Приключения Каролины Миллер

​Для Кэр попадание в школу чародейства и волшебства стало настоящим восторгом. Она не знала точно, какой факультет ей подходит, но Распределяющая шляпа отправила её в Слизерин. Там она мгновенно стала изгоем среди надменных аристократов. Впрочем, девочку это не расстроило — она была счастлива уже тому, что будет изучать магию. ​С первых же занятий стало ясно: путь будет тернистым. Кэр училась, не афишируя своих талантов. Лишь одна особенность выделяла её — она принципиально не пользовалась палочкой, так как с рождения обладала даром беспалочковой магии. Из-за этого трансфигурация была для неё вечным стрессом. Так, скрывая свою истинную силу, она проучилась до шестнадцати лет. ​За всё это время у неё почти не было друзей, за исключением Ксенофилиуса Лавгуда и Пандоры Саламандер. В Слизерине её не жаловали все, кроме, пожалуй, Северуса Снейпа, с которым она иногда делала уроки. Именно Снейп однажды указал ей на Поттера и его компанию. — Вон тот, — кивнул Северус на парня, который показался Кэр странным и одиноким даже в кругу друзей. Она присмотрелась и решила узнать о нём побольше. Снейп нехотя поделился слухами, что-то она разузнала сама. Поэтому, когда Ремус Люпин набрался смелости и пригласил её на прогулку, она сразу согласилась. ​Дойдя до Хогсмида, девушка поправила шарфик и глубоко выдохнула. Она ужасно волновалась, ведь это было её первое настоящее свидание. Несмотря на громкую фамилию, она звалась Каролиной Лестрейндж-Миллер. Слизеринка с душой мечтательницы. ​Люпину нравилась Кэр. Она была красивой и умной, всегда корпела над учебниками, и её часто можно было встретить в библиотеке с книгой — совсем как его самого. Тихая, не имеющая шумной компании Мародёров, она вызывала у него сочувствие. Ремус знал, как горько бывает в одиночестве. Он и сам остался бы один, если бы не друзья. С Кэр можно было просто сидеть за чашкой горячего шоколада, не влипая в переделки, от которых он, честно говоря, устал. ​Единственное, что смущало Мародёров — Кэролайн училась на Слизерине и общалась со Снейпом. Но Люпин был уверен, что она добрая. И всё равно он жутко стеснялся. — Тебе здесь нравится? — спросил Ремус, когда они вошли в кафе мадам Паддифут. Он выбрал это место, чтобы подчеркнуть серьёзность намерений. — Хотя мы с друзьями чаще ходим в «Три метлы», но здесь... романтичнее, что ли. И здесь самый лучший горячий шоколад. Обожаю шоколад, а ты? ​Увидев Ремуса, Каролина широко улыбнулась. Сняв верхнюю одежду, она привычным жестом уменьшила её магией и убрала в карман. — Ну, я не часто куда-то выхожу. Тут симпатично, — она чуть смутилась. — Хотя в «Трех мётлах» выпивка хорошая. Тоже обожаю шоколад и всё сладкое. ​— Надеюсь, тебе понравятся конфеты и цветы, — Люпин вручил ей подарки. — Я долго выбирал, эти — самые лучшие. Кэр сразу попробовала одну конфету и зажмурилась от удовольствия. Букет вызвал у неё нежный румянец: «Слишком много подарков, но как же это мило». — Спасибо за цветы, — она прижала их к себе, вдыхая аромат. Затем достала из кармана связку, отцепила крошечную игрушечную вазу и вернула ей прежний размер. Шепотом произнесла заклинание воды и поставила букет на стол, а конфеты, уменьшив, убрала обратно. ​— Ты такая талантливая, — восхищенно улыбнулся Ремус. — Заметил, что ты любишь читать. А Шекспира любишь? Это магловский поэт, но он пишет невероятно. Послушай... И Люпин начал читать наизусть: — «Люблю, но реже говорю об этом, люблю сильней, но не для многих глаз...» ​Девушка слушала, затаив дыхание. Когда он закончил, она восторженно похлопала в ладоши. — Классно! Я тоже его обожаю, — она задумалась на секунду и продолжила своим нежным голосом: — «Уж если ты разлюбишь — так теперь, теперь, когда весь мир со мной в раздоре...» ​Ремус сиял. Общий интерес сблизил их окончательно. Ему стало легче, но наступил момент для самого важного признания. — Знаешь... Мои друзья всегда шутили, что я буду читать стихи девушке. И вот я нашёл ту, которой хочу их читать. Ты мне очень нравишься, Кэролайн. Я бы хотел с тобой встречаться, — он выдохнул, будто прыгнул в холодную воду. — Но есть кое-что... Я не такой, как все. Я оборотень. ​Он опустил голову, ожидая испуга или крика. Но Кэр лишь закатила глаза. — А я, типа, демон, Ремус. Крылатый и большой. Пока не увижу — не поверю, — спокойно сказала она. — Ты думаешь, я шучу? — удивился Люпин. — Чтобы увидеть, тебе придется пойти со мной к Иве в полнолуние. Но это опасно, я могу навредить тебе. Разве Снейп не говорил? — Ок, ты увидишь меня, а я тебя, — она невозмутимо отпила чай. — Снейп говорил, но я не поверила. Он, кстати, сам советовал мне с тобой подружиться. Сказал, что на факультете мне не рады, и друзья мне нужны. Фамилия ничего не значит, если тебя презирают за статус. ​— В смысле «я увижу тебя»? У тебя тоже тайна? — Ремус был поражён. — И за что тебя презирают? Лестрейндж — это же знатная фамилия. — У любой девушки есть тайна, — улыбнулась она. — Я не совсем из «тех» Лестрейнджей. Скорее, потерянная двоюродная сестра. Я выросла в магловском мире, о магии знаю мало, зато способности у меня настоящие. Во мне есть примесь демонической крови, но это не так важно. Главное, что для Слизерина я всё равно «недостаточно чистая». Хорошо, что есть Снейп, Лавгуды и Саламандеры. ​— На Слизерине слишком ценят чистоту крови, — вздохнул Люпин. — Но для нас это неважно. Ты больше не будешь одна. А то, что я не совсем человек... тебя это правда не пугает? — Я рада, что нашла такого парня, как ты, — Каролина нежно кивнула. — Сегодня как раз полнолуние. Я приду. — Но это опасно! — Ремус сжал её руку. — Я буду в небе. Люблю летать, так что не беспокойся. — Ты умеешь летать? Без метлы? — Да, это единственное, что я умею как демон. ​Кэр сосредоточилась, и за её спиной на мгновение блеснули полупрозрачные крылья, похожие на крылья фейри. — Потрясающе... — прошептал Ремус. — Это они ещё не полностью проявились, — улыбнулась она и, наклонившись к нему, прошептала своё истинное демоническое имя. — Оно популярно у маглов, так что не произноси его вслух. ​Так они просидели пару часов, пока не начало темнеть. — Тогда увидимся у Гремучей ивы, — сказал Люпин на прощание. Его сердце колотилось. Примет ли она его, когда он превратится в монстра? Но, глядя в её спокойные глаза, он впервые в жизни почувствовал, что надежда есть.