Рыжее пятно

Парень вставал с постели, ощущая приятную лень, которая слипалась с его мышцами после ночного сна. Спокойствие в воздухе пронизывало комнату, словно подчёркивая уют воскресного утра. Пройдя к окну, он приоткрыл занавески, и лучи утреннего солнца ласково обняли его лицо. На улице царила тишина, лишь пересмешники птиц нарушали этот покой своим чириканьем. В нос ударил приятный аромат жареной картошки с луком. Недолго думая, направился на запах. Юноша осторожно вошёл в кухню. Младшая сестра, сосредоточенная на готовке, не заметила его сначала. На столе стоял набор продуктов: картофель и свежий лук. Зима подошёл поближе, рассматривая, как ловко и уверенно девушка мешала ингредиенты. Её волосы небрежно были собраны в низких хвост, и свет от лампочки подчеркивал игривые блики на порозовевших щеках. В руках у неё блестела сковорода, из которой поднимались золотистые клочья картошки. — Выспался? — раздался веселый голосок, когда она, наконец, заметила вставшего брата. — Ну да, — кротко ответил, вальяжно усаживаясь за стол, ожидая завтрака. — Мать где? Нарезая мелко небольшую луковицу, Лиза умело орудовала ножом, после высыпала содержимое на досточке в сковороду. — Уехала в село. Сказала, через неделю приедет, — опечаленно проговорила, поворачиваясь к собеседнику лицом. — До отца? Зима, осознав, что мать никогда не отправится к бывшему мужу, понял, что она, вероятно, уже нашла себе нового кавалера. — Нет, не до отца. Просто захотела провести время в деревне, вспомнить, что такое спокойная жизнь, — глас звучал отчаянно, словно воспоминания о детстве пробуждали не только радость, но и тоску по ушедшему времени. Пока лук подрумянивался на сковороде, Лиза уселась на стул, не решаясь более заговорить. — Возможно, это ей нужно, — подумал Зима. — Новый виток в жизни, возможность начать всё заново. С чистого листа. Лиза вздохнула, утопая в мгновенной тишине, пальцы её ладоней словно обрели опору на твёрдой поверхности стола. Глаза закрыты, она прониклась моментом, словно вступив в свой внутренний мир. — Его Данил зовут. Не осмеливалась встретить взгляд брата, слова летели в пустоту, но в них скрыт был весь мир эмоций. — Тот, который сантехник? — вопрос звучал напряжённо, словно нить, готовая порваться. Встала, направилась к плите. Выключив её, с легкостью извлекла две тонкие тарелки из шкафа. С помощью ложки наложила в каждую немного жаренной картошки и безмолвно поставила брату одну из тарелок. Усевшись напротив, рыжеволосая ковыряла вилкой меж обжаренных долек картофеля, явно утратившая желание хоть чем-то перекусить. Положив вилку зубчиками вниз, девушка глянула на Зиму, у которого было испорчено настроение из-за услышанной новости. Не стал продолжать разговор, хоть и хотелось сказать многое. Завершив трапезу, они расползлись по своим заботам. Зима ушёл в ванную, где тщательно очищал зубы и обволакивал себя теплой водой душа. Помещение наполнено запахом хозяйственного мыла. Теплая вода, стекая по телу, смывала с себя остатки прошедшего дня, оставляя ощущение свежести и благополучия. В тот момент вода становилась не только жидкостью, омывающей тело, но и роскошным эликсиром, восстанавливающим силы. По завершении водных процедур направился в гостиную, где его ожидала свежая чистая одежда. Противный звонок разорвал тишину, заставив Лизу воскликнуть, предчувствуя гостей. Взгляд в глазок выдал знакомые лица: Валера и Андрей. Щеколда, поддающаяся ее воле, медленно расступилась. Дверь, словно ворота в неизведанное, разверзлась перед ними. — Привет. — Доброе утро, как дела? — первый заговорил Турбо, как обычно в своём репертуаре, не спрашивая разрешения прошёл в квартиру. Девушка тут же отскочила назад, раннее пальцы, держащиеся за дверную металлическую ручку, уже были неловко сведены за спиной. И, словно щенок, наклонила голову чуть набок, осматривая пришедших гостей. — Нормально. — ответила Лиза, наблюдая за тем, как парни снимали верхнюю одежду и вещали их на крючки у стенки. — Приятно слышать, — сказал Валера. — Вы чего так рано пришли? — поинтересовалась девушка, заправив выбившуюся прядь волос из хвостика за ушко. — Да так, Адидас собирает всех. — ответил Турбо. Девушка, с удивлением взглянув на говорящего, покачала головой, словно пытаясь осмыслить сказанное. Затем, с небольшой задумчивостью, вела их в просторный зал, где висел запах свежей краски и звучала приглушённая музыка, которую включил Зима. — По какому поводу? — размышляла Лиза, опустившись на стул рядом. — Смотрящих по возрасту собирает. Что-то про «Хади Такташ» обговорить хочет, — На диване они устроились, ожидая Зиму. Турбо, с небрежным видом, поглядывал вокруг. За дверью слышались шаги, и Зима, в своей повседневной одежде, вошёл в зал и прокомментировал. — Я бы на его месте давно с ними разобрался. — Тебе лишь бы побить кого-нибудь, — бурчала Лиза недовольно. — А где Марат? — У него дела, — ответил Андрей.

