожидал этого.       — Никто из нас не ожидал. Но это нормально. Потому что это не имеет значения. Верно? — Нил повернул голову, чтобы посмотреть на Эндрю, который бесстрастно смотрел на пламя.       Вместо ответа Эндрю шагнул ближе к огню. Он расстегнул молнию на брюках.       Глаза Кевина расширились, как и у Нила, когда он понял, что делает Эндрю. Шокированный смех с нотками тревоги неверия прорезал вечерний воздух, когда Эндрю начал мочиться на огонь, пачкая пепел от подарка Ичиро.       Затем Кевин тоже рассмеялся, и они с Нилом вцепились друг в друга, ища поддержки, пока Эндрю заканчивал свои дела и снова заправил член в одежду, застёгивая молнию на штанах. Он повернулся к ним, засунув руки в карманы, и прошёл мимо них обратно в дом, чтобы закончить разогревать ужин.       И на этом всё закончилось.