***

Чуть расстегнув куртку и стянув шапку с себя, Лиза стояла в подъезде и здоровалась с проходящими бабушками, смотрящие на неё с особым интересом. Андрей, джентльменски держащий дверь, оставался снаружи. Снег медленно падал с её ботинок, и тут Лиза осознала, что Зима не в курсе, что она направилась к Андрею домой. По всей видимости, её ожидал дома серьезный разговор. Вторичные мысли обещали её после, сейчас в приоритете — нагнать упущенное. Остановка перед входной дверью. Андрей, осуществляя поиск, в кармане нащупывал ключи, готовый открыть дверь. Поворачивал замок, открывая дверь, отходя немного назад, дабы девушка прошла в квартиру первая. Перешагнув порог, Лиза ощутила тёплый свет с правой стороны. Не зная расположение комнат, она могла лишь предположить, откуда исходил поток света. Предположила, что с зала или же с детской комнаты. Ведь послышалось топанье маленьких ножек по полу. Маленькая девочка выбежала из-за угла и тут же остановилась, вытаращилась своими огромными голубыми глазками на пришедшую в гостью. — Андрей, это ты? — послышался женский голос со стороны небольшой кладовой. А выйдя, она удивлённо глядела на сына и требовала объяснить ситуацию. — Мам, это Лиза, она поможет мне разучить вальс к мероприятию школьному, — пробормотал Васильев, расстёгивая пальто и вешая его рядом с зеркалом. — Здравствуйте, Светлана Михайловна. Это вам. Светловолосая женщина с упёртым плечом приняла белый пакет, взгляд её играл смешанными эмоциями. В момент передачи отразилась неуверенность, словно встреча с неожиданным подарком нарушила её обыденность. — Спасибо, Лизонька, — вымолвила Светлана. — Ты проходи-проходи. Сейчас чай поставлю. — Не стоит, мы быстро прорепетируем, и я пойду. Простите, времени у нас не так уж и много, — неловко проговорила Лиза, пройдя к вешалкам и повесив верхнюю одежду, шапку вывернула и положила на тумбочку. — Хорошо... Лиза вошла в комнату, её шаги звучали едва слышно. Она не оглядывалась, лишь ожидала Андрея. Походка была столь скромной, словно каждый шаг — это невидимый танец, призванный привлечь внимание. Каждый момент её присутствия окутывался аурой остроты. Она не поддавалась соблазну оглянуться, предостерегала себя от чего-то. Он, наконец, вошёл, и время вновь приобрело свой обыденный ритм. Взглянула невзначай на полку с фотографией, и её взгляд зацепился за изображение. На фотографии была изображена семья, состоящая из четырёх человек: мать, сын, дочь и какой-то мужчина. — Это твой отец? Андрей, стоявший позади, наблюдал за ней. Лиза остановилась перед кроватью. Дыхание заметно замедлилось. Она наклонилась, словно в поисках ответов в деталях фотографии, и рука легко скользнула по поверхности стекла. — Да. Она услышала ответ, отступила от фотографии, лицо повернулась к Андрею. Уста его молчали, встречая её. В тишине их мгновение висело в воздухе, как картина безрамочная. Время остановилось, а прошлое медленно выцветало, словно старая фотография. Он, несмотря на молчание, был языком в их диалоге. Каждая его черта - нота в музыке, боящаяся совершить неверное движение в сторону младшей сестры Зимы. На секунду показалось, их сердца бились в унисон, созидая новоиспечённую симфонию, которая не была бы ясна даже им двоим. Лиза разорвала контакт глаз, почувствовав нечто, бьющее между ней и этим неразговорчивым парнишкой. Взгляд, резкий и отчётливый, скользил по углам помещения, исследуя их, как остриё невидимого клинка. Дыхание участилось, становясь отрывистым, затем, словно пленённое волшебство сбилось в хаосе чувств. Взмах руки вдоль молнии рассекал тишину, освобождая ткань от своих замков. Олимпийка сине-белая скользнула с девичьих плеч, будто расцветавший цветок разгибал лепестки. Легкая пауза. Затем с утонченной ловкостью освободили последний зацеп, и ткань полетела на спинку кровати. Недавно ещё спокойные положительные эмоции растаяли, уступив место зловещим теням, которые как призраки оставили свои следы в груди, вызывая жгучие покалывания. Воздух наполнился электричеством, и прошлое превратилось в мерцающий фрагмент, пленённый в безмолвии времени. Страх и любопытство переплелись, создавая калейдоскоп переживаний. Мгновения стали кристально ясными, словно драгоценные камни в пещере неизведанного. Взлёт и падение эмоций создали мелодию чувств, звучащую в темноте прошедшего. Ощущения, словно пленные бабочки, стремились вырваться из замка времени, но были заключены в стеклянные клетки неведомых историй. Андрей совершил один шаг навстречу. Один. Один ничтожный шаг, который вынудил сделать шаг назад. Девушка, встречая каждое его действие, ощущала внутреннее оцепенение и дикое смущение, тщательно скрывая эти чувства. Взгляд её, словно ветром тронутый, неизменно встречал чужие глаза цветом звездного неба в тёмной бескрайности. Он изучал каждый контур её эмоций, строя свой мир из её молчаливых ответов. — А... Открою окно... — едва слышно проговорила. Особа, стоя у подоконника, почувствовала, как тело коснулось холодного стекла и, приоткрыв форточку, ощутила прохладный воздух, пронизывающий лёгкие, создавая приятное ощущение свежести. Тревожность преследовавшая, начала растворяться под влиянием легкости ветра. Она надеялась, что это поможет восстановить внутренний покой. — Начнём? — продолжила Лиза. — Начнём. Взмах руки, словно размеренно плыл в воздухе, в ожидании, когда ладонь осядет на чужой. Девушка, едва заметно вздохнув, устраняла дрожь, раскрыв свою ладонь в объятиях Андрея. Её кожа нежно соединилась с его шершавыми подушечками пальцев. Кожа оказалась не просто шершавой, а на ощупь как кора древнего дуба. Взгляд их соединился. Кивок Лизы стал тихим согласием, а положенная на его плечо рука — заботливым шепотом на дозволение продолжить процесс. Тело скорлупы приблизилось, словно вальсирующие лепестки, чуть прижимаясь, он расположил свою ладонь рядом с девичьими лопатками. — Как ты котёнка назвал? Заметила маленького котёнка, словно нашедшего своё место в мире. Воздушные пятна на его мехе казались каплями весеннего дождя, украшающими серое окружение. Андрей совершил вполне себе отработанный выпад, его нога плавно выражала чёткость в этом неожиданном хореографическом номере. — Пятно, — прозвучал ответ.

***

Час спустя

— О, пацаны, Андрюха пришёл! — звонко произнёс Марат, спрыгивая с бортов корта прямо на снег. — Пацаны! — весело поговорил Андрей, здороваясь с каждым присутствующим из универсамов. Подойдя к Турбо и Зиме, он понял, что что-то неладное произошло. — Ну, здорова, Пальто, — томно сказал Зима, выпуская дым изо рта прямо в лицо пришедшего и крепко сжимая его руку. — Лизку где потерял, а? Только не говори, что до дома её ещё не провёл.